Не такой, как все.

Сегодня выходной день и Сону решил потратить его на себя. Давно он не проводил время с собой. Юноша купил себе новых уходовых средств, пару тюбиков spf-крема и новый чехол для телефона. Так же взял милые брелки для Рики, Чонвона, Конон и Солы. Ему хотелось порадовать их в такое непростое время. Позже нужно ещё докупить несколько подарков, чтобы потом можно было красиво упаковать и вышел бы маленький подарок. Сону не может просто дарить подарки без упаковки, он не такой. Ему всегда нравилось делать оформление касательно всего. Это приносит много положительных эмоций. Оставшийся день Ким хотел провести с Рики, но он освободится только к вечеру. Поэтому альбинос заходит к себе домой, поднимается к себе в комнату, ставит пакет с покупками на стол и направляется в душ. Ему хотелось попробовать новую сыворотку и увлажняющий крем, который купил пару часов назад. Спустя некоторое время он выходит из ванной и неспеша подходит к телефону, включает его и видит сообщение от японца. Улыбка тут же украсила нежные черты лица. Кажется, что ещё немного и Сону признается в своих чувствах, но всё же он боится быть отвергнутым или остаться во френдзоне. Однако, есть шанс на хороший исход и это радует хрупкое сердце. Блондину осталось накинуть тёплую одежду и он готов к встрече с любимым. Ему на глаза попадается худи, которое Нишимура оставил ещё неделю назад и всё никак не заберёт обратно. Подросток решает пойти в ней, как раз сегодня они будут у Рики дома и заодно вернёт её владельцу. Кореец только открывает входную дверь, как на него налетают и швыряют на пол с такой силой, что тот бьётся головой об пол. Сильнейшая боль тут же пронзает голову насквозь и Сону становится плохо. В глазах темнеет, а тело отказывается слушаться. Он хочет открыть глаза и посмотреть кто его толкнул, но не может, организм совсем не ожидал такого и скорей хочет отключится. В ушах звон не даёт разобрать речь, которую ему говорят сейчас. Юноша находит в себе капельку сил и открывает глаза, но ничего не видит. Перед ним всё расплывчато, но он смог уловить очертания. Это был человек среднего телосложения с широкими плечами. По следующим действиям этого человека Ким понял, что его хотят раздеть. Горячие руки проскользили под нишимурово худи и стали давить на горло, чтобы альбинос открыл рот. По большим ладоням стало понятно, что это мужчина. Он наклонился к бледному лицу, чтобы поцеловать, как ему прилетает слабая пощёчина, но в неё голубоглазый вложил столько сил, сколько нашёл в себе сейчас. Это очень позабавило постороннего и он нагло расстегнул ширинку брюк блондина и одним движением стянул их до колен. Сону было больно, но он старался держать себя в сознании. Парень на секунду уловил очертания человека перед ним и пришёл в ужас. Перед ним был Ли Хидо. Страх моментально охватил его и альбинос стал пытаться глотать воздух. Зрение возвращалось через каждые три-пять секунд и кореец начал осматриваться вокруг в поисках спасения. В поле зрения попала ваза, стоявшая на столешнице, до которой было не дотянуться, но она стояла на краю полотенца. Пока Хидо забавлялся и что-то говорил, Ким пытался достать до ткани. В этот момент Ли вновь бьёт бедного Сону головой об пол, после чего тот теряет сознание на пару секунд. Адреналин начал бушевать и тело стало бить тревогу. Голубоглазый распахнул глаза, что есть силы оттолкнул от себя парня и схватил вазу. Он замахнулся и кинул её прямо в голову старшему. Осколки стекла разлетелись по полу, а брюнет падает вниз. На полу стали появляться капли крови. Альбинос перевёл взгляд на свою руку, которая была в порезах от осколков, которые торчали из ладони. В глазах снова темнеет и становится трудно дышать от нехватки кислорода. Единственное, что сейчас крутится в голове - это позвонить Рики. Он трясущейся рукой достаёт телефон и нажимает на номер младшего. — «Алло, да, Сону?» — Рики, приходи, пожалуйста. На меня напали и хотели... — подросток не может дышать. Кажется, что он сейчас умрёт. — хотели... — он всхлипывает и громко дышит через рот. — «Что... где ты сейчас?» — Я дома... Рики, прошу... — «Я уже рядом.» Японец завершает вызов и пулей несётся к старшему в одной футболке и шортах. Сону задыхается, по щекам текут слёзы, ощущение, будто грудь сейчас разорвётся. Парень вздрагивает от того, что в дверь начинают стучать кулаками, но потом вводят код от неё и влетают в дом. Нишимура видит перед собой лежащего человека на полу, а из его головы сочится кровь. В ту же секунду он переводит взгляд на старшего, который весь трясётся и замечает, что его штаны немного спущены до колена. В голове образовалась картина происходящего, но он постарался сильно не поддаваться чувству гнева, чтобы не добить лежачего. Юноша с гетерохромией подлетает к корейцу и берёт за щёки. — Сону, ты слышишь меня? — на что блондин лишь кивнул. — Я... я не могу д-дышать... я сейчас умру... — Нет, ты не умрёшь. — Сону трясётся так сильно, как никогда раньше. — Рики, это... — до альбиноса только сейчас дошло кто на самом деле это был перед ним. Парень, которого он знает как Ли Хидо был вовсе не им. Это был самый страшный и опасный человек, который держал его в страхе несколько лет, пока Ким не перевёлся в другую школу. Ли Чжун был главным кошмаром его жизни два года назад. Сейчас лицо парня было абсолютно другим, но почерк его действий отпечатался в памяти навсегда. Ли был тем самым, кто домогался до Сону, кто душил его и однажды отравил, подсыпав что-то в еду блондина. Чжун много раз угрожал и подкатывал к нему, издевался и высмеивал. Поджидал возле школы, чтобы затащить в кусты и отыметь. Благо этого никогда не происходило, потому что юношу всегда встречали после школы. Один раз старшему удалось напасть на альбиноса и он совершил те же действия, что и сейчас, но тогда Ким смог со всей силы зарядить тому между ног, что он скрючился от боли и Сону убежал. Подросток умолял родителей перевести его в другую школу, но на носу были экзамены. Всё же взрослые смогли добиться перевода в другую школу при условии, если их сын сдаст экзамен, но даже в новой школе Ли не отставал от парня. Он названивал голубоглазому и писал сообщения с угрозами. В своём шкафчике Ким находил всякие послания и жуткие вещи. Это всё продолжалось до тех пор, пока семья Кимов не подала заявление в полицию. Тогда всё это прекратилось и Сону смог доучиться в этой школе два года. — Это... это... — он не может больше говорить. В горле пересохло и кослород стал таким тяжёлым, что старший задыхается при каждой попытке вздохнуть. Сердце вот-вот выпрыгнет или остановится. — Тише, солнце, тише. — японец звонит отцу Кима и объясняет ситуацию. Следом он делает всё, что ему сказал взрослый, а это вызвать полицию и скорую помощь. Тут как раз подоспели Конон с Чонвоном. — Отлично. Присмотрите за этим ублюдком, а я понесу Сону ставить капельницу. — Боже... — в один голос сказала пара и направилась к пострадавшему. — Скоро приедет скорая и полиция, будьте здесь. — Рики берёт на руки альбиноса, который уже совсем ничего не понимает и понёс его в комнату. — Я пойду с тобой. — говорит сестра. — Я один справлюсь. — Не будь таким гордым хоть сейчас, Рики! У него стекло в руке. Его нужно немедленно вытащить. — повышает голос девушка, смотря в глаза младшему брату. Он смотрит на неё в ответ и вздыхает. — Пошли. — сказал брюнет и быстро начал подниматься на второй этаж. — Где у него аптечка? — Либо в ванне либо в тумбе. — отвечает подросток и кладёт корейца на кровать. — Рики... — подаёт голос голубоглазый. — Сону, всё хорошо. — Я не могу больше... я скоро умру... — Сону, ты не умрёшь, ты будешь жить, слышишь? Я тебя не отдам никому, даже тем кто наверху. — Нишимура пытается не подать виду, что ему страшно, но сестра всё чувствует. — Рики, давай я поставлю. — он посмотрел на старшую и не совсем понял чего она хочет. — Мама... — шепчет юноша, смотря на девушку. — это ты? Ты пришла за мной, да? Мама... — Рики округлил глаза, на глазах выступили слёзы. Ещё слишком рано, чтобы старший ушёл. Нишимуре резко стало нечем дышать, его дыхание очень сбито. Ему трудно сделать вдох, голова пульсирует, ощущение, что она вот-вот взорвётся. Тело становится слабым, а мысли в голове всё громче и громче. Он не понимает как такое могло произойти, почему опять страдают близкие ему люди. Почему не он? Почему снова не он? В глазах плывёт и темнеет, но японец этого не особо замечает. Конон видит, что у младшего начинается паническая атака и решила взять всё в свои руки. Будет не очень хорошо, если Рики введёт иглу трясущимися руками. Она замечает, как из носа подростка стала течь кровь. Достаточно жидкая, чтобы за пару секунд запачкать всю нижнюю часть лица. Нишимура стала звать брата, но он не слышал её. — Рики! — из оглушающих мыслей его вывела сестра. — Ты меня слышишь? — А? Что? — Иди в ванну говорю! — брюнет не понял зачем, но послушался. Как только он увидел себя в зеркале, то тут же впал в ступор. Его нос, рот и подбородок весь в крови. Видимо из-за этой ситуации подскочило давление и снова пошла кровь из носа. Сейчас парень не сильно мог соображать разумно, но вспомнил, что нужно приложить к носу что-то и не запрокидывать голову. На глаза ничего не попадается, а голос в голове становится настолько громким, что перекрикивает остатки здравого разума. Ему больно в груди, вина сдавливает рёбра и горло. Он начинает задыхаться, пытается глотать воздух ртом, но на язык попадает собственная кровь. Его сильно трясёт, ноги подкашиваются и он падает на пол. Кровь всё не останавливается, но это не сильно волнует Рики. Сейчас он слышит плохие мысли и обвиняет во всём себя. Младший берётся за голову, заводит руки в волосы и сжимает их, а после начинает бить себя по вискам, чтобы не слышать эти мысли. В ванну забегает Чонвон и видит сидящего на кафеле друга, всего в крови, бьющего себя по голове. — Эй, Рики, всё хорошо. — поняв что у японца паническая атака, он немедленно сел рядом с ним и принялся приводить его в чувства. — Ты слышишь меня? — младший поднимает голову и смотрит на Яна. — Чонвон? — за спиной парня появляются люди в белых халатах и направляются к нему. — Г-где Сону? — С ним всё хорошо, его везут в больницу. — Можете немного отойти, нам нужно остановить кровь. — говорит девушка врач, доставая из своей рабочей сумки всё необходимое для остановки кровотечения. — Да, конечно. Около пяти минут девушка делала всё возможное, чтобы кровь остановилась, но у жидкости были свои планы. У Рики в глазах начало плыть и стало немного шатать в сторону. Следом он падает назад и отключается. От серьёзных последствий его спасла стена, что была позади него. Вскоре парень пришёл в себя и смог встать.

***

С того вечера прошло два дня и всё это время Ким лежит в больнице. Сегодня на уроках было грустно и скучно без него. В груди был неприятный осадок после этого. До сих пор перед глазами этот испуганный взгляд и предобморочное состояние голубоглазого. — Ты к Сону сейчас пойдёшь? — спрашивает Чонвон, повернувшись к другу. — Да. Сегодня уже можно. — Понятно. — Ян сделал небольшую паузу. — К отцу будешь заходить? — японец посмотрел на друга таким взглядом, после которого стало сразу всё понятно. — Да ладно, я просто спросил. Может твоё сердце остыло к нему. — Ты прекрасно знаешь, что это невозможно, Чонвон. — Ладно, прости. — Ничего страшного. — выражение лица подростка было недовольным из-за упоминания отца. Корейцу стало немного неловко от этого. — Мы с Конон позже зайдём к Сону-хёну. — Хорошо. — он взял свой портфель и встал со стула. — Рики, передавай скорейшего выздоровления Сону-хёну. — подбежав к нему, сказала Ынна. — Мы переживаем за него. — Хорошо, я передам. — Рики немного улыбнулся ей, а девушка засмущалась. — А почему бы вам не сходить к нему самим? — А... я сегодня не смогу, у меня дополнительные до поздна, а часы посещения только с часу до пяти. Может на неделе смогу сходить к нему. — Понятно. Тогда предупреди, когда готова будешь, сходим вместе. — парень достаёт телефон из кармана и смотрит время. — Правда? — Пак удивилась этим словам, но радость на её лице всё же присутствовала больше. — Правда. — он кивнул однокласснице, на что та ещё больше заулыбалась. — Хорошо! Спасибо. Передавай от всех привет. — сказала Ынна и ушла к подругам, что ждали её у входа в класс. — Свидание? — специально говорит Ян в надежде на какую-то отрицательную эмоцию друга. — Чонвон, это никакое не свидание. Я иду с ней только для того, чтобы убедиться в безопасности Сону. — идя на выход проговорил Нишимура. — Да знаю я, просто пошутил. — говорит брюнет, шагая вслед за младшим. — Ты думаешь она что-то может плохое сделать? — Ну знаешь, всякое может быть. Я не хочу снова видеть его слезы и боль или вообще больше не увидеть... — Ну что ты уж совсем так... Всё будет хорошо. — Чон похлопал его по плечу. — Надеюсь на это... Кстати, ты когда успел с моей сестрой замутить? — в лоб задаёт вопрос Рики. — Ой... — Не ойкай мне, говори давай. — юноша с гетерохромией сложил руки на груди. — Ну... она мне давно нравится, но только недавно она стала проявлять внимание ко мне и как-то так получилось, что мы теперь вместе. — Ммм... информативно... — Ну что мне ещё сказать, если так и было. — Ян развёл немного руки в стороны. — Да ладно. Насколько давно она тебе нравится? — Уже четыре года... — И ты мне не говорил?! — младший сильно удивляется такой новости. — Рики, а что бы я тебе сказал? Ты бы начал меня стебать и кидать какие-то намёки ей, а я не хотел этого. Я думал, что скажу попозже, но потом мы не общались два года и только недавно начали. Я стал появляться у тебя чаще и мои чувства стали сильней к ней. — подросток немного засмущался своих же слов. — Ну понятно, Чонкотик. — Нишимура ухмыльнулся. — Эй! Не называй меня так. — Конечно, Чонвокотик. — Рики! — Ну что же ты так, братик. — говорит внезапно появившаяся Конон. — Не обижай моего котика, а то он будет фыркать. — Ну ты то куда... — проскулил в ладони кореец. — Шучу, хёни~. — она поцеловала его в щёку. — Можно не при мне... — пробубнил младший брат. — Ой, да ладно тебе. Мы же на вас с Сону смотрим. — Эй... — Чонвон тыкнул девушку в плечо. — В смысле? — брюнет удивился словам сестры. — Ничего. Всё, иди к Сонулику. — та его толкает к выходу из школы. — Ты что делаешь? — Толкаю тебя, дурень. — старшая остановилась возле двери. — Всё, давай топай в больницу. — Но... — Без но. Иди давай. — Конон берёт за руку Яна и выходит первая с ним из школы. Быстрым шагом спускается вниз по лестнице, ведя за собой своего парня. — Бедный Чонвон... — напоследок проговорил японец и следом вышел из школы. Младший направился в больницу к альбиносу. Рики хотел сделать приятно Сону и решил сначала зайти в цветочный за небольшим букетом цветов. За прилавком сидела пожилая женщина. — Здравствуйте. — парень немного поклонился. — Здравствуй, юноша. — женщина приветливо улыбнулась. — Для кого будет букет? — Для парня. — не задумываясь отвечает ей Рики, но спустя пару секунд понимает как это звучало. — Ой, это для моего друга. — ему стало неловко и он отвёл взгляд на витрину с цветами. — Можно собрать небольшой букет из этих цветов? — младший робко указывает на белую розу и гипсофилы. — Хорошо, подождите пару минут. — бабушка встаёт со стула и направляется к цветам. — Видимо этот друг для тебя очень сильно важен. Ты выбрал белую розу и гипсофилы. — Ну да… он помог мне в трудный момент моей жизни… — Белая роза на языке цветов символизирует невинность, скромность, чистоту, нравственность, искреннюю благодарность, привязанность, родственную любовь. С помощью такого букета можно выразить едва зародившееся робкое чувство, которое ещё не успело превратиться в страсть, платоническую любовь или нежность. Также белыми розами выражают любые светлые чувства, не имеющие отношения к любви между двумя людьми, а маленькие цветки гипсофил так же ассоциируют с чистотой и невинностью. — объясняет она, параллельно собирая букет. — Какую упаковку хотите выбрать? — Можно эту. — брюнет указывает на матовую упаковку пастельного цвета. Он никогда не задумывался о значениях цветов. Ему даже не доводилось кому-то дарить букеты. — Вот, держи. — пожилая женщина протягивает ему аккуратный букет. — Какие красивые… — Нишимура восторженно говорит, устремляя взгляд на цветы. Они напомнили ему Сону. Такие же очень красивые и беззащитные… — Обычно так не смотрят на букет, когда просто дарят своему другу. Наверно ещё не пришло осознание, верно? — она мило улыбалась совсем не понимающему Рики, у которого один немой вопрос в глазах. — С Вас 35 300 вон. Оплата по карте или наличными? — А… по карте… — он достаёт из нагрудной сумки банковскую карту и прикладывает её для оплаты. В голове эхом проносятся слова женщины. Юноша в замешательстве. Он не понимал значения их и не мог предположить даже, что они могли бы значить. Японец поклонился и вышел на улицу. Посмотрев снова на букет, в груди немного ёкнуло, но это чувство совсем не понятно для него. Рики вздохнул и направился на автобусную остановку. До больницы, в которой находится Ким, нужно проехать две остановки. Он и так немного задержался, поэтому следует поспешить. Медсестра проводила Нишимуру до палаты старшего и пошла за ещё одной вазой для цветов. На тумбе уже стоял небольшой букет белых лилий от его тёти, которая сразу приехала, когда узнала о случившемся. Парень подошёл к спящему Сону и немного наклонился к его бледному лицу. Следом он поцеловал его в уголок губы, после чего тот немного нахмурил брови, а японец аккуратно погладил белоснежные волосы старшего, чтобы он не проснулся. В палату заходит медсестра с вазой, в которой налита вода до середины, ставит на тумбу и выходит в коридор. Юноша поставил цветы в вазу, немного поправил их и сел рядом с больничной койкой на стул. Он положил свою руку на холодную ладонь блондина и нежно гладил её, чувствуя как она согревается от тепла его руки. Рики чувствовал себя очень подавленно. Видеть самого близкого человека в больничной койке для парня это слишком. Кроме отца. Ему это всё напоминает Тадаши и становится тревожно. Вдруг что-то случится плохое и он потеряет Кима. Больше никогда не сможет посмотреть в его голубые глаза, прикоснуться к нежной коже, услышать его смех и почувствовать себя в безопасности. Нишимуре страшно думать о таком, он не хочет вновь лишиться самого дорогого, что у него есть. В груди так жмёт, будто сжали струны гитары и не дают проиграть аккорд. Подросток бегал глазами по палате, пока в голове крутились эти мысли, изредка поглядывая на Сону, чтобы ему не было ещё тяжелее. Вот его взгляд остановился на белоснежных ресницах, а затем опустился на пухлые губы и внезапно Рики вспоминает всего разгорячённого друга с расстёгнутой рубашкой, который быстро и громко дышит, а после сам младший тянется к Киму за поцелуем. Глаз моментально округлились, а щёки покрылись румянцем. Когда это было и почему японец ничего не помнит? Он прикрыл рот рукой от шока. Разве это было в действительности? Это не сон? Если бы это был сон, то скорей всего это бы отложилось в памяти, но сейчас юноша в ступоре. Его память начинает подкидывать новые воспоминания тех событий и это оказался вовсе не сон и не воображение. Это было по-настоящему, когда Нишимура выпил сакэ отца. Он ничего не помнит после того, как с ватными ногами пошёл к Сону. Подросток вспоминает как был возбуждён таким видом альбиноса перед ним, а его стоны заставляли желать большего. Лицо Рики совсем стало красным. Такие воспоминания слишком смущают. Парень не верит, что это на самом деле сделал он. В груди сердце бешено билось, а мысли путались. Это было неправильно по отношению к старшему. Он не должен был такое делать. Брюнету стало очень стыдно перед Кимом за это, но почему он ничего не сказал тогда? Почему не оттолкнул? Почему позволил такое делать с собой… Японец решил вернуться домой и там хорошенько всё обдумать.