Двадцать минут

19 октября. Фалезский замок. 11:18 Гермиона зашла в темное и душное помещение, глубоко вдохнула и чуть не закашлялась от такой спертости воздуха — очевидно, здесь напрочь отсутствовала какая-либо вентиляция. Двое молодых людей продолжали изучать комнату с зажженными волшебными палочками на кончиках. — Мерлин, темно как в заднице у взрывопотама, — протянул Малфой. — Может стоит использовать «Люмос максима»? — спросил его Рон. — Думаю, что мы ослепнем к чертям собачим, Уизли. Это помещение очень маленькое, — ответил Драко. Гермиона раздраженно выдохнула, закатила глаза и покачала головой. Девушка направила свет своей волшебной палочки на ближайшую стену и увидела то, что искала. — Инсендио, — произнесла она, огибая взмахом древка предполагаемый периметр комнаты — в одно мгновение зажглось около шести факелов и несколько огарков свечей на различных поверхностях. Парни переглянулись. — Это было моим вторым предложением, — стушевался Рон, а Малфой фыркнул. Перед троицей предстало небольшое помещение, примерно восемь квадратных метров, которое походило ни то на кладовую, ни то на тайник: на полках и стеллажах располагались большие и не очень колбы, очевидно, с зельями и снадобьями, золотые статуэтки и канделябры, различные кубки и блюда. На первый взгляд казалось, что это помещение полно всякого бесполезного хлама. — М-да уж, — Малфой скривился, — и зачем все это дерьмо хранить в тайнике? — Возможно, на тот момент оно казалось кому-то важным, — пожала плечами Гермиона. — В конце концов, тут много изделий из золота, — добавил Рон. — Уизли, ты как всегда в своем стиле, — Драко закатил глаза. Рон в ответ сощурился. Гермиона начала изучать каждую полку и ее содержимое, активно размышляя на тему того, кому принадлежало это хранилище и что же такого важного могло здесь находиться. Рон и Драко последовали ее примеру, разойдясь по разным углам. — Только ничего не трогайте, — вдруг сказал Рон, а Малфой уже потянулся к одному из кубков, чтобы убедиться, инкрустирован ли он настоящими изумрудами и рубинами. — Стой! — крикнул рыжий. — Ты чего, Уизли? — Вдруг на это все наложено «Заклятие умножения» или «Пылающей руки»? — рыжий покосился на Гермиону. — Я не думаю, Рон, — возразила Гермиона. — Это все-таки маггловский замок… — тут девушка внезапно замолчала и уставилась в одну точку. — О! — воскликнул Драко. — Это вы о взломе хранилища моей тетки? — Малфой взметнул брови вверх. — Поверь мне, Уизли, ни один уважающий себя маг не будет тратить свое время и энергию, чтобы наложить подобной силы чары на... это, — он презрительным взглядом окинул помещение. — Кстати, всегда хотел спросить, — он посмотрел на Рона, — что вам там понадобилось? — Это засекреченная информация, Малфой. — Идите сюда! — воскликнула Гермиона, прерывая диалог парней и они послушно подошли к ней. — Вы видите это? Молодые люди проследили взглядом на то место, которое показала им Грейнджер, однако затем тут же переглянулись — Гермиона указывала на полку, которая была совершенно пустой. — Э-э-э, — протянул Малфой, — и что мы должны здесь увидеть? — Ну взгляните же! — она выглядела очень воодушевленной. — Но, Гермиона, здесь же ничего нет, — Рон опасливо косился на нее. А Малфой уже начал подумывать о том, нет ли у Грейнджер галлюцинаций. — Мерлин, я об этом и говорю! Но здесь что-то было!!! — уже крикнула она. Рон и Малфой подошли и стали рассматривать полку: благодаря многовековому слою пыли было ясно одно — здесь долгое время лежал какой-то предмет, который отсюда забрали. Очертания этого предмета были достаточно странными — это нечто было продолговатым со слегка заостренными концами. — Охренеть, — еле слышно прошептал Драко, — как думаете, что это? — Понятия не имею, — обреченно выдохнула Гермиона. — Думаете, Пожирателям удалось его забрать? — спросил Рон. — Нет, его забрали отсюда много лет, а возможно и веков, назад, — ответила Гермиона. — На месте, где лежала эта вещь, тоже собрался приличный слой пыли, но меньше, чем вокруг него, — парни согласно кивнули. Вдруг троица услышала уже знакомый звук и резко обернулась: тайный ход, через который они вошли, закрылся. — Блять! — воскликнул Драко и подбежал к стене. — Какого хуя! — Что произошло? — Гермиона ошеломленно смотрела на стену, а Рон уже принимал безрезультатные попытки ее сдвинуть. — Я так понимаю, — ответил ей Малфой, помогая Уизли, — этот роскошный тайник сам закрывается через какое-то время. — Но это же...абсурд! — воскликнула она. — Да что ты, Грейнджер? — ехидно спросил Драко.— Если подзабыла, то я тебе напомню — здесь был проход, — он театрально показал пальцем на стену, — а сейчас его нет. Просто магия какая-то, верно?! — было видно, что слизеринец нервничает. Вдруг до него дошла вся абсурдность их с Уизли действий и он закатил глаза. Малфой достал волшебную палочку и направил ее на стену. — Алохомора! — выкрикнул Драко. Ничего. — Это заклинание действует только на замочные скважины, — сквозь зубы процедила Гермиона. — Да хватит уже колотить эту стену, Рональд! — Уизли прекратил тщетные попытки сдвинуть конструкцию плечом и отдышался. — Отойдите, — велела девушка и навела волшебную палочку на стену. — Бомбарда! — выкрикнула она. Снова ничего не вышло. — Но… Почему? — Грейнджер переводила взгляд с кончика волшебной палочки на стену. — Полагаю, здесь есть какие-то мощные защитные чары, — ответил Малфой. — В маггловском замке? — спросил Уизли. Драко лишь пожал плечами в ответ, не зная что сказать. — Хорошо, — снова выдохнула Гермиона, продолжая размышлять, — если этот подвал нельзя открыть магией, значит внутри должен быть такой же механизм, который позволит нам заново сместить эту стену, верно? — она приподняла бровь и взглянула на молодых людей. Рон и Драко, немного успокоившись, согласно кивнули. — Точно! — Уизли даже слегка улыбнулся, — тогда нам нужно найти что-то похожее на тот механизм, который его открыл, — он взглянул на девушку. — Обо что ты споткнулась, Гермиона? — Не знаю,.. — она пожала плечами, — но, похоже, это был какой-то рычаг. Малфой подбежал к канделябру, висевшему у входа, и попробовал его сдвинуть. — Нет, — разочарованно резюмировал он. — Тогда нужно проверить все, что можно хоть как-либо сместить, — сказал Рон и троица принялась детально осматривать помещение. По прошествии двадцати минут, так ничего не отыскав, они обреченно посмотрели друг на друга. — Этого не может быть, — всхлипнула Гермиона. — Значит мы плохо искали! — Грейнджер, мы проверили все по три раза, — устало ответил Малфой, — изнутри эта херня не открывается. Уизли опустил голову, безмолвно соглашаясь со слизеринцем. — Мерлин, что же нам теперь делать? — Грейнджер начинала паниковать. — Гермиона, мы выберемся отсюда, ладно? — Рон подошел и взял ее лицо в свои ладони. — Обещаю. Драко отвернулся: из-за неожиданного заточения он совершенно забыл, что заперт здесь наедине с этой парочкой. Какая ирония. Если им суждено подохнуть здесь втроем, то это будет даже слишком поэтично. — Здесь нет вентиляции, — отметил Драко, все еще не глядя на Рона и Гермиону. С каждым вдохом ему становилось все труднее дышать, — поэтому нужно в ближайшие пару часов найти способ, как достать наши задницы из этого дерьма, иначе через несколько веков потомки, когда найдут этот склеп, будут долго думать, почему двое парней и девушка решили уединиться в таком странном месте. Экстремальное место для тройничка, не находите? — съехидничал Драко и посмотрел на остальных. — Заткнись, придурок! — к нему подошел Рон и сощурил глаза. — Сейчас не лучший момент, чтобы блистать своим дерьмовым чувством юмора. В одном Уизли оказался прав — это была защитная реакция слизеринца на подступающую панику. Плохой знак. Грейнджер в это время отошла к одной из стен и, прикрыв глаза, начала пальцами массировать виски, очевидно активно размышляя. — А кто сказал, что я шучу? — хмыкнул Драко. — Раз нам суждено умереть, то я бы предпочел провести последние минуты моей жизни, получая удовольствие. Рон уже схватил его за ворот рубашки, как к ним резко обратилась Гермиона. — Заткнулись сейчас же и разошлись по разным углам! — сурово крикнула она на молодых людей, и Уизли, отпустив Драко, отошел к противоположной стене. — Ну конечно! Как мы могли не догадаться? — улыбаясь, Грейнджер обратилась к парням. — Если мы не можем выбраться отсюда сами, то нужно сделать так, чтобы кто-то нас открыл! — Гениально, Грейнджер, — Малфой фыркнул. — Сомневаюсь, что хоть кто-то нас здесь услышит, если мы даже все вместе будем орать как долбанные русалки, выброшенные на берег. В ответ Гермиона лишь закатила глаза, подняла палочку и произнесла: — Экспекто Патронум! Рон широко улыбнулся, увидев юркую выдру, которая, предположительно, уже готова была доставить Гарри Поттеру нужное послание. Однако улыбка молодого человека в миг померкла, когда он понял, что, как бы зверек ни пытался, ему никак не удавалось покинуть помещение. — Мерлин, что за чертовщина? — Гермиона направляла палочкой свой патронус по периметру, а выдра только упиралась в стены. Когда Грейнджер поглотило полное отчаяние, зверек растворился в воздухе. — Давай я попробую, — Уизли повторил все действия за девушкой, но джек-рассел-терьера постигла та же участь. — Блеск, — пробормотал Драко, снял свое пальто и, расстелив его на полу, уселся, откинув голову к стене. — Здесь наложены очень серьезные защитные чары,.. — задумчиво произнес Рон. — Какая потрясающая проницательность, Уизли, — подметил Драко. — Но вопрос остается открытым, — подала голос Гермиона. — Откуда они взялись в маггловском замке? — она сглотнула и продолжила. — Мне кажется...хотя нет. Я уверена, что это неспроста. Что-то связывает Тауэр и Фалезский замок, и Пожиратели знают об этой связи. И, более того, здесь замешана магия. — Думаешь, это та хрень? — Малфой кивком указал на полку, где они нашли очертания неизвестного предмета. — Я не знаю, — слегка растерянно ответила Гермиона. — Сейчас неплохо было бы посетить библиотеку… — Прости, Грейнджер, — Драко развел руки в стороны, — при всем нашем с Уизли желании тебе ее предоставить, это, увы, неосуществимые мечты в данных условиях, — хмыкнул слизеринец, пока Рон снимал свою куртку и усаживался на нее прямо напротив Малфоя. — А вот по поводу тройничка, подумайте. Уверен, это было бы самое фееричное приключение вашей интимной жизни, — Драко рассмеялся, но через секунду резко пригнулся — Рон запустил в него какой-то древней статуэткой. 19 октября. Площадь Фюрстенберг. 13:41 Гарри Поттер впервые был в Париже. Пожалуй, он бы и не появился здесь, если бы не повод. Перед ним деловым шагом шествовал министр магии Франции и Кингсли Бруствер, а замыкали эту колонну четверка самых приближенных министру французских авроров. — Не беспокойтесь, Кингсли, — пробасил французский министр, — я сейчас же соберу свою лучшую оперативную группу. Если понадобится, мы не будем есть и спать, пока их не найдем. — Благодарю, министр Уоллес, — голос Кингсли слегка дрожал, — это мои люди. Я не могу их оставить… — Тебе не за чем оправдываться, друг мой, — Уоллес положил руку на плечо Кингсли. — По сравнению с тем, что вы сделали год назад для всего магического сообщества, это минимум, которым я могу вам отплатить. Группа людей вышла на небольшую площадь, усеянную уютными кафе. — Нам сюда, — сказал французский министр и все завернули в ближайший переулок. Они подошли к небольшому питьевому фонтанчику и мужчина продолжил. — Входите по одному. Как только окажетесь в атриуме министерства, ждите всех остальных. Министр Кингсли, вы первый, я буду последним. — Простите, сэр, — обратился к нему Гарри, — а Ричард Уоллес случайно не ваш родственник? — он переводил взгляд с фонтана на министра. — Вы абсолютно правы, мистер Поттер, — ухмыльнулся министр магии Франции, — Ричард Уоллес мой далекий предок и искусный маг своего времени. Идея — снабдить Париж питьевыми фонтанами принадлежала сугубо ему. И, — он запустил руку в свои густые волосы и ухмыльнулся, — параллельно спроектировал этот проход, — Гарри улыбнулся ему в ответ. Мистер Уоллес коснулся кончиком палочки фонтана, и тот в миг трансфигурировался в небольшую дверь. Французский министр жестом пригласил Кингсли пройти вперед, и тот исчез в проеме. Когда настала очередь Гарри, он сделал шаг и дверь распахнулась: было ощущение, что он направляется в непроглядную бездну, но стоило ему ступить этот шаг, как перед взором Поттера открылся светлый атриум министерства магии Франции. — Вашу палочку, сэр? — обратился к нему охранник слева, но Гарри не отреагировал. Перед его взором предстало огромное помещение. Поттер поднял глаза вверх и увидел...Мерлин! Такой завораживающей картины он не наблюдал еще с уроков астрономии: весь потолок министерства магии Франции был украшен созвездиями всевозможных волшебных существ. — Вау, — единственное, что смог вымолвить он. — Впечатляет, верно? — Гарри услышал позади себя голос министра Уоллеса. — Это ко мне, палочки проверять необязательно, — бросил он охраннику. — За мной, — уже обратился министр к группе только прибывших. Гарри последовал за министром в его кабинет и первое, что увидел молодой человек там, был огромный портрет Флер Делакур. Гарри улыбнулся. — Мисс Делакур стала нашим национальным героем, — сказал министр Уоллес, заметив реакцию Гарри. — Мы гордимся тем, что благодаря ей смогли принять участие в этой войне. — Уизли, — бросил Поттер. — Что, простите? — переспросил министр. — Теперь она Флер Уизли, — повторил Гарри. — Да, точно, — улыбнулся французский министр. — Кингсли, я уже приказал своим людям собраться. Дайте наводку на разыскиваемых. Министр магического сообщества Британии прочистил горло. — Рональд Биллиус Уизли, — в воздухе материализовался свиток пергамента и перо, фиксирующее все слова Кингсли. — Чистокровный волшебник. Рыжие волосы, голубые глаза, — он сделал глубокий вдох и продолжил. — Гермиона Джин Грейнджер. Магглорожденная волшебница. Каштановые волосы и карие глаза. И, — Кингсли запнулся на мгновение и глянул на Поттера, — Драко Люциус Малфой. Чистокровный блондин с серыми глазами. — Малфой? — переспросил один из авроров. — Разве они не были на...его стороне? — Мистер Малфой пересмотрел свои приоритеты, — авторитетно заявил министр Кингсли. — На данный момент он активно трудится на благо министерства и является моим сотрудником. — Кингсли, вам не кажется, что как раз таки Малфой и мог устроить эту диверсию? — обеспокоено переспросил Уоллес. — Нет, — категорично заявил министр Британии. — Малфой свой человек. Все присутствующие согласно кивнули. — Интересная троица, — хмыкнул Уоллес. Кабинет уже наполнился дюжиной боевых магов, готовых исполнять министерский приказ. — Вы все слышали, — французский министр коснулся палочкой пергамента, и у каждого аврора в руках появилась своя копия. — Их нужно найти, чего бы вам это не стоило, — категорично заявил он. 19 октября. Фалезский замок. Тайник. 15:01 — Тебе надо что-то сделать со своей вспыльчивостью, Уизли — усмехнулся Малфой, обращаясь к Рону. Молодые люди сидели друг напротив друга и беседовали уже более часа, а Гермиона мерила шагами помещение, заламывая пальцы рук. — С чего это вдруг? — поднял Рон вверх брови. — Это ненормально — всегда бить людей по лицу, — Драко склонил голову вправо, обращаясь к собеседнику. — Ну не людей, а мерзких хорьков. Точнее одного единственного, — ухмыльнулся Рон. Малфой в ответ лишь скривился. — А ты, Грейнджер, присядь и успокойся, — обратился он уже к Гермионе, — а то весь кислород наш потратишь. — Если мы ничего не придумаем, то в скором времени он нам уже не понадобится, Малфой, — раздраженно ответила она. — Присядь, Гермиона, — обратился к ней Рон, — он прав. — Попрошу запротоколировать этот исторический момент! — съязвил Драко. Гермиона же подошла к Рону села рядом и положила голову ему на плечо, Малфой сощурился. — Не переживай, — Рон приобнял ее одной рукой, а второй принялся поглаживать по щеке. — Гарри нас обязательно найдет. — Вот именно, Грейнджер, — поддержал Драко Уизли, — если бы пропал только я, то сомневаюсь, что вы бы меня искали, — усмехнулся он, — а ради вас Поттер разнесет по кирпичикам эту рухлядь, если понадобится. — Не говори глупостей, — возразила Гермиона, — мы бы тебя не оставили в беде, конечно же. — И переживали бы? — невинно поинтересовался Драко. — Ну естественно, — Гермиона слегка покраснела, — ты ведь один из нас теперь. — Что, даже ты? — елейно переспросил он. — Даже я, — сурово ответил ему Рон вместо Гермионы. — Всю жизнь мечтал это услышать от тебя, Уизел, — сострил Малфой. — Так у кого-то есть хоть какие-то мысли по поводу происходящего? Гермиона лишь пожала плечами: — Совершенно никаких. Но я чувствую, что это связано с той вещью. — Грейнджер продолжала говорить, а ее глаза понемногу закрывались. — Вы заметили, что она лежала как-то обособленно что ли? — девушка зевнула. — Будто это самое важное, что здесь хранилось? — Эй, Грейнджер? Ты нормально себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил Малфой. — Да, просто устала, — пробормотала в ответ девушка. — Это из-за нехватки кислорода, — Рон снова начал гладить ее по щеке. — Гермиона, не засыпай… — Я совсем ненадолго… Разбудишь меня, хорошо? Рон в ответ лишь кивнул и напряженно посмотрел на Малфоя. Девушка уснула и молодые люди просидели четверть часа в полной тишине. — И почему ты меня так ненавидишь? — вдруг подал голос Драко. — Тебе предоставить перечень? — спросил Рон. — Будь так любезен. Если тебя не затруднит, — ухмылка не сходила с лица слизеринца. — Ты мерзкий. —Субъективно, Уизли. — Папенькин сынок. — Частично согласен. — Трусливый хорек. — Мерлин, Уизли, да сколько можно? — Отвратительный расист, — Рон даже слегка повысил голос, а Малфой посмотрел ему в глаза и ухмыльнулся. — Что, нечего сказать? — Попахивает лицемерием, Уизли, — Драко уставился на рыжего. Тот, в свою очередь, сдвинул брови и нахмурился. — Что ты несешь? Я никогда не называл ее...так, — по покрасневшим ушам было ясно, что Рон начал закипать. — Как? Грязнокровкой? Эй, тише! — Малфой пригнулся, так как рыжий уже хотел потянуться к ближайшему камню и швырнуть его в Драко, но не смог до него дотянуться из-за спящей на плече девушки и головокружения, которое было спровоцировано нехваткой кислорода в помещении. — Так не называл, — согласился слизеринец и постарался глубоко вдохнуть — его самочувствие было не лучше, чем у Уизли. — Но это не говорит о том, что ты ни разу ее не обижал, — он устало хмыкнул. — Это были просто детские ссоры, Малфой, — Рон откинул голову к стене и прикрыл глаза. — Верно, — согласился Драко, — но из-за ссор со мной она ни разу не плакала. Рон взглянул на собеседника из-под прикрытых век. Коридоры Хогвартса. 3 курс. После ужина Драко направлялся в сторону подземелий. Он завернул за угол и увидел знакомый силуэт девушки, которая стремглав неслась ему навстречу. Интересно, а где ее кретины? Хотя, неважно. Так даже лучше — он давно хотел поглумиться над этой выскочкой с глазу на глаз. Когда они практически поравнялись, слизеринец крикнул: — Эй, Грейнджер? А где твои дружки? Хотя о чем это я, такая идиотка-грязнокровка не нужна даже нищеброду и шрамоголовому. «Отлично!» — мысленно похвалил себя Драко, предвкушая перепалку. Но Гермиона лишь пробежала мимо него и бросила в ответ: — Да пошел ты, Малфой, сейчас точно не до тебя. Драко, нахмурившись, провожал взглядом убегающую прочь девушку. И ему показалось… Нет. Совершенно точно он заметил, что гриффиндорка плакала. Он тут же обратил внимание на то, как Грейнджер, пробегая мимо, вытирала рукавом рубашки стекающие по щекам слезы. Уже спускаясь к гостиной Слизерина, в голове Малфоя крутился один и тот же вопрос. Впоследствии он еще несколько недель размышлял над тем, почему именно такая формулировка всплыла у него в голове, но совершенно точно первой мыслью, которая посетила его голову было следующее: «Кто еще посмел обидеть ее?» Этот вопрос вызывал в нем непонятный коктейль эмоций, одной из которых была… Злость? Гнев? .. На следующее утро, направляясь на занятие по трансфигурации, Драко наткнулся на группу рыжеволосого семейства и Поттера. Рон Уизли верещал как сраная мандрагора, поэтому его невозможно было не услышать в другом конце коридора: — Ее уродливый кот сожрал мою Коросту! — негодовал тот. — Да ладно тебе, Рон, — обратился к нему один из близнецов, — она же была старая уже, просто ходячая древность. Ей же лучше, что ее съел Живоглот. Зато не мучилась. — Как ты можешь такое говорить, Фред! — пропищала малявка Уизли. — Ты сам говорил, что она только ест и спит, — поддержал близнеца второй брат. — А помните, как она укусила Гойла? Хотела сделать нам приятное, — ныл Уизел. Драко фыркнул. — Да, было такое, — подтвердил Поттер. — Звездный час Коросты. — было видно, что один из близнецов еле сдерживал смех. Хоть кто-то в этой идиотской семейке относительно нормальный. — Пусть укушенный палец Гойла будет вечным памятником благородной Коросте. Ну что ты раскис, Рон! Будешь в Хогсмиде — купи себе новую крысу. Было бы из-за чего страдать. Компания рыжих во главе со шрамоголовым направилась к выходу из замка, а Драко всю трансфигурацию размышлял о том, почему Грейнджер расстроилась из-за такой чуши. В ближайшие выходные все ученики отправились в Хогсмид, и Драко, Крэбб и Гойл решили прогуляться к Визжащей хижине, так как погода была великолепной. Неожиданно Малфой увидел возле хижины Рона Уизли. Лицо его расплылось в злобной ухмылке: сам не ведая почему, но слизеринцу вдруг захотелось унизить и оскорбить его. Будто он желал отомстить ему за что-то. Или за кого-то. Еще и подвернулась такая удача — Уизли был один. — А ты что здесь делаешь? — Малфой перевел взгляд на покосившуюся хижину. — Наверное, ищешь, где жить? Ах, да, — он глянул на Уизли лисьим взглядом. — Ты ведь давно мечтаешь об отдельной комнате. Говорят, вы все спите в одной спальне. Это правда? Несмотря на то, что их было трое, слизеринцам все равно не удалось справиться с одиноким Уизелом, но Драко готов был поклясться, что видел голову Поттера, витающую в воздухе. 19 октября. Фалезский замок. 15:59 Малфой чувствовал, как начинает терять сознание. Судя по внешнему виду Уизли, тот ощущал то же самое. — Проверь,.. — еле вымолвил Драко, указывая пальцем на Гермиону. — Она дышит, — произнес Рон. Каждое слово давалось ему с большим трудом. — Как думаешь, это конец? — внезапно спросил Малфой. — Даже не смей, — Уизли постарался ответить максимально громко, но очевидно, у него это не получилось. — Нас найдут… Гарри найдет… — Надеюсь, ты прав, Уизел. — Даже не сомневайся, — еле слышно ответил Рон. Его дыхание стало безумно тяжелым. — Слава Салазару, что я не начал курить еще в Хогвартсе вместе с Забини и Ноттом, — резонно подметил Малфой. — В противном случае мои легкие вряд ли бы выдержали это испытание. — А я баловался, кстати, — хмыкнул Рон, а Малфой удивленно округлил глаза. — И откуда ты брал сигары? — Дин Томас привозил маггловские сигареты, — Уизли слегка улыбнулся. — Но это было только на шестом курсе. Потом уже было не до того. — Кстати да, хотел спросить у тебя всегда, — Малфой сделал глубокий вдох и продолжил. — Ты же не вернулся в школу, хотя мог бы, верно? — Рон в ответ кивнул. — И я совершенно точно помню, что вы шлялись втроем, ведь когда вас поймали, — Драко сглотнул, — ты был с ними. — Да, — хмыкнул Рон, — спасибо, что не выдал, кстати. — Ага, — безразлично ответил Малфой и продолжил. — Тогда почему Яксли был так уверен, что ты валяешься с какой-то заразой дома? — Упырь, — еле вымолвил Рон. Говорить становилось все сложнее. — Чего? — переспросил Драко и скривился. — Он жил у нас на чердаке. Мы переодели его в пижаму и поселили в мою комнату, а Министерству и Пожирателям родители сказали, что я болен обсыпным лишаем. — У тебя таки отдельная комната? — Малфой взметнул брови вверх, — я поражен. — Да пошел ты, — бросил Рон. — Знаешь, Уизли, а ты оказался не таким кретином, как я раньше думал, — слизеринец вяло улыбнулся. — Только не говори, что это предсмертная речь, Малфой, — Рон опасливо покосился на него. — Нет. Просто мои наблюдения, — Драко хмыкнул. — Уж поумнее Крэбба с Гойлом. — Не хочешь ли ты этим сказать, что мы могли бы подружиться? — Уизли даже слегка усмехнулся. — Не в этой жизни, Уизел, — ответил тот, улыбаясь, и прикрыл веки. Казалось, они стали просто свинцовыми — больше не было сил открыть глаза. — Ты тоже не такой уж и конченый идиот, — еле-еле проговорил Рон. — Иди в задницу, — прошептал ему Драко. Ответной реплики Рона он уже не услышал, так как его сознание поглотила темнота.