Катарсис

Когда мне было десять, одна учительница сказала, что взрослая жизнь начинается с одиночества. Тогда я не понял, что именно она имела в виду, считая это ее очередными философскими раздумьями, к которым часто придавалась на уроке. Но лишь спустя десять лет я понял, что Ольга Петровна действительно была права, хотя до сих пор не до конца принимаю ее мнение. Я стал одинок в 20. Мне не откуда брать помощи: ни от друзей, ни от родителей, у меня даже девушки нет. Я переехал в Москву две недели назад, оставив всех своих знакомых в Воронеже, сжигая мосты в прошлую жизнь и двигаясь один в новое и такое яркое будущее. Конечно, я думал, что это будущее настанет так быстро, если переехать в новый город и, так сказать, сменить обстановку. Но по факту все эти дни я только и делаю, что гуляю по центру и ищу хоть какую-нибудь работу. Как оказалось, даже в столице найти где можно заработать денег, довольно сложно. Пять дней подряд я искал хоть какой-нибудь вариант подработки, но постоянно натыкался либо на неподходящие условия, либо маленькую зарплату, либо на очередных наебщиков. Как хорошо, что я всю жизнь прожил в Воронеже, поэтому научился распознавать таких работодателей. Честно, я уже успел пожалеть, что переехал в этот город. Такой же серый, такой же неуютный, такой же грязный, как и все. Почему мне до этого он казался красивым и перспективным? Не знаю. Я до сих пор помню лица родителей, когда они узнали о моем желании переехать. Конечно, они не поняли моей задумки, даже не поверили, что сказанное мной это не шутка. Но после слов о покупке билета в один конец, выражения их лиц окончательно поменялось, на лице отразилась грусть, и спустя несколько секунд тупых преглядок, они усмехнулись и пожелали мне удачи. Друзья тоже удивились, некоторые поплакали, а после ночного бухича, они даже смогли проводить меня до перрона, не смотря на жуткое похмелье. Крутые у меня были друзья. В новом городе я знаю только хозяина квартиры. Да и его никак нельзя назвать даже знакомым, ведь наш диалог с ним заканчивается «здравствуйте» и «доброе утро». Живёт он на этаж выше, видимся с ним очень редко и вообще ничего не знаем друг о друге. Он довольно мрачный, и, на сколько я знаю, живёт один. Хотя это немного странно, ведь по меркам моей соседки он очень красивый и приятный, но с другой стороны у меня же тоже нет девушки. Со своей девушкой я расстался за месяц до переезда, это и послужило причиной разрыва. Ире я в первую же очередь рассказал о своих планах на Москву, и по её эмоциям можно было понять, что это наш конец. Она не собиралась переезжать, а отношения на расстоянии слишком сложны и не нужны. Мы оба поняли, что нам будет лучше решить этот вопрос расставанием, и, пожелав друг другу счастье, мы разошлись. Честно, мне было грустно, мне и до сих пор трудно думать о ней. Ира была прекрасной девушкой, и, пожалуй, единственной, кто мог бы убедить меня остаться. Но она тоже любила меня, поэтому не хотела держать меня в Воронеже, понимая, как сильно я ненавижу этот город. Я в нем задыхался, но приехав в Москву, я утонул. Утром я проснулся от громкого звонка в дверь. Кто-то очень настойчиво нажимал на кнопку, явно добиваясь моего скорейшего появления на пороге. Я еле-еле смог скоординироваться в пространстве после резкого прыжка с кровати. Лишь спустя пару минут все же смог добраться до входной двери и открыть её. За ней стояла соседка — старушка лет 70 с очень сварливым характером. Взглянув на нее, я сразу понял, что что-то натворил, и сейчас последует очень долгий и утомительный разговор. Предчувствуя все это, у меня даже промелькнула мысль просто закрыть поскорее перед ней дверь, таким образом избежав всего этого. Но это было бы покрайней мере неприлично, да и все равно она отловит меня и тогда разговор будет куда более неприятный. Вообще эта старушка сразу невзлюбила меня. Без понятия почему, но каждый раз, когда я встречал её на лестничной площадке, она находила любой повод отчитать меня. То я слишком шумлю по ночам, то слишком громко закрываю дверь, то ей не нравится запах сигарет, который доносится до ее окна, когда я курю на балконе. — Я вам что говорила про ваши ночные хождения? — сразу с порога начала женщина. Она стояла, закутавшись в пестрый халат, в домашних тапочках, но уже с марафетом на лице.Явно готовилась с утра пораньше меня отчитать. — Не понимаю, — включать режим дурочка самый лучший вариант в такой ситуации. — Молодой человек, я не глухая, а слышимость здесь просто замечательная. Вы вчера вернулись в два часа ночи, расшумелись на ночь глядя, всех в моей квартире перебудили! Я же вас просила, если возвращаетесь поздно, то хотя бы тихо. Конечно, ночью я не, — женщина во время разговора становилась все краснее и краснее, превращаясь в спелый помидор. Я усмехнулся этому сравнению в голове, что не ушло от внимательного взгляда соседки. Быстро собравшись, я успел начать говорить прежде, чем она извергалась бы новыми замечаниями. — Я даже оправдываться перед вами не буду, не виноват же я, что здесь нет звукоизоляции. Почему я должен у себя в квартире ходить на цыпочках? — я уже собирался поражаться синей и закрыть дверь, как мы оба услышали громкие шаги по лестнице. Как по сигналу мы одновременно посмотрели, кто идёт и увидели Арсения, хозяина моей квартиры. Он спускался смотря в телефон и сначала вообще не заметил нас, но спустя несколько ступеней, он поднял свой взгляд. — Что-то случилось? — недоуменно спросил он, кладя телефон в задний карман. — Арсений! Как хорошо, что вы пришли. Объясните ему, что шуметь в два часа ночи непозволительно, — Арсений перевел взгляд с женщины на меня и вопросительно посмотрел, явно требуя объяснений. — Я не шумел, а просто существовал, — самому смешно с того, что выдал мой мозг и язык, но хозяину квартиры явно тоже стало забавно это слушать, и на его лице проскользнула едва заметная улыбка. — К сожалению, здесь и правда плохая звукоизоляция, но поделать с этим я ничего не могу, так что если он не превышает звуковую норму ночью, то пусть позволит себе передвигаться по квартире, — было видно, что он тоже насмехается над этой женщиной и похоже, что это не первый раз когда она жалуется ему на жильцов квартиры. — Арсений! Как так можно, я пожилая женщина, уже на пенсии. Почему я должна ночью подрываться из-за шумов! — но он лишь развел руками, показывая, что решить это никак не может. Женщина нервно и угрюмо глянула на меня, затем на Арсения и, развернувшись, зашла в свою квартиру, хлопнув дверью. На лестничной площадке остался лишь я и Арсений, и сразу же почувствовалась неловкость. Я перевел взгляд на мужчину и заметил, что тот все ещё смотрит на меня. — Ну я, наверное, пойду домой. Спасибо, что встали на мою сторону, — сказал я и уже хотел тоже пойти к себе, но, подёргав ручку, понял, что дверь захлопнулась. — Блять, — выругался я. — Захлопнулась? Я повернулся обратно и посмотрел на застывшего на месте Арсения. — Да…извините, у вас есть запасной ключ? — я нервно глянул в сторону, чувствуя подкативший стыд за такую тупую ситуацию, а в частности за мою тупость. — Конечно, только он дома, — мужчина пошел обратно вверх по лестнице, а я, не поняв, идти мне с ним или остаться ждать, решил выбрать первое и последовал за Арсением. Дойдя на второй этаж, он открыл дверь и начал сразу искать ключ в прихожей. — Вот, возьми, не потеряй — Извините, что отвлек, вы же куда-то спешили, — я решил извиниться, хотя мне и было немного похуй, но все же хорошее впечатление надо было произвести на человека, который даёт мне жильё, хотя оно и не бесплатное. — Да я не спешил, просто на пробежку собирался, — видимо, на моём лицо изобразилось лёгкое недоумение из-за сказанных слов. «Какая нахер пробежка? Не знаю сколько сейчас, но я даже толком не проснулся, а он уже пошел на изматывать свой организм этой хуетой» — вот, что пронеслось у меня в голове, но вслух я сказал: — А, ясно Арсений рассмеялся. По-доброму, как будто мы с ним друзья, а я рассказал какую-то смешную шутку. — На лице же написано, что ты считаешь меня долбаебом. Я был в огромном шоке от этих слов. Почему-то я считал этого мужчину интеллигентом из 19 века, который не пьет, не курит, матом не ругается и говорит только цитатами из книг. Из-за растерянности я не смог и слова внятно вымолвить, тупо пялясь на него, где-то летая у себя в голове. — Я… Э…Нет, я не думал такого, конечно. Арсений усмехнулся. Мы спустились вниз на мой этаж, я открыл дверь и отдал ключи обратно их владельцу. Какой-то странный и жуткий тип этот Арсений. Не буду с ним больше разговаривать, мне с ним не по себе, да и он, видно, не особо желает со мной общаться, так что… — Может… Хочешь побухать вечером? Ебать что? Холодный ноябрь все чаще и чаще напоминал о скором наступлении зимы, а в частности холода и снега. На деревьях уже нигде не было видно листвы, но трава все ещё в некоторых местах оставалась зелёной, придавая яркий контраст пейзажу. На улице шел мелкий дождь, но ветер сильно опротивел погоду, заставляя всех больше кутаться в теплые куртки, избегая холодные порывы. Я шел по улице и бесился, что даже сигарету не могу выкурить. Ненавижу все холодные времена года, когда приходится превращаться в многослойную луковицу, надевая весь гардероб в своем шкафу, чтобы не умереть на улице от холода. Кто вообще любит мёрзнуть? Забежав быстро в магазин, я сразу направился в отдел с алкоголем, где быстро нашел нужное. Оплатив покупки, я побежал скорее домой, пока не отморозил себе что-то очень нужное. Хотя Арсений и сказал, что алкоголь у него дома есть, как-то неудобно приходить с пустыми руками. Честно, сначала я был в ахуе с его предложения побухать и решил отказаться, ссылаясь на плохое самочувствие. Мало ли он голубой и решил меня изнасиловать, когда я набухаюсь? Но все же он как-то смог меня убедить прийти к нему, и я, доверившись чуйке, принял предложение. Терять всё равно нечего. Спустя десять минут я уже стоял у его двери. Как-то все это странно, но уже отказывать ему побухать будет неудобно. Немного помявшись, я нажал на кнопку и услышал сквозь дверь громкий звонок, а после шаги. Да уж, вот это слышимость. Неужели соседи тоже слышат каждый мой шаг и вздох? Тут дверь открылась и на пороге показался Арсений. Он был в широкий домашних штанах и в слишком открытой майке, оголявшей его руки и шею. Пиздец, он точно гей, кто вообще такое носит из натуралов? Я бы не сказал, что я гомофоб, но предпочел бы, чтобы они держались от меня подальше. Да и мало ли, что можно от них ждать. — Привет, рад, что ты пришел, — улыбнулся Арсений, жестом приглашая войти в квартиру. Я снял обувь и верхнюю одежду в прихожей, а затем прошел в гостиную. Да уж, это не дом, а мечта моей мамы: везде идеальный порядок, стеллаж с какими-то умными книгами, целая оранжерея на балконе и надушенный запах в комнате. Пока я рассматривал гостиную, Арсений успел принести из кухни два стакана, колу и бутылку виски, расставить все на журнальном столике и начать разливать. — Я это… Ещё если что купил, — я протянул пакет с бутылками. — А, да, не стоило, но спасибо, — Арсений снова дружелюбно улыбнулся и ушел с пакетом на кухню. Я сел на пол и решил хоть как-то расслабиться в такой нервной обстановке. Все же неловкость осталась. — За что пить будем? — все же решил спросить я. Не просто же так он решил побухать днём в среду, так ещё и прихватив с собой практически незнакомого парня. Было видно, что Арсений начал сомневаться стоит ли мне рассказать или нет, но спустя пару секунд молчания, все же ответил: — За мой развод, — он молча и быстро налил себе, чокнулся с моим полным стаканом на столе и залпом выпил, немного поморщившись. — Ой, — пиздец я дурак. Во-первых, все, что я мог сказать, так это «ой», потому что вообще не понимаю, что говорить в таких ситуациях. Поддержать, спросить что-то или просто промолчать? Но, видимо, я выбрал самый лучший и проверенный — начать тупить. Во-вторых, почему я думал, что он гей? Даже предпосылок не было, а я его уже клеймил. Никогда себя так тупо не чувствовал. — Ой? — спросил Арсений, удивлённо уставившись на меня. — То есть, нет, я не это сказать хотел. Просто вырвалось, прости. Мне очень жаль, — теперь я долбаеб в его глазах, ну ладно. Но, к моему удивлению, он лишь издал смешок, продолжая удивлённо смотреть на меня. — Расслабься, все окей. И лучше выпей, я же позвал тебя не для того, чтобы ты просто сидел здесь, — она протянул мне мой стакан, и я, наплевав на все, все же сделал пару глотков. — Лучше расскажи мне что-нибудь про себя. Ты говорил, что из Воронежа переехал. Почему? Ты же вроде вообще студент. — Ну, — тут я немного запнулся, потому что ответ даже я не совсем знаю. Зачем я переехал? Этот вопрос я не задавал себе, и сейчас он заставил меня загрузиться. — Не знаю, просто все надоело. Почему-то казалось, что в Москве будет лучше, а в итоге везде одно и тоже, только здесь я без друзей и родителей. — Как же ты просто взял и просто так уехал без цели? Были проблемы в Воронеже? — Арсений все продолжал и продолжал сыпать вопросами, ответы на которые заставляли меня все больше и больше задумываться и портить настроение. — Да не было никаких проблем, просто захотел и уехал. Бросил всё: родителей, друзей, учебу, девушку, — я ответил слишком раздражённо, но Арсений будто не заметил это, продолжая наливать нам виски. Он протянул мне стакан, молча улыбнулся и снова выпил залпом. Я последовал его примеру. В какой-то момент мы просто уже молча сидели в гостиной и бухали. Разговор не клеился, поэтому просто сидели в тишине. Я смотрел в окно на тёмно-серые тучи, заполонившие все небо, на однотипные панельные дома. — Расскажи ты, — внезапно произнес я. Арсений даже слегка дёргался от такой неожиданно прерванной тишины. — О чем? — О себе. Кто ты, чем увлекаешься, я же тебя совсем не знаю, — видимо, алкоголь уже ударил мне в голову, поэтому начала прослеживаться искренность в моих словах. — Арсений, 28 лет, в разводе, — на последних словах я увидел горькую улыбку на его лице, — до сегодняшнего дня не пил лет пять. Все мои друзья такие же долбаебы зожники, поэтому я и пригласил тебя, — он резко замолчал и отвёл в свой задумчивый. и грустный взгляд в сторону. Но, чтобы не молчать так ещё целый день, я все же решил ответить ему. — Антон, 20 лет, — я шуточно выставил руку для рукопожатия, — люблю играть в компьютерные игры, аллергия на рис, а ещё я сначала подумал, что ты гей, — я впервые за весь день рассмеялся. Да уж, алкоголь и правду сильно повлиял на меня, что я начал всякую чушь нести. Но его плюс, что с ним я забываю про стыд и остальные ненужные эмоции. Арсений смотрел на меня широко раскрытыми глазами несколько секунд, а после тоже начал смеяться. — Ты забавный, — сказал он, налив ещё стакан. Мы просидели в его квартире несколько часов. Как ни странно, но мы все же смогли найти общий язык, болтая на разные темы. Не знаю, как мы понимали пьяный бред друг друга, но мне показался разговор очень душевным. Про себя он говорил мало, но поддерживал любую беседу от спорта до фильмов Тарантино. — Слушай, у тебя, конечно, круто, но лучше я пойду, а то, боюсь, ещё стаканчик и тебе придется меня нести домой, — сказал я немного запинаясь. Арсений немного досадно посмотрел на меня и, вздохнув, все же помог мне подняться и пройти в прихожую. — Ты сам дойдешь? — спросил он, смотря как я делаю тщетные попытки надеть кросовки и устоять на месте. — Ага, тут же всего два лестничных пролета, не заблужусь, — со смехом произнес я, наконец вставляя ногу в ботинок, — лан, я пошел, удачи, — попрощавшись, я вышел за дверь и поплелся вниз. Еле-еле вставив ключ в замок, я зашёл домой и, раздевшись, сразу пошел на диван. В голове не было мыслей, один мусор из обрывков. Да уж, давно я так не напивался. Главное сейчас найти заземление и не наблевать во сне, а так вроде нормально. Спустя пару минут я провалился в сон, хотя на часах было едва 7 вечера.