Ты ненавидишь, а я люблю

Последние шесть дней прошли также не заметно, как и предыдущие четыре. Антон в один из таких дней вышел в коридор, чтобы размять мышцы, и удивленно округлил глаза, когда понял, что школьники стали возвращаться в школу. Какое там число? Парень быстро разблокировал телефон, понимая, что уже предпоследний день каникул. Антон, отложив гаджет, развернулся, чтобы уйти в комнату, как тут снова повернулся лицом к коридору, направляясь в соседнюю реаквиацию. Он ускорил шаг, почти переходя на бег. Антон остановился у комнаты Иры, постучавшись в нее. Парень помнил слова Димы, что девушка должна приехать раньше. Может уже здесь? Постучав еще раз, Шастун засомневался и, разочаровано вздохнув, развернулся на пятках, как тут услышал скрип двери. Антон повернулся, увидев на пороге удивленную Кузнецову. Девушка глупо похлопала глазами, но заметив, что парень идет к ней, выпрямилась, поджимая губы. — Привет! — радостно поприветствовал Антон, не замечая раздражения на лице подруги. — Привет, — криво улыбнулась Ира, пропуская парня внутрь. Антон прошагал к стене, рассматривая комнату, в которой был только один раз. — Ты… зачем пришел? — неуверенно спросила девушка, наблюдая, как одноклассник теребит свои браслеты. — Просто, — пожал плечами парень. — Дима сказал, ты раньше приедешь, хотел поздороваться. — Ясно, — протянула Кузнецова, проходя к кровати, где лежала сумка с одеждой. Шастун наблюдал, как девушка раскладывает свои вещи на полку, а про себя думал, о чем можно поговорить. — Как дела? — вдруг спросила Ира, заставляя парня вздрогнуть от неожиданности. — Нормально вроде… а ты как? — Хорошо, — задумчиво произнесла она, садясь на кровать. Антон, ощутив на себе внимательный, изучающий взгляд, повернулся к девушке, вопросительно выгнув бровь. Ира вздохнула, прикрыв глаза. — Ты хочешь что-то спросить? — Антон открыл рот, чтобы возразить, но его перебили: — Твое лицо так и говорит об этом. Шастун поджал губы, переводя взгляд на чистый пол, по которому бежал маленький муравей. Вздохнув, он откинул голову, затылком ударяясь о стену. — Да так… — неоднозначно протянул он, сжимая свои пальцы другой ладонью. Ира, закатив глаза, встала, подходя к шкафу, чтобы положить туда последнюю вещь. Она развернулась, рассматривая одежду парня. Антон, нахмурившись, устремил взгляд туда же, осматривая толстовку с джинсами, чтобы понять что не так. — Ты всегда носишь такую большую одежду? — спросила Кузнецова, возвращаясь на кровать. Антон удивленно поднял брови, не ожидая этого вопроса. — Ну да… удобно, — пожал он плечами. Ира усмехнулась, прикрывая глаза от лёгкого смеха. — Мне казалось, что ты просто прячешь лишний вес, — как ни в чем не бывало, сказала она, отворачиваясь к окну. Антон замер, словно его шибануло током. Он глупо смотрел на девушку, сильно сжимая кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в кожу. Лишний вес? Серьезно? Парень, сжав челюсть так, что желваки заходили на лице, развернулся, выходя в коридор, при этом громко хлопнув дверью. Он так плохо выглядит?.. Слова Кузнецовы врезались в мозг, заставляя парня поджимать губы от злости. Антон вошёл в туалет, остановившись у зеркала над раковиной. Зелёные глаза бегали по отражению, подмечая бледную кожу, покрасневшие глаза и растрепанные волосы. Антон оглянулся, проверяя есть ли кто рядом, и никого не заметив, приподнял толстовку. Бока заметно уменьшились, а кости, которые и так торчали, стали виднее. Впалый живот, теперь казался не таким уж и худым. Антон прикусил нижнюю губу, крепко сжимая края толстовки, из-за чего руки задрожали. В уголках глаз неприятно защипело, и парень, сглотнув невидимый ком в горле, опустил толстовку, смотря перед собой. Толстый. Поэтому с ним не общаются. *** По приезде учеников, школа мгновенно ожила. Коридоры были наполнены людьми, в столовой не протиснуться. Серёжа и Дима, зайдя в комнату, запрыгнули на сонного Антона, который не успел понять, что произошло и выпучил глаза. Матвиенко вытащил из сумки четыре зеленых яблока, закидывая их в кровать одноклассника, который словил один фрукт, когда тот чуть не скатился. — Я обещал тебе яблоки, — напомнил парень, положив на стол еще три яблока, но уже красного цвета. — Я помню, — усмехнулся Антон, вставая, чтобы положить фрукты на тумбочку. Живот провурчал, намекая, что не отказался бы от еды, но хозяин решил по-другому, садясь на место, и начал жевать свой язык, пытаясь «обмануть» организм. — Ты как зомби, — заметил Позов, запрыгивая на свою кровать и рассматривая уставшего друга. Парень принюхался, делая глубокий вдох, и сморщился. — Фу, ты курил здесь? — Один раз, — быстро среагировал Шастун, поднимая указательный палец. — Мне лень было выходить. На самом деле в этом была доля правды, но только малый процент. Утром Антон, скорчившись от боли, не мог встать, и когда боль отпустила, вместо того, чтобы поесть, он открыл окно, зажигая одну сигарету. Организм спасибо ему точно не скажет… — Девочки приехали? — спустя небольшую паузу спросил Антон. Дима открыл рот, чтобы ответить, но в комнату постучались. Позов подошёл к двери, дергая ручку, и в помещение вошли Катя и Оксана, которые обняли парня в честь приветствия. — Значит приехали, — улыбнулся Шаст, отвечая на свой же вопрос. — Антон! — радостно воскликнула Оксана, мягко обнимая друга. Парень улыбнулся, заправив локон светлых волос за ухо. — Как ты тут? Не загнулся без нас? — смешно хихикнула девушка. — Как видите, живой. Хотя скучно было, — пожал плечами Антон, обнимая Катю. — Ты хотя бы гулял? — уточнила Катя с серьёзным лицом. — В магазин ходил… Это можно считать? — задумчиво протянул Шастун, но, услышав хоровое цоканье, выпрямился. — Это мало. Сидеть в четырёх стенах десять дней… м-да… — протянул Дима, кидая свою сумку под кровать. Катя, увидев это действие, поставила руки на бока, осуждающе посмотрев на парня. Поз виновато улыбнулся, доставая сумку и аккуратно кладя ее в шкаф. Серёжа и Антон, переглянувшись, прыснули от смеха. — Кстати! — вдруг вспомнил армянин, вскакивая. Оксана рядом вздрогнула, смешно фыркая. — Тоха, у тебя днюха скоро же! — Правда?! — удивленно воскликнули девушки. — А когда? — уточнила Катя. — Девятнадцатого, — неловко пожал плечами Антон, надеясь, что о его дне рождение забыли. — Праздновать не буду, — резко произнес он, ставя ребят в ступор. — Почему? — раздосадоно спросил Серёжа. — Не хочу, — отмахнулся Шаст. — Восемнадцать лет не каждый год… — заметила Оксана. — Мне семнадцать будет, — фыркнул Антон. — А, — коротко протянула Оксана, выпремляясь и удивлённо смотря вперед. — Так ты мелкий у нас! Антон недовольно цокнул, слушая смешки. *** Расслышав привычный звон будильника, парни, разочаровано вздохнув, встали с кроватей. Антон, сморщившись, смотрел в потолок, чувствуя кислый привкус в горле. — Тох, ты чего? — заметив друга, спросил Дима, подходя ближе. Антон вздохнул, криво улыбаясь. — Норм, не выспался просто, — нашелся парень, вставая. — Тебя в столовой ждать? — кинул Матвиенко через плечо, застегивая брюки. Антон отрицательно покачал головой, и парни, пожав плечами, вышли. Так отвратительно Антон себя еще не чувствовал. Когда парень встал на ноги, колени подкосились, а живот неприятно скрутило, из-за чего голова закружилась, и Шастун схватился за стену, чтобы не упасть. Неприятный ком в горле заставлял парня морщиться. Антон подошёл к столу, беря с него на половину пустую бутылку, и допивая все маленькими глотками. На секунду даже показалось, что стало лучше, поэтому парень, вздохнув, вышел из комнаты, направляясь в кабинет биологии. В помещение сидели всего шестеро человек вместе с учителем. Антон, сглотнув, прошел к своей парте на первом ряду, рассматривая присутствующих в классе. Не найдя любимые глаза-океаны, парень поджал губы, утыкаясь лицом в сложенные ладони. С каждой минутой, сквозь вату в голове, было слышно, как в кабинет входит все больше людей. Антон не торопился поднимать голову, но ощутив, будто бы на него смотрят, Шастун с трудом поднял голову, понимая, что на него действительно смотрят. Все в классе стояли, устремив свои взгляды на одноклассника. Учитель, скрестив руки на груди, строго смотрел на школьника, дожидаясь, когда тот встанет. Антон быстро вскочил, но, пошатнувшись, грохнулся обратно, вызывая несколько громких смешков. Встав уже чуть медленнее, парень поджал губы, стараясь игнорировать недовольные взгляды. — Садитесь, — произнес учитель, поворачиваясь к доске. Антон снова уткнулся лицом в изгиб локтя. Тошнота никуда не делась, а прибавилась с новой силой. Парень схватился за живот, морщась. Учитель что-то выписывал на доске, поэтому, чтобы отвлечься, Антон открыл тетрадь, начиная писать. Фразы учителя отрывками попадали в мозг парня, и тот непонимающе хмурился. Антон отложил ручку, рассматривая класс, который полностью был набит, что означало, что все ученики прибыли. Взгляд остановился на голубых глазах, которые смотрели в упор. Арсений, поджав губы, рассматривает Антона с слегка нахмуренным лбом и с сжатой в кулаке ручкой. Шастун надеялся на какой-то жест в виде приветствия, и когда Арсений коротко кивнул, вздрогнул, кивая в ответ. Прошло пятнадцать минут с начала урока, и Антон, понимая, что лучше ему не стало, взглянул на экран телефона, посчитав в голове, что осталось ещё семь минут. Отлично. — Во втором полугодии я буду требовать полной отдачи, особенно от тех, кто собирается сдавать по моему предмету экзамен, — сказал учитель. — Хочу уточнить, есть ли те, кто передумал насчет ЕГЭ? — В классе тишина, озачающая, что таких людей нет. — Хорошо. Запишите домашнее задание, и я вас отпускаю. Антон с облегчением вздохнул. Услышав спасательный звонок, парень выскочил в коридор, таща на себе рюкзак. В глазах плыло, живот издевательски скручивал все органы. Шастун, болезненно простонав, направился в корпус с общагами, понимая, что больше не может. Дойдя до второго этажа, парень облакотился о холодную стену, мгновенно скатываясь по ней. Он сидел на холодном полу, поджав под себя ноги и глубоко дышал через нос. Антон почти погрузился в темноту, как его кто-то схватил за плечи, слегка поттряхивая. Шастун разлепил веки, видя перед собой те самые глаза. Сначала не поняв, он прошёлся взглядом по всему лицу и слабо улыбнулся, понимая, что рядом стоит Арсений. — Дурак придурошный, — рыкнул Попов, приподнимая парня. — Сука, какого ты вообще творишь, блять? Арсений закинул руки парня себе за шею и схватил того под ноги, прижимая к себе. — Голодал небось, да? — строго произнес он, замечая, что парень стал легче. — Я, блять, пытаюсь ему помочь, а он сдохнуть хочет! Антон зажмурился от громкого звука, прижимаясь лицом к груди парня, вдыхая родной запах. Шаст чувствовал, что его куда-то тащат, но не был уверен куда. Арсений приподнял ногу, помогая себе не уронить Антона, а одной рукой погрузился в карман его толстовки, доставая от туда ключи. Арсений быстро воткнул их в замочную скважину, прокрутив несколько раз, и заходя внутрь. Попов аккуратно положил парня на кровать, а сам пошел закрывать дверь. — Блять, Антон, какого хера? Ты ел сегодня? — спросил брюнет, подходя к Шастуну, который с прищуром смотрел на парня. — Нет, — фыркнул Антон, слыша недовольный вздох. — А вчера? — уточнил Арсений. — Я вообще не ел. За все каникулы, — с какой-то издевкой произнес Антон, приподнимаясь. Арсений замер, смотря на него округленными глазами. — Ты ебанулся? — рыкнул он, садясь на колени парня и нависая над ним. Антон ойкнул, сморщившись. Он поднял глаза на злого Арсения, который тяжело дышал. — И зачем? Что ты этим добьёшься?! — Сдохну! — фыркнул Антон, пытаясь отодвинуть от себя Попова, но сил было не так уж и много. Арсений схватил кисти парня, смотря на него с каким-то непониманием и злостью. — Нахуй я нужен кому-то? На одного человека меньше — дышать легче будет. К тому же я заметил, что тебя я уже заебал. Видимо очередной мальчик-на-потрахаться! Арсений рыкнул, наклоняясь и затыкая парня поцелуем. Антон недовольно промычал, намекая, что не договорил, но Попов слабо сжал его толстовку, прижимаясь ближе. Арсений отстранился, наблюдая, как парень под ним быстро дышит. — Ты. Блять. Дурак. — Выдохнув произнес он, прижимаясь лбом к острому плечу Шаста, который продолжал пялиться в потолок и дышать. — Я… сука… — Арсений не находил слов, просто не мог сформулировать все что у него в голове. — Ты мне нужен. Ты мне, пиздец, как нужен! — крикнул парень, ложась рядом, не отнимая свою голову от Антона, который поджимал губы, прикрывая глаза. — Я люблю тебя, ты о чем вообще?! — Тогда почему вел себя так во время отъезда?.. — тихо, с обиженной интонацией спросил Шаст. Арсений приподнялся, смотря в глаза напротив. Брюнет, вздохнув, аккуратно докоснулся губами до кончика носа парня. — Я… блять… это сложно… — Я готов выслушать, иначе ты не уйдёшь, — твёрдо сказал Антон, сам сомневаясь в своих словах. Арсений грустно усмехнулся. Шастун приподнялся, когда Попов отстранился от него. Брюнет сел удобнее, положив свою голову на грудь Антона, немного побаиваясь, что тому больно. — Помнишь, как нас застали за поцелуем?.. — тихо спросил Арсений, поглаживая парня по впалому животу, ругаясь про себя. Антон кивнул, но забыв, что его не видят, угукнул. — Один человек теперь угрожает рассказать это всей школе… — Ира, да? — почти не сомневаясь в своих словах, произнес Антон. Арсений поднял голову, с удивлением смотря на парня. — Она к тебе тоже подходила? — нахмурился брюнет. — Нет, — мгновенно отреагировал Шастун. — Но ведёт себя она так, словно я у нее украл что-то ценное, — фыркнул Антон. Арсений, поджав губы, лег обратно, с наслаждением чувствуя, как длинные окольцованные пальцы Антона перебирают тёмные пряди волос. — Не думаю, что ей поверят. — У нее есть фото, — заглушенно произнес Арсений, заставляя Антона земереть. — Я не знаю, как она сфоткала, но доказательства есть. — Ну и что? — пожал плечами парень, ставя Попова в ступор. Арсений приподнялся, удивленно поднимая брови. — Ну узнают одноклассники… наверное, не так уж и страшно?.. — Ты не понял, — терпеливо вздохнул Арсений, выпремляясь. — Она расскажет всем. Всей школе, а значит узнают и учителя. — Разве им не должно быть похуй? — заметил русоволосый, вставая с кровати, но резко замер, чувствуя, что темнеет в глазах. Арсений посадил его обратно, доставая из своего рюкзака бутылку с водой и отдавая ее парню. Антон сделал несколько глотков, вздыхая и откидываясь на подушку. — Это школа-пансионат, — заметил Арсений, поджимая губы и рассматривая комнату, словно ища что-то. — Здесь никому не похуй. Они вызовут родителей, наша репутация испортится и, возможно, мы больше не сможем увидеться. Оба замолчали, рассуждая об этом. Сглотнув неприятный ком в горле, Антон прикрыл глаза, чувствуя, как Арсений лег рядом. — Поэтому… я пытался показать, что мы, типо, не встречаемся… — неуверенно протянул Арсений, но заметив осуждающий взгляд, замолчал. — Прости, Шаст… В честь извинений Попов заключил парня в объятия, сцепив руки так, чтобы он не смог вырваться. Антон, выдохнув, спрятал лицо в ключицах парня. — Я поговорю с ней… — предложил Антон. — Мы в одной компании… — Я с ней встречался, ты о чем… — грустно усмехнулся Арсений, прокашлявшись, когда увидел недовольство в лице парня. — Знаю, как вы встречались… — фыркнул Шаст. — Поэтому она и злится. Хочет разбить тебе сердце, как и ты ей… Арсений поджал губы, зарываясь носом в пшеничных волосах и вдыхая запах яблочного шампуня и какого-то еще приятного запаха — запаха Шастуна. Они просидели так несколько минут, пока Антон не вспомнил про учёбу. — Тебе поесть надо, — заметил Арсений, заставляя парня цокнуть. — Я серьезно, Шаст, это не нормально. Ты же… почти скелет! Пожалуйста, Антон, так и в больницу можно попасть… — Хорошо… — тихо протянул парень, поджимая губы. — Только, как я поем? Меня сразу же вывернет… Арсений замер, рассуждая. Он бегал взглядом по всей комнате, и заметив на столе яблоки, подскочил, беря одно. Антон выгнул бровь, когда в его ладонь засунули фрукт. — Съешь сколько можешь, — строго произнес Арсений, наблюдая, как Шастун откусил небольшой кусочек и с негромким хрустом стал жевать. — Но хотя бы четверть ты должен, — Арсений выставил указательный палец, стараясь выглядеть серьезно, но заметив улыбку на лице Антона и еле сдерживаемый смех, дотронулся пальцем до кончика носа парня, заставляя того вздрогнуть. — На занятия не иди. — Станислав Вячеславович не оценит… — настороженно заметил Антон, откусывая еще кусочек. Почувствовав, что желудок благодарно завурчал, парень остановился, понимая, что если будет есть дальше, его вывернет. — Да пошел он, — фыркнул Арсений, закатив глаза. — Лучше живым остаться.