Триединство

— Это что? — Рокки поймал щебечущего и жестикулирующего Киджи за руку и поднес эту самую руку к глазам. — Это татуировка, Рокки, та-ту-и-ров-ка! — Киджи довольно заулыбался, чуть не раздулся от гордости. — Зачем? — Рокки нахмурился. — У кого ты ее делал? Проверенный мастер? Что вообще за символ? — Трикверт. В сериале «Зачарованные» знак трех сестер-ведьм. — Не понял. — Нас трое, Рокки: ты, я и Кайто. И мы нераздельно связаны, но каждый индивидуален, — Киджи вел по линиям и «лепесткам» бережно и нежно, взгляд из-под челки не жалил, как обычно, а мягко светился. — Да и на ведьм мы тянем! Особенно я. Киджи хихикнул и подмигнул — весь в черном, с черной подводкой, с черной душой. Разочаровавшийся в мире. Очерствевший. Доверяющий лишь союзу их троих. Не то чтобы Рокки или Кайто сильно от него отличались. — Но зачем... портить кожу. — Я давно испорчен, Рокки, — Киджи скривил гримасу и застыл холодным манекеном, который чуть оживляла усмешка. — И ты это знаешь. Испорчен и сломан. Выкинут из общества! Такие, как я, никому не нужны. Дерзкие, идущие наперекор порядкам, нарушающие спокойствие, рушащие устои. Такие, как мы. Прервавшись, Киджи искусал себе губы и резко, зигзагообразно, провел по воздуху рукой — той самой, где красовалась теперь татуировка. Голос его смягчился. Голос — не взгляд. — Поэтому мы и строим свой собственный мир, задуманный тобой, разве нет? Мир, где женщины и дети будут в безопасности; где твоя паранойя сможет быть подтверждена или опровергнута; где каждый из нас сумеет привести хаос в порядок. — Зачем тогда этот символ? Триквест, — Рокки выудил из памяти причудливое слово, обкатил его на языке и в мыслях. И не сразу заметил, насколько Киджи серьезен — до дрожащих складок вокруг рта, до сцепленных пальцев, поблескивающих от лака, до затягивающего в себя темного взгляда. — Чтобы, просыпаясь ночами, не забывать, что я давно не один.