В плену

      Прошло три месяца. Лололошка со своей командой создали карманное измерение и уже позвали своих друзей и тех, кто, по их мнению, мог помочь с победой над Блэком. К слову, Рому, наконец-то, перестало тошнить. Но не об этом.       Сейчас они готовились к нашествию на замок. Был план таков: "Лололошка снова превратится в девушку(слава Арниру, Лефтарион и Гектор стёрли всем память о том, что он вообще был в городе), чтобы отвлекать горожан, чтобы Варнер, Горбатик и Верона без подозрений дошли до замка. Остальные(а именно Залы, Изначальные и некоторые из " Соколов") будут скрываться за пределами города, а именно возле стен, в самых незаметных местах. Тройка должна будет отключить невидимый барьер, чтобы дать доступ Роме к замку. Потом Лололошка должен... Нет, обязан победить и убить(почти одно и тоже) Блэка." Всё бы сработало, если бы не одно "НО"...

***

      Все из команды, кто был за пределами города и внутри, телепортировались в замок самого Блэка. Лололошка, почему-то, переместился ввиде себя. И именно он из всей команды узнал эту комнату: тот самый роковой зал, где король усыпил его.       Вся команда, кроме Лололошки, сидела за столами, Рома был в центре зала. Перед ним находился трон, на котором, не трудно догадаться, сидел сам король Блэк. По бокам стояли Гектор и Лефтарион с опущенными головами. Они хоть и не были виноваты в том, что Ромину команду спалили, но им было совестно.       –Посмотрите, кто пожаловал в мой прекрасный город... – произнёс Блэк, усмехаясь. – Это же сам Лололошка со своей недо-командой! Сказал бы, что очень рад, но... – король сжал руки в замок. – Не буду этого делать...       Блэк начал оглядывать всех участников, на что они насторожились, а Рома сжал в руках меч, которым собирался прикончить короля. Вдруг правитель издал смешок.       –Лололошка-Лололошка... И с такой командой ты пришёл меня убить? – Блэк три раза цокнул, качая головой. – Верона – предательница нашего города, ведь она со своей сестрой украла Печать Света! Горбатик... А он что? Создал со своим помощником, Варнером, ритуал, который позволял воскрешать людей, и, благодаря этому, началась гражданская война! А ты, Лололошка... Ты же от них почти не отличаешься! Ведь ты скрываешь от них тайну, которую никто не знает: ты не из этого мира! И, вот, скажи... – король откинулся на спинку трона, Лололошка же сильней сжал меч, но, тем не менее, сохранял спокойствие. – Тебе реально все они дороги? Ха-ха! Они лишь пешки, а ты их просто направляешь туда, куда надо!       –Это не так! – крикнул Варнер.       –Что? – Блэк повернул голову в сторону доктора. – Ох, Варнер... Ты думаешь, что он особенно тебя считает другом? Не смеши! Ты служил мне! И именно ты не давал Лололошке доступа к Вероне! И Лололошка, скорее всего, это знает!       Рома за закрытыми губами сильно сжал зубы.       "Раздражает..." – мысленно обратился он к Блэку.       –Вот посмотри на моих помощников! – король указал на Лефтариона и Гектора. – Они – самые преданные и делают всё, что я им скажу! И они никогда не перейдут на сторону вра...! – не успел договорить Блэк, как случилось то, что никто(кроме, скорее всего, Ромы) не ожидал.       Гектор ринулся с места и медленными шагами пошёл к выходу. Лефтарион последовал за ним. Но не для того, чтобы его остановить. Блэк удивлённо посмотрел на своих бывших помощников.       –Вы что творите?! – крикнул правитель.       Когда Гектор и Лефтарион были сзади Лололошки, они обернулись и произнесли почти в унисон:       –Потому что он наш друг!       Все, кроме Лололошки, удивлённо смотрели на эту "парочку". Рома повернул голову в сторону, смотря на них. В его глазах читалось "Спасибо". Он кивнул в знак благодарности и повернул голову обратно, Гектор и Лефти улыбнулись и тоже кивнули, и, повернувшись обратно, пошли к выходу. Через пару секунд послышался шум закрывающихся дверей. Блэк, потерев переносицу, прошипел:       –Ну, и катитесь отсюда...! – обратно приняв свой величественный вид, продолжил более громким голосом. – Лололошка. Может, мы на этом и закончим? Ты бросишь этот меч и не станешь со мной сражаться, а потом со своей... Недокомандой... Вы отправитесь обратно по своим домам без каких-то происшествий? – правитель расплылся в широкой улыбке.       "Ложь... Если соглашусь, то он всех убьёт, если нет... То пятьдесят на пятьдесят."       В знак ответа он сжал меч и отрицательно покачал головой. На это Блэк лишь недовольно вздохнул и, взмахнул рукой, телепортировал всю команду и тех, кто был в замке или был рядом с ним, кроме Ромы, за пределы города.       Со стороны замка послышался взрыв...

***

      –Чёрт, почему мы не можем пройти?! – прокричал Варнер, стуча в "пустоту".       –Это – невидимый барьер, через который невозможно пройти... – покачал головой Гектор.       –Там наш друг! – громко сказал Горбатик, скрещивая руки на груди.       "И мой парень!" – чуть не сказал вслух Лефтарион, но вовремя прикусил язык.       –С ним всё будет в порядке! – настаивал крылатый, глупо улыбаясь.       Верона судорожно вздохнула.       –В любом случае, нам осталось ждать окончания боя с нашей победой или же... Даже страшно представить...

***

      Лололошка понял как победить Блэка. Маяки и щиты. Надо сломать маяки, чтобы щиты ослабели, и чтобы Рома мог их сломать, потихоньку открывая путь к правителю Арнира.       Когда уже были сломаны все маяки и все щиты, Рома был готов нанести последний удар уже по Блэку. Но случилось это: тот упал на колени и стал умолять о пощаде.       –Прошу не делай этого! Я сделаю всё, что ты захочешь! Деньги, золото, любовь, даже позволю тебе править Арниром! Только, пожалуйста, не убивай!       Но Роме было всё равно. После нескольких лет поиска фрагментов скрижали, после наполовину уничтоженной вселенной, после того, что он заставлял Лололошку делать с другими людьми... Он не мог позволить этому человеку(если он вообще является таковым) жить. Он просто нанёс последний удар. Быстро и без сожаления.

***

      Послышался ещё один взрыв, и Варнер чуть не упал(он до сих пор колотил по барьеру), но его вовремя подловил Горбатик.       –Спасибо... – Варнер выпрямился. – А сейчас в замок!

***

      Он был почти полностью разрушен, лишь пару каменных стен осталось. Ромины друзья обыскали всё но никого не было. Ни Лололошки, ни Блэка.       "Н-нет..." – Лефтарион пытался сдерживать слёзы.       –Н-неужели, они оба умерли...?! – рыдая, сказала Верона.       "Он... Он не мог...!" – Лефти стал рытся в карманах и, нащупав что-то, достал маленький кристаллик с матовой поверхностью.       Вагнер, Горбатик и ещё некоторые подошли к Вероне и начали её успокаивать, сами еле сдерживая слёзы. Гектор подошёл Лефти и, коснувшись его плеча, горестно произнёс:       –Лефтарион... Нам всем уже пора...       Но тот его не слышал. Крылатый смотрел только на этот кристалл. Он помнил его.       Когда они делали мозаику, им попался этот лишний кристалл(на тот момент он был больше). Не зная куда его девать, Лефтарион отдал его Роме, но тот его не хотел принимать и, чтобы не обидеть своего друга, разломал его напополам и половину отдал ему.       Не сдержав цунами из воспоминаний и эмоций, Лефти заплакал. Не найдя других слов, Гектор промолвил:       –...Мне очень жаль...       Крылатый на это лишь кивнул и лишь на долю секунды увидеть, как этот кристаллик заблестел. Лефти вздрогнул. Он второй рукой протёр глаза, чтобы убедиться в том, что он реально блестел.       "Б-блестит?! Он же с матовой поверхностью, так... Почему...?!"       Лефтарион начал быстро оглядываться, пока не увидел точно такой же блеск где-то под грудой обломкой. Он побежал туда.       –Лефтарион, стой...! – прокричал Гектор, все направили свой взор на крылатого.       Тот, подбежав к тому месту, засунул половинку в карман и, сев на колени, начал откидывать обломки в сторону.       "Если ты там, то, пожалуйста, живи!"       Отбросив где-то два-три обломка, он увидел белую толстовку, которая была у Ромы.       –Он здесь! – радостно крикнул Лефтарион, продолжая откидывать обломки.       Все подбежала к нему, помогая скидывать обломки. Наконец-то, они откопали Лололошку. Лефти приподнял его, смотря на его лицо и пытаясь пальцами нащупать пульс на шее.       Лицо было было немного в царапинах, одна из них проходила через глаз.       –Живой! Пульс есть! – Лефтарион улыбнулся и, снова заплакав, обнял Лололошку, утыкаясь в шею своего парня.