Игра воронов

— Спроси что-то полегче. Пятый был в неприятном замешательстве. Он надеялся, что диктаторство Куратора закончилось, но, видимо, она и после смерти держит людей на своей стороне. Настал черёд Селены задаваться вопросом: что здесь происходит? Она сбросила пальто и туфли, блаженно вздохнув, а потом залезла на кровать, сев рядом с парнем. Разговор ожидался длинным, а обувь уже натерла. — Ну, рассказывай. — Ты ведь знаешь, что такое Комиссия? — Знаю только, что они чем-то там заведуют, а так не сталкивалась лично. — Они следят за пространственно-временным континуумом. Исправляют ошибки прошлого чтобы не допустить катастроф в будущем. Или наоборот, чтобы какое-то событие произошло в бушующем. — Суть понятна, дальше, – Селена села поудобнее. — Какое-то время главной во всей этой конторе была Куратор. Мерзкая личность. Но я работал на неё несколько лет. А потом создал портал и сбежал, чтобы остановить апокалипсис. — Остановить что? – девушка ранее уже что-то слышала про конец света, но никогда не думала, что это правда. — Что слышала. Их, кстати говоря, было почти два. Не в этом суть. Своим перемещением и намерением изменить будущее, я мешал комиссии, я был проблемой, которую нужно устранить. Когда первый раз остановить Армагеддон не получилось, я перенёс всю семью в прошлое. Таким образом уже и они замешаны в этом. Но Куратор мертва, по нашей милости. А у Комиссии новое руководство, верный делу человек, этот заговор точно не его рук дело. — Быть может, не стоит так верить людям. — Бесспорно, но в нем я уверен. За этим стоит кто-то другой. И не думаю, что это Люциан Грей, кем бы он там ни был. — Это точно. Он не тот человек, который до мелочей продумывает план. Нолан на это больше способен. Он хоть и игрушка в руках Грея, но сам по себе та ещё темная лошадка. Селена вспомнила рассказ Тодда об этом человеке. Девид всегда был под чьим-то подчинением, но никогда не стремился из-под него выйти. Это казалось другим странным, ведь для повышения у Нолана хватает всего: денег, власти, связей. Он просто этого не хотел. Но этому есть вполне логичное объяснение, которое трудно понять людям, не смыслящим в подобных делах: Девид невидим. За ним не следят враги, он не станет целью преследования, для всех он лишь мальчик на побегушках. Но этот мальчик в тени Люциана создал целую сеть невидимых нитей, связывающих все, что только можно и нельзя. Самое интересное здесь то, что Грей настолько тупой и самонадеянный, что этого не заметил! Именно это делает Девида Нолана одним из самых влиятельных и опасных людей комиссии. — Тогда нужно будет наведаться в комиссию и разузнать, как там дела. — Хорошо. Тогда с утра и пойдём, - Селена слезла с кровати, подобрала туфли с пальто и направилась к двери. — Я не говорил, что ты идёшь со мной. — А я и не спрашивала разрешения. Девушка вышла, оставив за собой открытой дверь.

***

Утром Селена спустилась на завтрак в компании своих неадекватных братьев. — Я, конечно, понимаю, ты уже девочка взрослая, – жужжал на ухо Александр, – но возвращаться домой почти в десять вчера нехорошо. Особенно в компании этого недоростка. И что ты только в нем нашла? — Обычно я не согласен с братом, но это исключительный случай, - добавил Сэм. – Быть может, у вас и есть что-то общее, но слишком уж он подозрительный. Тем более - он манипулятор. — Сказал мне манипулятор, - девушка закатила глаза. — Да, а это значит, что я умею различать. Вот увидишь, он тебя предаст. — А я не собираюсь ему доверять. Она сказала это ровно, но сердце все равно кольнуло. Парни и дальше говорили о глупости их отношений, но Селена перестала обращать на них внимание. Она не из тех, кто будет яро реагировать на шутки подобного рода. К тому же она понимала, насколько они далеки от правды. За столом сидели почти все, неспешно завтракая. Только Лютер уминал все с бешеной скоростью. Закончив со своей порцией, он забрал еду Эллисон и направился наверх. Она не выходила уже пару дней из своей комнаты, что очень тревожило её родных. Но Лютер очень скоро вернулся, Селена почувствовала, что этот громила напуган. — Эллисон нет в комнате, - сказал он и спустился с последней ступеньки. Настроение Зонтиков переменилось за секунду. Ваня и Клаус поднялись с места: — Её нужно найти. — Та ну, она могла просто выйти на улицу, свежим воздухом подышать, — сказал Диего. — Её обувь осталась на месте. Вот теперь с места поднялись уже все. Селена заставила себя не обращать внимание на своё учащающееся сердцебиение. Она никак с ними не связана, но в темном закоулке сознания голос кричал, что это её вина. Девушка злилась. Злилась сама на себя, когда отодвинулась от стола и помчалась вслед за зонтиками искать Эллисон. Тем более, она знала, куда направяться. Ничтожно слабая волна биоэнергии, скорее сравнима с тончайшей паутинкой, вела Селену. Остальные разделились по этажам, кто-то ушёл осматривать окрестности дома. На девушку никто не обратил внимания, когда она прошла мимо и поднялась на третий этаж. Там нет жилых комнат, лишь пара кладовок и выход на чердак. На этаже царил полумрак, как и всегда, но откуда-то прорывалась полоса утреннего света. Сердце девушки пропустило удар. Дверь на чердак открыта, а там же и выход на крышу. Селена замешкалась лишь на секунду, а потом вошла на чердак. Половицы нещадно скрипели несмотря на осторожные шаги. Она пересекла полную пыли и хлама комнату и оказалась возле другой двери, которая оказалась открыта нараспашку. Селена увидела Эллисон, та стояла почти у самого края. Девушка сделала ещё один осторожный шаг и оказалась на крыше. Эллисон дернулась, услышала, что кто-то рядом, но не обернулась. Её взгляд был устремлён вдаль, а сама она с виду была абсолютно расслаблена. Казалось, если ветер подует чуток сильнее этого будет достаточно, что бы столкнуть её. — Это очень плохая идея, – начала Селена, не имея ни малейшего понятия, что делать дальше. — Наоборот. Может, мне не будет так больно, – всё еще не оборачиваясь сказала Эллисон. — Будет. Спрыгнув с такой высоты ты лишь покалечишься, но не убьёшься, – Селена закрыла рот, боясь сказать ещё какую-то глупость. — Стоит попробовать. — Эллисон, одумайся... — Ты не понимаешь! – её голос сорвался на крик. – Ты не теряла ребёнка. Ты не можешь понять эту боль. Селена лихорадочно пыталась подобрать слова, чтобы не сделать ещё хуже. — Это всё моя вина, – тем временем продолжала Эллисон. – Мне не стоило её оставлять. Мне нужно было вернутся к ней, а не бежать спасать Ваню и весь мир, – она запнулась. – Я ведь с ней даже не попрощалась! — Ты права, я не могу понять твои чувства. Но если тебе плевать на себя, то подумай о дочери. Думаешь, она бы хотела, чтобы так закончилась твоя жизнь? Эллисон издала грустный смешок. — Селена, её теперь просто не существует, разве в этом есть смысл? — Ты не права, – Селена встретилась с девушкой глазами, когда та обернулась. – Подумай: если бы её не существовало, ты бы о ней помнила? Помнил бы о ней хоть кто-нибудь? Сердце девушки стучало о рёбра, она впервые боялась сказать что-то не то. Эллисон молчала, опустив взгляд на свои босые ноги. — Все эти перемещения во времени... Ты ведь понимаешь, что это не остаётся без последствий. И одним из них есть параллельные миры. Она всё ещё в той версии реальности, в том мире, из которого вы пришли. Она всё ещё существует. Селена понимала, что, возможно, несёт полный бред. Она ведь вообще о возможности перемещения во времени узнала тогда, когда эти вдруг появились в их гостиной. А разбираться в этом времени не было. Девушка уже начала жалеть, что открыла рот, но когда Эллисон вновь подняла на глаза, её взгляд стал осмысленнее, не таким пустым. Вдруг сзади раздались шаги и сопровождающий их скрип половиц. Рядом появились Пятый и Лютер и так же замерли в проходе. Селена осмелилась сделать шаг вперёд, но Эллисон дернулась и отступила ещё на шаг к краю. Теперь она была опасно близко к обрыву. Селена почувствовала изменение энергии девушки, потому продолжала говорить спокойно: — Я знаю, что это больно. Я знаю, что жить с этим сложно. Но ты должна. Ради Клэр. Ради воспоминаний о ней и ради своих близких. Убив себя ты избавишься от боли, но передашь её тем, кто тебя любит. Разве ты хочешь этого? Селена говорила мягко, что вовсе ей не свойственно. В какой-то момент уже начала думать, что это бессмысленно, но Эллисон вдруг залилась слезами и замотала головой. — Нет, нет, не хочу. Девушка выдохнула. Вместе с ней и двое парней позади. Они так и стояли неподвижно, словно статуи. У неё получилось. Получилось переубедить Эллисон. С осознанием этого у Селены свалился невероятный груз с сердца, который тяготил её с того момента, когда она передала тот злосчастный листочек с информаций о Патрике. Эллисон сделала шаг в сторону девушки, но вдруг её равновесие нарушилось. Её окоченевшие от холода босые ноги не слушались, одна зацепилась за другую и девушка начала заваливаться назад. Последнее, что запомнила Селена, это полные ужаса глаза Эллисон и её пронзительный крик.