Шёпот Судьбы

      Кэйа и Дилюк прожили долгую жизнь с помощью алхимии Альбедо. У них родилось семнадцать детей. Кэйа бросил пить, а Рагнвиндр перестал уделять винокурне и врагам все свое время (семнадцать детей, ну да, ну да. Тут поспать время бы нашлось!) Их семья стала самым огромным кланом в Европе (еще и самым богатым, ха-ха).              Итэр и Альбедо. Родилась двойня. Оба родителя души не чают в своих детях, а маленькая Софи вьет из Отца веревки, в то время как старшенький Эйр спокоен и рассудителен, постоянно подвергается нападкам сестры и идет у нее на поводу (балует, ага). Спустя сотню лет, Кейла помогла паре вновь стать родителями.              Сяо и Венти. Анемо архонт все же доконал Чжун Ли и Моракс свалил отдыхать в Японию. Здесь еда знакомая, Баал часто в гости ходит, и до Китая не так далеко. Сяо, недолго думая, стал папой и мамой (чуть позже, да они такая пара, вы ведь в курсе, что Венти может менять обличья?) Трое детей для Архонта? Немыслимо! Да еще все девочки! Сяо хочет сына. На седьмой раз получится, обещаю.              Чжун Ли и Кейла. Эх… Чжун Ли и Кейла…       Девушка стояла у зеркала, разглядывая себя в зеркале. На ней красовалось черное в пол платье из мягкого приятного телу материала. Платье с открытой спиной, узкими рукавами и с разрезом вдоль левой ноги. фасон подобного одеяния не предполагал открытого декольте и каких-либо объёмным украшений на груди, поэтому Кейла закрепила на шее бархотку с одним бриллиантом на длинной изящной цепочке, спускающей вдоль позвоночника до талии.       – Ошейник и поводок, – хихикнула девушка, прикрывая рот рукой. На безымянном пальце правой руки сверкнуло обручальное кольцо, скрепленное с помолвочным красным золотом, словно тонкой алой нитью.       Сигнал вызова от супруга поступил предсказуемо точно.       – Принять вызов без изображения, – отдала команду Кейла, присаживаясь на кресло. Девушка нагнулась, чтобы застегнуть ремешок туфель на щиколотке.       – Здраствуй, – прозвучал голос Моракса в помещении, глубокий, спокойный тембр, от которого у девушки побежали приятные мурашки. – Таишь интригу?       – Да, – Кейла засмеялась. – Мы не виделись три дня!       – Целая вечность, – протянул собеседник. – Я уже в пути.       – Альбедо обрадовался приезду племянников?       – Итэр был рад, Альбедо сослался на дела в лаборатории. Я слышал об уничтожении одной из самых секретных научно-исследовательских лабораторий Фатуи.       – Видимо не такая уж секретная, раз слухи достигли тебя, – Кейла взяла флакончик благовоний с ароматом хвои и снегов, капнула на палец и нанесла на кожу запястий и шеи. Благоухающими руками собрала волосы в высокую прическу, открывая изящную шею, заколола шпильками и аккуратно выпустила пару прядей у лица. – Тебе стоит в следующий раз пойти со мной, чтобы не тратить баснословные средства за любую крупицу информации о моем местонахождении.       Повисла длинная пауза.       – Мор.       – М?       – Следующего раза не будет.       Тишина.       – Ты забрала нашу дочь?       Кейла покраснела. «Наша дочь». Девушка зажмурилась, стараясь сдержать слезы и прикусила губу. Она благодарила высшие силы и свою создательницу за возможность быть, принадлежать этому благородному мужчине. Она не знала, достойна ли дышать с ним одним воздухом, но безмерное счастье сияло в ее груди.       – Ли, – прошептала она.       – М?       – Благодарю тебя.       – Мы семья, Кей. Я подъезжаю. Ты не передумала? Итальянская кухня не моя любимая, но так уж и быть, сегодня я закрою на это глаза.       – Ха-ха-хах, – Кейла подхватила клатч и пальто – на улице сегодня было снежно. – Столик у окна?       – Угум.       – Тогда я съем всю твою пасту.       – Как на меня будут смотреть остальные архонты, если я буду прятаться от склизкой еды за спиной своей возлюбленной? Или быть может мне следует трястись от страха перед тирамису? – серьезным голосом сообщил архонт. Впрочем, за последние сто лет совместной жизни, Кейла поняла своеобразный юмор своего супруга.       Девушка улыбнулась, закрывая дверь в комнату в отеле.       – Не знаю, как будут смотреть другие архонты, я ведь им ничего не скажу, – лифт пришел быстро, Кейла шагнула внутрь, слегка мазнув по мужчине внутри, окинувшим ее заинтересованным взглядом. – Ли, я спускаюсь.       – Жду внизу.       Кейла коснулась запястья, отключая браслет. Чжун Ли прав – три дня для них – целая вечность. Девушка не отрывала взгляда от счетчика этажей, поторапливая лифт. «Во что он сегодня одет? – в голове промелькнула тысяча образов. – Интересно, метка осталась?» Кейла коснулась своей шеи, где под бархоткой золотилась метка геоархонта. Девушка не стремилась скрыть ее, но этот знак для нее был куда дороже всего остального на ее, столь интимен, и она не желала, чтобы хоть кто-нибудь видел гео метку, кроме нее и Моракса.       – Вы очаровательны, – наконец вымолвил мужчина рядом с ней. Кейла улыбнулась и ответила.       – Благодарю, – в тот же миг двери лифта распахнулись и плывущей походкой девушка выпоорхнула в холл, оставляя за собой случайного попутчика и его крамольные мысли. все той же уверенной походкой, девушка пересекала холл, цепляла восхищенные взгляды мужчин и завистливые женщин, но ей было все равно – она принадлежала душой и телом только одному человеку.       И он только что вошел в раздвижные двери отеля. Без букета цветов (она их ненавидела), в дорогущем черном сюртуке на плечах, черном одеянии с золотой вышивкой на лацканах, с тростью в руке и тающими снежинками на волосах.       Кейла забыла, как дышать.       – Мор, – выдохнула она, останавливаясь перед ним в двух шагах – приличия стоит соблюдать.       – Сегодня был прекрасный вечер, – Чжун Ли окинул долгим, пожирающим взглядом свою возлюбленную. – ТЫ затмила его своей красотой.       Кейла, словно не было ста лет, залилась румянцем невинной девы.       – Благодарю, – выдохнула она вновь. Рядом с ним, ей всегда приходилось сдерживаться – его аромат продолжал будить в ней потребность в его крови, его теле и его любви. И каждый раз Кейла балансировала на тонкой грани, останавливаясь лишь на шаг от падения в бездну. – Когда нибудь я узнаю все возможные комплименты из твоих уст.       – Это невозможно, – усмехнылся Моракс, предлагая свой локоть. – Ведь стоять на месте прерогатива скалы или дерева, а в мире столь много неизведанного.       – Уверен? – все же ее проказливый характер решил поддеть супруга за возраст.       – Осознаю с отчетливой ясностью, моя дорогая, – словно не видя подоплеки, ответил мужчина. Чжун Ли посмотрел на небо, где в сверкающем танце спускались снежинки. – Так же с отчетливой ясностью осознаю отсутствие желания ужина при свечах в итальянском ресторане среди толпы незнакомцев и будучи сгорающим от нетерпения оказаться в тебе.       Кейла вспыхнула и даже оступилась! Но твердая и горячая рука супруга не дала ей упасть, прижив к своему телу. приглушенно сияющие глаза архонта замерли на ее губах. Затем жаркий взгляд скользнул по скулам и остановился на глазах, спрашивая.       Девушка своим животом ощутила потребность Моракса.       – Хм, – словно сомневаясь в его словах, Кейла опустила глаза, смотря на корляписовый зажим на его галстуке. – Итальянская кухня прекрасна и тирамису мне нравится, но что-то мне захотелось обычных закусок и вина. Знаешь, а ведь все это есть в здании за твоей спиной. К тому же, номер оплачен на три дня.       – Соблазнительно, – выдохнул мужчина, повернув голову ко входу, слегка развернувшись всем телом. – Твое предложение принято, – с этими словами, Моракс вручил Кейле свою трость, от вида которой она вспыхнула еще сильнее, подхватил ее на руки и двинулся обратно в двери отеля. – Так много мужчин…       Его рычание, пусть тихое, но отозвалось в девушке она закрыла глаза, наслаждаясь ревностью супруга. на губах Кейлы скользнула улыбка.       – Здесь и женщины есть. Они так смотрят на тебя, – усмехнулась сероглазая. – Мне хочется разодрать им лица и вырвать волосы.       – Кровожадность в твоих словах мною воспринимается как ревность.       – Угум.       – Но я только твой, – двери лифта распахнулись с тихим «дзынь». – А ты только моя.       – Без сомнений.       – Сдерживаешься?       – Угум, – Кейла наслаждалась объятиями супруга, маленькими глотками воздуха поглощая его аромат. Разум уже поплыл. Из последних сил, девушка открыла клатч и прижала карточку от двери к замку. Он щелкнул, приглашая войти.       – Многообещающий звук, – прохрипел архонт, врываясь медленным штормом в помещение. здесь он поставил девушку на ноги и захлопнул за собой дверь, предварительно повесив табличку – не беспокоить. «Надеюсь, им хватит такта не стучать и не звонить нам» – ибо Чжун Ли был голоден. Его взгляд вновь сконцентрировался на супруге. Тонкая и изящная в черных одеждах она казалась еще более хрупкой, даже после двух родов, оставаясь все столь же миниатюрной.       Моракс наслаждался прелюдией с большим желанием. Каждое прикосновение к бархатистой коже возлюбленной становились пыткой для его терпения и выдержки, и это, уже сто лет было для него в новинку. Сто лет? Чих, по сравнению с шести тысячелетним ожиданием. Мужчина шагнул ближе к супруге, не касаясь ее ничем, кроме горящего взгляда. Она вновь не выдержала его взгляд и потупила его, зарумянившись. Он видел, как участилось её дыхание, как порозовели щеки. Кейла облизнула губы, медленно проведя влажным язычком.       Моракс сжал кулаки. Он знал, на что способен этот язычок и эти греховно сладкие губы. Один тонкий барьер сдерживал мужчину от падения в бездну страсти и это барьер выдержал.       Началась игра.       Кейла положила трость на столик, слегка приседая. Ее стройная ножка показалась в разрезе платья и расстегнутом пальто. Моракс забрал ее клатч, при этом поцеловав запястье и скользнув по нему языком, извиняясь. Ведь игру он слегка нарушил, отдав ей трость ранее. Мужчина ждал, какой следующий шаг она предпримет? Кейла шагнула к нему, подняла руки. Ее ладони прошлись по ткани удлинённого пиджака вверх, задевая через ткань его грудь и соски. Девушка подняла на мужчину тлеющий серебром взгляд и одним движением пальчиков скинула сюртук с его плеч.       «Проказница. Значит эти правила ты решила использовать. Что же…» правила были простые: с поцелуями в губы, без них, без касания руками к коже. Последнее самое пикантное – ибо раздевать приходилось зубами, губами, пальчиками ног, телом. Последнее нравилось Мораксу, ибо трение кожи о кожу в этой игре приносило особое наслаждение, на грани. Кейла выбрала без поцелуев. Сама себя наказывает. Значит, еще и без стонов. Без проявления возбуждения. Изящная игра на выдержку.       Моракс позволил своему взгляду тлеть. Жаль, но рядом с Кейлой он не мог контролировать, прилив крови к паху, следовательно, и здесь будет видно его возбуждение. Уже проигрыш в этой милой прелюдии. Но архонта это волновало мало, он желал свою супругу со все возрастающей страстью. С каждым годом, с каждым днем и с каждым часом. Ему хотелось дышать ею, жить ею.       Теперь он Гео Архонт познал, что такое стать Отцом собственных детей, как им быть и насколько это тяжело, весело, непредсказуемо. Приятно. Все благодаря двум женщинам на Пути его жизни – Голди Рейндоттир и самой Кейле.       Чжун Ли притянул к себе податливое тело супруги, скользнул руками под распахнутое пальто, и обнаружил подарок – нагую спину, горячую, сладкую, с нежной кожей. Цепочка украшения запуталась в его пальцах, когда Моракс прижимая к себе Кейлу, проводил по ее спине ладонями вверх, от тонкой талии к лопаткам, ощущая под пальцами каждую метку Бездны.       Кейла сдерживала себя от кусания губ – она прикусила кончик языка, чтобы не стонать, чтобы не вцепиться пальцами в одежду мужа и не разорвать ее одним движением, чтобы не запустить зудящие клыки в его шею и не испить столь зовущей крови в его венах. Но едва горячие руки коснулись ее лопаток, девушка выдохнула. Это сладкий выдох коснулся основания шеи супруга и мурашки наслаждения скользнули по ней видимыми пупырышками.       Ее пальто упало к ногам, а кожа спины покрылась мурашками наслаждения.       Кейла выдохнула. Она не стала отсранятся от супруга, а медленно, издевательски медленно стала приседать. Ее руки, скользнули следом за ней, ладошки вновь коснулись груди супруга, затем твердого рельефного пресса, бедер. Девушка приседала так, чтобы вид сверху был поистине прекрасен. В разрез платья разошелся и изящное бедро предстало взору архонта. Кейла мысленно улыбнулась, заметив, как участился пуль на шее мужа.       Моракс обладает гигантской самодисциплиной, сильной волей, каменным терпением, но рядом с ней, все это теряло смысл.       Маленькие ладошки скользнули вниз по внутренней стороне ног к щиколоткам. В этот раз, она решила начать с обуви. Сняв кожаные туфли, не без помощи самого архонта, Кейла поднялась, повторяя свои действия и закрепляя эффект. Ее выдержка едва не рухнула, когда перед ее лицом оказалось внушительное заявление о потребности в ее теле, распирающее пах Чжун Ли. Кейла не сдержалась и провела кончиком носа и губами по всей длине выпуклости. Ответом ей стала пульсация и еще большее увеличение члена.       Она едва не проиграла! Она едва успела поймать стон! И прикусила язык.       Моракс глубоко вдохнул, едва не сжав кулаки. Эта женщина станет его погибелью. Сладкой бесконечной пыткой, которую архонт желает всем своим естеством. Его суть дракона давно сдалась и скулит, пресмыкается перед возлюбленной, даже если это внешне не отражается. Ее носик, ее губы на натянувшейся ткани брюк, ласкающие его член, в столь невинном прикосновении привели лишь к одному логичному умозаключению – прелюдия хороша, но хотелось бы перейти к главному блюду.       Архонт выкинул эту мысль. Проигрывать не в его принципах. Еще и одежды на нем куда больше. Кейла думала взять его меньшинством? Вот только….       Горячие руки супруга вернулись на ее бедра, притянули к себе ближе, впечатывая мужскую твердость в ее живот. Опасный прием. Кейла и так была на пределе, а сейчас, зная, какие великие вершины Моракс может ей показать, играть до последнего ей не хотелось. Поэтому она надела так мало одежды. Потребность девушки в возлюбленном после чудовищных трех дней выросла во сто крат и сейчас, Кейла чувствовала, насколько она влажная между ног, как же ей хотелось ощутить в себе неистовство ее дракона… но пока только его руки скользили по ее бокам, вверх вдоль груди, едва задевая упругие холмики к шее, где пальцы прошлись по тонким ключицам, обхватили затылок и зарылись в волосы, чудовищно портя ее прическу. На столик упали две шпильки из десяти. Она не поверила своим глазам и в удивлении распахнула глаза.       Моракс в ответ улыбнулся.       Счет равный.       Кейла засмеялась, уткнувшись в грудь супругу лбом.       – Шпильки? – хрипло выдохнула она, все еще не веря в происходящее.       – Да, – хрипло прошептал архонт. Он все еще держал свои руки в ее волосах, массируя кожу головы. Моракс по себе знал, какой дискомфорт приносят приспособления для поддержки сложных причесок – и шпильки среди них не самые приятные.       Кейла смотрел вниз, видя босые ступни архонта, с постепенно наливающейся темной вязью символов владычества на коже. Сколько на нем еще одежды? Пиджак, рубашка, галстук, брюки, запонки в манжетах, галстук. А на ней платье, чулки, туфли, бархотка и, судя по всему, еще восемь шпилек в волосах.       Она проигрывает.       Быть может сдаться?       О, нет, она возьмет измором! На рубашке много пуговок. Каждый манжет можно расстёгивать отдельно, а про брюки она даже не стала думать. Эта деталь одежды станет для нее той чертой, где «game over» станет наградой. Не сдаваться, даже если исход предопределен!       Кейла прижалась к супругу всем телом, скользнула ладошками вдоль левой руки к манжетам, пропустила свои маленькие пальчики через пальцы Чжун Ли сжимая их в замок. Слегка отстранившись от мужчины, Кейла поднесла к губам руку Моракса и нежно поцеловала большой палец, внимательно наблюдая за реакцией любимого.       Чжун Ли не мог отвести взгляда от скользящих по его пальцам губах супруги, не мог сдержать приятные мурашки на коже от щекотания ее языка на коже, не мог не следить, как влажные полосы остаются там, где проступают его знаки власти на собственной коже, потемневшей от перенасыщенности эмоциями.       На столик упала одна из запонок из кор ляписа.       Янтарные глаза Древнего вспыхнули пониманием.       Кейла чувствовала, как горят ее губы от желания поцелуев. Она сама выбрала свое наказание и теперь изнывала без сладких уст Моракса. Ей хотелось коснуться этих твердых, идеально вылепленных природой губ, почувствовать его язык на своем, смешать дыхания. Девушка сдержала стон в последний момент, прикусив язык до крови.       Это не укрылось от Чжун Ли.       – Если ты станешь травмировать себя, мы прекратим игру, – прошептал он ей в ухо томным, низким, рокочущим голосом, вынимая, к черту, все шпильки из волос. Тяжелая волна белого волоса водопадом упала на спину девушки, погребя под собой символ поводка. Шпильки упали на ковер у ног.       Кейла кивнула, аккуратно сняв с него галстук с зажимом, при этом расцеловав шею и часто бьющуюся жилку, такую привлекательную для ее зубов.       Моракс, поглаживая край ювелирного украшения, стоимость в половину здания этого отеля, нежно посасывал мочку уха девушки, прижимая ее, теряющее волю, тело к себе. Бархотка, звякнув цепочкой и камнем упала на столик рядом с его галстуком и запонкой.       Кейла, наслаждалась своей пыткой. Она медленно провела по правой руке мужчины до запястья, прочертила три медленных волнующих сердце круга, подняла руку к своему лицу и прижалась губами к запястью. Вторая запонка упала на стол.       Архонт сдерживал себя от поспешных действий. Его потребность стала пыткой, сжимаемая тканью брюк. Воздух давно пропитался их возбуждением, и в нем отчетливо ощущался солоноватый аромат. аромат готовности принять безболезненно его внушительные размеры. Чжун Ли расстегнул скрытый замочек на платье супруги, потянул одеяние вниз, наклоняясь и целуя каждый сантиметр оголяемой кожи. Упругие груди с торчащими возбуждёнными сосками искушали архонта прикоснуться к ним губами, втянуть их в рот, сосать их, пробовать на вкус. Моракс не стал себе отказывать в этом, продолжая стягивать одеяние с Кейлы. Девушка вздрогнула всем телом и оперлась о его плечи руками. стон зародился в ней, но она его подавила, но мурашки были не в ее власти. Мужчина чувствовал, как наливается грудь в его руках, как теряет связь с реальностью его возлюбленная, как силен аромат возбуждения.       Платье упало к ногам Кейлы. На ней остались только чулки и туфли. На нем пиджак, рубашка и брюки. Если что-нибудь под брюками?       Кейла вцепилась в ткань пиджака. По ее нервам гуляли молнии наслаждения, расходящиеся от груди вниз живота и к кончикам пальцев рук и ног... Прикусив губу, практически проиграв игру, девушка потянула пиджак с мужчины… Моракс лишь на миг отвлекся от аппетитной груди, помогая снять с себя деталь туалета. Острые ноготки девушки впились в его затылок и шею, даря ласку и показывая предел ее терпения – тяжелое рваное дыхание, вздрагивание мышц внизу живота, едва слышимый сон.       Чжун Ли скользнул вниз, обжигая дыханием плоский живот, даря дорожку поцелуев по бедру, снял с супруги туфельки. С него слетела рубашка, в ответ он получил саднящие полосы от ее ногтей, лихорадочный блеск в глазах и опухшие от укусов губы.       – Ничья? – выдохнула она.       – На мне еще брюки, и на тебе чулки…       – Ничья… – взмолилась девушка, опадая к его ногам томной сиреной. Кейла накрыла рукой возбужденный орган под тканью брюк, облизала губы и медленно расстегнула пуговку и потянула молнию на себя.       Брюки упали на пол. Под ними ничего не оказалось.       Кейла не сдержала довольный стон. Она обхватила руками мужской член, слегка сжав в его в своих маленьких ручках. Влажный язычок слизал блестящую каплю предэякулянта. Девушка наслаждалась вкусом супруга, обхватив головку ртом, посасывая и полизывая его, словно он был мороженным. Она провела языком вдоль всей внушительной длины, помогая себе руками – одна ласкала член, другая нежно массировала яички.       В ответ на ласку она услышала довольный рокот, смешанный со стоном.       – Кейла, прекрати…– прохрипел Моракс, оттягивая ее от себя. Мужчина был на грани. Подхватив девушку на руки, архонт впился в ее губы неистовы поцелуем жадности и нетерпения. Кейла, наконец, получила желаемое. Их языки переплелилсь, дыхания мешались. Едва слышимые стоны перешли в отчетливые вхлипы радости и наслаждания. Кейла почувствовала под собой мягкость кровати, которая прогнулась под тяжусть ее и его тел. Моракс оторвался от сладких губ, проложил дорожку поцелуев вниз по шее, проигнорировал манниящие пики налившихся грудей с торчащими сосками, вниз по животу к лобку и словно довольный кот расположился между ног девушки. Его язык скользнул в блестящие от влаги складки, губы накрыли набухшую горошинку клитора и потянули на себя.       Кейла вскрикнула, изогнулась дугой и забилась в конвульсиях экстаза. Чжун Ли скользнул языком внутрь, продлевая сладкую муку лаской внутренних пульсирующих стеночек. Девушка вцепилась в покрывало кулачками, ногами уперлась в кровать, изнывая от угасающего оргазма и неутоленной страсти.       Моракс больше не мог терпеть. Он скользнул между ее ног, нависая над телом супруги мощной горой, жаждущей обладать телом девушки. Кейла потянулась к нему, распахнув ноги в призывном жесте и вскрикнула, когда одним сильным толчком Чжун Ли наполнил ее. Никакой боли, только наслаждение. Их губы слилсь в голодном поцелуе. Острые клыки Древнего и девушки оцарапали языки.       – Еще, – простонала Кейла, цепляясь ногтями в спину мужчины, подаваясь на встречу грубым, ненасытным толчкам, отзывающимся в ее сердцевине наливающимся тугим комком теплоты. Кейла не помнила, когда ее клыки окрасились в алый, когда она стала пить кровь супруга, она не помнила, как оказалась сверху, не помнила, как оказалась на четвереньках…. Но вскрикнула, когда его зубы впились ей в шею, в тот же миг волна оргазма накрыла ее с головой и шар тепла внизу живота лопнул, распространяя волну экстаза по нервам.       Моракс излился следом, наполняя, переполняя девушку своим семенем.              Чуть позже, Чжун Ли полулежал на подушках, прикрывая пах одеялом, а Кейла уплетала закуски, запивая их вином, сидя рядом на кровати, укутанная на манер тоги в черное покрывало. Взгляд мужчины скользил по заживающим отметинам от его клыков, когтей, губ. Синяки исчезали быстро, дольше заживлялись раны от когтей.       – Они держали ее в стеклянном резервуаре-колбе, – отпив вина, произнесла Кейла. Вдруг девушка опустила бокал и задумчиво посмотрела в ночь за окном. – В графе об отце написано – Чайльд Тарталья. Она огненно-рыжая малышка, Мор… маленькая, ей на вид всего пять лет…       По щеке Кейлы скользнула слеза.       – Альбедо сказал, что у нее замедленный метаболизм, все процессы заторможены и она в таком состоянии будет очень долго…       Девушка почувствовала горячие руки на своем теле. Моракс обнял ее прижал к себе.       – Как думаешь, Чайльд знал об этом?       – Мы можем спросить, – поглаживая по спине возлюбленную вымолвил мужчина.       – Он же отошел от дел и уже, наверное очень старенький дед, – Кейла вскинулась. – У тебя есть его контакты?       – Естественно. Обещания общениями, а договор необходимо соблюдать.       – Ты все это время следил за ним? – удивилась девушка.       – Не я. Мои люди.       Кейла смотрела в янтарные глаза и не могла поверить в это. ее супруг знал, где находиться ее прошлый хозяин и молчал об этом. но и она не спрашивала.       – Как он?       – Уехал в глухую Сибирь. Женился. Детей с супругой не нажил, – Моракс задумался, но все же уточнил. – Своих детей. На воспитании у него было две девочки и мальчик. Дети выросли и перебрались в большой город. Про отца не забывают. Сам Аякс занят разведением лошадей и держит пасеку. Кстати, ты хвалила мед…       – Его?       – Угу.       Кейла вертела в руках пустой бокал.       – Мор, – ей было хорошо и спокойно в объятиях супруга, от того она и решилась.       – М?       – Мы можем с ним встретится? Он должен узнать о малышке.       – Хорошо.       – Ты вот так спокойно об этом говоришь? – ведь Фатуи нанесли большой ущерб не только его стране, но и ему самому.       – Все мы имеем возможность услышать шепот Судьбы, моя дорогая, – улыбнулся Моракс. – Я свой услышал и быть может, нашему общему знакомому новая встреча с тобой принесет покой и прощение?       – Кто знает? – пожала плечами девушка и потянулась за виноградом.              А в мире начала твориться магия, скрытая от глаз смертных, ощущаемая людьми с Глазом Бога и едва видимая избранными Архонтами. Барбатос улыбнулся, глядя не переплетение угасающих линий жизней с сильной, новой и замечательной, словно в старую реку ворвался сильный поток молодой бурной горной реки.       – Венти? – Сяо вышел на балкон их дома. – Твоя улыбка полна загадок.       – Мир вновь изменился, – улыбнулся Анемо Архонт. – Как думаешь, скоро ли мы узнаем о новом Архонте?       – Новом?       – Да. Для мира она новый архонт, а для нас – всего лишь очаровательная сестра-почти-близнец Альбедо, – хихикнул Венти, прижимаясь к своему супругу.       – Архонт? Кейла? – прошептал Сяо, вспоминая все, что связывало его с девушкой и осознавая правду.       – Хе-хе.              Ох! Светлые силы моей фантазии! Бусинда! Исчадие Ада! Я вновь про тебя забыла! Автор ленивая жопка! Что же, Бусинда. Этот мрак в непросветной Тьме, словно ее хозяин, нашла себе приключения и благополучно разрешилась двумя котятами – беленьким и черненьким. Беленький укатил к Меловым, пугать гостей своими алыми очами и идеально белой кожей, изредка попадая в лабораторию и доводя Альбедо до истерик, а черный, со своею матушкой, переехали в Европу, где основали свою династию по истреблению не только грызунов, но и нахождению ядов в стакане хозяев.