Сборник ответов за Сяо/Альбедо

      Темно. Тесно. Ничего нет. Лишний вздох. Удушье. Тревога.       Смотря на Альбедо, Сяо не понимал, что происходит. Сон возлюбленного был неспокоен, что-то было не так.       Паника. Пустота.       Касаясь чужой щеки, адепт постарался разбудить Альбедо. Тот не просыпался.       Тишина разливается по глубинам сознания, алхимик ничего не чувствует. Он слышит чей-то зов, но не может разобрать слова. Это кажется одновременно чем-то родным и чужим. Смятение.       Алатус не испытывал такого беспокойства очень давно, что-то исчезает, выскальзывает из рук. Он продолжал трясти, что-то не так. Алхимик словно фарфоровая кукла. Холодный, лишь дышит. Но вот опять мычание. Глухое, хриплое…       Альбедо чувствовал, как его рук касается что-то гадкое, липкое. Он пытается открыть глаза. Но открыв, он не понимает, что видит. Что это? Может ли он вообще понимать.       Сяо шлепает своего возлюбленного по лицу, никакой реакции. Запах. Неприятный аромат разносится по комнате, противное и склизкое. Грешники внутри воют, признаю что-то свое. Бесцеремонно Адепт врываться в чужую головы не любил, но плохое предчувствие усилилось.       Склизкое и мерзкое чувство все увеличилось, оно стало медленно ползти по всему телу. Сердце бушует. Адепт скривился, но старается утихомирить эту боль. Он думал, что привык к этой боли за долгие годы… Осмотревшись вокруг, Сяо заметил что-то похожее на прозрачный гроб, но тело Альбедо в нем волновало Алатуса намного больше. Попытка открыть кончилась неудачей. Отойдя слегка подальше, Сяо старался найти хоть что-то. Ничего не было. Безмолвие и пустота. Лишь он и запертый алхимик. Тишину прервали чьи-то громкие шаги. Сяо постарался вернуться обратно, но его не пустило. Прозрачная стенка возникла из ниоткуда. Он лишь видит, как женская рука из тьмы касается стеклянного гроба. Пустота начинает наполняться красками. Женщина стала более различимой, но он не видел ее лицо, точнее не мог разглядеть. Все было словно написано акварельными пятнами, которые никто не собирался уточнять. Женский голос был словно груб и нежен одновременно, Сяо не мог разобрать ни слово изначально. – Твое имя Альбедо, запомни это, – женщина берет в руку некий кристалл, вдавливает в чужую шею. Свет разливается по всему пространству. – Идеальная кукла, существо, созданное на подобие человека. Учись быть человеком, creta homunculus. Тьма вокруг стала рассеиваться быстрее, но вместе с ней и мир вокруг. Адепт постарался опять приблизиться к алхимику, но и он исчез с окружением. Чужие руки накрыли глаза Сяо. – Ты видел слишком много, Алатус, – истинное имя отдалось приятной волной по всему телу. Боль стихла, адепт взял чужие руки в свои и спустил их к себе на щеки. – Ты кричал, – руки ласково гладят щеки, заботливо. А вокруг лишь один белый свет. – Прости за беспокойства, – Альбедо положил голову на чужое плечо, прижимаясь плотнее. Склизкое чувство исчезло, он чувствует тепло. Наследие учителя меркнет.       Адепт повернулся к своему возлюбленному и крепко обнял, поглаживая по спине. За стеклом был не его Альбедо, у того были тусклые синие глаза, словно дно океана. У его любимого глаза голубые и яркие, словно небо летним утром. Его Альби никуда не исчезал, он с ним. Прикрыв глаза, Алатус уткнул в чужую шею, начиная жадно целовать. Он боялся выпускать из рук, тот был и вправду словно фарфоровой куклой, одно неловкое движение и останутся лишь осколки. Чужие же руки легли на волосы, аккуратно перебирая пряди. Алхимик смотрел на чужие действия спокойно, он не был против чужих лобзаний. Он прекрасно понимал, что чуть позже его обо всем спросят, постараются узнать, что же эта была за сцена, но не сейчас. Чуть позже, когда они оба проснуться. Сейчас они должны задумываться о другом. Альби аккуратно поцеловал в лоб своего возлюбленного. Сяо жаждал этой нежности, каким бы он раньше отталкивающим не был, сейчас это не так. А алхимик все расчесывал руками родные волосы, постепенно утопая.       Солнце озарило земли Тейвата, шум людей снаружи заставлял открыть свои глаза. Оглядевшись вокруг, Альбедо не увидел ничего кроме чужой груди и части потолка. Его прижимали к себе, явно не имея желания отпускать. Алхимик поцеловал чужой кадык, он показывал, что проснулся. Его лишь уткнули обратно в грудь: «Поспи еще немного». Видимо и сам Сяо не особо хотел подходить к этой теме сразу. Альби же понимал, что нельзя откладывать эту тему, аккуратно взял за подбородок, опуская чужой взгляд на себя, после чего утянул в поцелуй. Губы Алатуса как всегда отдают медом, тот старается быть нежным. У обоих не было достаточного опыта, чтобы делать это «идеально», но разве сейчас это было нужно? Сяо прекратил поцелуй, но лишь для того, чтобы вновь начать целовать, но уже щеки. Теплые бледно-розовые щеки возлюбленного. Его милое солнце. Неприятный разговор хотелось отложить как можно дальше, не отвлекаться от чужих горячих губ. Тонуть в этом утреннем небе все больше, не хотелось видеть на нем и тучки. – Сяо, – Альбедо это сказал нежно, но чувствовалась эта нотка серьезности. Они оба знали, что нельзя отодвигать подобное на очень долгое время. – То, что ты видел во сне… я не являюсь живым человеком, лишь одна из несовершенных кукол.       На самом деле Сяо еще тогда все понял, надо быть глупцом, чтобы не понять, но ему правда хотелось услышать эти слова лично от Альбедо, хоть и был страх того, что правда будет намного более неприятной. Он продолжил целовать чужие щеки, после чего вновь вернулся к губам. Он хотел показать, что это ничего не значит, он знал кем бы его любимый не был на самом деле – это неважно. Для Сяо он был больше чем просто человек, его чудо. Альби отвечал на чужие поцелуи, они оба нашли то, что им надо. Спокойствия, покой и понимание. Адепт коснулся плеча любимого, давя на него и заставляя лечь на спину, после чего навис над ним. Чужие волосы, которые и так всегда торчали в разные стороны даже уложенными, еще больше растрепались, взгляд ярок, и все те же персиковые щечки. Совершенно не фарфоровая кукла. – Если бы ты был лишь несовершенной куклой, то чувствовал бы хоть что-то? Для меня ты мой человек, Альби. И нет ничего важнее этого.       Алхимик улыбнулся, засмеявшись. Альбедо правда не знает, чтобы делал без него. Его луна, его проводник. Оба были одиноки даже окружёнными многими. У обоих есть миссия, которую они должны завершить, но почему нельзя отвлечься на пару минут. Вырваться с этого долга на несколько мгновений и успокоить свою душу в объятиях друг друга? Вместе окончить это долгое испытания. Сяо вновь целует чужие губы, но на этот раз глубже. В груди обоих чувствуется трепет. Они вместе, и нет ничего важнее этого. Даже если один из них и не является человеком. Ведь в данный момент нет ничего важнее друг друга.