Особенная для Дженсена

Глава 23. Тревожные мысли не отпускали его. История тяжёлой первой беременности Грейс и то, как она чуть не умерла, когда давала жизнь их сыну, терзала его. При чем, это была Гвен, которая рассказала всё. Его же жена ничего ему рассказывала, лишь вскользь упоминала единожды, что долго лежала на сохранении. Дженсен был благодарен ее сестре, что та с ним поделилась воспоминаниями. Он пришел в ужас узнав, что его Грейс пришлось пережить без него. Последствия родов были страшными. Ей дважды понадобилось переливание крови, прежде, чем ей стало лучше. Она не видела ребенка трое суток, находясь в полубессознательном состоянии, пока врачи боролись за ее жизнь. Именно поэтому Гвен, Дерек и он сам пришли в ужас, когда узнали, что Грейс снова в положении. Дженсен был рад, они все были рады беременности, но страх, что Грейс не выживет… Он съедал их. В этот раз, она «всего дважды лежала на сохранении», Эклз вспомнил, как она сказала это только что дома, до того, как он ее привез в больницу. Спокойная, собранная, она не волновалась, не боялась. Она верила сама и хотела, чтобы и он верил. Но он так её любит, так боится её потерять. Дженсен сел в одно из кресел в коридоре и принялся ждать. Ждать новостей. Ждать хороших новостей! Прошел час, второй, третий… Бесконечные минуты ожидания складывались в бесконечные часы ожидания вестей. Четвертый час, пятый… Они с Грейс приехали в полночь. Прошло уже пять часов, а к нему никто пока так и не вышел. Дженсен постоянно подходил к стойке регистрации, но ему отвечали лишь, что Миссис Эклз пока не родила. Наконец, спустя ещё несколько часов появился доктор. — Мистер Эклз, беспокоиться не о чем. Есть небольшие трудности. Малышка упрямая, — улыбнулся доктор ободряюще, — Но, всё идет хорошо. Если Ваша жена не сможет родить естественным путем, то Ваша дочь появится путем кесарево сечения. Воды отошли, нам пришлось проколоть околоплодный пузырь. Однако, девочка не может долго находится в утробе. Мы даем еще час-полтора и, если ничего не произойдет, то приступим к операции. Нам придется ей помочь. Мужчина кусал губы и лишь кивал головой, давая понять, что слышит слова доктора и понимает его. — Я могу ее увидеть? — вдруг задал он вопрос. Доктор расплылся в улыбке. — Именно за этим я и пришел. Грейс Вас зовет. Я решил, что Вам следует знать, что происходит, прежде, чем Вы зайдете к жене. *** Грейс встретила мужа улыбкой. Уставшей, измученной улыбкой, и протянула ему свою руку. Дженсен подошел к ней, его большая ладонь скрыла ее тонкие пальчики полностью. — Грейс, милая. Доктор сказал, что всё хорошо, — прошептал он, — Тебе не о чем волноваться. Нужно еще немножко потерпеть. Снова вымученная улыбка девушки. — Джей, ты выглядишь уставшим. — Я? — усмехнулся он, — Пусть так, значит, зеркало тебе я подавать не буду, а то ты изменишь свое мнение и увидишь истинное положение дел. И снова улыбка, в этот раз более веселая, скользнула по женским губам. — Ты знаешь, что упрямица не хочет выходить? — усмехнулась она, — Меня она не слушает. Джей, ты отец, будь с ней построже. Мужчина погладил живот и слегка наклонившись строгим голосом произнес. — Юная леди, немедленно прекращайте мучать маму и выходите, — затем его голос стал ласковым, — Мы ждем тебя, малышка, и очень любим. Грейс рассмеялась. — Всё, Джей, иди. Она не посмеет ослушаться тебя. Я прослежу за этим. — Люблю тебя, Особенная Грейс, — он поцеловал жену в губы, — Я могу остаться, доктор сказал, что это возможно. — Вот еще! Не нужно мне этого. Я тебя люблю, милый, но мне будет легче и спокойнее, если ты подождешь за дверью. Мы, девочки, соберемся и сделаем всё как надо, а ты нас встретишь. Встретишь бодрым и не таким уставшим, — она многозначительно посмотрела на него, — Выпей кофе, отвлекись. Дженсен был не очень доволен, что его выпроваживают, но не мог отказать жене в этой просьбе. — Ладно, — согласился он, — Я подожду. Эклз вышел из палаты и не видел, как Грейс подозвала одну из медсестер и, что-то ей шепнула на ухо. Та проследила взглядом за мужчиной и кивнула головой с улыбкой. Через час к нему подошла медсестра с кружкой дымящегося напитка. — Мистер Эклз, я принесла Вам кофе. — Не нужен мне никакой кофе, — отмахнулся мужчина. — Ваша жена просила Вам его передать. К тому же, я к Вам с хорошими новостями, — улыбнулась девушка, нисколько не обидевшись на его слова и поведение, — У Вас родилась прекрасная малышка, рост 52 см, вес 3 320 гр. Ее сейчас осмотрят и… — Так что же Вы сразу не сказали?! — мужчина подорвался с кресла, в котором сидел и подскочил на ноги, широко улыбаясь, — Где они? — он хотел уже пройти по коридору к своим девочкам, и уже сделал несколько шагов, как вдруг медсестра его остановила. — Мистер Эклз, Дженсен! Простите, но… Тот остановился на полпути и замер, обернувшись. — Дело в том, что девочку сейчас осмотрят, проведут необходимые процедуры, сделают анализы. А к миссис Эклз пока нельзя, ее уже переводят в палату. Однако, врачи, после того, как малышка появилась на свет, использовали общий наркоз. Ваша жена сейчас спит. — С ней всё в порядке? — Да, не волнуйтесь. Всё хорошо. Небольшие разрывы. Ей уже наложили швы, скоро Ваша жена придет в себя. Дженсен сглотнул, кадык дернулся на его шее. Девушка подошла к нему. — Вот, — протянула она кружку с кофе, — Выпейте и идите в палату. Мужчина взял кружку на автомате, а девушка кивнула ему головой и ободряюще улыбнулась, после чего ушла. Дженсен чуть ли не залпом выпил напиток, не почувствовав при этом вкуса. Малышка в порядке, Грейс тоже. Но зачем понадобился общий наркоз? Он прошел в палату, которую ему подсказала девушка за стойкой регистрации. Его Грейс лежала на больничной койке, медицинские аппараты рядом с ней фиксировали ее состояние, датчики были прикреплены к девушке. При виде вошедшего мужчины, медсестра, что была в палате, приставила стул ближе к кровати и вышла. Дженсен сел, не отрывая глаз от Грейс. Девушка спала, она была слегка бледной. Мужчина накрыл ее ручку своей, его загорелая слегка огрубевшая ладонь разительно контрастировала с бледной нежной ручкой. Он склонил голову на их руки. Он поверить не мог, что кто-то может иметь столько сил и столько веры, чтобы ждать, чтобы верить, чтобы надеяться. Он сам сейчас ждал каких-то несколько часов, а Грейс в первую беременность ждала много месяцев. Жила в этом тревожном ожидании хороших новостей дни и недели. А давая жизнь их сыну, едва не лишилась своей. А сейчас, его храбрая Особенная, дала жизнь еще одному его ребенку. Подарила ему дочку. Дженсен сидел молча. Он гладил ее руки, целовал их и ждал. Ждал, когда его Грейс проснётся, чтобы он мог сказать ей, как он благодарен, как счастлив, как любит ее и как гордится… Вдруг раздался неприятный звук, мониторы запищали, а в палату уже хлынули врачи. Над Грейс, склонились доктора, кто-то вытолкал его за двери. Что-то происходило за закрытыми дверями. Мужчина чувствовал, как сердце в груди оборвалось. Этот страх, жуткий, всепоглощающий ужас накрыл его. Он слышал, как доктора между собой переговаривались, звучали неясные медицинские термины. Дженсен не знал, что умеет молиться, вернее забыл, что умеет, но сейчас происходило именно это. Мужчина закрыл глаза и обращался мысленно к Богу, чтобы тот оставил ему Грейс, чтобы не забрал ее к себе. Чтобы их дети не остались без мамы, чтобы Гвен и Дерек не остались без сестры, чтобы племянники не остались без своей тети… Чтобы он сам не остался без жены, без своей Грейс, без своей любимой… Без своей Особенной.