The Ultimate Hope (Абсолютная Надежда)

*Начало Убийственной Школьной Жизни*

— Вы должны кого-то убить, если хотите уйти. Все очень просто. Джунко Эношима, вдохновительница Убийственной Школьной Жизни, крикнула в микрофон. Она внимательно следила за мониторами, ловя реакцию каждого ученика, когда говорила через Монокуму. Со своего места в комнате наблюдения, высоко на четвертом этаже Академии Пик Надежды, она чувствовала себя богом, держа на ладони жизни своих бывших одноклассников. Убрав свои длинные розовые локоны с лица, она злобно улыбнулась, наблюдая, как ее класс медленно начинает погружаться в пучину отчаяния. Выключив микрофон, она попыталась сдержать волнение, но вскоре всё равно вскочила со стула и в экстазе начала скакать по комнате. — О, да, да, да!!! Это то, чего я ждала! После многих лет планирования и тщательной подготовки, наконец-то началась финальная битва Отчаяния против Надежды! — радостно кричала она, плюхаясь обратно на свое место и пристально глядя на мониторы. От страха и паники, отразившихся на лицах одноклассников, у нее потекли слюнки, и она едва могла сдержать свой экстаз, ее руки блуждали по ее отчаянно чувствительному телу. Она знала, что с этого момента все, что ее ждет — это чистое блаженство отчаяния, когда пока её бывшие друзья убивают друг друга, чтобы вернуться в мир, который уже уничтожен! Одной иронии этого было достаточно, чтобы у нее потекли слюнки, и с этого момента все становилось только интереснее! — Это будет только вопрос времени, когда кто-нибудь сдастся…Держу пари, что они и двух дней не продержатся, чтобы кто-нибудь не попытался выбраться!

*Прошла неделя с начала*

— Ладно, серьезно, какого черта? Джунко Эношима, вдохновительница Убийственной Школьной Жизни, начинала раздражаться. Прошла неделя, и абсолютно никто еще не совершил убийства. Напротив, они, казалось...приспосабливались к своей новой жизни здесь, в школе, что не имело смысла, так как она обеспечила идеальный первый мотив для учеников! DVD-диски, которые она им дала, должны были спровоцировать по крайней мере одного из них на убийство. Серьезно, в этих видео было такая жуть, от которого Джунко бледнела! А она смотрела «шоу ослов» в Вегасе, даже не дрогнув! Итак... как, черт возьми, еще никто не умер!!! Саяка, казалось, собиралась в какой-то момент сорваться и начать веселье, особенно после того, как увидела своих товарищей по группе безжизненно лежащими на земле в ее DVD. Однако у нее не хватило духу убить Леона, когда, заманив его обманом в комнату Макото, она споткнулась и выронила нож, которым планировала убить его. И Леон, вместо того, чтобы злиться и мстить за то, что его заманили в ловушку, просто должен был безумно влюбиться в нее и в конечном итоге поцеловаться с ней, вместо того, чтобы проникнуть в нее пятнадцатью сантиметрами стали! — Все идет не так, как я планировала, — пожаловалась себе Джунко, постукивая пальцами по столу, скука быстро нарастала, — думаю…Мне просто придется использовать свой туз в рукаве. Повернув голову, она позволила вызывающей отчаяние улыбке тронуть ее губы, когда сосредоточила свое внимание на мониторе, на котором была изображена ее сестра, Мукуро Икусаба, сидящая за столом в своей комнате и чистящая оружие.

*Прошло две недели с начала*

— Глупо, глупо, глупо!!! Джунко Эношима, вдохновитель Убийственной Школьной Жизни, серьезно облажалась. Мукуро Икусаба, Абсолютный Солдат, ее козырь в рукаве, ее любимая и доверенная сестра, выступила против неё! И что задевало больше всего, так это то, что Джунко сама спровоцировала это! Используя Монокуму, она пошла в комнату своей сестры, чтобы поговорить о том факте, что еще никто не стал окровавленным трупом. И поначалу все шло как по маслу! Ее любимая сестра Мукуро, хотя и немного неохотно, по причинам, которые Джунко не могла понять, согласилась быть той, кто нажмет на спусковой крючок (буквально, если это необходимо), чтобы начать игру в убийство. Однако, прежде чем она полностью согласилась кого-то убить, у Абсолютного Солдата был один вопрос к своей сестре. — Итак, после того, как я кого-нибудь убью, ты вытащишь меня из игры, используя люк в спортзале, верно? Это был достаточно простой вопрос, на который был получен столь же простой ответ. — О, глупая Мукуро, тогда суд был бы несправедливым, а правила нарушены. Но не волнуйся, я приняла необходимые меры предосторожности... и организовала для тебя сложную и отчаянную казнь, если ты не сумеешь должным образом скрыть свое преступление, то есть... … … Реакция на столь честный ответ была гораздо более разрушительной, чем могла предположить Джунко. Очевидно, быть преданной единственным человеком, о котором она заботилась, послужило спусковым крючком для Абсолютного Солдата… Мукуро пришла в ярость, выпустив несколько пуль в механического медведя, от которых Джунко едва успела увернуться. Как только она выпустила все свои пули, Абсолютный Солдат выругалась так яростно, что моряк покраснел бы, прежде чем демонстративно заявить, что она никогда больше не будет доверять своей сестре и не хочет иметь с ней никаких дел. И вот так просто Джунко потеряла свою сестру... не из-за казни или убийства... а из-за своей собственной честной натуры. — Почему?...Почему?... Почему?... Почему?... Почему?... Почему?... Почему?... — повторяла Джунко, ударяясь головой о стену, сожалея о своем глупом выборе. Резко прекратив биться головой, отчаявшуюся девушку внезапно осенила блестящая идея. Оторвавшись от стены и помчавшись в сторону диспетчерской Монокумы, Джунко позволила улыбке коснуться своих губ, когда заняла место за пультом управления. — Планы изменились! Давай посмотрим, как мисс Огами относится к тому, что ее драгоценное додзе было испорчено великолепным директором Монокумой! На этот раз она ничего не испортит! У нее была идеальная кукла, чтобы начать игру в убийство!

*Прошло две недели и три дня с начала*

— Честь — это чушь собачья!! Джунко Эношима, вдохновительница Убийственной Школьной Жизни, недооценила это устаревшее понятие. Как и ожидалось, Огами Сакура достаточно легко подчинилась ее прихотям. Мускулистая мастер боевых искусств сделает все, чтобы защитить свое додзе, гордость своей семьи... даже если оно уже было сожжено дотла... но Сакуре не нужно было этого знать! Используя это в качестве рычага, Джунко наконец-то получила идеальный инструмент для убийства. Даже Мукуро не смогла бы остановить Огра, тем более что Абсолютный Солдат понятия не имела, что Сакура теперь у нее на службе! На самом деле, Джунко уже подумывала о том, чтобы приказать своему новому кроту нацелиться на “мисс Эношиму” в качестве мести за предательство сестры. Однако, прежде чем она смогла даже отдать надлежащую команду своему новому инструменту, оказалось, что одержимая протеином женщина передумала! Она позвала всех своих одноклассников в спортзал и объявила, что Монокума тайно связался с ней, пытаясь заставить ее стать кротом. Джунко предположила, что это могло произойти потому, что Сакура возродила свою забытую дружбу с Асахиной, или, может быть, это была просто плохая идея заставлять самого благородного и гордого человека всей группы отвернуться от всех... да, это определенно повлияло на решение Огами, но это не вина Джунко! — Она была той, кому было больше всего терять! На кону была гордость ее семьи! Откуда, черт возьми, мне было знать, что куда благороднее защищать друзей, а не глупое наследие ее семьи?! — говорила Джунко самой себе, чувствуя себя абсолютно беспомощной. Однако это чувство длилось недолго, когда она перевела взгляд на стопку конвертов, лежащих на соседнем столе. Чувство спокойствия медленно начало наполнять ее, когда она поняла, что еще далеко не конец. — Давайте посмотрим, как эти ублюдки справятся с тем, что их самые грязные секреты будут раскрыты... по национальному телевидению!! Хотя это было не так угрожающе, как раньше, маниакальная усмешка появилась на ее губах, когда она приготовилась выдать следующий мотив.

*Прошло три недели с начала*

— Просто ударь чёртовой гантелей, ты, идиот!!! Джунко Эносима, вдохновитель Убийственной Школьной Жизни, не могла доверить мужчине выполнение женской работы. Мондо Овада, у которого был прекрасный шанс сохранить свою тайну в секрете, ударив по мозгам переодевающегося Чихиро, остановился в последнюю секунду. Он уронил гантель и разрыдался, как маленькая сучка, умоляя девушку-парня простить его. И конечно же, она...он...оно… Чихиро сделал это в рекордно долбаное время! После этого они вдвоем разбудили всех, хотя это было посреди ночи, и убедили их всех выложить все свои секреты! Даже Селестию, которая лишь сказала, что ее прозвище «может быть, а может и не быть ее настоящим именем»! Все были так чертовски вдохновлены тем фактом, что у этих двоих хватило смелости поделиться своими секретами, что все они поклялись никогда больше ничего не скрывать друг от друга. — Я... я думаю меня... сейчас стошнит...! — хрипела Джунко между прерывистыми вдохами, — очень... мало... отчаяния! Все это обнадеживающее дерьмо было вредно для ее здоровья! Ей нужна была двойная порция отчаяния... и поскорее! К счастью, огромная сумка на ее столе с 10 миллиардами йен была отличным билетом, чтобы спровоцировать по крайней мере одного из этих ублюдков на рецидив отчаяния! — Никто не может устоять перед зовом всемогущих денег!

*Прошёл месяц с начала*

— Я собираюсь сжечь тебя... сучка. Джунко Эношима, вдохновитель Убийственной Школьной Жизни, бросила еще одну пачку купюр в костер для мусора. Селестия Люденберг посрамила всех жадных и корыстных людей в мире. Или, по крайней мере, она бы это сделала, если бы не позволила себе заразиться растущей надеждой, которое изменило ее рассудок! Так много планов, так много мыслей, направленных на одну единственную цель... разбились вдребезги, когда сука в готическом костюме решила, что «дружба стоит больше, чем деньги». — Что за чушь собачья! — яростно закричала Дзюнко на экран перед ней, — ты была тааааак близка!!! Я думала, что наконец-то смогу нажать на эту кнопку!! Джунко надулась, взглянув на большую красную кнопку с надписью «объявление об обнаружении тела». Она ничего не могла поделать, так как Селестия, которая с помощью Хифуми уже запихнула Ясухиро в шкафчик, внезапно передумала и помешала своему партнеру вбить столь необходимый смысл в одержимую правилами голову Киетаки! Игрок немедленно сдалась своим одноклассникам, полностью признавшись в заговоре. Однако, подобно овощам, они мгновенно простили ее. Она даже открыла им свое истинное имя и призналась в своей привязанности к этому толстому аниме-ботанику, прямо там! В отличие от прошлого раза, Джунко действительно вырвало прямо в пылающую мусорную корзину, что помогло потушить пламя. — Вся эта... бууэ... надежда! У меня такое чувство, что... меня сейчас... стошнит... радугой! Вытирая струйку желчи, которая стекала по ее подбородку, Джунко выпрямилась и посуровела. — Есть еще один шанс…Мне просто нужно немного перца, и я смогу призвать всемогущего Смертоносного Дьявола!!

*Прошло два месяца с начала*

— ...Я не могу… Я просто не могу... Джунко Эношима, вдохновитель Убийственной Школьной Жизни, потеряла всякое желание что-либо говорить. Долгожданный момент почти настал, в Токо бросили гигантским шаром перца (любезно предоставленным миниатюрной катапультой Монокумы), и последовал такой мощный и великолепный чих. И на ее месте стоял не кто иной, как Убийца Сё... э-э... Джилл... Джек... как бы она себя ни называла, черт возьми, она собиралась кого-то порезать! И этим кем-то оказался Бьякуя Тогами, который мирно читал книгу в библиотеке. Как обычно, Токо преследовала его, но теперь эта, казалось бы, безобидная практика будет тем, что спровоцирует начало убийственной игры! И теперь, когда она была одна, в комнате с красивым молодым человеком (как раз в ее вкусе), наверняка должна была произойти великолепная развязка... какого хрена она делает?! Вместо того, чтобы безжалостно обрушить поток смертоносных ножниц, признанная серийная убийца бросилась на своего «Хозяина» и заявила о своей вечной преданности и любви! Застигнутый врасплох, с выражением ужаса на лице, Бьякуя попытался оттолкнуть ее, но она обхватила его обеими руками и ногами, крича, что она так счастлива... наконец... встретиться... с ним… — Это не гребаный роман!! Ударь его ножом!! — кричала Джунко, ее лицо было в нескольких дюймах от монитора. Однако ее мольбы остались неуслышанными, поскольку серийный убийца продолжал прижиматься к своему «Хозяину». Очевидно, Токо писала сообщения своему второму «я» об этой ситуации, объясняя все, что происходит, как она нашла «своего» прекрасного принца и что они должны разделить его вместе!! И, судя по тошнотворному зрелищу, которое демонстрировала убийца, она явно одобряла то, что делит его со своей ничтожной стороной Фукавы! Вскоре все бросились посмотреть, в порядке ли Бьякуя... и хотя физически он был в порядке, кто-то заметил, что его психика, вероятно, пострадала. Он стоял, а Сё... Джилл... Джек... сучка с ножницами все еще висела на нем, требуя помощи. Последовал взрыв смеха, когда другие студенты стали расспрашивать Ножничную Сучку. Она объявила себя изменившимся убийцей, которая хочет мирно жить со своим прекрасным принцем... или она порежет его (что она уже должна была сделать, но сила фем-стояков остановила ее!). И пусть не сразу, но остальная часть класса постепенно привыкла к этому, учитывая, что она не хотела причинить вреда и что Токо большую часть времени контролировала ситуацию. Даже Бьякуя, который был в постоянном отчаянии из-за постоянной привязанности Токо, все же смог справиться с этим и наслаждаться своим временем со всеми... отчасти. Конечно, в большинстве случаев он избегал Токо, как чумы, но он все еще был чертовски жив, и вот что было чушью! — Нет…С меня хватит этой любовно-голубиной ебли! — крикнула Дзюнко, выдвигая ящик и доставая папку со стола в комнате наблюдения. — Хорошо, больше никакой Мисс-Мило-Терпеливо-Ждущей-Когда-Вы-Все-Убьете-Друг-Друга! Пришло время мне вытащить большие пушки! — закричала она в пустоту, открывая папку с идеями для мотивов.

*Прошло четыре месяца с начала*

— Ничего…У меня ничего нет... У Джунко Эношимы, вдохновителя Убийственной Школьной Жизни, заканчивались идеи. Целых два месяца попыток мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, ещё одного мотива, мать твою, ещё одного мотива!!!!!! И ничего не сработало!! … … Мотив № 12 — вечная юность: Разработав крем для кожи, который мог сохранить ее свежесть и молодость в течение нескольких лет, Джунко решила, что может использовать это в качестве мотива для некоторых тщеславных девушек в группе. Тем не менее, она поняла, что мотив провалится, потому что минимум один из студентов укажет, что вечная юность не очень полезна, когда она не обеспечивает бессмертия. Джунко поняла, насколько глупой была эта идея, и отказалась от нее еще до презентации. … … Мотив № 34 — вечный билет в Диснейленд: Этот также было обречено на провал, поскольку все указали, что Диснейленд был хорош только тогда, когда они все будут там вместе, поэтому убивать друг друга было контрпродуктивно. Сердито соглашаясь с ними, Джунко получала удовольствие, заставляя их смотреть, как она сжигает все билеты прямо у них на глазах. Мондо, в частности, заплакал мужественными слезами при виде этого зрелища, но сохранил самообладание, выпрямившись и позволив слезам скатиться по щекам. Несмотря на очередную неудачу, Дзюнко решила, что его слезы на какое-то время утолили ее фетиш отчаяния. … … Мотив № 68 – Никогда больше не платить налоги: Джунко понятия не имела, как это может провалиться... пока ей не указали, что сейчас они все равно не платят налоги. За этой милостивой оплошностью с ее стороны последовала ладонь, ударяющее лицо. … … Мотив № 152 — я дам вам печеньки Да, она явно впадала в отчаяние, но всё равно попыталась. К ее ужасу, обнаружив вкусное печенье с шоколадной крошкой в качестве приза за убийство, студенты сообщили ей, что Ясухиро выпекал свои «особые пирожные» уже месяц или около того. Шокированный таким развитием событий, медведь спросил, как Киетака отреагировал на это, на что он пожал плечами и сказал. — Кажется, что добавление этих специальных листьев орегано делает всех такими счастливыми. Так что я не вижу в этом проблемы. — Это листья из горшка, придурок! — кричал на него Монокума, отчаянно размахивая руками. — О нет, сэр. Это не может быть правдой. Мои друзья никогда бы мне не солгали, — настаивал Киетака, улыбаясь своим друзьям, все из которых твердо кивнули. — Н-Но...но это не…они же лгут... — попытался сказать медведь, но его снова оборвали. — Я отказываюсь верить всему, что ты говоришь! Ты просто пытаешься заставить меня отвернуться от моих друзей! Я никогда не позволю этому случиться! — настаивал Абсолютный Староста, поворачиваясь спиной к Монокуме и шагая прочь. С открытым ртом Монокума стоял в полном шоке. — Это была необходимая ложь, — продолжила Кёко с легкой усмешкой на губах, — по крайней мере, это удерживает его от убийства Ясухиро. Услышав это, Джунко издала яростный крик и ударила кулаком по монитору. Единственный гребаный раз, когда она говорила правду, и то это обернулось против нее! Эти ублюдки перехитрили ее в ее собственной извращенной игре! — Я еще не сдаюсь! Мне еще многое нужно сделать! — поклялась Джунко, еще раз просматривая свою папку. … … Мотив № 289 – Попрошайничество: — Пожалуйста! Просто убейте кого-нибудь! Я хочу этого! Я хочу этого, я хочу этого, я хочу этого!!! К сожалению, жалобы и крики о том, как сильно Монокума хотел, чтобы произошло убийство, не достигли своей цели. Он также не достиг Супер-Сайяна, доказав, что жизнь совершенно несправедлива и что интернет может ошибаться! … … И, наконец… Мотив № 374 — предложение лишить девственности всех учениц, что её сохранили. Эта попытка провалилась, потому что в своем отчаянии заставить кого-то убить, Джунко забыла о том, что хоть она была неотразимой моделью, которую мог возжелать любой мужчина или женщина… Монокума определённо не был ею! Она сделала это предложение, контролируя медведя, и все подумали, что это означает, что если они кого-то убьют, им придется спать с Монокумой! Все сразу отклонили это неприятное предложение. Мало того, Макото в своей бесконечной мудрости убедил всех, что им, вероятно, следует лишиться девственности, чтобы не соблазниться предложением, на случай, если вдохновитель найдет супермодель или что-то в этом роде. Так что да, был период в два или три дня, когда ВСЕ трахались! Пары были следующими: Макото и Кёко, Саяка и Леон, Хифуми и Селестия, Асахина и Ясухиро (да, этого она не предвидела). После этого Мукуро, все еще в облике Джунко, в паре с Мондо и Чихиро. Это было потому что Чихиро, идентифицируя себя как женщину, испытывал сексуальное влечение к женщинам (...) Труднее всего было с Киетакой, который требовал, чтобы он женился до того, как вступит в половую связь с кем-либо. И, будучи удивительно сильной женщиной, Сакура опустилась на одно колено и сделала предложение. У них была импровизированная свадьба с Альтер Эго, созданным Чихиро создал в свободное время, в качестве священника. Так что да, Киётака и Сакура.... Единственными, кто остался девственниками, были Бьякуя и Токо. Потому что, как любовно выразился Бьякуя, «не суй свой член в безумие». И казалось, что до тех пор, пока ее Хозяин не переспит с кем-то другим, Токо была полностью счастлива ждать его... вечно, если понадобится. … … — Это не отчаяние...это просто разочарование, — пробормотала себе под нос Джунко, отбрасывая свою теперь бесполезную папку в сторону, каждый мотив был зачеркнут как неудачный. Пять месяцев в игре: — Это блин, не работает! Джунко Эношима, вдохновитель Убийственной Школьной Жизни, набила рот нездоровой пищей и надулась. Груды фантиков от конфет и сырков завалили смотровую комнату как признак того, что Джунко медленно теряла контроль над здравомыслием. Она не разговаривала ни с кем из студентов больше месяца, и когда она попыталась отправить Монокуму, чтобы попытаться мотивировать их, они просто проигнорировали медведя! Это было главным образом потому, что Кёко Киригири, у которой была самая сильная чистка памяти, медленно восстанавливала свои воспоминания. Не все, конечно, имеет значение, но она вспомнила, кем была и что ее отец был директором. И хотя она пыталась выяснить, был ли ее отец тем, кто контролировал Монокуму, она не чувствовала необходимости рисковать, чтобы узнать эту правду. В конце концов, она нашла поддержку в Макото, что сделало ее счастливее, чем когда-либо. Следуя ее примеру, все ученики начали отказываться от того, чтобы вообще покидать школу. В конце концов, у них было неограниченное количество еды и воды, общение с одноклассниками, и, поскольку все они были невероятно талантливы, у них никогда не было недостатка в веселых развлечениях, которые они могли придумать. И гребаной проблемой, конечно же, был Макото «чертовски обнадеживающий» Наэги! Казалось, что при каждом удобном случае этот маленький ублюдок вставал на трибуну, проповедуя о том, что им нужно оставаться едиными и не поддаваться насмешкам вдохновителя. Это было бы мило... не будь это таким долбаным клише и полным противоречием всему, что планировала Джунко! Видеть, как всем так весело… Джунко начала яростно рыдать, проглотив еще одну плитку шоколада. — Это... это нечестно! — закричала она, вытирая постоянно текущие слезы, — я просто... я просто хотела, чтобы мои самые близкие друзья убивали друг друга ужасающими способами! Неужели я просила слишком многого?! Когда звуки счастливого смеха ее одноклассников эхом отдавались из монтиторов, ее рыдания стали единственной колыбельной.

*Прошло шесть месяцев с начала*

— Хватит... Игра окончена. Игра окончена... У Джунко Эношимы, вдохновителя Убийственной Школьной Жизни, была последняя идея, которая действительно могла заставить ее одноклассников почувствовать жгучую боль отчаяния. Она расчесала свои длинные розовые волосы и завязала их в косички, закрепив их заколками Монокума. Затем она нанесла тональный крем и тушь для ресниц и даже нанесла тонкий слой помады. После того, как ее макияж был закончен, она просунула руки в темно-фиолетовую дизайнерскую блузку, быстро застегивая ее. Затем она задрала свою красную клетчатую (невероятно короткую) мини-юбку, застегнув ее на талии. Сев, она подняла свои длинные стройные ноги и натянула черные носки, только чтобы спрятать их в высоких ботинках. И, наконец, она накинула свой галстук отчаяния (наполовину белый, наполовину черный с красным крестом в центре) и позволила ему свободно свисать между ее декольте. Бросив последний взгляд на себя в зеркало во весь рост, которое она установила в диспетчерской Монокумы, влюбленная в отчаяние девушка подмигнула себе и улыбнулась впервые за долгое время. Теперь она была готова осуществить свой окончательный план... и при этом она будет выглядеть потрясающе! — Пришло время наказания... сучки!

*В это же время в столовой*

— Итак, чья сегодня очередь готовить завтрак? — спросил Макото своих друзей, когда все они прибыли на утреннюю встречу. Теперь это стало традицией, которую все они с радостью приняли. — Бьякуя, я думаю? — ответила Асахина, садясь рядом с Ясухиро. — Хорошо, — усмехнулся Абсолютный Наследник, закатывая рукава, — чего все хотят на этот раз? И Мондо, клянусь, если ты еще раз попросишь оладьи... — Мне нравятся легкие и пушистые, приятель! — нахально оборвал его Мондо, ухмыляясь, когда сел между Чихиро и Киетакой. Вена чуть не лопнула на лбе Бьякуи, но прежде чем он смог собраться с духом, двери кафетерия распахнулись. Пораженные, все вскочили со своих стульев и уставились на открытую дверь. Из темноты за проход (что было странно, потому что свет должен был быть включен) на свет вышла фигура, слишком хорошо им знакомая. — Привет, сучки! Коллективный вздох удивления вырвался, когда в дверном проеме появилась еще более пышная и восхитительная Джунко Эношима. Все они были потрясены, увидев ее, но не больше, чем Джунко, которая сидела за соседним столиком, чья челюсть отвисла почти до самого стола. Едва успело наступить молчание, как Ясухиро в ужасе закричал, отчаянно указывая на вновь прибывшего. — Н-Н-Н-Нет! Это д-доппельгангер! Быстро, мы должны спрятать Джунко до того, как они прикоснутся, иначе они оба исчезнут навсегда!! Чего гадалка не заметила, так это того, что, пока он кричал как сумасшедший, новая Дзюнко подошла к «их» Джунко и положила руку ей на плечо. Когда он, наконец, увидел это, он громко вскрикнул и начал петь смесь разных видов молитв. — У меня есть объявление! — крикнула Джунко всем, полностью игнорируя идиотизм Ясухиро. Без предупреждения она схватила «их» Дзюнко за волосы и яростно дернула. Удивительно, но волосы сразу же оторвались, обнажив копну потных черных локонов на голове «их» Джунко. Отбросив розовый парик, Джунко ухмыльнулась и провозгласила. — Я настоящая Джунко Эношима! А это моя сестра-близнец, Мукуро Икусаба! Да, у нас разные фамилии. Да, мы кровные родственники. И да, мы те, кто поймал вас всех здесь в ловушку!! Настоящая Джунко издала глубокий смешок, когда вокруг нее разразился хаос. Все студенты начали выкрикивать вопросы или протесты, начиная от «Как это возможно?» до «означает ли это, что вы принимаете душ вместе?» (последний вопрос был задан Мондо). Когда все их панические голоса смешались в смесь звуков, Дзюнко подняла руку, призывая их к тишине. Им потребовалось мгновение, чтобы распознать этот жест, но достаточно быстро они все замолчали. — Я понимаю, что у вас куча дерьмовых вопросов, но мне действительно пофиг на них...Плюс это заняло бы чертовски много времени, — сказала Джунко с легким вздохом, — вместо этого, как насчет того, чтобы я рассказала вам историю о том, как и, полагаю, почему мы с моей прекрасной сестрой поймали вас всех здесь в ловушку? Неохотно студенты решили послушать, что скажет новая Джунко. Вытащив набор кукол, которые в точности походили на каждого из учеников, Дзюнко начала рассказывать историю о Самом ужасном инциденте в мире с помощью кукольного представления.

--20 Минут Спустя—

— Есть вопросы? — риторически спросила Дзюнко, ухмыляясь, как дьявол, когда закончила. — Да... но сначала... эта кукла совсем не похожа на меня! — внезапно крикнул Мондо, после его слов последовал еще один раунд яростных вопросов. Жилка дернулась на лбу Джунко, когда, к несчастью для нее, кукольное представление провалилось. Несмотря на это, большинство студентов имели общее представление о том, что произошло, но некоторые из более тугодумных (без указаний имён) все еще пытались понять все это. То есть до тех пор, пока Мукуро не встала и не сказала. — Короткая версия: мы с сестрой вызвали апокалипсис, и Джунко подумала, что было бы забавно заставить вас всех убивать друг друга, потому что отчаяние — это ее фетиш. Раздалось коллективное «ах» понимания, и у Джунко от шока отвисла челюсть. — Это все, что вам потребовалось, чтобы понять гениальность моих планов?! — воскликнула она, но, казалось, никто больше не обращал на неё внимание. Все больше и больше приходя в ярость, она скрестила руки на груди и приготовилась выполнить свою последнюю стратегию. — Хорошо, теперь, когда все это дерьмо убрано с дороги, давайте перейдем к главному событию! — провозгласила девушка, позволив угрожающей ухмылке тронуть ее губы. — Какое? — спросил Бьякуя, приподняв бровь. С отчаянно-счастливой улыбкой Джунко распахнула объятия и сказала. — Последний мотив! Я переписала компьютерную систему так, чтобы двери школы могли открыться только в том случае, если «директор» умрет. Я также уничтожила элементы управления, чтобы это нельзя было отменить. И поскольку в настоящее время я являюсь «директором», если вы хотите уйти из школы, все, что вам нужно сделать, это убить... меня!!! … … Из всех возможных сценариев, Джунко не ожидала, что действующим станет тяжелое молчание. Она ожидала, что они будут жестоко пытать или просто задушат ее, причинив столько приятного отчаяния, когда они, наконец, станут убийцами. И она испытала бы крайнее отчаяние от смерти, так что это было беспроигрышная ситуация! Она была уверена, что именно этот мотив в конце концов заставит полных надежды студентов впасть в глубокое отчаяние. То есть до тех пор, пока одноклассник, которого она ненавидела больше всех остальных, не выступил вперед. — Зачем нам это нужно? — спросил Макото совершенно серьезно и почти недоверчиво. — Эм... убираться отсюда к черту, тупой ублюдок! — крикнула Джунко, почти рыча. — Ну, я имею в виду, почему ты думаешь, что мы хотим уходить? — ...А? — выражение неподдельного шока отразилось на лице Джунко, ее руки медленно опустились по бокам, — ну, вы все хотите уйти и бросить все...верно? — Не совсем, — ответил Мондо, почесывая голову, — ты сказала, что все наши семьи и друзья мертвы. Так что на самом деле возвращаться не к чему. — Кроме того, если мир действительно так испорчен, как ты сказала, то я бы предпочла остаться здесь, в безопасности, — добавила Асахина, заработав кивки от множества людей. — О да, мир в полном хаосе, — подтвердила Мукуро, заработав еще один прожигающий взгляд от своей сестры, — честно говоря, нигде не будет так хорошо и комфортно, как здесь. Руки Джунко сжались в кулаки, ее красные ногти впились в кожу, когда Мукуро понимающе улыбнулась ей. Как раз в тот момент, когда ее ярость готова была закипеть, голос разума вернулся, такой же обнадеживающий, как и всегда. — Подожди секунду, я хочу уточнить, правильно ли я понял, — внезапно заговорил Макото, заставив всех повернуться к нему и внимательно слушать, к большому разочарованию Джунко, — итак, человек, которого мы знали как Джунко, на самом деле Мукуро. Вы двое поменялись местами в начале игры? Наконец почувствовав, что все возвращается на круги своя, Дзюнко ухмыльнулась и ответила. — Правильно! — И вы двое были нашими одноклассниками... нет, мы все были одноклассниками, и мы потеряли воспоминания за последние два года? — Агась! — Значит, мы все были самыми близкими друзьями и были единственными выжившими из Пика Надежды? — Э... более или менее. Были и другие, но все они снаружи... — Тогда после Худшего Инцидента Отчаяния вы заперли нас в школе, которая была превращена в приют, я прав? — Да! — Тогда это означает, что... в некотором смысле, мы все были спасены благодаря тебе. — Точно... стоп, что?! — взвизгнула Джунко, пытаясь осмыслить его слова, — как все, что я делала, стало тем, что я спасаю вас всех?! Как только вопрос был задан, одержимая отчаянием девушка мгновенно пожалела об этом. В глазах Макото появился блеск, как будто он собрал какую-то мысленную головоломку, и его начала окружать странная аура надежды. — Подумай об этом, — начал он, обводя всех жестом, — если то, что ты говоришь, правда, то никто из нас не выжил бы долго во внешнем мире. Но, заставив нас остаться здесь, ты защитила нас от опасностей снаружи. — Ч-Ч-Что? Это не... — взволнованная Дзюнко попыталась ответить, но ее прервали. — Это хорошая мысль, — согласилась Мукуро, дьявольски ухмыляясь своей паникующей сестре, — Джунко практически настояла на том, чтобы никто из вас никогда не выходил отсюда, потому что внешний мир очень опасен. Дзюнко ничего так не хотела, как дать пощечину своей сестре за то, что она подкрепила теорию Макото, но у нее не было возможности, прежде чем этот полный надежд ублюдок продолжил. — И из-за этого вы дали нам место, где нам не нужно бояться за свои жизни, еда и вода, видимо, безграничны, и у нас есть друзья, чтобы составить нам компанию! Это идеальное убежище, из которого ты, Джунко, не позволишь нам сбежать! Стиснув зубы так сильно, что, казалось, они могут треснуть, Дзюнко потеряла самообладание и возразила. — Это только потому, что я хотела посеять отчаяние, заставив вас убивать друг друга! Мне все равно, выживет кто-нибудь из вас или умрет, лишь бы из этого можно было извлечь пользу! — Но так ли это на самом деле? — спросил Макото, пристально глядя на нее сверху вниз. — Конечно! Иначе зачем бы я давал вам всем столько гребаных мотивов, если бы не хотела, чтобы вы убивали друг друга?! — настаивала девушка. Без каких-либо колебаний Макото прищурил глаза и ответил. — Ты уверена, что это было не для того, чтобы укрепить нашу связь как одноклассников и заставить нас работать вместе, чтобы преодолеть общую проблему? — Что?! НЕТ! Это совсем не то, чего я хотела! Я хотела увидеть...! — ... как все мы преодолеваем свои страхи и становимся более сильными людьми! Ты сделала это для нас, и мы никогда этого не забудем! — прервала её Саяка, положив голову на плечо Леона, который застенчиво улыбнулся и поцеловал ее в лоб. Едва не сблевав от внезапного проявления привязанности, Джунко вновь проглотила свой завтрак и ответила. — Это не то, что я пыталась сказать, черт возьми! То, что я делала, было для того...! — ... чтобы дать нам общую цель и никогда не поддаваться мотивав, чтобы мы повзрослели и стали ответственными взрослыми! Должно быть, так оно и было! — внезапно вмешался Киетака, очаровательно обнимая свою жену Сакуру за талию. В ужасе Джунко яростно замотала головой и закричала. — Нет! Нет! Я хотела...! — ...чтобы мы принимали друг друга такими, какие мы есть на самом деле, без каких-либо сожалений! — внезапно провозгласил Тихиро, улыбаясь Мондо, который пытался скрыть свое смущение. — Черт возьми, нет! Я хотела...! — попыталась объяснить Джунко, но ее снова оборвали. — ... чтобы мы были честными с самими собой и имели мужество принять наши чувства, — вмешалась Селестия, прижимаясь к Хифуми с искренней улыбкой на лице. — Во-первых, вы оба можете добиться большего. Во-вторых, нет, нет, нет, нет, нет, нет, НЕТ!!! — отчаянно закричала Дзюнко, начиная терять голос, — чего я действительно хотела, так это... — Джунко... все в порядке. Тебе больше не нужно притворяться. Отчаявшаяся девушка повернула голову к Макото, и эта отвратительно обнадеживающая улыбка застыла на его лице. — Притворяться? И как я притворялась?! С теплой улыбкой Макото ответил. — Притворялась злодеем. Ты, очевидно, очень заботишься обо всех нас, даже если не хочешь этого признавать. И даже если ты не собиралась этого делать, ты стала нашим спасителем. Ты хороший человек, Джунко. Эти сладкие слова чуть было снова не заставили её сблевать, но она проглотила желчь. — Нет…Я не...хороший человек. Я вдохновитель! Я делала ужасные вещи со всеми вами! Например, стёрла ваши воспоминания...! — Чтобы мы не были подавлены концом света, мы ясно понимаем ваши намерения, — снова прервал ее Макото, — как я уже сказал, тебе больше не нужно притворяться... — Я НЕ ПРИТВОРЯЮСЬ!!! — закричала Джунко, ее голос сломался, когда она продолжила, — я злая! Я-вдохновитель, который пытается убить вас всех и покончить с миром! Резко повернув голову, она яростно ткнула пальцем и закричала. — Я убила отца Кёко! Как я могу не считаться злодеем! Тяжелая тишина повисла над всеми, когда все повернулись к Кёко, у которой впервые с момента прибытия на лице был намек на шок. Однако оно быстро исчезло, и она медленно закрыла глаза, словно в раздумье. В этот момент Джунко осмелилась поверить, что наконец-то убедила кого-то... по крайней мере до тех пор, пока Кёко не открыла рот. — На самом деле, у меня нет никаких воспоминаний о моем отце... или матери...или о ком-то из моей семьи. У меня полная амнезия. Вздох удивления раздался у всех, кроме Джунко и Мукуро, которые терпеливо ждали, когда она продолжит. — Однако, — сказала Киоко, прежде чем подойти прямо к Макото, — мне больше не нужны эти воспоминания. Я создам новые воспоминания, которые будут действительно дороги мне... Нежная улыбка медленно растеклась по ее губам, когда она протянула руку и схватила руку Макото, который тепло улыбнулся ей в ответ, прежде чем переплести свои пальцы с ее. Чувство тепла разлилось по всей комнате от этого проявления любви... отчего глаза Джунко расширились, а челюсть отвисла. — Что?! — взвизгнула Джунко, — это такая чушь собачья! Я убила твоего отца, и это все, что ты можешь сказать! — Ну, откуда мы знаем, что ты действительно убила его? Ты можешь просто лгать, чтобы заставить нас ненавидеть тебя, — заметила Селеста, заработав кивки от всех. Быстро соображая, Джунко развернулась и уставилась на свою сестру, крича. — М-Мукуро! Подтверди мои слова! Я засунула ее отца в ракету и отправил его в космос! Прежде чем Мукуро успел что-либо подтвердить или опровергнуть, у Бьякуи вырвался громкий и недоверчивый вздох, прежде чем он сказал. — Как будто у тебя есть возможность сделать такую вещь. Без чьей-то могущественной поддержки, которая невозможна во времена апокалипсиса, это никак не может быть правдой. — Д-да, и кроме того...В любом случае, это просто глупо звучит! — наконец Токо присоединилась к разговору, надеясь, что Бьякуя хотя бы посмотрит в ее сторону. Он сделал это, хоть всего на секунду, и она чуть не упала в обморок от радости. К этому времени воля Джунко была почти полностью сломлена, и, хотела она того или нет, горячие слезы потекли по ее щекам. — Нет...это не...я...я… Я злодей! Я зло! Я вдохновитель! Я совершала ужасные вещи лишь ради удовольствия! Вы все должны ненавидеть меня и убить, только чтобы убраться отсюда! Почему, черт возьми, вы не даёте мне отчаяния, ради которого я так усердно работала?! — ...Потому что ты не привела нас в отчаяние, — почти сразу ответил Макото, заставив ее бросить на него пристальный взгляд, — ты так много сделала для нас. Предоставив нам безопасное убежище, помогая нам повзрослеть и стать великими людьми, ты даже поносила себя за наше улучшение! Как мы можем убить тебя после всего, что ты для нас сделал?! Когда его слова дошли до Джунко, она поняла, что ее последний мотив полностью провалился, и рухнула в ближайшее кресло. — ...Нет...нет...это было не...Я не...или я?... — она попыталась заговорить, но смогла только пробормотать. Перед ней появилась тень, и она подняла глаза, чтобы увидеть, как Макото «чертовски обнадеживающий» Наэги улыбается ей сверху вниз. — Знаешь, Джунко, мы действительно должны поблагодарить тебя. — ...Нет, — попыталась возразить она, но это было бесполезно. — Учитывая всё, что ты сделала для нас, ты не заслуживаешь того, чтобы тебя называли Абсолютным Отчаянием, — продолжил Макото. — ...нет, нет, нет... — На самом деле, я думаю, что тебя можно было бы назвать ... — ...ради всего святого, пожалуйста, не заканчивай это... — она попыталась остановить его, но не смогла. — Абсолютной Надеждой! — НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! … … В течение нескольких часов вопли Джунко эхом разносились по залам Академии Пик Надежды.

*Прошло шесть лет*

Дзюнко Эношима, вдохновительница Убийственной Школьной жизни... стала тетушкой. — Тетя Джунко! Тетя Джунко! Где ты? — О боже, они возвращаются! — закричала чуть более взрослая Дзюнко, услышав звук приближающейся гибели, — Мукуро! Ты должна спрятать меня! Пожалуйста! В память о старых временах... — Нет. В недрах прачечной Джунко Эношима попыталась забраться в одну из стиральных машин, чтобы избежать ужасной встречи, от которой, как она знала, не убежать. Однако, прежде чем она смогла даже просунуть голову внутрь, ее обнаружили. — Я нашел ее! Она в прачечной! Выражение чистого ужаса отразилось на лице Джунко, когда она повернулась, чтобы увидеть, как четверо детей бросаются прямо на нее. — Неееееееееееееееееееееет!!!! — крикнула она, когда все они столпились вокруг нее. — Давай поиграем тетя Джунко! — сказал ей Микадо Наэги, мальчик с большими выразительными карими глазами. У него были короткие лавандовые волосы того же цвета, что и у его матери Кёко, но в нем чувствовалась та же надежда, что и у его отца, Макото. — Мой отец только что сделал для нас новую видеоигру. Давай попробуем поиграть в неё? — спросила ее Селестия Ямада, маленькая девочка с длинными черными волосами, собранными в пучок, и ярко-красными глазами. Ее мать взяла свое настоящее имя, Таэко, и дала дочери свой псевдоним. Внешне она была практически точной копией своей матери... но в душе была полной отаку, как и ее отец, Хифуми. — Или мы могли бы пойти поплавать! На самом деле ты никогда раньше с нами не плавала! — взволнованно предложила Каори Хагакуре, девочка с гладкими каштановыми волосами. У нее были большие голубые глаза ее матери, Аой, и более темный цвет лица, и она излучала гораздо больше энергии, чем любой из других детей. Она почти не походила на своего отца Ясухиро, что даже он считал своего рода благословением. — А как насчет бейсбола? Папа сказал, что поможет, если нам понадобится больше игроков, — предложил Джефф Кувата, мальчик с колючими голубыми волосами, со счастливой улыбкой. Он всегда шутил или дурачился с девочками, за что его мать, Саяка, отчитывала его, но его отец, Леон, полностью поддерживал. Его имя было предметом многих споров между его родителями, но в конце концов Леон Кувата смог убедить свою жену. Пока они вчетвером продолжали приставать к вечно раздраженной Джунко, она посмотрела на свою сестру и прямо сказала. — Я умоляю тебя… пожалуйста, просто убей меня. Стреляй в меня... Стреляй мне в лицо! — Нет. Сидя рядом, Мукуро практически ухмыльнулась, читая журнал мод восьмилетней давности, наблюдая за своей сестрой, как она обещала сделать пять лет назад. В наказание за то, что обманула всех, она вызвалась постоянно присматривать за своей сестрой. Это было сделано для того, чтобы убедиться, что Джунко не сможет покончить с собой, тем самым открыв двери и подвергнув их всех ужасу апокалиптического мира за пределами Академии. И, как оказалось, ей не нужно было много делать. Джунко твердо решила воздержаться от самоубийства, так как это не приводит её в отчание. Тем не менее, поскольку для нее не было дополнительной комнаты, и технически ее имя было написано на двери, Джунко делила комнату с Мукуро. Это облегчало слежку за ней и позволяло Мукуро проводить время с сестрой, которая ее предала. Но опять же, сейчас ей не нужно было многого делать, чтобы мучить свою сестру. Дети по причинам, которые абсолютно никто не мог понять, прониклись симпатией к подлому, позорному и полностью побежденному вдохновителю. А Джунко, ну, она абсолютно ненавидела...всех. — Идите умрите в огне, вы, глупые сопляки! — кричала она им, яростно размахивая руками, когда они дергали ее за рубашку. Ее попытки напугать их были тщетны, так как они давно привыкли к ней. — О, тетя Джунко, ты всегда придумываешь смешные вещи, когда говоришь, — сказала Селестия со смешком, дергая сильнее. — Да, как в тот раз, когда она сказала нам, что собирается повесить нас на потолке и использовать в качестве пиньят! — Каори присоединилась к ней, хихикая. — Или как в тот раз, когда она сказала нам пойти поиграть в мифическую страну Дорожного движения! — напомнил им Джефф, заработав еще один взрыв смеха. Гнев закипел в глазах Джунко, и она резко оттолкнула их всех. Сделав несколько шагов назад, она посмотрела на них всех, кипя от злости. — Что, черт возьми, не так с вами, маленькие ублюдки?! Почему вы всегда ходите за мной по пятам?! Я ненавижу вас! Я ненавижу вас всех! Я зло! Когда-нибудь я убью вас всех!! Когда она закончила свою тираду, все дети замолчали, и она почувствовала, что, возможно, наконец-то до них дошло, что она была такой злой, как заявляла. Однако по ее спине пробежал холодок, когда от одного из детей начало исходить знакомое чувство надежды. — Я не думаю, что это правильно, — настаивал Микадо, каким-то образом создавая ауру надежды своего отца, — папа всегда говорил, что мы не должны тебя бояться. Что ты нам должна понравиться, потому что без тебя нас бы здесь не было... или что-то в этом роде. Я действительно не понимаю, но если папа говорит, что ты должна нам понравиться, ты, должно быть, хороший человек! — Ну, твой отец солгал! — крикнула Джунко, не желая больше терять позиции. Однако Микадо покачал головой и сказал. — Не-а! Мама согласилась с ним, а мама намного умнее папы, он сам мне это сказал! Так что это должно быть правильно! У Джунко отвисла челюсть, когда она была побеждена логикой ребенка. Опустив голову от стыда, она прислонилась к стене позади себя и соскользнула на пол. Приняв позу эмбриона, она продолжила отгораживаться от мира, когда дети приблизились к ней. Прежде чем они снова подошли к ней, Мукуро встала перед ними и сказал. — Тетя Джунко устала. Ей нужно поспать. Поиграйте с ней, как только она отдохнет. А пока поиграйте вместо этого с дядей Бьякуя и тетей Токо, хорошо? Дети жаловались и протестовали, но в конце концов сдались, неохотно оставив сестер-близнецов одних в прачечной. — Ты в порядке? — спросил Мукуро, положив руку на плечо Дзюнко. — Отвали. — Значит в порядке... — сказала себе солдат, вставая и возвращаясь к своему стулу. Медленно развернувшись из позы эмбриона, Дзюнко села на пол и уставилась в потолок. Неловкое молчание повисло между ними, казалось, на целую вечность. Как раз в тот момент, когда Мукуро решил, что она вытащит свою сестру на «свежий» воздух, девушка, любящая отчаяние, заговорила. — Знаешь, сестренка, в это Рождество мне исполнится 24 года... — Нам обоим, — напомнила Мукуро. — Это так глупо... — продолжила Джунко, как будто не слыша, что говорила ее сестра, — я думала, что умру, прежде чем мне исполнится 18. Я никогда не планировала покидать эту школу. Даже если бы я выиграла в смертельную игру и все вы оказались бы мертвы, я планировала казнить себя вместе с вами. В конце концов, испытав абсолютное отчаяние от казни тех, о ком я заботилась больше всего, что мне ещё оставалось делать в этом мире? Звук хмыка прервал ее, и она повернулась, чтобы посмотреть на сестру. — Хм. Отчаяние — это еще не все, что есть в жизни, Джунко. По иронии судьбы, именно ты позволила мне это увидеть, — встав и отбросив журнал в сторону, Мукуро схватила сестру за руку и подняла ее на ноги, — в любом случае, время пойти и посмотреть, как дела у Сакуры и Киетаки. Роды уже должны закончиться. — Я не хочу... — попыталась возразить Дзюнко, но ее потащили по полу, — видя их вместе, у меня сводит живот и болит мозг...Как, черт возьми, эти двое вообще могут размножаться? Сакура состоит из чистых мускулов! — Ну, если бы ты не дала нам мотив о лишении девственности... — Заткнись...Заткнись...

*В медкабинете*

Все столпились вокруг влюбленной пары, когда они держали в руках свой новый сверток радости. Роды были трудными, как и всегда, так как никто из них не был обучен подобному. Но с Макото, который поддерживал во всех надежду, и Кёко, поддерживающей порядок вместо Киётаки, каким-то образом за последние шесть лет все роды прошли прекрасно. Сакура баюкала крошечного ребенка на руках, в то время как Киетака обнимал их обоих. Как обычно, Макото и Кёко наблюдали за процедурой вместе с Аой и Таэко на всякий случай. Ясухиро и Хифуми вошли после того, как им сказали, что все кончено, так как они оба были брезгливы после того, как стали свидетелями «чуда рождения» своих собственных детей. Единственными, кто не присутствовал, были Бьякуя и Токо, которые, по-видимому, держали детей подальше, а также Мондо и Чихиро, которые что-то расследовали. Когда Мукуро втащил свою сестру в комнату, все расступились, чтобы она могла пойти и посмотреть на новорожденного. Некоторые из них ухмыльнулись поведению Джунко, и она показала им язык. — О, как очаровательно! У него брови Киетаки, — сказал Мукуро, взглянув на крошечного ребенка, у которого были белые волосы Сакуры, но огромные брови Киетаки. — Знаешь, если ты их не побреешь, он кончит так же, как его отец...тугодум и все такое... — прокомментировала Джунко, глядя на ребенка, зная, что скоро это станет для нее еще одним источником мучений. — Это девочка, — глубокий голос Сакуры поправил ее. —...... Я не извиняюсь, — это было все, что произнесла Джунко. Как раз в этот момент Мондо ворвался в кабинет медсестры, крича во всю глотку. — У нас серьезная гребаная проблема!! Его панический голос, не говоря уже о шуме, мгновенно потревожил спящего ребенка на руках Сакуры. Малышка начала плакать, к большому беспокойству ее матери и отца, и все в комнате, кроме Джунко, сердито посмотрели на Мондо. — Я никогда не думала, что скажу это, но... хорошая работа, Мондо! — сказала Джунко с громким стуком, прежде чем позволить этому маленькому мгновению удовольствия увлечь ее, — ах, такое отчаяние... У нее не было много времени, чтобы насладиться этим, прежде чем Мукуро шлепнул ее по затылку. Ворча и свирепо глядя на сестру, она неохотно замолчала, когда ребенка снова укачали, чтобы он заснул, и Мондо жестом велел всем, кроме Киетаки и Сакуры, выйти из комнаты. Оставив новообретенных родителей заниматься своим ребенком, они все направились в кафетерий, где их ждал Чихиро. — Я полагаю, Мондо сказал вам, в каком мы сейчас дерьме? — спросил программист, когда они вошли. Дзюнко сделала мысленную пометку, что ей действительно нравится новый словарный запас Тихиро, почерпнутый из всего времени, проведенного с Мондо. — Нет, он этого не говорил. Что происходит? — спросил Макото, нервничая из-за того, что Чихиро казался таким же взволнованным, как и Мондо. Перед этим Чихиро бросил сердитый взгляд на байкера и покачал головой. — Мондо…Я дал тебе простую задачу... — Я разбудил ребенка! Это не моя вина! Никто не говорил мне, что сегодня родится ребенок! — Это были преждевременные роды, Мондо. Никто не знал, что это произойдет сегодня, — сказал Чихиро, прищурившись на него. — Так в чем моя вина?! — байкер попытался защититься, но ничего не смог сделать, так как Чихиро отвернулся. — Неважно, мы поговорим об этом позже. Нам нужно сказать им, как мы облажались. — О, да! Потому что мы абсолютно облажались! — согласился Мондо. Из задних рядов толпы взметнулась рука, и никто не удивился, услышав. — Просто уточняю, но, э-э, насколько мы абсолютно облажались? Неужели мы настолько, что должны убить меня, чтобы сбежать? Обернувшись, Мукуро побледнела, когда Джунко уставилась на них полными отчаяния глазами, молясь, чтобы случилось худшее. — На самом деле... — все ахнули, и Дзюнко практически просияла, когда Чихиро продолжил объяснять, — у нас заканчивается еда. Воды у нас предостаточно… наверное. Но продовольственные запасы не пополняются, как раньше. — Да, я имею в виду, что некоторое время назад у нас закончилась смесь для блинов, но мы все еще получали фрукты, овощи и прочее до сегодняшнего утра, — уточнил Мондо. — Это потому, что автоматизированный подземный сад под школой, должно быть, наконец-то пришёл в негодность, — объяснила Джунко, заставив всех посмотреть на нее, — вряд ли это неожиданно. Система неустанно работает без ремонта и технического обслуживания уже восемь лет. — Мы не можем спуститься и починить его? — предположила Аой, стараясь быть оптимистичной, — с Мондо и Тихиро, работающими вместе, я уверен, мы могли бы найти способ... — Извини, но, — вмешалась Джунко, на ее губах появилась дьявольская ухмылка, — я разрушила единственную тропинку, ведущую в подземный сад, прежде чем открыла себя вам шесть лет назад. Я подумала, что на случай, если этот дерьмовый сценарий действительно сбудется, а он, блядь, сбылся, у меня должен быть запасной план. — Итак, если то, что говорит Джунко, правда, тогда... — Макото замолчал, не нуждаясь в том, чтобы закончить фразу. — У нас не так много времени, — продолжила за него Киоко, ее аналитические навыки оставались всё также хорошо, а голова холодной, — у нас достаточно еды на ближайшие несколько недель, но ее недостаточно, чтобы кормить 20 человек более месяца... — Это...это...потрясающе!!! — взвизгнула Джунко, откидывая голову назад и хихикая. Опустив взгляд, она увидела испуганные лица своих одноклассников, когда они поняли, что их время подходит к концу, — после шести оооооочень долгих лет ожидания... мой финальный гамбит сбывается! Мы все умрем с голоду... вместе! Вы! Я! Маленькие сопляки! Даже младенец, особенно младенец! О, я не могу дождаться, чтобы увидеть полное отчаяние на их лицах, когда я скажу им, что... Кулак ударил ее по лицу, отчего она отшатнулась к стене. Ее зрение поплыло, когда она подняла глаза и увидела, как Мондо, как и ожидалось, стоит над ней, хрустя костяшками пальцев. — Ах ты, маленькая сучка! Исправь это! Я знаю, что ты должен знать, как это сделать! Если ты не исправишь это, я разорву тебя на гребаные клочки! — крикнул Мондо, снова поднимая кулак. Однако, прежде чем он успел ещё раз ударить, Ясухиро, Хифуми и Макото прыгнули на него, удерживая, а Джунко в отчаянии хихикнула про себя. Вскоре ее хихиканье перешло в смешок, смешок перешел в смех и, наконец, в полное отчаяния хохотание. — Упупупупупупу! Вы уже знаете, как это исправить! Просто отпустите его и пусть он вышибет мне мозги! Все замерли, когда ее слова прозвучали в их ушах. Дзюнко могла видеть, что впервые за шесть лет эти ублюдки действительно рассматривали ее мотив побега. Они пожалеют, что так долго заставляли ее вести себя хорошо. Пришло время для нее, наконец, обрести отчаяние, которого она так страстно желала. — Всего один хороший взмах, и мое серое вещество запятнает стены...И вы все сможете уйти отсюда! Конечно, сейчас, вероятно, это апокалиптическая пустошь, и большинство из вас, вероятно, не переживут первую ночь, но посмотрите на светлую сторону: по крайней мере, вы не умрете с голоду. Прежде чем она успела насладиться отчаянием, которое отразилось бы на их лицах, произошло нечто беспрецедентное. Внезапно сильный взрыв потряс всю школу, и почти все потеряли равновесие. Джунко прислонилась спиной к стене, ее глаза метнулись к двери кафетерия. — Э-это доносилось из главного зала! — крикнул Макото, когда Кёко подняла его на ноги, — давайте все вместе! Нам нужно посмотреть, что происходит! — Правильно! Без вопросов все повалили из комнаты, оставив только Дзюнко, все еще прислоненную к стене в качестве опоры. Ярость медленно охватила ее, когда она поняла, что снова что-то мешает ей впасть в отчаяние. Не выдержав этого лежа, она оттолкнулась от стены и бросилась в погоню. — П-подождите, ублюдки!! А как же мое отчаяние?!?!?!

--В Главном зале--

— Не подходите, дети! Не подходите близко к этой дыре! — сказал Бьякуя Тогами, сопровождая детей за собой с помощью Токо, которая был счастлива, что не пролилось ни капли крови, иначе дети снова могли бы поиграть с тетей Геноцидом. Перед ними на похожей на сейф двери, которая много лет отделяля их от внешнего мира, была дыра. Сквозь неё пробивались потоки солнечного света, и дети были совершенно опьянены его странным теплом. Любопытство пересилило разум, Джефф Кувата не смог удержаться от того, чтобы вырваться из хватки Бьякуи и броситься навстречу внешнему миру. — Джефф Марлон Брандо Кувата! Убирайся оттуда прямо сейчас!!! — голос его матери, Саяки, эхом разнесся по залу, мгновенно остановив его. Обернувшись, Джефф увидел, как его мама и папа, которые, возможно, пытались или не пытались дать ему маленького брата или сестру, чтобы поиграть с ним, вбежали в комнату и схватили его, оттащив подальше от дыры в двери. — О-о-о, я ненавижу, когда мама использует мое полное имя... — пожаловался Джефф, когда родители наконец отпустили его. — Поверь мне, Джефф, я тоже это ненавижу... — Саяка закипела, бросив быстрый взгляд на своего мужа, Леона, который выглядел слишком довольным ситуацией. — Эй, ты согласилась на него. Я не виноват, что ты поддалась моим...дьявольским чарам, — сказал он, подмигнув. Закатив глаза, она поняла, что это не совсем неправильно, и поэтому решила сосредоточиться на насущном вопросе. Как по сигналу, Макото и остальные ворвались в комнату, за ними быстро последовал Киетака, который оставил Сакуру заботиться о новорожденном. И последнее, но не менее важное: в комнату вошла Джунко с широко раскрытыми от шока глазами. — Нет... этого не может быть... мой мотив... — захныкала она, понимая, что даже ее последний гамбит провалился. Прежде чем она успела что-либо почувствовать по поводу случившегося, в отверстии в двери появился силуэт. Все сразу же насторожились, не зная, кто или что вторглось в их святилище. Однако, когда фигура медленно приблизилась, они увидели, что это был молодой человек, лет двадцати с небольшим, одетый в белую рубашку на пуговицах и черные брюки, с короткими каштановыми волосами, в центре которых был один шип. Когда он появился в поле зрения, Джунко ахнула, узнав фигуру. — Изуру! Изуру Камакура! — закричал она, вне себя от радости после встречи своего протеже. И в одно мгновение ее охватило отчаяние, когда она поняла, что должно означать его возвращение, — я...я не могу поверить, что ты здесь! Ты, должно быть, здесь, чтобы... Подожди, ты подстригся? Молодой человек, стоявший перед ними, внезапно остановился, открыл глаза и продемонстрировал пару горящих золотых радужек, которые ошеломили всех и заставили замолчать. А потом...он заговорил. — Извините, что разочаровываю вас, но я не Изуру Камакура. Меня зовут…Хаджиме Хината! И я здесь, чтобы спасти всех вас! У Джунко отвисла челюсть, а глаза выпучились, когда она увидела, что, к ее большому недоверию, Изуру вернулся к своей первоначальной личности. — Н-Н-Но... как… почему... где… когда...? — она заикалась, не понимая, как и почему это происходит. — Я знаю, что у вас у всех должно быть много вопросов, но давайте пока уйдем отсюда. Солнце сегодня великолепно светит, — сказал Хадзиме всем, указывая на отверстие, ведущее наружу, — думаю, вам, ребята, пора подышать настоящим свежим воздухом. Сначала все колебались, даже Макото, который казался самым доверчивым, оставался на месте. Однако непрекращающееся упорство детей в конце концов победило, и медленно, но верно, все они отважились выбраться из дыры в мир за ее пределами. То, что их ожидало, было похоже на сказку... Перед ними раскинулась красивая пригородная зона с большими деревьями и огромными лужайками с зеленой травой. Здания средних размеров, чистые и величественные, возвышались вдалеке. Солнечный свет освещал всю местность, и, насколько хватало глаз, не было видно ничего, кроме покоя и безмятежности. Это было так, словно весь мир изменился, чтобы быть настолько красивым и волшебным, насколько это возможно. С немного большей настойчивостью со стороны детей родители неохотно отпустили руки своих детей и позволили им пробежать по заросшей травой парковой зоне, которая находилась прямо через дорогу от академии. — Какого хрена, блядь?! — закричала Джунко, оглядываясь вокруг, не видя и намека на разрушение или отчаяние, в которое она погрузила мир. — Удивлена, Джунко? — сказал Хаджиме с улыбкой, — не совсем то, чего ты ожидала, не так ли? — ...Как...как ты...? — едва выговорила она, все еще полностью шокированная таким развитием событий. — Ну, на самом деле, это все благодаря тебе, — сказал ей Хаджиме, заработав еще более растерянный взгляд, чем он ожидал, — после того, как ты выключила камеры в школе, мы в Абсолютном Отчаянии подумали, что ты мертва. Большинство из нас покончили с собой, но выжившие из 77-го класса и я этого не сделали. Сначала мы не знали, что делать, но потом я начал собирать вещи воедино. — Мне не нравится, к чему это ведет... — прошептала Джунко, продолжая слушать. Тепло улыбнувшись, Хадзиме продолжил. — Ты заставил весь мир сосредоточить всю ненависть на тебе. И конечно, много людей погибло из-за отчаяния, охватившего мир. Однако в тот момент, когда ты исчезла, мир потерял всякое представление о том, кого или что в этом винить. Правительства были практически упразднены, а выжившие были вынуждены объединиться, чтобы восстановить мир. Мир во всем мире стал реальностью. Нет ни войн, ни расизма, ни ненависти... Только блаженный мир. — Но именно поэтому я оставила вас, ребята, снаружи! — запротестовала Дзюнко, — чтобы вы могли... — ... преодолеть наше собственное отчаяние и привести мир к светлому будущему! — прервал ее Хаджиме, отвернувшись как раз в тот момент, когда выражение ее лица сменилось полным недоверием, — это, конечно, было нелегко, но как только ты пропала, мы поняли, насколько мелочным было наше отчаяние на самом деле. Мне даже удалось вернуть своё истинное «я» и проложить свой собственный путь... И все потому, что ты сломала нас и позволила измениться. Руки Джунко повисли по бокам, поскольку ее мозг отказывался обрабатывать информацию. — Это происходит снова... происходит гребаный выигрыш! — крикнула она, ее глаза опасно сузились. Она не могла позволить этому случиться снова! Это было бы не так, как в прошлый раз! — ты все неправильно понял! Я зло! Я разрушила мир, потому что мой фетиш отчаяния нуждался в удовлетворении, и я наслаждалась этим! Я вдохновитель Худшего Инцидента Отчаяния в Истории Человечества! Я самый презренный человек во всем...! — Позвольте мне прервать тебя! — возразил Хадзиме, обрывая ее тычком пальца, — Джунко, несмотря на все, что ты сказала. И несмотря на все, что ты, возможно, планировала... ты стала намного больше, чем представляешь! Переминаясь с ноги на ногу, он указал рукой в сторону обширного ландшафта, заставляя глаза Джунко проследить за его жестом. Глядя на окружающие здания по всей парковой зоне, изображение одного и того же человека было размещено на различных стенах и рекламных щитах. Любящей отчаяние девушке потребовалось мгновение, чтобы понять, что человек на каждом из них был... ею! Это была прекрасная фотография из ее модельных дней. Она была одета в ярко-красное платье без бретелек, ее волосы были завязаны в ее обычном стиле, но с двумя ярко-синими лентами вместо заколок Монокума, и на ее губах была самая яркая улыбка. Это был образ, который преследовал Джунко в ночных кошмарах годами... это было так чертовски обнадеживающе и чудесно, что даже она не могла отрицать, что это заставляло ее сердце трепетать. Она думала, что уничтожила его, когда наступил конец света... У какого-то извращенца, вероятно, была лишняя копия или что-то в этом роде...Гребаные извращенцы! — Вот кем ты стала для этого мира, Дзюнко Эношима! — голос Хаджиме вывел ее из транса, заставив пристально посмотреть на него, когда она почувствовала, что наступает чувство дежавю. — Нет... — закипела она. — Благодаря твоей самоотверженной жертве и невероятного планирования... — Нет...нет... нет... — ...ты стала... — Я ненавижу твою жизнь... — Абсолютной Надеждой на будущее!!! … … — Мне уже все равно... — пробормотала Дзюнко, падая навзничь на траву и уставившись в небо.

*10 Лет Спустя*

— Ну...не ожидала, что это произойдет. Джунко Эношима, вдохновительница Убийственной Школьной Жизни и Худшего Инцидента Отчаяния в Истории Человечества... получила Нобелевскую премию мира. — Эх, блядь... по крайней мере, я получила награду.