Записки примерного семьянина

У нас в отделе открылся цветочный магазин. Весь кабинет товарища полковника заставлен букетами так, что и ступить некуда. И запах стоит соответствующий.       — Ирин Сергевна, может, вам цветочный ларек обустроить? — интересуюсь, оглядывая букеты, букетики и корзины. — Не пропадать же добру.       — Очень смешно! — фыркает дорогая жена, пошире распахивая форточку.       — А че, будет у нас еще один бизнес впридачу к спиртзаводику… Ирин Сергевна угрожающе замахивается на меня первой попавшейся папкой.       — Ткачев, иди отсюда! Ты ж моя грозная! За то и люблю. И за другое и третье тоже…       — Слушаюсь, моя госпожа.

***

Товарищ генерал шастает к нам как к себе на работу. Сверкает генеральскими звездами, расточает Ирине улыбочки и таскает букеты с такой регулярностью, будто у него с цветочниками договор делать им кассу. Савицкий, поджигая сигарету, косится на меня с намеком.       — Чего этот хмырь у нас в отделе прописался?       — Да Зяму хочет… — Ромыч едва не запихивает сигарету в рот зажженным концом. — В управу сманить. И вообще — хочет. Видел я, какими глазами он на дорогую супругу таращился, когда она в журнале расписывалась, интересным образом наклонившись к окошку дежурного…       — Наивный какой товарищ, — хмыкает Рома, а я с завистью смотрю на клубы сигаретного дыма. ЗОЖ наше все! Вот только нервы что-то в последние дни начали сдавать, а снимать стресс самым приятным образом никак невозможно из-за неприличной загруженности товарища полковника на работе. Стараниями одного генеральского хмыря в частности…       — Ирину Сергеевну хочу. Видеть. Помяни черта! Товарищ хмырь генерал собственной персоной. С огромным букетом удушающе-ароматных лилий — без противогаза и пачки антигистаминного лучше не подходить. Мрачно наблюдаю, как высокое начальство внедряется в кабинет к Ирине Сергеевне с таким видом, будто не в ментовку явился в разгар рабочего дня, а приперся на романтический ужин с продолжением. Впервые в жизни жалею, что звездочками не вышел: когда два генерала друг другу морды бьют, это мужские разборки, а если простой майор вышестоящему втащит, это уже подсудное дело. И где, спрашивается, в жизни справедливость?

***

      — А Ирина Сергеевна…       — Ее туда вызвали, — Костян выразительно указывает глазами на потолок, давая товарищу генералу возможность самому додумывать, что это за «туда» загадочное — кабинет министра МВД, мэрия, а может быть, даже Кремль.       — Ирина Сергеевна…       — На трупе, — рапортует Измайлова, мирно прихлебывая кофе. — В подвале барака трубы прорвало, ну и всплыли трое бомжей, говорят, месяц там лежали. В компании крыс и блох. А она вам прям срочно нужна? Могу адресок дать. Товарищ генерал становится похож на кузнечика. В том смысле, что «зелененький он был». И ретируется как-то слишком быстро, подозрительно икая. Куда вы там товарища полковника пригласить хотели, в ресторан? Приятного вам аппетита!       — Ирину Сергеевну…       — В больницу увезли, — сочувственно вздыхает Вика, усиленно царапая ногтями лицо и шею. — К нам с дружественным визитом африканская делегация приходила, вот и принесли заразу. Женщинам еще ничего, месяц почешемся, волдыри сведем и здоровы, а для мужчин, говорят, все, облысение, инсульт, импотенция… Товарищ генерал шарахается от Викули как от источника радиации. С такой скоростью у нас даже бухой Павлов от разъяренной Елены Николаевны не удирал… «Великая любовь» выживает две недели. Ровно столько мы всем отделом, дружно сомкнув ряды, выдумываем тысячу и одну отмазку, чтобы оправдать отсутствие Ирин Сергевны на рабочем месте, пока товарищ полковник в незапланированном отпуске мирно отсыпается, читает книжки, смотрит сериалы, готовит всевозможные вкусности и проводит время с семьей. Когда месяц спустя два товарища, то есть генерал и полковник, сталкиваются в коридоре ОВД по какому-то рабочему вопросу, несостоявшийся ухажер, краснея, белея и зеленея попеременно, пятится от объекта страсти с таким видом, как будто увидел восставшего зомби.       — А что ж вы не заходите, Вениамин Вольдемарович? — щебечет Ирин Сергевна, надвигаясь на несчастного генерала с очаровательнейшей кровожадной улыбкой. — Совсем про нас забыли! Ой, а что это тут у вас, оцарапались? Генерал отшатывается от нежной ручки товарища полковника как от ядовитой змеи.       — Я вам документы на почту пришлю! — летит его крик откуда-то с крыльца. Вот это я понимаю космическая скорость!       — Че-то даже как-то скучно стало, — жалостливо вздыхает Ирин Сергевна вслед позорно бежавшему дезертиру любовного фронта.       — Вернуть? — предлагаю с самым серьезным выражением лица. Иришка кривится, будто проглотила лимон.       — Я тебе верну! Подписанный приказ о вашей с Савицким премии! Уж в чем в чем, а в убедительных аргументах товарищ полковник толк знает… Впрочем, я тоже не лыком шит и кое-что смыслю в способах развеять скуку одной отдельно взятой неприлично соблазнительной начальницы отдельно взятого ОВД. И без всяких там третьих!