Anna Summers, PA

      Примечание от автора       Подавляющее большинство проголосовало за флафф. Плюс-минус сто к двум. А еще пара человек попросила всяких непристойностей, и я почему-то пошла у них на поводу. Это я к чему? НЕ ЧИТАЙТЕ В АВТОБУСЕ. НИ ПРИ КАКИХ УСЛОВИЯХ. ХОТЯ БЫ ЭТО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ НЕ ИГНОРИРУЙТЕ!       Ну и приятного чтения :)       Анна была разбужена одним из самых неприятных способов: что-то где-то вибрировало, и девушка понятия не имела, что и где. Лениво приоткрыв один глаз, она принялась искать источник звука; секунд через сорок она, наконец, заметила, что вибрирует – и заодно светится – задний карман ее джинсов, валяющихся на полу.       Затаив дыхание, Анна повернула голову и еле слышно выдохнула: дыхание Эльзы было все таким же размеренным. Стараясь двигаться как можно осторожнее, рыжая свесилась с кровати, подтянула джинсы к себе и достала из них свой айфон, после чего снова скосила глаза в сторону.       Белоснежные волосы растрепались во сне, и сейчас, обнаженная, Эльза больше всего походила на ангела – спящего ангела, так что Анна, улыбаясь про себя, осторожно разблокировала телефон. И тут же резко села, отчего ее ангел недовольно хмыкнул во сне, но рыжая этого даже не заметила.       Куча пропущенных. Куча сообщений. Последнее из них гласило: «Энни. Позвони мне!»       За те мгновения, что она набирала номер мамы, Анна успела накрутить себя чуть ли не до истерики.       Неужели затопило? Или авария? И она лежит в больнице? А если…       – Алло?       – Мам! Что случилось?!       – О, ничего, милая! – засмеялась на том конце Идунн. – Просто ты мне давно не звонила, вот и все.       Застонав, Анна плюхнулась обратно на подушки.       – Мам, ну я же говорила, – сбоку раздался зевок, – если ты пишешь «позвони мне» – значит, к тебе в квартиру забрался велоцираптор! Или случилось что-то, что еще хуже!       – Ты мне не звонила! Что может быть еще хуже?       Тяжело вздохнув, девушка зажмурилась, пытаясь не разругаться.       – Я была занята. Работа, все дела…       – Анна, кто… – как бы Эльза ни хотела перестать зевать, это было выше ее сил, – кто это?       – Моя мама, – прошептала та, прикрывая микрофон рукой.       – Кто это? Энни, ты же сказала, что была занята работой, – в голосе Идунн явно слышалось веселье. – Ты предохраняешься? И почему ты ничего не рассказывала мне о ней?       – Я… я рассказывала…       – Правда? Как ее зовут? Она красивая?       – Она великолепная, – Анна послала Эльзе широкую улыбку и заправила ей за ухо одну из прядей. – От нее буквально дух захватывает. И… – она глубоко вздохнула, готовясь к тому, что последует, – и ее зовут Эльза.       В ту же секунду из динамиков раздался смех, настолько громкий, что даже Эльза его услышала. Анна точно знала, что Эльза его услышала, потому что никак иначе шок во взгляде блондинки девушка объяснить не могла.       – Прости, – пробормотала она, – вот такая вот у меня мама.       Тем временем Идун все еще продолжала смеяться.       – Что ж, – просипела она между попытками вдохнуть, – о ней ты мне точно рассказывала. Я правильно понимаю, что она больше не полная сука?       – Я такого не говорила! – воскликнула Анна, отчаянно краснея.       – Говорила, пусть даже и на нервах. Ты ее любишь?       – Мам!..       – О, Господи, ты ее любишь! – рыжая ущипнула себя за переносицу, когда ее мать снова разразилась хохотом. – Дай мне поговорить с ней!       – Мам, нет. Ни за что. Я не позволю тебе с утра пораньше травми…       – На часах половина третьего.       – Да даже если ты скажешь, что начинается Апокалипсис, я все равно не передам ей трубку. По крайней мере – не сейчас.       – Хорошо. Тогда вы обе приглашены на сегодняшний ужин.       – Ну мам… – Анна закатила глаза, и в ее поле зрения попала голая Эльза, которая сейчас потягивалась после сна. Голая. Потягивающаяся. Эльза. – Да. Хорошо.       – Ровно в шесть. Не опазды…       Отбившись, девушка со стоном перевернулась и уткнулась лицом в подушки.       – И что это сейчас было? – приподняв бровь, с улыбкой спросила блондинка.       – Мйммхчтстбйпзнкмтс, – пробубнила Анна в подушку. А когда реакции не последовало, она перевернулась обратно на спину и посмотрела прямо в голубые глаза. – Моя мама хочет с тобой познакомиться. Не волнуйся, – заверила она, глядя на застывшее лицо Эльзы, – ты ей понравишься.       В том, что будет именно так, Анна не сомневалась: Идунн была бы без ума от такой скромницы и красавицы. А в чем она еще не сомневалась, так это в том, что мать засмущает их обеих чуть ли не до смерти.       Очередной тяжкий вздох.       – Нет, правда, понравишься, – девушка накрыла ладонь Эльзы своей. – А еще она заставила меня пригласить тебя на сегодняшний ужин.       Блондинка замерла.       – И я… – рыжая сглотнула, – я приглашаю тебя сегодня на наш семейный ужин.       И только через минуту, когда Эльза, наконец, кивнула, Анна поняла, что все это время не дышала.       – Х-хорошо.       – Спасибо, – прижавшись к Эльзе и прикрыв глаза, она позволила себе насладиться теплом ее тела.       Анна не знала, почему Эльза под боком ощущалась так правильно, но она знала, что это правильно, и потому совершенно не беспокоилась по этому поводу. По поводу своих чувств. Да, с кем-то другим такая влюбленность обязательно закончилась бы чем-нибудь неприятным, но только не с Эльзой.       – Извини, что разбудила, – прошептала Анна, целуя плечо блондинки. – Так бы и спала вместе с тобой.       Эльза промычала что-то довольное – и рыжая, лежа рядом с любимым человеком, не могла не поделиться своими чувствами.       – Элс, я люблю тебя.       Каждый раз, когда Анна признавалась в любви, она знала, что Эльза не ответит ей – по крайней мере, не словами. Она понимала, что Эльза пока еще не осознает свою любовь к ней в полной мере и боялась, что такие частые признания в конце концов оттолкнут от нее девушку; боялась – и все же признавалась, ведь она ничего не могла поделать со своей любовью к Эльзе.       Вот и сейчас повисшее в воздухе напряжение можно было потрогать. В сотый раз проклиная себя, Анна открыла было рот в попытке как-то успокоить Эльзу, однако сказать она ничего так и не успела: на ее губы лег тонкий палец.       А затем Эльза поцеловала ее. Поначалу осторожный – будто бы Анна была чем-то хрупким – поцелуй быстро перерос в отчаянный; отчаянный и чувственный поцелуй, полный любви.       Любви к ней.       Любви, с которой Эльза ничего не могла поделать.       – Ты просто нечто, – выдохнула Анна, отрываясь от губ своей девушки и кладя руку ей на талию. – Знаешь, до шести еще куча времени.       – О да, – от взгляда потемневших глаз у рыжей побежали по телу мурашки, – у нас действительно куча времени.       Пальцы Анны заскользили по бедру блондинки.       – И раз ты со мной согласна, я предла… а?       – Да, я с тобой согласна, – перехватив руку Анны, Эльза подняла ее к губам и поцеловала каждую из костяшек, – но, кажется, мы говорили, что мне не хватает опыта. Только… – прошептала она, – только мне нужна будет твоя помощь.       Как только Анна осознала, что именно Эльза имела в виду, возбуждение захлестнуло ее с головой. По правде говоря, девушка была готова дарить Эльзе наслаждение до самого конца времен, не вспоминая о себе, однако о ней помнили и без нее, и мысль о том, что именно она проведет Эльзу через исследование женского тела – через исследование их тел, – опьяняла не хуже «Пина колады»       – Могу сказать только одно: пробуй. Думаю, если ты будешь на верном пути, – Анна хихикнула, – ты услышишь.       Когда Эльза откинула одеяло, у Анны в очередной раз перехватило дыхание от вида обнаженной блондинки – а уж когда та, неосознанно облизывая губы, устроилась между ног своей девушки, последняя и вовсе перестала дышать.       Покрывая живот Анны невесомыми поцелуями, Эльза спускалась все ниже, к ее бедрам – бедрам, которые Анна призывающе раздвинула перед ней. Высунув от напряжения кончик языка, блондинка осторожно коснулась нежной кожи, покрытой манящей влагой.       Когда Анна тихо застонала, Эльзу как будто подменили. Ее движения стали более уверенными, дыхание обеих девушек участилось…       – Знаешь, – неожиданно Эльза снизила темп ласк и посмотрела прямо в подернутые пеленой бирюзовые глаза, – я много читала. В том числе и романтику. И меня всегда завораживала идея, – она вновь облизала губы, – ну… орального секса.       И улыбнулась. Мило и невинно. Как будто это не ее палец сейчас вырисовывал известные одной только Эльзе символы на складках и клиторе Анны.       День становится все лучше и лучше.       – Я могла бы показать тебе на практике, – лениво ухмыльнулась рыжая, однако Эльза покачала головой.       – Сейчас все еще моя очередь, – совершенно случайно девушка снова задела клитор Анны, и та зашипела от наслаждения, – хотя позже я обязательно воспользуюсь Вашим предложением, мисс Саммерс. Нет, я имею в виду… я хотела бы попробовать. С тобой.       Лучший. День. В истории.       – У меня… нет возражений, мисс Эренделл, – сгорая от нетерпения, Анна протянула блондинке одну из лежащих рядом с ней подушек, – подложи мне под талию. Только дай я сползу чуть ниже.       И сейчас, стоя на коленях перед Анной, находясь от нее в считанных сантиметрах, Эльза чувствовала, как теряет связь с реальностью; впрочем, эти же эмоции испытывала и сама Анна, ощущая на своей коже дыхание девушки.       – С чего же мне начать?       С чего же… с чего же тебе начать?..       Ей очень хотелось уплыть окончательно. Оргазм был не за горами, и ей очень хотелось сказать: «Делай, что хочешь» – однако она не могла. Она знала, что любовь всей ее жизни хочет любить ее, и кто она такая, чтобы ей мешать?       – Плоский… плоский язык, – выдохнула она, прикрывая глаза и откидываясь назад, когда блондинка последовала ее совету.       Недостаток опыта Эльза с лихвой компенсировала своим напором; ее язык скользил вдоль влажных складок, задерживаясь возле горошины клитора – и всякий раз, когда девушка задевала ее, Анна была готова вцепиться в белоснежную копну и буквально вжать это прелестное личико между своих бедер.       Однако пока что она сдерживала себя.       – И… и как тебе на вкус?       Анна тут же пожалела о том, что спросила это, ведь блондинка с веселым прищуром вновь прильнула к ней, а затем, отстранившись, подняла взгляд на тяжело дышащую девушку.       Спокойно, Саммерс, спокойно…       – Божественно.       И облизнулась, будто налакавшаяся сливок кошка.       – Ты играешь с огнем, Элс, ты зна-а-а!..       Однако сдерживаться становилось все труднее – особенно когда Эльза не давала ей сосредоточиться ни на чем другом, кроме как на своем языке, – и поэтому Анна, пребывая в полузабытьи, рефлекторно приподняла бедра; у нее не было ни сил, ни возможности внятно выразить свои желания, и все, что ей оставалось – это надеяться, что Эльза поймет ее.       А Эльза была примерной ученицей.       Рыжая закусила губу, когда на ее клитор лег самый кончик языка и резко щелкнул, двигаясь вверх. Через секунду – вниз, отчего Анна, зашипев, сменила позу: подогнув левую ногу под себя и оперевшись на нее, правую она закинула Эльзе на спину; если та и удивилась, то ничем не показала этого, лишь только ускорилась.       – Пальцы… быстрее…       Ни на секунду не останавливаясь, Эльза ввела в девушку сразу два пальца, и в то же мгновение была вознаграждена особенно громким стоном – и, насаживаясь на них, насаживаясь на язык Эльзы и выкрикивая между стонами ее имя, Анна хотела только одного: показать ей, как сильно она ее любит.       И, пытаясь отдышаться после накрывшего ее оргазма – целуя лежащую рядом с ней Эльзу, целуя взасос, смакуя свой собственный вкус на таких желанных губах, – Анна мечтала о повторении этого блаженства и ни о чем больше.       – Я правильно понимаю, что тебе понравилось? – усмехнулась блондинка, когда Анна, наконец, отстранилась от нее.       – Шутишь? – пробормотала та. – У меня до сих пор ноги сводит.       Зардевшись, Эльза послала своей девушке застенчивый взгляд из-под растрепавшейся челки, и через миг Анна с горящими глазами уже сидела между бедер Эльзы.       – Недавно Вам поступило мое предложение, мисс Эренделл. И я думаю, что сейчас Вы не в праве от него отказаться.       

***

      Когда они опомнились, часы уже показывали четыре часа, так что собираться им пришлось в спешке – настолько в спешке, что даже душ девушки принимали вместе. Правда, Эльза не ожидала, что они будут… действительно мыться. Да, она мылась рядом с Анной, рядом с этой рыжеволосой богиней, но это было слишком… обыденно? Да, обыденно.       Нужно будет исправить это досадное упущение.       Моментально покраснев при этой мысли, Эльза скосила глаза вправо, на пассажирское сиденье, где сидела Анна и теребила юбку. Ее, Эльзы, юбку.       У блондинки были целые шкафы одежды, поэтому когда Анна поняла, что ее вечерний наряд весь пропах алкоголем и караоке, и едва слышно попросила одолжить ей что-нибудь, девушка, разумеется, согласилась. Вот только когда она поинтересовалась у рыжей, как именно пахнет караоке, та внезапно смутилась и убежала обратно в ванную.       – Где поворачивать?       – А? – встрепенувшись, Анна огляделась по сторонам. – Через два квартала направо.       Анна определенно волновалась, хотя сама просила об обратном. Это сбивало Эльзу с толку: судя по тому, что она знала о матери Анны, ее девушка находилась с ней в прекрасных отношениях.       Кому стоило бы переживать, так это мне.       – Вон тот, – пробормотали справа, и Эльза свернула к указанной лужайке.       Дом, возле которого они остановились, не был каким-то особенным: одноэтажный, обшитый голубым сайдингом, он стоял за сквозным деревянным забором, с которого уже местами облетела краска.       – Прежде чем мы выйдем, я должна тебя предупредить, – Анна нервно заправила волосы за ухо, – моя мама может быть немного шумной. И слишком прямолинейной. А еще она иногда упряма, как…       – Как ты, – закончила с улыбкой Эльза, накрывая ладонь Анны своей. – Но я уверена, что мы с ней поладим.       Ощутимо расслабившись, девушка кивнула и вышла из машины; блондинка последовала за ней.       – Спасибо, – шепнула ей Анна, переплетая их пальцы вместе и ведя ее к калитке. – Не знаю, что на меня нашло.       – Всякое бывает. Лучше расскажи: что у вас там такое растет? – Эльза взглядом показала на фиолетово-желтый ковер, которым был покрыт сад.       – А, это крокусы с нарциссами, каждый год такая красота. И сейчас… – рыжая просунула руку между досками, отодвигая щеколду, – ты увидишь ее своими глазами!       Однако увидела Эльза не красоту, а огромного черного медведя, который несся на нее без единого звука.       – Муки! – восторженно завопила Анна, заглушая при этом тихий вскрик блондинки, и присела на корточки.       – Анна? – дрожащим голосом позвала ее Эльза, не в силах сдвинуться с места, – Анна, ты же не хочешь его…       Но Анна определенно хотела поймать это чудовище. И она это сделала – и теперь, хохоча, чесала его, пока оно облизывало девушке лицо.       – Мой хороший! Ты же скучал по мне? Скажи, скучал? Конечно, скучал, мой ты медвежонок! Ну куда ты? – обиженно спросила она, когда Муки принялся бегать вокруг них и радостно лаять.       А Эльза по-прежнему стояла на месте, разве что не дрожа от страха.       – Не любишь собак? – улыбка Анны померкла, когда она обернулась и увидела состояние своей девушки.       – Он просто… слишком большой, – выдавила из себя блондинка. – Это точно собака?       – Точно-точно. Муки! – медведь повернул свою огромную голову в сторону ухмыляющейся Анны. – Сидеть!       Медведь плюхнулся на землю.       Господи, он мне по талию! Нет, поправка – он выше моей талии! Я ни за что не поверю, что собаки сами вырастают до таких размеров!       – Молодец! Он такой дурачок, на самом деле, – пальцы девушки вновь зарылись в шерсть пса, и тот вывалил от удовольствия язык, – попробуй… погладить его?       Эльза не любила собак. Эльза не любила животных в принципе – не ненавидела, но очень не хотела рядом с ними находиться, не говоря уже о прикосновениях, – однако сейчас она готова была на все, лишь бы только порадовать Анну. Затаив дыхание, она протянула дрожащую руку и боязливо положила ее на голову пса.       Мягко. Удивительно.       Муки все так же сидел, высунув язык, так что блондинка, осмелев, осторожно почесала ему за ухом.       – Он такой пуши…       – Энни!       Заслышав знакомый голос, пес сразу же вскочил и вновь принялся лаять, наматывая круги вокруг Эльзы, Анны и стройной шатенки, с которой та сейчас обнималась – обнималась и не замечала ничего вокруг. Как следствие – не замечала она и метаний Эльзы.       Спокойно, Эренделл. Это просто собака. Просто огромная собака, которая может тебя проглотить и не подавиться.       Она глубоко вздохнула.       Просто делай так, как делала Анна.       – Муки, с-сидеть.       Удивительно, но медведь снова плюхнулся на землю, и Эльза облегченно улыбнулась.       – Итак, – выпустив свою дочь из объятий, женщина посмотрела прямо на блондинку, – кто эта сногсшибательная леди?       – Ну… хах. Что ж, – Анна нервно усмехнулась. – Мама, это – Эльза Эренделл, моя девушка. А еще босс. Но главным образом девушка. Эльза, это – Идунн Саммерс, моя мама.       – Очень прия… ой!       Протянутую руку Эльзы проигнорировали, заключив ее в в костедробительные объятия.       – Рада с тобой, наконец, познакомиться, моя дорогая! Ох, но что же это я! – Идунн всплеснула руками, – пойдемте же в дом!       Эльза перевела ошеломленный взгляд с шатенки на рыжую.       – Это моя мама, – прошептала Анна, вновь беря девушку за руку. – Пошли.       – Насколько я понимаю, у вас все отлично, не так ли? – обернулась к ним Идунн, открывая дверь и пропуская Муки вперед себя. – Раз уж ты, Энни, носишь ее одежду.       Густо покраснев, Анна сжала ладонь Эльзы.       – Это моя одежда, мам. Мы не виделись больше месяца. Я пошла в магазин и купила себе новую одежду. Такое случается, представляешь?       Идунн приподняла бровь.       – Я пробую новый образ! – воскликнула девушка возмущенно.       – Ну… да. Новый образ «Я ношу одежду своей девушки».       – Господи, мам, заткнись уже.       Этого Эльза точно не ожидала услышать. Что было для нее еще более удивительно – так это то, что Идунн только засмеялась и снова обняла Анну. Воспитанная совершенно по-другому, она не понимала, как дети могут общаться с родителями так... просто.       «Хватит спорить. Я лучше знаю».       «Не время для шуток. Иди занимайся».       «Обняться? Зачем?»       Закусив губу и зажмурившись, Эльза глубоко вздохнула.       Спасибо, отец.       – Вы присаживайтесь, не стойте! – шатенка подтолкнула девушек в сторону зала и практически силой усадила их на диван. – Вообще, если без шуток, то тебе очень идет, Энни.       И, лукаво улыбнувшись, добавила:       – Долго выбирала? Или схватила первое, что под руку попалось?       – Мама!       Она знает.       Эта мысль пронзила разум Эльзы, и она, зардевшись, вжалась в спинку дивана.       Она определенно знает, что мы утром… были вместе.       Как? Откуда?       Пытаясь привлечь как можно меньше внимания, блондинка постаралась отодвинуться от Анны. Но не успела.       – Что же такого сделала моя дочка, раз привлекла внимание такой красавицы?       Черт. Она это мне? Да, она это мне.       Эльза откашлялась.       Думай быстрее, Эренделл. Не можешь же ты ей сказать, что Анна в первый же рабочий день принялась сверкать своим нижним бельем? И определенно тебе не стоит говорить о том, насколько ее дочь вку…       – Она хотела заночевать у меня на пороге в спальном мешке, – выпалила девушка.       – У этого были причины, – надулась Анна, исподлобья глядя на заливающуюся смехом мать.       Ага, и у этих причин даже имя с фамилией есть.       – По моей вине. Не из-за Анны.       Идунн смахнула выступившие слезы.       – Мы знакомы всего ничего, а ты мне уже нравишься больше, чем ее бывший. Как там его звали?       – Мам, хватит. Серьезно.       – Нет, его звали не «Серьезно». Джастин? Джейсон?       Анна зарычала.       – Джереми? Не помню, но как-то так. Будете вина? – не дожидаясь ответа, Идунн скрылась на кухне. – Кстати, у нас сегодня ростбиф с картофелем! – крикнула она, откупорив бутылку.       Тяжело выдохнув, рыжая уронила голову на плечо Эльзы; в попытке успокоиться она принялась вырисовывать вензеля на оголенном предплечье, а Эльза изо всех сил пыталась не думать о том, где именно эти пальцы были всего несколько часов назад.       А затем вернулась Идунн с двумя бокалами вина, и под ее взглядом Эльза вновь почувствовала себя неуверенной школьницей.       – Вот что я действительно хотела бы узнать: вы предпочитаете тако? Или все же хот-доги?       Анна спрятала лицо в ладонях.       – Энни, я серьезно спрашиваю!       Девушка в ответ на это заявление лишь сползла с дивана на пол.       – Муки, убей меня, – пробубнила Анна, когда пес подошел к ней и лизнул ей руку. – Я этого больше не вынесу.       Эльза прокашлялась.       – Извините меня, но, кажется, я чего-то не понимаю. Разве Вы, миссис Саммерс…       – Просто Идунн, моя дорогая!       – … разве Вы, мисс Саммерс, не сами только что сказали, что у нас будет ростбиф?       Вывернув шею, Анна посмотрела на нее снизу вверх.       – Зря ты это спросила.       – О, моя дорогая Эльза, – усмехнулась Идунн, – когда я говорю о…       – Так! Все! Хватит! – рыжая моментально вскочила на ноги и, бросившись к матери, потянула ее в сторону кухни. – Это тако! А теперь тебе нужно проверить мясо, кажется, там что-то горит.       – Энни…       – Я серьезно. У тебя что-то горит.       – Хорошо-хорошо, я проверю, – отмахнулась от нее женщина, – но мне кажется, что жарко именно в этой комнате.       – Мама!       – Иду-иду!       Эльза еле сдержала смешок, когда Анна с совершенно красным лицом развернулась к ней и с очередным стоном осела рядом.       – Так что она имела в виду?       – Это не так трудно, как ты думаешь, – пробормотала та, пялясь в потолок. – Подумай.       Тако и хот-дог. Очевидно, с сексуальным подтекстом. Ответ – тако…       Господи.       Покраснев за секунду до кончиков ушей, Эльза приложилась ко второму бокалу.       – Я понимаю, извинения ничего не исправят, но, ради Христа, прости за это. Я пыталась хоть как-то научить ее хорошим манерам, но ты же знаешь меня и мое упрямство, а это моя мама, и это иногда совершенно невозможный человек, и…       – Ты уверена, что это твоя мама? – Анна в недоумении уставилась на блондинку. – Вы больше похожи на давних подруг, чем на мать и дочь.       Кривая улыбка возникла на губах Анны.       – Я серьезно. Да, она меня смущает, но твоя мама – что-то с чем-то, я уже люблю ее. Она может…       Эльза сглотнула.       – Она может быть и моей мамой?       Прости, отец, но тебе далеко до Идунн.       Улыбка Анны стала шире.       – Я придумаю что-нибудь. Или мы просто удочерим тебя.       – Или просто поженитесь уже! – донесся с кухни смех Идунн, на что Анна беззвучно упала Эльзе на колени и спрятала лицо у нее между бедер.       Не вспоминай утро. Не вспоминай утро!       

***

      – Миссис Саммерс?       Ужин подходил к логическому завершению. Вечер, как казалось Эльзе, прошел отлично: она сама не ударила в грязь лицом перед Идунн и окончательно перестала думать о том, что женщина выгонит ее из-за того, что она заставила Анну страдать; Идунн же, по мнению блондинки, думала только о том, как засмущать свою дочь, а потому рассказывала буквально любой факт о ее детстве – рассказала и то, как Анна в шесть лет уже планировала свою свадьбу, вплоть до фасона платья и цветов, и то, что однажды она не могла несколько часов найти Анну, в то время как последняя сидела в шкафу и пыталась попасть в Нарнию, и даже вновь затронула ее бывших.       Анна же все это время сидела и пыталась провалиться сквозь землю от смущения.       И как раз во время одной из этих историй Эльза подумала о чем-то крайне для нее важном – и сейчас, отставив свой бокал, смотрела прямо на Идунн.       – Как Вы отнеслись к тому, что Ваша дочь – би?       – Я закатила ей вечеринку, – с усмешкой ответила женщина, и голова Анны гулко стукнулась о столешницу.       – Это был самый неловкий момент в моей жизни.       – Дорогая моя, не смеши. Я позорила тебя гораздо чаще.       – Но не так, как тогда! Ты позвала девушку, которая мне нравилась, и сказала ей об этом! Кто вообще так делает?!       – Да потому что сама бы ты никогда ей не призналась!       Эльза не смогла сдержать смешок, глядя на них – и, услышав его, Анна максимально драматично закатила глаза и воздела руки к нему, будто призывая на себя все кары небесные.       – Да, но… – голос блондинки задрожал, и она уставилась на свои идеальные ногти, – но как Вы…       – Как я приняла это? – закончила за нее Идунн. Когда Эльза кивнула, шатенка наклонилась к Анне и принялась жамкать ее щеки. – А вот как: она же – моя маленькая девочка!       Засмеявшись, рыжая отмахнулась от матери и перевела взгляд на Эльзу. Заметив ее грустный взгляд, она накрыла ладонь девушки своей.       Разумеется, этот жест не могла не заметить Идунн.       – Ты только недавно приняла себя?       – «Недавно» – это еще мягко сказано…       – Скорее, я заставила ее это сделать, – пришла ей на помощь Анна, отвлекая внимание женщины от Эльзы. – Где-то даже переступая черту.       – Не то чтобы ты была не в своем праве, вспоминая мое поведение…       – Узнаю свою дочку, – ухмыльнулась было Идунн, – однако шутки в сторону. Эльза, я хочу дать тебе один совет.       – Который ты спокойно можешь проигнорировать.       – А можешь и нет. Много-много лет назад я была пай-девочкой, – не смейся, Анна, такое действительно было! – но чувствовала я себя глубоко неправильно. Я не была собой. Я не была счастливой.       Эльза сглотнула.       – Поэтому, если ты не хочешь быть молодой Идунн – если хочешь быть счастливой, – то послушай меня: будь собой. Будь той, кем ты себя чувствуешь, и не скрывай себя, потому что те, кто действительно важен, поймут и примут, а те, кто не понимают и не принимают, – не важны.       Блондинка посмотрела на их с Анной переплетенные пальцы.       Если бы все было так просто.       – Но хватит о грустном. Сегодня мы отдыхаем, – Идунн встала и с наслаждением потянулась. – Кому еще пирога?              Примечание от автора       Фух! В следующей главе мы возвращаемся к сюжету, и там будет столько сюжета, сколько вы только можете себе представить.       Обнимаю вас все до смерти.       Капитан Элфи.