Lost souls

Волк приводит его к домику Фёдора в лесу. Осаму немного колеблится. - Ну и зачем мы здесь, дружище. - он чуть присидает, поглаживая по мягкой шёрстке, что не замечает Федора. - Здравствуй Дазай. - кажется тот совсем не удивлен данной встречи. - Привет... - неловко произносит тот и пытается встать, но в ноге отдаётся болью, и юноша садится обратно. - Что с тобой? Выглядишь ужасно. - Спасибо, а то я не знал. - Фёдор помогает встать парню, заглядывая в слегка опухшие и красные глаза. - Пойдём. Осаму проходит в дом, присаживаясь на кровать, пока Фёдор уходит на кухню, а возвращается уже с кружкой чая, передавая Дазаю. Тот благодарно отхлёбывает. Горячий напиток греет руки, приятно. Кровать рядом просидает от тяжести Федора. Шатену предоставляют сигарету, и тот с радостью берёт, затягиваясь чуть глубже и дольше обычного. Ему нравится, что Достоевский не расспрашивает, просто молчаливо выжидает. Это странно, но его присутствие успокаивало. - Я... - делает краткую паузу Дазай. - извини что так завалился, мне некуда идти, а волчонок меня сюда привел. - Ничего страшного. Лес ночью опасен, рад что ты оказался в надёжных лапах. - Я очень устал. - Можешь прикладываться спать. Позволю тебе здесь переночевать. Что с ногой? - Неудачно упал. - по сути, даже не ложь. Фёдор оглядывает ногу, после чего встаёт с кровати, принося элластичный бинт и бутылку замороженной воды. Юноша снимает обувь Осаму. Нога немного опухла. - Я могу и сам. - Знаю. - прохладные пальцы вызывают охлаждающий эффект, что достаточно приятно. Фёдор умело перебинтовывает покрепче, после чего прикладывает лёд. - Заживет. - Спасибо. - ещё одна затяжка. - Хочешь об этом поговорить? Осаму надо было кому-то расскрыть душу, ведь эти мысли его сжирали. -  Я не оттягощу тебя этим? - Я бы не предлагал будь это так. - Хорошо. - юноша втягивает побольше воздуха. - утром пришёл родной отец, желая забрать меня на прогулку. - Ты не говорил, что он у тебя имеется. - Да...ещё какой. Я не дорассказал также, что на нашей миссии в бордели он там был. - попадет ли Осаму за эту ложь? - ну так вот. Он забрал меня и изнасиловал. Я убежал, а когда спрыгивал со второго этажа, подвернул ногу. Говорить о таком стыдно, он сделал это кратко и постарался чтобы голос не дрожал. Дазаю нужна ещё одна сигарета, а Фёдор, будто читая мысли, любезно преподносит её. - Отец значит. - его хладнокровность раздражала, но в то же время, это лучше чем эмоциональная реакция на подобное. Фёдор убирает бутылку и присаживается обратно. - Забавно, как родные люди нам причиняют гораздо больше боли. - Ты считаешь это забавным? Федор в поддерживающем жесте кладет руку на запястье Осаму, слегка поглаживая. - Всего лишь ирония судьбы. Что планируешь делать дальше? - Не хочу туда возвращаться. Ничего не хочу. - холодные пальцы позволяют находится в реальности. Почему он решил довериться Фёдору? - Либо ты можешь отомстить. - Месть? -  подобная идея не приходила в голову из-за страха, но что если это и правда можно осуществить. - Месть подаётся холодной. - улыбка трогает губы Достоевского. - поговорим об этом чуть позже, сейчас тебе надобно поспать и отдохнуть. Можешь прикладываться здесь. - А ты где будешь спать? У тебя же вроде одна кровать. - Все хорошо, у меня есть кресло. - Фёдор встает, но Дазай хватает его за подол футболки, отпустив взгляд. - Пожалуйста, ты можешь поспать со мной, обещаю, дистанцию буду сохранять. Такая отчаянная просьба застала врасплох. Осаму нужен был человек, что сейчас будет рядом, или он просто сгорит в своей тревоги. Но Федор не сильно подходящий для этого, хоть и единственный на данный момент. Видя его согласие, Осаму благодарно кивает и поддвигается к краю кровати. Достоевский ложится рядом и смотрит своим пронизывающем взглядом. - Спокойной ночи, Дазай. - Спокойной, Федор. *** Утро наступает хуже обычного, нога ломит. Осаму поворачивается, замечая Достоевского, что спокойно лежал с закрытыми глазами. Он всегда так спокойно выглядел, интересно, сколько пришлось пережить этому человку, и почему он ночует в этом лесу. У него же точно есть дом, Дазай думает что есть. - Пялишься на меня с утра пораньше? - слова заставляют Дазая смутиться, и вот он вновь смотрит в эти глаза напротив, тонет в них. - Как ты себя чувствуешь? - Лучше, спасибо. - Не благодари. - рука Федора позволяет себе вольность, поправляя прядку волос Осаму, слегка касаясь кожи. Взгляд обращает внимание на следы от рук отца, что "красовались" на шее. Дазай это тоже замечает, невольно опустив туда ладонь. - Ничего, пройдет. - Достоевский ведет до шеи, поглаживая рассположившиеся там пальцы. - Время лечит. - Или только колечит. - Со временем мы учимся принимать наш прошлый опыт. Может и не отпуская до конца, но другие моменты перекрывают его. Осаму благодарно кивает, дотрагиваясь своим пальцем до руки Достоевского. Это длится всего лишь пару минут, после чего Федор встаёт. - Надо что-то поесть. Завтрак они проводят в молчании. Фёдор сделал омлет, было даже неплохо на вкус. - Мне надо уйти по работе, справишься здесь без меня? - Да конечно. - Хорошо. День проходит относительно спокойно. Осаму находит книги, одалживая их у хозяина. Погружается в чтение, отвлекаясь от проблем. Он умеет с этим справляться, к счастью. Он чтит помощь Достоевского, такой благодарности ещё ни к кому не испытывал. Но одновременно вина и недоверие. Он же ничего не скажет другим? Фёдор возвращается ближе  к вечеру, он проносит пакет с едой, раскладывая на стол. Осаму как котёнок подходит, ища чтобы стырить. Глаза опускаются на бутерброд. Он внаглую стаскивает его, откусывая лакомый кусочек. - Мог и подождать. - Федя смотрит с осуждением. - Мог. Когда стол наконец накрыт, юноши садятся перекусывать, желудок ликует от этого. Аппетит наконец появился. - Как с работой? - заводит диалог Дазай. - Всё как обычно, ничего нового. - Какой скучный ответ. - Осаму потягивается, примечая на столе бутылку вина. - Ого, неужто пить собрался. - Иногда я расслабляюсь таким методом, тебе ль не знать? - Тогда мне тоже надо расслабиться. Юноша открывает бутылку, находит бокалы и вручает уже полный Достоевскому. - За твоё здоровье. - Выпивает всё до дна, а после прикуривает сигарету Фёдора. - Взаимно. - Федя, чуть наблюдая за юношей, тоже опустошает бокал. Он наливает по новой. *** - Знаешь, Федя, я думал ты страшнее, а вроде обычный. Осаму стоит рядышком чуть подвыпивший, пока Достоевский лениво потягивает сигарету на подоконнике. - Так и есть. - Ну тогда напугай меня. - улыбка разползается по лицу Осаму, и он ожидающе смотрит на Фёдора. - Мне нет смысла использовать свои приёмы тогда, когда они не нужны. - Душнила. - чуть призадумываясь, Дазай подходит ближе, в глазах сверкают огоньки. Возможно виноват его рассудок, возможно он сам. - Зато я могу тебя напугать. Брови Фёдора чуть хмурятся, давая понять, что он находится в замешательстве. - И как же? Сигнал. Дазай пододвигается к сидящему юноше чуть ли не вплотную, выхватывая у того бокал и отставляя в сторону. Взгляд опускается на тонкие губы, а после на глаза. Ему отчаянно хотелось это сделать. Не знай, какая причина у его поступка, возможно лёгкое расслабление, возможно хорошее настроение и шанс подколоть Фёдора. Осаму касается пальцем щеки Достоевского, ведя их вниз и останавливая на шее. Тот же не рыпается, просто спокойно смотрит, ожидая действий. Сокращая расстояние, Дазай касается чужих губ своими. Просто прикосновение, можно сказать невинное. Но Фёдор притягивает того к себе за волосы, вовлекая уже во взрослый поцелуй. Он проводится языком по нижней губе юноши, принадавливая на неё, заставляя того приоткрыть рот. Шатен не отстаёт, сминая чужие губы и встречаясь с языком Фёдора. Поцелуй был страстный, возбуждение накатывало на Осаму, стыдно признаться, но он даже хотел большего. Дазай встаёт вплотную между разведённых ног Достоевского, но прекрасное ощущение также быстро заканчивается, как и начиналось. Фёдор разрывает поцелуй. - Не напугал. - а после он встаёт и выходит из дома. Блять, что же Дазай натворил.