Miracle

Крепкий сон семьи Рыковых разбудил громкий детский плач, доносившийся из кроватки. Но никто из родителей не хотел вставать, каждый из которых надеялся, что кто-то встанет и пойдет утешать ребенка. — Твоя очередь, — тихо прошептала Ольга, пихая рукой на спавшего мужа. Но мужчина сладко посапывал на краю кровати, укрыв голову подушкой и даже не слышал, что говорит его жена. — Рыков! — чуть громче прокричала она. Он же поднял голову и сонными глазами повернулся в сторону жены, которая слегка приподнялась и недовольно посмотрела на мужа. — Оль? Что случилось? — А ты не слышишь? — иронично переспросила Арефьева. — Слышу. Лисёнок проснулась, — прикоснувшись к оголенному плечу жены, Павел оставил несколько поцелуев, которые вызвали одобрительную улыбку женщины. — Иди уже, — ласково прошептала Оля и улыбнулась. — Иду, — еще раз поцеловав плечо жены, мужчина привстал и тихо зашагал к кроватке дочери. Рыков подошел к манежу и улыбнулся тому чуду, которое лежало и невинными глазками смотрело на своего отца. Алиса Павловна. Папино и мамино счастье. Самое долгожданное, любимое, самое желанное, красивое чудо. Счастье неимоверное, объяснить и передать словами невозможно... — Ну что за истерика, доча? — протянув руки, мужчина аккуратно взял маленькую крошку, которая сразу же успокоилась, когда увидела своего папу. — Ты унаследовала от мамы? — А от папы она набралась самых лучших качеств, ага, — недовольно буркнула мама девочки. — Это она нам просто завидует, — съязвил Паша обращаясь к дочери и перенёс малышку к ним в кровать. Дальше спать Ольге уже перехотелось, она обернулась к дочери нежно поцеловала её сладкие пальчики. — Маленький будильник, чего звенишь с утра пораньше? Удидев маму Алиса заулыбалась своей красивой, беззубой улыбкой. — Вообще-то, у папы сегодня был выходной, — с ноткой недовольство проговорил мужчина, взглянув на дочь. — Вообще-то, папа, сегодня у нас праздник, — с иронией произнесла Ольга. — Какой? — мужчина с недоумением уставился на жену. — Какой? Рыков задумался: — Твой день рождения, нет. Годовщина, да не только недавно же отмечали. День, когда, мы – не успел он договорить, как жена его перебила. — Паш, сегодня Алиске 5 месяцев. Рыков виновато улыбнулся посмотрев на любимую, затем радостно воскликнул: — Ах, точно! Как же я мог забыть, простите, девочки, — Рыков широко улыбается, потираясь носом об носик дочери, отчего малышка улыбается папе. — Моей самой сладкой дочурке целых 5 месяцев. Лисёнок, ты даже не представляешь, как сильно мы с мамой тебя любим. Арефьева фыркает, наблюдая всю это до безобразия умилительную картину. В такие моменты, Ольга была самой счастливой женщиной на свете, у которой есть всё для этого. Она каждый день благодарила Бога за Пашу и их маленькую прелесть. — Спасибо тебе за неё, — с любовью взглянул он на мать этой принцессы. В ответ Арефьева лишь счастливо улыбнулась и поцеловала мужа в щёку. — С тебя завтрак. — Конечно, моя госпожа, – развернувшись, глава семейства вышел из спальни, прикрыв дверь. Через минут двадцать, мужчина вернулся, чтобы сказать, что всё готово. Но застал он милую для него картину: его Оля кормила ребенка, а малышка громко причмокивала грудь матери. Женщина гладила малышку по головке, что-то тихо шепча. — Роль матери тебе идёт больше, чем заведующей подстанции — тихо сказал Рыков, чтобы не нарушать ритуал мамы и ребенка. — На работу я всё равно вернусь, Рыков, — тут уже появился тон Ольги Кирилловны. — Да знаю я, знаю, но не сейчас, Ольга Кирилловна! — довольно проговорил Павел. — Так, девчонки мои, быстрее завтракаем и собираемся, — он нежно погладил светлые, кудрявые волосы дочери. — Куда? — Не скажу! – Рыков! – Я тебя обожаю, Оль.