Ты ненавидишь, а я люблю

Антон закрыл дверь от спальни, когда на него набросились Позов и Матвиенко с вопросами. — Ничего такого, — махнул ладонью Шастун, садясь на кровать. — Наказание выдали с Поповым. Будем папки разбирать. — Фу-у-ух, не так уж и страшно, — заметил Серёжа, облегчённо выдохнув. — Бывало и потруднее давали. — Во сколько? — спросил Дима, наблюдая, как вздыхает друг. — В четыре, — Антон взглянул на телефон, округляя глаза. — Через сорок минут. Че так быстро? В четыре Шастун лениво спустился к лестнице ведущей в подвал, где уже стоял Попов со скрещеными руками и Станислав Вячеславович. Он кивнул ученику, ключом открывая дверь. Парни нагнулись, чтобы не угодить в паутину, прошли внутрь, сморщившись от запаха. Директор указал на четыре большие коробки. — Вот ваши папки. Я зайду через пару часов, посмотрю, сколько вы выполнили. Мужчина вышел, оставляя ребят, которые в ступоре смотрели на коробки. Антон вздохнув, подошёл и раскрыл одну, отмахиваясь от пыли. Арсений фыркнул, подходя к другой коробке. Внутри лежало штук сто папок. Антон поднял несколько, пытаясь понять, что именно разбирать. — Что с ними не так? Они пустые, что разбирать-то? — в ступоре спросил Шаст, смотря на Попова, который также рассматривал разноцветные папки. — В душе не ебу, — закатил глаза Арсений, откидывая пластмассовую вещь. — Выкидывай те, что хреново выглядят. Антон кивнул, рассматривая содержимое. Арсений закатил рукава толстовки, приступая к делу. Шаст с восхищением посмотрел на сильные руки одноклассника, которые покрыты венами. Арсений, заметив, что парень ничего не делает, толкнул того в плечо. — Че стоим? Делай! — крикнул он, заставляя Шаста нахмуриться. Антон высыпал содержимое коробки на пол. Арсений рядом, хлопнул себя по лбу. — Ты идиот? Нахрена высыпал? — строго спросил Попов, давая подзатыльник однокласснику. Антон, выпучив глаза, еле сдержал равновесие, чтобы не упасть, при этом отскакивая на несколько шагов. Он недовольно посмотрел на недоумевавшего Арсения. — Я тебя не сильно ударил, ты че так отлетел? — Не надо меня вообще бить, — заметил Антон, откидывая две поломанные папки. — Это было неожиданно… — Арсений сузил глаза и, цокнув, отмахнулся от мошки. Они в полной тишине разбирали коробки, откидывая ненужное в одну кучу. Антон поглядывал на руки одноклассника, нервно сглатывая. Через час они закончили две коробки. Арсений, почесав нос, уставился на свои усердия. — Поторопись, — скривился парень, заметив пыльные рукава Антона. — Как свинья, рукава хоть закати. Шастун закатил глаза, заворачивая левый рукав, продолжая. Арсений застыл, смотря на одноклассника. Антон, почувствовав это, развернулся, непонимающе склонив голову вбок. Он посмотрел туда, куда смотрели голубые глаза. Парень взглянул на свою руку. Резко дрогнув, он вернул рукав, снова смотря на Попова, который поднял взгляд. Внутри у Антона зародилась паника. — Ты режешься? — прямо спросил Арсений. Шастун пытался по эмоциям понять, что ощущает одноклассник. Но лицо его было без каких-либо эмоций. Антон взглянул в глаза и пожалел. В глазах играли смешинки, а в зрочках колыхался огонь. — Ты серьезно? — усмехнулся Арсений. Антон поджал губы, высыпая следующую коробку. — Ну и зачем это? — с улыбкой спросил Попов, не начиная работу. Антон сглотнул ком в горле, откидывая поломанное в кучу к остальным. — Внимания хочется, да? Мамочка телефончик не купила? Или за двойку поругали? Антон резко развернулся, смотря в упор, слезящими глазами. Попову кажется это смешным. Но это ужасно… — Я вот понять не могу. Какие у тебя могут быть проблемы? — парень в открытую смеялся, облокачиваясь о стену. — Если у тебя нет причин этого делать, не значит, что у других тоже, — коротко ответил Антон, дернув плечом на очередной смешок. — Признайся, тебе нужно внимание, — Арсений открыл коробку, вываливая все на пол. — Чтобы тебя пожалели. Какой бедный мальчик, у него столько проблем, ужас, — писклявым голосом протянул парень, словно кого-то пародируя. Антон с силой кинул папку в стену, создавая громкий звук. — Мне не нужно внимание, — выделяя каждое слово, сказал Шаст. — Отвали. Арсений поджал губы, сдерживая очередную улыбку. Антон сжал кулаки, откидывая следующие папки. Опять наступила тишина. Напряжённая. Неприятная. Антон дергался от каждого грохота, заставляя Арсения усмехаться. Когда они закончили, пришел Станислав Вячеславович. — Молодцы, — похвалил мужчина, взглянув на проделанную работу. — Не нужные папки надо выкинуть на задний двор. Возьмите пакеты, киньте все туда. Потом можете быть свободны. Арсений держал мусорный пакет, когда Антон кидал в них папки. Понадобилось всего два пакета. Арсений завязал их на узел, беря один в руки, а второй протягивая Шасту. Антон с большим трудом поднял пакет, краснея. Арсений закатил глаза, забирая из рук мусор. — Слабак… — фыркнул парень, выходя из подвала. — Дверь хотя бы закрой. Антон, сглотнув, повернул ключ несколько раз, вытаскивая его и догоняя Арсения, который ждал у выхода. Тот закатил глаза, идя дальше. Солнце уже уходило в закат, делая небо оранжевым. Арсений кинул пакеты в мусорные баки и повернулся к Антону. Оглядев его, он мотнул головой, показывая, что надо идти. Когда они дошли до корпуса с общежитием, Антон повернулся к Попову. — Ты никому не расскажешь? — с надеждой спросил он. Арсений поднял брови, вспоминая, про что идет речь. Его лицо озарилось улыбкой. — Я подумаю, — усмехнулся он, проходя мимо, но Антон схватил его руку, заставляя развернуться. — Пожалуйста, Арсений… — умоляюще произнес Шаст, смотря в голубые глаза. Парень, скривившись, выдернул руку. — Не трогай меня, суицидник. Арсений поднялся дальше, чтобы пойти к себе в комнату. Антон с непониманием посмотрел вслед, опуская взгляд. Суицидник… спасибо. *** Утром кто-то прыгнул на кровать Антона, заставляя владельца вскочить. Матвиенко скакал по кровати, как сумасшедший, крича одни и те же слова. — Анто-о-он, встава-а-ай! Опозадаешь! — Блять, уйди, я встал! — вскрикнул Антон, отпихивая соседа от себя. Серёжа отскочил, падая на пол. Позов со смехом наблюдал за этим, застегивая рубашку. — О, проснулся, — заметил армянин, вставая. — На завтрак опоздаем. — Я не пойду, — зевнув, произнес Шаст, укладываясь обратно. Дима покачал головой. — Ну и хуй с тобой. Мне больше достанется, — махнул Серёжа, подходя к двери. — Пошли, Поз. — Ща, — кивнул Дима, махнув, чтобы друг не ждал его. Парень посмотрел на Антона, который с непониманием уставился в ответ. — Что не так? — спросил он, смотря на себя. — Антон, у тебя какие-то проблемы с едой? — задал вопрос Дима, подходя ближе. Антон поднял брови, открывая рот, чтобы ответить, но друг добавил. — Я не видел, чтобы ты ел. — Все нормально. Стресс, — отмахнулся Шаст, утыкаясь в подушку. — Точно? — увидев утвердительный кивок, Дима вздохнул. — Хорошо. Смотри, не опоздай на урок. На удивление Антон не опоздал. В семь пятьдесят он поднялся в столовую, подходя к столу с друзьями. — О-о, вы живы? — удивленно спросила Оксана. — Куда директор тебя вчера засунул? — Папки разбирать, — махнул Шаст, наблюдая, как все встали, направляясь к выходу. — А, да? — удивленно подняла брови Ира. — Я ожидала, что-то в роде убирать туалеты, — пояснила она непонимающему Антону. Тот скривился. — Да-а, и такое бывает… — Ты учебники взял из библиотеки? — спросила Катя, проходя в кабинет русского. — А, блять, — вспомнил Антон, хлопая себя по лбу. — Забыл. — Сегодня после этого урока сходи, — предложил Дима, усаживаясь. — Ты опять в конец? — удивлённо поднял брови он. — Хочешь опять посраться с Поповым? — А может он влюбился и специально туда садиться? — серьезно предположил Серёжа, садясь с Оксаной. Антон поперхнулся воздухом, резко повернувшись. — Ты дурак? — с таким же серьёзным видом спросил Шаст. — Да не-е-е, — протянул Дима. — Он же не педик. — Ты что-то против педиков имеешь? — подозрительно сузила глаза Оксана. — Что? Нет, — исправился Дима, мотая головой. — Мне вообще похуй кто с кем трахается… — Кто там трахается? — перед ними оказался учитель русского — Павел Алексеевич. Он поставил руки на бока, прямо смотря на ученика. Ребята вздрогнули, а Дима протянул многозначительно «э-э-э». — Я все понимаю, возраст и все такое, но говорить о том, как вы трахаетесь на уроке, не очень хорошая идея. — Павел Алексеевич! — покраснев, воскликнул Позов, заставляя класс засмеяться. — О, а ты кто таков? — обратился учитель к Шастуну. — Шастун я, — улыбнулся парень. От Павла Алексеевича исходило какое-то приятное тепло. — Шастун? Прико-о-ольно, — хмыкнул мужчина, садясь за стол. — Детки мои любимые, сели на места, быстро. Ученики расселись. Антон зашагал к последней парте, игнорируя усмешку Попова и Лазарева, сидящего рядом с ним. — В этом году вы пишете ЕГЭ, и я вам сочувствую, — покачал головой мужчина. — Еще соболезную своим нервам, которые я испорчу, — добавил он, заставляя некоторых улыбнуться. После урока Антон, как и посоветовали друзья, пошел в библиотеку. Единственное, чего он не учёл — Шаст понятия не имеет, где библиотека. Он прошёл весь первый этаж, стараясь не столкнуть пятиклашек, которые, как жуки бегали вокруг него; прошёл второй, где на него напали агрессивные восьмиклассники. Вытащив телефон, чтобы посмотреть время, Антон в кого-то больно врезался. Выпучив глаза, парень упал вниз, шипя от неприятной боли. Он поднял голову, чтобы извиниться, но язык присосался к небу, когда он увидел Попова. Арсений развернулся, ища того, кто врезался, пока его взгляд не упал на Шастуна, который замер, испуганными глазами смотря вперед. — Опять ты, — фыркнул парень, закатив глаза. — Смотри, куда прешь. — Не стой столбом… — тихо, как казалось, произнес Антон, потирая больное место. Арсений прижал парня к стене. — Че вякнул? — рыкнул он, наблюдая, как одноклассник зажмурившись, пытается влиться в стену. На эту картину он усмехнулся. — Ничего… извини… — пролепетал Антон, держась за руку парня, которая сжимала его рубашку. Арсений нахмурился. Ему, конечно, нравилось, что его боятся, но Шастуна он видимо слишком запугал. Попов отошёл от парня, пропуская его. Антон отбежал от одноклассника, направляясь в соседний коридор, где, наконец, нашёл библиотеку. Он постучался, входя внутрь. За столом сидела пожилая женщина в очках, которая читала книгу. — Здравствуйте, можно учебники за одиннадцатый класс получить? — спросил Антон, подходя ближе. Женщина кивнула, отходя за книгами. *** Прошло уже чуть больше месяца. Шастун более и менее адаптировался, привыкая к школе и учителям. С Поповым они толком не встречались. Тот пару раз мог толкнуть его плечом или как-то обозвать, но никаких серьёзных стычек. Дима с упрёком смотрел за тем, как друг почти ничего не ест, на что Антон закатывал глаза. — Я ем. Просто вы не видите, — всегда отвечал парень на очередные упрёки друзей. Арсений лежал на своей кровати, лазяя в интернете. На соседних койках располагались Леша и Серёжа, которые бездумно смотрели на друга. — Две недели прошло, а ничего интересного не произошло, — заметил Леша, откидывая учебник химии. — А что ты хочешь? — уточнил Арсений, убирая телефон и смотря прямо на друга. — Хз, — пожал плечами Щербаков. — Движ какой-нибудь. — Движ у нас на Хэллоуин будет, — усмехнулся Арсений, вспоминая прошлый год. — Хэллоуин только через неделю, — фыркнул парень. — Что насчет новенького? — предложил Лазарев, вскакивая с кровати. Арсений с интересом выпрямился. — Как его там… Шестун? — Шастун, — поправил Попов. — Да, он. Надо что-нибудь придумать, а то он тихий какой-то. Бесит прям, — встрепенулся Серёжа, задумываясь. — А знаешь… есть идейка, — Арсений встал с кровати, направляясь к выходу. Парни переглянулись, с любопытством шагая за другом. Арсений спустился на этаж ниже, подходя к комнате, где жил Антон. Он быстро объяснил, что нужно сделать, и Серёжа с Лешей убежали, подготавливаясь. Попов постучал в дверь. — Делайте сами, — помотал головой Дима, оттягивая свою тетрадь по геометрии. Ребята горестно застонали. — Ну Димо-о-очка, любимый наш, — протянул Антон. — Последний раз. — Учитесь сами! — Поз спрятал тетрадь в портфель. — Ну Димуся, прошу тебя, — Серёжа сложил ладони в умоляющем жесте. — Отстаньте! Антон открыл рот для новых умолений, но в дверь постучали. Он, закатив глаза, встал, чтобы посмотреть кто там. Открыв дверь, он замер, увидев Попова. — О, привет. Тебя Шеминов зовет, — фыркнул парень, мотнув головой. Антон нахмурился. — Зачем? — спросил Шаст, пытаясь вспомнить все свои грехи. — Я че знаю? Зовут — значит надо, — раздражаясь, произнес Арсений. Антон, подумав, крикнул ребятам, что сейчас придет и вышел к Попову. — В кабинет идти? — спросил парень, смотря на подозрительно весёлого одноклассника. — Нет. В подвал. Он сказал, мы что-то не доубирали, — пожал плечами Арсений, проходя вперед. Антон, вздохнув, пошел за ним. Бывало ли у вас когда-то чувство, предвещающее беду? Именно это чувствовал Антон, смотря по сторонам, ожидая какого-то подвоха. Но они без приключений дошли до двери подвала, где горел свет. Антон и Арсений остановились, смотря друг на друга. — А где Станислав Вячеславович? — помотав головой, спросил Шаст. — В пизде, — Арсений толкнул парня внутрь. Антон, округлив глаза, приземлился на задницу, смотря вперед. — Удачного дня, Шастик. Арсений захлопнул дверь, закрывая ее на ключ, который Леша стащил у уборщицы, и выключая свет. Он усмехнулся, когда услышал стук с той стороны. Антон, не ожидавший такой подставы, замер, смотря, как закрывают дверь и помещение погружается в темноту. Звук от ключа эхом отдался, заставляя вздрогнуть. Сердце застучалось. Антон вскочил, постучав в дверь, но в ответ услышал смех. Блять, нет-нет-нет… только не закрытое пространство! Антон быстро задышал. Руки начали дрожать. Темнота давила со всех сторон. Парень пополз, пока не наткнулся на холодную стену. Поджав под себя ноги, он уткнулся в колени, дрожа всем телом. Было ощущение, что кто-то смотрит. Как кто-то насмехается над ним. Смех Попова. Самое отвратительное и прекрасное одновременно. Шастун приподнял голову, смотря на тонкую полоску света, исходящая из-под двери. Было холодно и страшно, в подвале воняло пылью. По щекам потекли слезы от безысходности. — Это просто комната… просто закрытая тёмная комната… — шепотом повторял Антон, зажмуривая глаза. — Ебанная комната… без окон… с закрытой… блять… дверью… Клаустрофобия впервые показалась в Антоне, когда ему было пять лет. Мама в наказание закрыла мальчика в тёмной кладовке, где ребенок провел три часа. Он стучался, умолял выпустить, но женщина не реагировала, добавляя время наказанию. Антону уже семнадцать, но он до сих пор до истерики боится закрытых пространств. Он тихо рыдал, периодически всхлипывая. — На сколько оставим его? — спросил Леша, прислушиваясь ко звуком за дверью. — Думаю… часика четыре, — хищно улыбнулся Попов, засовывая ключ в карман. — Пойдемте, пусть подумает немного. Прошел только час, но по ощущениям Антона два. Живот давил спазмом, лицо болело от слез, а тело окоченело от холода. Парень поднял голову. Глаза привыкли к темноте, выделяя контур вещей. Антон сглотнул, вставая, чтобы дёрнуть ручку двери. Он руками стал щупать железную дверь, округляя глаза, когда понял, что ручки нет. Он постучался, надеясь, что его услышат. Но в подвал никто из учителей не ходил, а ученики тем более. Антон, всхлипнув, сел обратно, зарываясь в толстовку. Арсений взглянул на время, когда делал уроки. Внутри было какое-то не приятно чувство стыда. Зарождались мысли, что он слишком жестоко относиться к парню, который ничего не сделал. Прошло только три с половиной часа. Арсений вскочил, направляясь к выходу. Леша и Серёжа не успели спросить, как друг покинул комнату. Пожав плечами, они продолжили игру в телефоне. Арсений, перепрыгивая ступеньки, спускался в подвал. Добежав до двери, он вставил ключ в замочную скважину, прокрутив несколько раз. Он распахнул дверь, замирая. Антон забившись угол, с поджатыми ногами, обхватив себя руками, подрагивал от рыдания. Арсений испуганно посмотрел на одноклассника, мгновенно садясь рядом с ним. — Антон… — позвал Попов парня. Тот, вздрогнув, поднял заплаканый взгляд. Узнав, кто перед ним, Антон зажмурился, ожидая очередной пакости. — Блять, я идиот… — простонал Арсений, хватаясь за голову. — Ты боишься темноты?.. — Антон отрицательно мотнул головой. Попов нахмурился, думая. — У тебя клаустрофобия?.. — Шаст кивнул, утыкаясь себе в колени. Арсений выдохнул, поджимая губы. У него самого слезились глаза от стыда. — Блять, Антон, прости, прости! Я… я тупой… не знаю, зачем сделал это… я… сука… Арсений не мог найти себе место, смотря на дрожащий комок. Попов поджав губы, приблизился к парню, протягивая руку. Антон сжался, думая, что тот хочет ударить, но заметив, что Арсений коснулсядо плеч парня, расслабился. — Позволь?.. — попросил Попов, следя за реакцией. Антон настороженно кивнул, и Арсений приобнял парня, успокаивающе погладив того по мягким волосам. — Прости меня… за такое поведение… Антон ничего не сказал, позволяя себя гладить. Арсений рвано выдохнул, привставая и поднимая парня одним движением. — Выходи, — Попов потянул Шаста в коридор, закрывая дверь. Антон отвернулся, вытирая рукавом слезы. — Прости еще раз… я надеюсь, ты никому из учителей не скажешь?.. — с надеждой спросил парень, криво улыбнувшись. Так вот оно что… ты не почувствовал вину, тебе страшно, что тебя выгонят… Антон отвёл взгляд, передергивая плечами, когда на них положили руки. Арсений недоуменно посмотрел на парня. — Не подходи ко мне, — рыкнул Антон, убегая наверх. Арсений стоял с приоткрытым ртом, не зная, что ему делать. — Ну и не надо, — пожал плечами Попов, шагая к себе.