Два сердца и зимние звёзды

      Как быстро летит время: Хёнджин не успел оглянуться, как на календаре вновь двадцать пятое декабря.       По началу, этот год был тяжёлый. Хёнджин никак не мог смириться с тем, что своего Феликса он уже никогда не увидит, но потом взял себя в руки. Вернулся к лечению, и начал соблюдать все предписания врача. Извинился перед братом, даже сам настоял на том, чтобы познакомить Джисона с их родителями. Сначала мать была против, но потом, узнав парня своего сына лучше, просто безоговорочно влюбилась в него.       Что касается отношений Хёнджина и матери, то они постепенно начали налаживаться. Поговорив и всё выяснив, как и советовал Феликс, они постепенно стали сближаться: даже иногда ходили по магазинам вдвоём.       Хёнджин вернулся к написанию картин. Первое время, он до боли в руках, почти на каждом полотне, изображал лицо Ликса, будто боялся, что забудет его. Но точно знал, что такого не случится. Затем начал писать картины с изображением неба, и очень преуспел в этом направлении, что в октябре дал свою выставку работ. Пусть и небольшую, но счастлив он был неимоверно.       Всё налаживалось. Он старался жить, как и обещал Феликсу. Жить за них двоих. Каждое воскресенье он навещал Феликса, теперь уже на кладбище. Спустя месяц Хван пришёл к его маме, и всё рассказал. Она слушала внимательно, будто не веря ему. А потом заплакала и крепко обняла Джини, сказав, что счастлива, что это оказался он. И добавила, что вкус у сына все же отличный, если он умудрился влюбиться в Хёнджина.       Хёнджин, стоя возле своего дома, смотрел на небо. Нежно улыбался одной лишь звезде, на всём чёрном зимнем небе.       — На что смотрите? — вдруг раздался голос рядом. Хёнджин резко посмотрел в сторону. Рядом стояла девушка с белыми длинными волосами. На голове яркий оранжевый берет, а на плечи накинуто пальто. В руках она держала поднос с печеньем.       — На звезду, — ответил Хван.       — Ааа, — протянула она, — Понятно. Здесь на небе видно только одну звезду. Вы не находите, что это странно? — спросила девушка, внимательно рассматривающего её Хёнджина.       А он и не находил в этом ничего странного. Он лишь смотрел на оранжевый берет на голове девушки и на её лицо, которое было усыпано веснушками.       — С Рождеством! — вдруг сказала она.       — С Рождеством!       — Ох, холодно. Ну, всё, я побежала, — сказала она, и засеменила ножками в сторону соседнего дома.       — Как вас зовут? — крикнул ей в след Хёнджин.       — Филис. Ли Филис, — крикнула в ответ девушка, — А вас?       — Хёнджин, Хван Хёнджин, — ответил молодой человек, — А вы настоящая?       — Я? — переспросила девушка, — Смешной вы, — заключила она, и забежала в дом. Хван улыбнулся ей в след и подумал о том, что нужно обязательно пригласить её на чай с печеньем — с ароматом корицы и апельсина.