Безумная комбинация

Слегка расслабив галстук, который он терпеть не мог, Феликс вышел из лифта на подземной парковке. За ровными рядами десятков машин, у стены, стоял мотоцикл, парень не заметил бы его, если бы Хенджин не махнул ему рукой. Байкер выглядел взволнованным, но, несмотря на это, все равно улыбался младшему. — Ты хотел о чем-то поговорить? — Ли остановился напротив него, не совсем понимая, для чего старший приехал. — Это что-то срочное? — Это как посмотреть, — усмехнувшись, Хенджин взглянул парню в глаза, что уже стало его излюбленной привычкой. Лицо Феликса, заподозрившего подвох, осталось беспристрастным. Гонщик смутился. — Знаю, что выдернул тебя с работы, прости. — Ничего, у меня есть пятнадцать минут. — Вообще, — Хенджин щелкнул пальцами, скрывая за этим свою неуверенность, — Я не хотел делать это так, но в силу некоторых обстоятельств больше не могу скрывать это от тебя, — он выдержал паузу, от которой в голове Феликса зародилось множество предположений: одно страннее другого. — Наше с тобой знакомство не заладилось с самого начала, но даже когда я узнал, что у тебя есть парень, то это ничего не изменило. Я знаю, что то, что я чувствую к тебе — это неправильно, что я не должен так смотреть на тебя. Но я ничего не могу с этим поделать. Ты мне нравишься, Феликс. Младший медленно выдохнул, с трудом осознавая, что он сейчас услышал. Каким бы импульсивным в его глазах не был гонщик, признание в любви через несколько дней после знакомства на подземной парковке здания компании, в которой он работает, Ли точно не ожидал. — Я говорю это не для того, чтобы поставить тебя перед выбором, — заметив сложное выражение лица парня, проговорил Хенджин. — Мне просто хотелось быть честным с тобой. Я хочу, чтобы ты знал о моих чувствах. — Даже если у меня есть парень? — Феликс хитро сощурился. — Я не прошу, чтобы ты бросил его или что-то в этом духе. Я не из тех, кто уводит чужих парней, — байкер самодовольно улыбнулся. — Но мне хочется знать, есть ли у меня хотя бы ничтожный шанс. Вопреки тому, что Хенджин вел себя непринужденно, его слова звучали вполне искренне. Феликс закусил губу, невольно ощутив раскаяние. В конце концов, влюбленность старшего в него была лишь побочным эффектом плана мести. Однако никто из них на тот момент даже не мог предположить, что все зайдет настолько далеко. — Хенджин, — младший невесомо коснулся его плеча, привлекая внимание. — На самом деле, мне тоже нужно тебе кое-что сказать, — гонщик тотчас поднял голову, и Феликс заметил в его глазах неподдельное волнение. — Помнишь, как мы пригласили вас на концерт? — Конечно. Я тогда еще чуть не подрался с Минхо. Прости. — Ты не должен извиняться за это, — с мягкой улыбкой произнес Ли. — Дело в том, что Минхо в действительности не совсем мой парень. — Что? — Хенджин нахмурился, не понимая, шутит Феликс или говорит всерьез. — Выходит, у вас свободные отношения? Как в этих современных парах, когда люди встречаются, но при этом могут свободно спать с кем-то другим? Поэтому тогда на трассе ты почти поцеловал меня? — Нет! Ничего подобного! — протестующе замахав руками, Феликс почувствовал, как горят кончики его ушей. — Тогда… вы расстались? — Мы с хеном никогда и не встречались, — наконец признался парень. — То, что ты видел в баре, было лишь представлением, придуманным для того, чтобы отомстить тебе за то, как ты поступил с Джисоном. И на этом, по идее, все должно было закончиться, но никто из нас и представить себе не мог, что мы продолжим общаться. — А чтобы не рушить легенду, вы продолжали играть пару, — закончил за него Хенджин. Ли кивнул. Теперь, когда он рассказал гонщику всю правду, с души свалился тяжелый груз. Парень не мог и вообразить, как отреагирует Хенджин. Если бы он был на его месте, то, наверняка, невероятно разозлился бы из-за того, что его чувствами манипулировали таким образом. Молчание, повисшее на парковке, отдавалось в ушах Феликса оглушительными ударами сердца. Он стоял, глядя себе под ноги. Теперь было два варианта: либо Хенджин разозлится и уйдет, либо сделает вид, что все в порядке, но при этом затаит обиду. От последнего предположения в груди у младшего ёкнуло. Не то, чтобы он успел особо привязаться к гонщику, но ему не хотелось прекращать их общение, тем более, по такой причине. Неожиданно ощутив на своем подбородке мягкое прикосновение чужих пальцев, Феликс вздрогнул. Лицо старшего приблизилось к нему и, помедлив несколько мгновений, Хенджин осторожно коснулся его губ. Ли замер, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Гонщик отодвинулся и посмотрел ему в глаза, убеждаясь, что парень не против, а затем поцеловал снова — все еще нежно, но уже настойчивее сминая манящие губы. Прикосновения Хенджина были настолько приятными и в то же время пламенными, что Феликс не удержался. С удивлением ощутив, как младший целует его в ответ, гонщик обнял его за талию, плавно притягивая к себе. Они словно забыли, где находятся. Хенджину никогда не хотелось поцеловать кого-то настолько сильно, и теперь он тонул в этом поцелуе, чувствуя беспокойное дыхание парня, а Феликс плавился в его руках, игнорируя слабо звучащие на окраине разума предупреждения. Потеряв счет времени, они изучали губы друг друга. Лаская и слегка прикусывая то верхнюю, то нижнюю губу Феликса, Хенджин чувствовал, как он откликается на каждое его действие. Парень дразняще отвечал на поцелуй, оттягивая губы старшего, будто играя; впивался в них, желая ощутить вкус, отчего руки байкера сильнее сжимались на его боках. — Мне нужно возвращаться, — разорвав поцелуй, Феликс почувствовал свое тяжелое дыхание. — Тогда увидимся на гонке. Хенджин проводил смутившегося парня затуманенным взглядом. Тот торопливо нажал на кнопку и вбежал в лифт. В голове гонщика вспыхнула торжествующая мысль: Ли к нему неравнодушен, а, значит, он может предложить ему встречаться. Перекинув ногу через байк, он надел шлем и счастливо улыбнулся. Через пару дней ему как раз представится такой шанс. Зажав рот ладонью, Джисон съехал спиной по стеклу машины на бетонный пол. Сдерживаемые все это время эмоции прорвались наружу душащими его слезами. Тело било крупной дрожью, документы, за которыми он спускался на парковку для Рюджин, рассыпались по земле, а перед глазами все еще стояла картина того, как его друг целуется с Хенджином.

***

Задержавшийся на работе из-за своего проекта Феликс вернулся домой только поздно вечером. Открыв дверь ключом, он вошел в квартиру и щелкнул выключателем. Яркий свет выхватил сидящего на диване в прихожей Джисона. — Ты чего сидишь в темноте? — Феликс снял куртку, разглядывая мрачное лицо Хана. — Что-то случилось? — Это я у тебя должен спросить, — жестко парировал Джисон. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Нет, — подхватив сумку, Ли устало направился в свою комнату, не понимая, почему его друг злится. — Значит, и дальше собираешься молчать? Я знаю о том, что ты целовался с Хенджином! Брошенная в спину фраза, наполненная яростью и обидой, заставила Феликса остановиться. Медленно обернувшись, он растерянно взглянул на Джисона и тихо спросил: — Как ты узнал? — Я все видел собственными глазами, — Хан скрестил руки на груди. — Знаешь, я считал тебя своим лучшим другом, я верил, что ты действительно беспокоился за меня, когда просил держаться подальше от Хенджина. А оказалось, что ты просто-напросто преследовал свои цели. — Это не то, о чем ты думаешь, Джисон, — попытался оправдаться Феликс, с ужасом понимая, что Хан был на парковке в тот самый момент. — Не то?! А что это тогда??!! Если решил так грязно предать меня, то хотя бы наберись смелости и признайся, что захотел забрать Хенджина себе, поэтому убрал меня с дороги! — Это не правда! — Ну да, я ведь тебе не конкурент, — с горькой ухмылкой вскинулся Джисон. — На меня он даже и не посмотрит!!! — Ханни, послушай… — К черту! Я больше не хочу слушать твои жалкие оправдания!!! Джисон громко хлопнул дверью, оставив Феликса один на один с угрызениями совести. В порыве бушующих эмоций Хану было невыносимо находиться рядом с Ли, поэтому, немного придя в себя на холодной лестничной клетке, он нажал на звонок соседней квартиры. Минхо, одетый в пижаму и с маской для сна, открыл ему дверь, собираясь с недовольством съязвить, кому это не спится, но увидев расстроенного младшего, впустил его без лишних вопросов. — Можно я переночую у тебя? — с благодарностью принимая из рук старшего чашку горячего чая, Джисон шмыгнул носом. Минхо сел рядом с ним, погладив вьющуюся у ног кошку. Та громко мяукнула, пребывая в неведении, почему в такой час к ним заявился незваный гость; теперь на Джисона с немым вопросом смотрели две пары глаз. — Можно, — Минхо кивнул, не сводя пристального взгляда с явно чем-то расстроенного парня. — Если расскажешь, что случилось. Джисон сделал небольшой глоток и поставил кружку на стол. Несмотря на только что согревавший его руки фарфор, ладони похолодели. То, что он собирался сказать, звучало, как идиотская шутка. — Феликс целовался с Хенджином, и я случайно их увидел, — младший набрал в легкие побольше воздуха, унимая ноющую под ребрами боль. — Но самое ужасное не это, а то, что Ликс даже не рассказал мне об этом, хотя обычно делится со мной всем. Как будто… ему все равно на меня и на то, что я чувствую. — И, судя по тому, что ты сидишь сейчас здесь, ваш разговор закончился неудачно. — Он пытался все отрицать, говорил, что это не то, о чем я думаю, но что это еще может быть, хен? — Джисон сжал руки в кулаки, изо всех сил стараясь удержать вновь подступающие слезы. — Хенджин, он… так целовал его, как будто до смерти влюблен, а Феликс… — Джисон не выдержал и закрыл лицо ладонями. По щекам покатились соленые капли. — Тсс, Сони, тихо, — Минхо обнял его, с осторожностью прижимая к себе. — Мы не знаем, что там случилось на самом деле. — Лучше бы я никогда этого не видел, — срывающимся голосом прошептал Джисон. Старший вздохнул, утешающе гладя Хана по волосам. Еще тогда, в баре, он заметил, какие неоднозначные взгляды Феликс изредка бросает на Хенджина. Ли безусловно сохранял дистанцию, оставаясь настороже, но даже показная холодность не могла скрыть его интереса к гонщику. По крайней мере, не от Минхо. Вот только старший явно не ожидал, что все обернется таким образом, и ему придется утешать Джисона, чье сердце оказалось разбито вдребезги по вине лучшего друга. Уткнувшись носом в плечо Минхо, младший дал волю слезам. Ли ничего не говорил, обнимая его с тяжелым чувством на сердце и позволяя промочить насквозь свою одежду. — Можно мне поспать сегодня с тобой? — немного успокоившись, глухо спросил Хан. — Ты же знаешь, что я никого не пускаю на свою кровать. И нет, тот случай, когда вы с Феликсом завалились ко мне и уснули на ней пьяные, не в счет, — Минхо подцепил пальцем челку Джисона и заглянул в наполненные болью и грустью глаза. Хан смотрел на него так жалобно, что, поколебавшись немного, старший поступился со своими принципами. — Но сегодня я могу сделать для тебя исключение. — Спасибо, хен! Джисон умылся и, перебравшись в спальню к Минхо, лег рядом с ним, обхватив спину старшего руками. Ли сначала ворчал, что ему жарко, и Джисон прижимается к нему слишком сильно, но, почувствовав размеренное дыхание на своей шее, облегченно выдохнул. Хан уснул. С нежностью перебирая пряди темных волос обнимающего его парня, Минхо задумчиво смотрел в потолок. Его мысли сейчас были далеко отсюда.

***

Ссора затянулась намного дольше, чем Феликс мог ожидать. Он пытался поговорить с Джисоном еще несколько раз и все ему объяснить, но тот выбрал тактику избегания. Даже шутки Минхо в их компании не помогали разрядить обстановку. Ли начал всерьез волноваться. Поведение Хана и его угрюмое лицо не давали ему покоя, как и сам Джисон Феликсу возможности объясниться. За прошедшие несколько дней они даже ни разу не разговаривали, поэтому, увидев, как Хан куда-то собирается в день гонок, Ли немало удивился. — Ты все-таки пойдешь? — Ну извини, если я мешаю вам с Хенджином, — язвительно усмехнулся Джисон. — Но я договорился пойти вместе с Минхо. Так что тебе не о чем переживать. Джисон надел ботинки и пулей вылетел из квартиры. Феликс, только собиравшийся сказать, что он рад пойти вместе с ними, осекся. Вопреки быстрой отходчивости Хана, его обида на лучшего друга со временем лишь крепла. Он не хотел подпускать Ли к себе даже на пушечный выстрел, будто боясь нового предательства. — А вот и ты, — Минхо, стоящий на улице вместе с Джисоном, которого он незаметно удерживал за куртку, чтобы тот не сбежал, улыбнулся Феликсу. — Раз все в сборе, можем идти. Следующий час на стадионе был самым неловким и напряженным за всю жизнь младшего. Чувствуя нежелание Джисона находиться рядом с ним и его злость, под которой скрывалась кровоточащая рана, Феликс встал поодаль от ребят. Толпа радостно загудела, и под аккомпанемент рева моторов мотоциклы выехали на старт. Он узнал Хенджина сразу. Взрывая колесами землю, Хван сосредоточенно смотрел вперед, ожидая сигнала. Неподалеку от него Чан заводил свой байк, но, заметив в толпе ребят, помахал им рукой, подмигнув при этом Минхо. Тот на это только скривился, делая вид, что не замечает подначивающей улыбки Джисона. — Три… два… один! В акселераторе проскочила искра. Топливо вспыхнуло, сжигая резину железных зверей, рвущих колесами землю. Мотоциклы сорвались с места. В воздух поднялись клубы пыли. На каждом круге Феликс выискивал глазами Хенджина, но тот неизменно проносился мимо, даже не одаривая шумящую толпу взглядом. Собственный пульс казался Феликсу слишком частым. Он взволнованно смотрел на трассу, но на самом деле не видел ничего. Парень знал, что ему нужно сделать, и от этого что-то внутри него болезненно сжималось, не давая наслаждаться зрелищем. Громкий крик отвлек его от собственных мыслей, заставив поднять голову: разогнавшись по трамплину, Хенджин подлетел вверх и, описав финт вокруг собственной оси, проехал в нескольких сантиметрах от ограждения. Зрители ахнули. Повернув голову, гонщик улыбнулся ему, кивнул и, выжав весь газ, унесся дальше. Щеки Феликса затопил предательский румянец. Обернувшись к друзьям, Ли натолкнулся на колючий взгляд Джисона. Хан прекрасно все видел, как и все, кто был в первых рядах. Едва заметная улыбка на лице Феликса исчезла, и он виновато опустил голову. Даже бездействуя, он все равно причинял боль Джисону. Через несколько кругов гонка закончилась. Вовремя схватив собиравшегося слинять по-тихому Хана, Минхо заставил его остаться рядом с ним, завидев приближающегося Чана. Хенджин, вновь одержавший победу и с трудом прорывавшийся сквозь толпу поклонников и поклонниц, шел следом. — Привет, — он тепло улыбнулся Феликсу, взяв его за руку. — Ну, как тебе гонка? — Это было круто, — с неловкостью ответил Ли, ощущая на себе слишком большое количество чужого внимания. — Поздравляю с победой! — Спасибо, — Хенджин улыбнулся еще шире, легонько сжав ладонь младшего, и тихо, так, чтобы слышал только он, добавил, — Милашка. Кончики ушей Феликса густо покраснели. Заслышав поблизости какой-то шум, он повернул голову: Джисон, все это время вынужденный смотреть на них, сорвался с места и бросился прочь. Вдоль сердца будто прошелся электрический разряд. Опустив глаза в землю, Ли едва слышно спросил: — Мы можем поговорить наедине? — Конечно. Не выпуская его руки, Хенджин вывел парня на пустую площадку за старым стадионом, оборудованным под гоночную трассу. Вечер плавно перетекал в ночь, на небе начали появляться первые звезды. Становилось прохладно. Сняв с себя куртку, гонщик накинул ее на плечи парня, молчаливость которого принял за смущение. Феликс тихо поблагодарил и поджал губы, все еще боясь взглянуть старшему в лицо. — Что такое, Ликс? — старший приблизился к нему, приобняв за талию. — Неужели, ты настолько стесняешься того, что мы поцеловались? Феликс покачал головой, силясь собраться с мыслями. — Тогда я должен тебе кое-что сказать, — Хван поднял его подбородок к себе так, чтобы видеть глаза младшего. — Точнее, спросить. — Ли кивнул. Он настолько сосредоточился на том, что должен сделать, что даже не догадывался, что сейчас происходит. — Знаю, это может прозвучать странно, учитывая, что мы знакомы совсем недавно, — медленно произнес старший. — Но ты мне действительно нравишься, Феликс. Поэтому я хочу предложить тебе встречаться со мной. Младший растерянно выдохнул. — Может быть, тебе сложно поверить, но это правда, — Хенджин наклонился к нему, проводя пальцем по щеке и приближаясь к тускло алеющим в свете вечерних фонарей губам. — Мои чувства к тебе реальны. — Постой, — остановив старшего за мгновение до поцелуя, Феликс отстранился. Сердце грохотало в его груди, как бешенное. — Если тебе нужно время, чтобы подумать, то я не против. — Дело не в этом, Хенджин, — Феликс минуту помедлил, а затем снял с себя чужую куртку и вернул ее гонщику. — Тогда на парковке ты понял меня неправильно. Я просто хотел рассказать тебе, как все было на самом деле. Это вовсе не означает взаимность. — И твои поцелуи тоже? — гонщик усмехнулся, все еще надеясь, что все это недоразумение или очередная подколка Феликса. — Я просто поддался мимолетному желанию, — честно признался младший. — Но все это изначально было розыгрышем, понимаешь? Планом мести, жестокой шуткой, называй, как хочешь. То, что произошло между нами, было слишком сумбурным, поэтому ты не можешь называть это любовью. Хотя, учитывая твою популярность, может быть, у тебя новая любовь каждые две недели, я не знаю, — левая бровь старшего на этих словах изогнулась дугой, а челюсти плотно сжались. — В этом и дело, Хенджин, — продолжал Феликс уже более уверенно. — Мы практически ничего не знаем друг о друге. — Это действительно та причина, по которой ты мне отказываешь? — недоверчиво спросил гонщик. — У нас достаточно времени, чтобы узнать друг друга получше. Поверь, я не настолько легкомысленный, как тебе кажется. — Проблема в том, что я не могу сказать, что ты мне нравишься, — ежась от холода, Феликс открыто взглянул на Хенджина, однако лицо старшего осталось непроницаемым, и Ли не смог прочитать ни одной его эмоции. — Невзирая на это, я бы хотел и дальше общаться с тобой и Крисом. Хенджин, мы можем остаться друзьями?