Пока Дьявол не позовёт

Гадалка жила в старом районе Лондона в Брикстоне у Темзы. Как не странно, это был вполне уютный, просторный двухэтажный дом, выполненный в английском стиле с парковкой и небольшим бассейном. На пороге появилась молодая красивая женщина лет тридцати в джинсах и белой рубашке. Её кудрявые чёрные локоны были закреплены чуть сзади, а на талии висел тонкий чёрный ремешок. - О, приехали уже? – она говорила на английском, но мне было не сложно её понять, ведь я знала этот язык в совершенстве. Когда её взгляд упал на Юи, гадалка замерла и с её лица сошла улыбка. У охотницы возникло неприятное чувство внутри, как если бы о ней узнали какую-то нелицеприятную тайну. - Ну проходи, дитя, – голос был таким, как-будто гадалка делала большое одолжение, пуская незваную гостью к себе в дом. Внутри было так же уютно и светло, как и снаружи. Проведя гостей на кухню, она села у окна. - Присаживайтесь. Охотница села рядом. - Меня зовут Патрисия, - закинув ногу на ногу, она стала перебирать в руках колоду гадальных карт, – А ты, как я понимаю, Юи, верно? - Да. Даже не начиная своего расклада, она с грохотом кинула стопку карт на стол, недовольно бормоча, – Грех на тебе страшный лежит. С Нечистым спуталась. Блондинка вздрогнула и исподлобья вперилась в черноокую красавицу. - От тебя разит преисподней, – поморщив показательно нос, женщина вновь взяла в руки карты. - У меня не было другого выбора. - Выбор есть всегда, – твёрдо противопоставила гадалка, – Твоё решение тебе дорого обойдется. В итоге, тебе за всё придётся «заплатить». Юи сглотнула. Предупреждение заставило напрячься даже Рейджи. - «Цена» будет велика, – добавила она вновь. - Я знаю. - Нет, ты даже не представляешь. - Я готова в любом случае, – блондинка прикрыла болезненно глаза, прекрасно понимая, что ей не избежать возмездия. Патрисия улыбнулась. Она взяла из рядом стоящей миски зелёное, ещё незрелое яблоко. В её руках оно медленно начало краснеть, превращаясь в ярко-алый плод. После чего надкусила его и с обыденным лицом сказала, – Нравится? Не все так умеют. Юи поражённо глядела на неё, – “Кажется, она не шарлатанка.” - Вот карты, – она показала на них рукой, - Укажи свой “путь”, – потребовала загадочно гадалка. Охотница протянула руку, вытягивая свою карту. Перевернув её, блондинка спросила, – И, что это значит? На карте было нарисовано небо, освещённое светом, это порадовало гадалку. Она улыбалась. - Это хороший знак. В итоге для тебя всё сложится благоприятно, хоть это и не отменит твоего искупления. - А сёстры? Я могу узнать, что с ними стало? – нетерпеливо стала допытываться блондинка. Патрисия быстро ответила, – Они живы. Охотница тяжело выдохнула. - …но их жизни не позавидуют даже мёртвые, – добавила черноволосая, доставая ещё одну карту, – Они так же, как и ты, обмануты и страдают. - Вы знаете, кто стоит за всем? Я ничего не помню. Рейджи напрягся. Он боялся, что Патрисия поведает ей правду, но этого не случилось. Лишь на один миг её чёрные глаза остановились на сморщившемся вампире. - Твои воспоминания не так важны, как ты думаешь. Это часть сделки, – снова упала карта, – У Дьявола большие планы на твою душу. Ему необходимо исполнить контракт в полной мере для того, чтобы завладеть ею. - Но в-вы же сказали, что для меня всё сложится благополучно. Её губы вновь заулыбались, – Верно. Вся его сила в книге. - …Той самой? - Ты призвала ЕГО с её помощью, и он не уйдёт, пока не получит то, за чем пришёл, – предупредила гадалка. Её рука замерла в воздухе, а взор застыл, при видя карты смерти у себя в руках. Быстро одумавшись, она скрыла от блондинки её значение, тихо и очень обеспокоенно вновь шепча, – Ключ к тому, что ты потеряла лежит в книге. - То есть я верну свои воспоминания, если найду ту книгу из своих ведений? - Разве под чем-то ценным, я подразумевала твои воспоминания? – с наигранной усмешкой отдёрнула охотницу она. Тогда, что если не это? – Даже без них ты остаёшься охотницей. Это заложено у тебя в крови, в твоих генах. Духом смерти и войны пропитаны твои кости, твои жилы, твои мышцы, твой разум. Всё выдаёт в тебе старого война! – величественно закричала женщина, пугающим взглядом приводя меня в шок, – Твоё тело ВСЁ помнит. Пускай твой разум чист, но твои знания, твои таланты живы. Вот почему ты превосходна во ВСЁМ. Любое препятствие вставшее на твоём пути – НИЧТО. Ты – это ты. Судьбу не изменить. И алая роза никогда не обратится белой лилией, – её голос казался возвышенным, чувственным, как если бы Юи была кем-то особенным для этого мира, чем-то гораздо большим, чем просто человек, - Когда-то давно ты лишилась чего-то более важного, чем просто воспоминания о семье. Это изменило твою жизнь, твоё сознание. Это заставило твою кровь леденеть… и изменить своей ве~ере, – её пальцы указали на шею девушки, где раньше висел крестик. Блондинка вздрогнула. “На что она намекает? Было что-то ещё? Разве мы с сёстрами обратились за помощью к Дьяволу не потому, что были в отчаянии? Нас преследовали и почти что загнали в угол… Мы… Нет. Всё по-другому. Мы – были рождены воинами. Охотясь день за днём, разве мы тогда не были готовы к тому, чтобы встретить свой конец? Ведь именно в этом весь смысл! Мы убивали. И нас пытались убить. Почему мы не предпочли тогда смерть? Пускай мы бы проиграли… но в итоге, мы бы умерли с чувством собственного достоинства, как охотники – кем мы жили и были рождены. Так почему мы отринули веру? Теперь я вспомнила! Образ той книги мелькал в моих воспоминаниях задолго до гибели родителей. Мы стали искать способ вызвать Дьявола ещё тогда, когда те были живы.” Ради чего всё это? Она осматривалась и не понимала «почему»? Ради чего Юи вырезала своё сердце? Что заставило Дьявола сжалиться над ними и подняться из самих глубин Ада? Рука гадалки опустилась на плечо охотницы и через миг с него исчезла метка Дьявола. Юи была поражена. - Это защита. Так он не сможет тебя отследить, – сказала женщина, вытягивая ещё две карты, – Он скоро сам тебя найдёт, чтобы восстановить печать, – их глаза встретились, – Когда Нечистый явится к тебе, спроси его о сестрах. Он не станет лгать. - Х-хорошо. - «Когда часы вдруг повернутся вспять… выбери иной путь», – всего одно предложение в качестве прорицания, но его было достаточно, чтобы обдумывать вновь и вновь, - Это твоя судьба, часть твоего искупления. - … - Позже поймёшь. Жизнь подскажет. - А кто же тогда винов… Поняв, что именно хочет спросил у неё Юи, Патрисия резко её перебила: - Вскоре ты сама обо всём узнаешь. - … Больше Юи ничего не спрашивала. Стараясь обдумать недавно сказанное гадалкой, девушка опустила голову вниз. Рейджи, как-будто пытаясь сбежать, подошёл к охотнице и, сжав её плечи, сказал, – Пошли. Патрисия лишь улыбнулась в ответ на явную агрессию вампира и протянула колоду карт, – Вытяни карту, Рейджи. - Мне это не нужно, – он отвернулся, недовольно хмурясь. - Рейджи… карта…, - требовательный тон девушки заставил вампира цыкнуть и всё-таки взять со стола карту. На ней были нарисованы две собаки: белая и чёрная, воющие на одну луну. - …Интересно…, - хмыкнула она, чему-то ухмыляясь. Казалось, она знает то, чего не знают другие. Рейджи это не понравилось. - И что это значит? Ведьма, будто игнорируя недовольные светящиеся глаза, показала карту уже поднявшейся из-за стола охотнице, – Юи, что для тебя обозначает этот рисунок? Посмотри вглубь себя и скажи первое, что придёт тебе на ум. - Эм…, - она не стала долго вглядываться и просто на одном дыхании сказала, – “Ради тебя я дотянусь до края Луны”. Гадалка вздрогнула, - … кажется, твой потенциал гораздо больше, чем я могла себе представить. Рейджи внимательно наблюдал за их разговором. - Твой дар огромен, – добавила она, безпристрастно тасуя перед собой карты, - …возможно, даже больше моего, – её шёпот не мог не ускользнуть от слуха Рейджи, который тут же завопил. - Это невозможно! - От чего же? – ухмыльнувшись, спросила его Патрисия, – Её дар не развит и не имеет своего продолжения, так как все эти столетия на ней лежала печать Сатаны, но в целом… заглянув внутрь, я не вижу даже края её возможностей. Это огромный дар… настолько же велика и ответственность, – её взгляд упал на блондинку, – Собственно, поэтому видимо вам с сёстрами и удалось призвать Рогатого. Столь сильный демон не выходит из Преисподней ради кого попало. Твоя душа его заинтересовала. И будь на твоём месте кто-то другой, вы бы не сумели открыть врата Ада, - Рейджи сглотнул, – То, что вы исполнили ритуал, уже доказывает правдивость моих слов. Ты особенная. - Но она – оборотень! – крикну в противовес вампир. - И, что? – она приподняла одну бровь, – Раса не влияет на внутренние таланты. Тебе ли этого не знать. Даже среди вампиров есть те, кто обладает удивительными способностями и возможностями, превышающими человеческие. Рейджи не мог ничего ответить. Действительно раньше он видел существ, обладающих способностями за гранью возможного, но ему ли не знать, сколь редко они рождались. За всю свою долгую жизнь он знавал лишь троих таких людей – Патрисия, его отец – Карл Хайнц, и… видимо, Юи. Уходя, Патрисия окликнула вампира, – Рейджи!... – он остановился и взглянул на неё. Медленно подойдя к нему, она вложила в его ладонь вытянутую им же самим карту, - …Встреча с ней – твоя судьба. Ваши судьбы крепко сплетены. И хотя путь будет долог и опасен, в итоге… ты “достигнешь Луны”. Юи села в заранее припаркованный автомобиль и, уткнувшись носом в свитер, направила свой взор на дорогу. Рейджи ничего не спрашивал, лишь мельком поглядывал на неё. Они ехали по дороге в никуда. Глядя на пролетающие мимо неё пейзажи, девушка вновь окунулась в свои воспоминания и в голове раздался истошный крик пронзивший тишину: - Будь ты проклята!!! – в сердцах кричала Ванесса захлёбываясь собственными слезами. Её чёрное траурное платье привлекало гораздо меньше внимание, чем она сама. Девушка была не просто в горе, она не казалась безумной или чересчур ушедшей в себя. Наоборот, блондинка была уверена в том, что кричащая перед ней женщина из воспоминаний сильно разочарована и сейчас просто желает остаться наедине со своей потерей. Она оплакивала своё дитя, которое было сгублено ею. “Имею ли я право осуждать кого-либо?” Блондинка опустила голову, печально приподнимая уголки губ. “Ведь сама не чиста…” На душе Юи были грехи. И некоторые из них преследовали её даже спустя двести лет. Она помнила не только собственную боль, но и ту боль, что причинила другим. Девушка одиноко шла по дороге, приподнимая подол платья. Она выдыхала клубы холодного воздуха, вглядываясь в белоснежный дым, – Ванесса… Это имя заставило Юи болезненно поморщить лицо. Даже смутные воспоминания о том времени продолжали теребить душу девушки. Она остановилась, с удивлением глядя на ладони, которые почему-то окрасились кровью, – «Вновь видение?» В её ушах звенел дикий крик, – Как ты можешь так поступать?! – владелица столь требовательного голоса была весьма молодая девушка с красивыми каштановыми волосами. На ней было одето элегантное, без всякой вычурности тёмно-синее платье, а ножки украшали аккуратные сапожки. Её голубые глаза были наполнены слезами. В то же время сама Юи не могла оторвать взгляда от себя самой, которая бездушно шагала по тропинке мимо неё, цокая каблучками туфель. Золотое платье, сверкающее и ослепляющее взор, облегало тело блондинки. Её ручки были элегантно сложены в замок у живота. Она горделиво, плавно шла вперёд. “Это Я? Какой бездушный взгляд.” – Юи поражалась самой себе. Она смотрела на свой образ прошлого и не могла простить своего собственного бездушия. - Что ты сделала с собой?! – вновь заорала она, – Как ты можешь смотреть на этот мир с пренебрежением?! Не взирать на себя, на других, на Господа?! - Продала душу Дьяволу, – как на духу, призналась блондинка с улыбкой на устах. - Не шути! Это неуместно!! – женщине показалось, что та над ней насмехается, употребляя столь резкие речи. - …А я и не шучу… “сестра”, – голос Юи был ироничным. Она прошла мимо женщины в платье, вновь возвращаясь на миг в реальность. Казалось, будто она видит какой-то очень реалистичный сон наяву. Фигуры, движения – всё было невероятно реалистичным. “Кажется, на мне было надето золотое платье.” – её тонкие бледные пальцы коснулись края одежды на груди. Юи понимала, что её видения начинают перерастать в нечто большее, чем просто отрывки памяти. Голова больше не болела при каждой попытке вспомнить, да и сами воспоминания были гораздо более реалистичнее, чем прежде. Она могла видеть целые события и даже причины, по которым она пошла именно выбранным когда-то путём. Юи казалось, что теперь она могла ощущать запахи из прошлого вместе со своими непередаваемыми воспоминаниями, вкус пищи, которую она ела когда-то и даже ощущения от прикосновений к предметам былого. Теперь она пребывала в постоянно окрылённом состоянии, дежавю не отпускало её, и порой она ловила себя на мысли, что просто переживает события заново. Чувства, которые она когда-то ощущала, так же терзали её и в этой реальности. - …Прошу! Пощади! – крик из воспоминаний вновь вывел блондинку из равновесия. Она вновь углубилась в прошлое, – Я лишь хочу, чтобы он жил! - Твои проблемы! – равнодушно откинув просящую о помощи, отчаявшуюся руку дворянки в синем платье, Юи прошла мимо, – Почему его жизнь должна меня волновать? Женщина с тёмными длинными волосами упала обессилено на колени, плача, – Неужели в тебе нет сострадания?! - А разве меня кто-то пожалел?! – гневно крикнула Юи, крепко сжимая ладони, – Уйди с дороги, Ванесса, я уже всё решила. Она нервно хваталась за подол платья Юи, – Прошу! Н-ну… хочешь я на колени перед тобой встану? – она умоляла девушку перед собой передумать, но, казалось, всё безрезультатно, – Хочешь?! Только не делай этого! Блондинка всматривалась в лицо плачущей женщины, которая быстро-быстро качала головой, умоляя её остановиться. Ладонь блондинки легла ей на мокрую от слёз щёку. Нагнувшись к страдальческому лицу, я из прошлого сказала, – …Ты знаешь? - А…? - Одиночество – это наказание. - (Хлюп-хнык), – женщина не понимала, что до неё пытаются донести. Её лицо выражало полное недоумение. - Если человек одинок, то он должен спросить себя: почему он одинок? Сейчас в свои годы я уверено заявляю: я – одинока. И я даже знаю почему, – на глазах у юной Юи проступили слёзы. Девушка смотрела на саму себя печальным взглядом. Она помнила свою потерю. Её дитя, к которому она прониклась ненавистью из-за его отца, родилось мёртвым. Она оплакивала ребёнка, чья жизнь уже была потеряна. Жертва ли это? Или же Божий промысел? Юи не могла воспитывать внебрачного ребёнка одна без мужа в те годы, когда сама не имела возможности выжить. Её преследовали, а родные ей люди гибли прямо у неё на глазах. Смерть была избавлением. Но она знала, что это всё ещё был её ребёнок, её плоть и кровь. Охотница вынашивала то дитя, взращивала его, как фрукты на деревьях. Юи, вспоминая о потере частички себя, заплакала. Гладя на свою копию в золотом роскошном платье, она примеряла свои собственные слова об одиночестве на себя. “Моя девочка, моя Веро’ника, прости меня.” – рухнув на колени, она прикрыла рукой рот, чтобы не закричать. Лишь сейчас Юи видела в себе не охотницу, не дочь великой и безжалостной семьи убийц, не заботливую сестру, не любовницу и даже не жертвенную невесту, а просто МАТЬ, которая когда-то воспроизвела на свет маленькую жизнь. Ванесса была супругой знатного вельможи виконта. Её сын был тяжело болен, а муж-вампир убит укусом оборотня. Именно моя семья была повинна в его смерти. Когда-то мы были с Ванессой близки, часто ходили на одни чаепития, но из-за большой чистки, устроенной моей семьёй, а так же войны между оборотнями и вампирами, многие оборотни, вампиры и даже люди пострадали. Вскоре после убийства мужа, умер и сын. Она потеряла всю семью. Охотница чувствовала себя повинной в этих смертях. Умытые в крови руки блондинки теперь казалось невероятно смердели. - Приехали. Голос Рейджи вытянул блондинку из забытья. В страхе она кинулась разглядывать свои руки и обстановку вокруг. Юи была вся в поту. Вампир обеспокоенно схватил её за похолодевшую руку, – Ты как? - Ах… ох-ох, – тяжело дыша, она прикрыла веки. Позади сигналившие машины ,ничуть не беспокоили ни её, ни Рейджи, – Не знаю. Тяжело. - …, - он подгладил её по голове, после чего крепко прижал к себе, – Всё будет хорошо.