Его имя

Неужели это всё? Страшная битва окончена. Они забрались на стену и увидели ужасающую картину разрушений. От Сигансины почти ничего не осталось. Дома разрушены камнями Звероподобного и движениями Колоссального. Леви старается думать об итогах битвы и о том, как они отразились на городе, чтобы не вспоминать о нём… О человеке, который стал для него чем-то большим, чем просто другом или любовником… О единственном, кому он мог доверить всё: свои мысли, свои переживания, свою жизнь. Его больше нет… Он больше никогда не сможет посмотреть в его бездонные голубые глаза, никогда не сможет почувствовать его безмолвную поддержку, которую он ощущал всегда, когда находился рядом, никогда не обсудит с ним план следующей операции, никогда просто не услышит его голос! Почему? Почему он сделал такой выбор? Почему не подумал о себе и о том, что не сможет так жить дальше? Можно ведь было просто закрыть глаза на все остальные доводы и спасти его! Сделать это ради себя самого, чтобы вновь получить возможность встретиться с ним взглядом, обнять, почувствовать его рядом всеми возможными способами. Если бы Эрен и Микаса не начали эту страшную ссору и не стали пытаться помешать ему сделать выбор в пользу того, кого он любит, то он бы без малейшего промедления сделал инъекцию именно ему. Решающими стали не доводы Эрена в пользу Армина, решающими стали слова Флока… Да, он поддерживал решение Леви, но он говорил о командующем так, что напугал его. Эти слова о том, что тот станет дьяволом и спасет человечество. И тут в голове Леви, которого в этот момент удерживала Микаса, ярко, словно вспышка, возник образ Колоссального титана, и этим титаном был он. Нет… это не может быть он… это не должен быть он! Он уже так много выстрадал, всего этого хватило бы на несколько жизней. Леви не может обрекать его на большие страдания, вновь возлагать на его плечи огромную ответственность не только за судьбу разведчиков, но и за судьбу всего человечества. Неподъёмная ноша, которую он носил на себе каждый день, и так была слишком тяжела для одного обычного человека. Но он был исключительным, и поэтому так долго справлялся со своими обязанностями, хотя это было ужасно непросто. Леви знал это как никто другой, ведь только с ним командующий был достаточно откровенен. Другие люди готовы были воспринимать его как дьявола, но он всегда видел перед собой человека, сомневающегося, сожалеющего и безмерно одинокого… Разве он не заслужил покой? Как будто всего того, что уже сделал командующий разведкорпуса, было недостаточно? Да никто столько не смог бы сделать! Спасибо Флоку за то, что открыл ему глаза в нужный момент. А теперь он должен был его отпустить, должен был дать ему заслуженный покой. Он ведь уже попрощался с ним тогда, перед их последней совместной атакой, когда они собирались убить Звероподобного. Леви сам сказал, что он должен был возглавить атаку и погибнуть вместе с новобранцами. Тогда это решение казалось единственным правильным, но у него всё это время оставалась надежда, что он, как и всегда, останется жив. Почему же теперь он сомневается и не может отпустить любимого? Может ему мешает чувство вины за то, что не смог убить Звероподобного и не выполнил свою часть плана? Может он боится идти против судьбы, которая не дала командующему погибнуть вместе со всеми на поле боя? Интересно, о чём он думал, когда передавал Леви вакцину? Зачем он возложил на его плечи такую ответственность за чью-то жизнь? Мог спокойно отдать её Ханджи или кому-нибудь ещё. Тогда он сказал, что вакцина должна достаться тому, кто обязательно выживет. Как он мог быть настолько уверен в том, что это удастся именно Леви? Мог ли предположить, что одним из кандидатов на то, чтобы стать титаном, станет он сам? А вдруг он рассчитывал на то, что если это случится, то Леви всегда сможет его спасти? Тогда получится, что он обманул его ожидания и предал любимого человека? Нет-нет-нет! Нельзя об этом думать, это снова внушает ему неуверенность в правильности сделанного выбора, он ведь уже всё решил… Передача вакцины ему было просто проявлением его доверия, он бы не стал рассчитывать на то, что Леви обязательно спасет его! Сейчас, стоя на стене, Леви не может перестать думать об этом. Его преследует ощущение, что и сам он умер там, на этой чёртовой крыше. Разве его жизнь теперь имеет смысл, когда рядом нет его? В его мыслях пытается всплыть имя любимого, но он всячески отгораживается от этого. Нельзя этого допустить! Теперь ему слишком больно произносить его имя не только вслух, но и мысленно. Если он допустит это, то причинит себе адскую, разрывающую душу на мелкие кусочки боль. Леви понимает, что надо принять тот факт, что он ушел из его жизни навсегда, но не может. Их слишком многое связывало и продолжает связывать до сих пор. Если он признается себе, что он умер, то эта связь разорвется навеки, а он уже привык постоянно цепляться за неё, только она помогала ему жить и делать то, что должен. Леви всегда преследовало одиночество. Оно стало его самым заклятым врагом. Всегда наступал момент, когда он терял того, к кому привязывался сильнее всего. Сначала умерла его мать, и он остался один… Потом в его жизни появился Кенни, но через некоторое время он его бросил, и Леви снова остался один… Двое близких друзей, ставших ему настоящей семьёй, погибли в первой же экспедиции за стену, и он остался один… Но именно в тот момент, когда он вновь испытал целиком поглощающее его чувство одиночества, он встретил Эрвина (его имя наконец всплывает в мыслях) и принял решение продолжить свой жизненный путь вместе с ним. Тогда Леви ещё не представлял, во что это выльется, но он поверил в своего командира и тем самым вновь обрёк себя на будущие страдания. Ведь стоит к кому-то привязаться и появляется вероятность потерять близкого человека в этом страшном и жестоком мире. Наверное, это должно было случиться. Ни он сам, ни Эрвин не могли избежать того, что их как магнитом притянуло друг к другу. На первый взгляд, можно было сказать, что противоположности притягиваются, ведь они совершенно не похожи. Но это не так. Между собой столкнулись два одиночества, два человека, которые уже успели потерять слишком многое. Они боялись строить близкие и доверительные отношения с другими людьми, потому что слишком часто им приходилось сталкиваться с потерями. Но они ничего не смогли сделать с той связью, что возникла между ними. Это произошло само по себе, и для того, чтобы каждый из них смог признаться в этом, потребовалось немало времени. Окружающим казалось, что командующий разведкорпуса Эрвин Смит и капитан Леви думают обо всём, учитывают каждую мелочь и любой возможный исход событий, но была одна вещь, о которой каждый их них предпочитал не задумываться. Что будет, если кто-то из них умрёт? И вот настал тот момент, когда одному из них пришлось столкнуться со своим страхом лицом к лицу. И это оказалось гораздо страшнее всех сражений с титанами и рискованных экспедиций. Вспоминая Эрвина и всё, что он значил для него, Леви начал приходить в себя. Он понимал, что вряд ли ему удастся окончательно смириться с этой ужасной потерей. Но в одном он был точно уверен, в его душе всегда останется место, в котором он будет хранить все свои воспоминания об Эрвине, и он больше не будет бояться произносить это имя, потому что только так он сможет доказать самому себе, что Эрвин всё ещё жив в его сердце.