Я не волшебница. Я только учусь. Час Волка

За неделю до приезда Марджори Дурсль - Желание, настойчивость и упорство! – вполголоса проговорила Дебора и отпустила уставшие руки. После возвращения из Хогвартса, она почти каждый вечер старалась колдовать без волшебного артефакта. Адамс помнила рассказы полугоблина Флитвика о том, что можно творить волшебство без палочки. Маги времен старинных справлялись, не прибегая к помощи подручных средств. Зато сейчас артефакт сильно облегчает жизнь волшебникам. К тому же девушка не могла забыть то леденящее чувство беспомощности и страха, когда пыталась помочь Сириусу в схватке с футбольными фанатами. - Хорошо я кое-что умела, - повторяла она каждый раз, вспоминая прошлые события, - а то…, - О том, что могло бы случиться, если она не владела хоть крупицами беспалочковой магии, Дебора и предполагать не желала. Но твердо решила, что она не должна оказаться беспомощной в случае утери своего волшебного артефакта. Школьница пробовала все выученные заклинания, но особого успеха так и не достигла. Магия, которая сносно выполнялась при помощи палочки, теперь проявляла себя очень слабо. - Вингардиум Левиоса! – мысленным приказом Адамс заставила стул взмыть к потолку. После стула вверх взлетел стол. А вот диван упорно отказывался покорять воздушное пространство. Предмет мебели приподнялся всего на пару дюймов и вернулся на место. - Тяжести мне еще поднимать рано! – со вздохом подумала слизеринка. В ее памяти возникла картина мусорной урны, падающей на голову бритоголового фаната. Вероятно, в тот момент ей страстно хотелось помочь Блэку и к тому же школьница страшно испугалась за жизнь Бродяги. Сильное желание и плюс страх – помогли ей выполнить колдовство, используя собственную магию. Зато Манящие Чары получались все лучше и лучше. Легкие и небольшие предметы прилетали в момент, а пару дней назад девушка сумела притянуть к себе платяной шкаф вместе с висящей внутри него одеждой. Правда не обошлось без эксцессов, Дебора не ожидала успеха и при виде надвигающегося на нее предмета мебели, не придумала ничего лучшего, чем отскочить в сторону. Шкаф влетел в стену и с грохотом опрокинулся на пол. Прибежавшая на шум приемная мать не стала ругаться, но попросила быть поосторожнее и не разрушать дом. Общими усилиями удалось вернуть мебель на место. После этого происшествия школьница решила подналечь на чары, которые могут двигать предметы. Толку от того что она знает, как поднять предмет интерьера в воздух, если нет возможности его передвинуть, а сама мебель просто висит в воздухе. - Локомотор стул! – и указанный предмет мебели лениво переползает в угол. Чары Передвижения получаются из рук вон плохо. Другое дело, что в Хогвартсе и при помощи палочки данное заклинание выходило гораздо легче и быстрее. Без артефакта волшебство идет со скрипом. А результаты хочется увидеть сразу. - Конфундус! Люмос! – произнесла Адамс тихим голосом. Прозрачный луч заклинания пересек комнату и заставил вздрогнуть плотную бежевую штору. А приподнятые ладони девушки озарил неяркий свет, словно небольшое пламя загорелось в руках. Слизеринка удовлетворенно кивнула головой. С этими заклинаниями у нее никогда не было осечек. Ведь именно они получились у нее самыми первыми. - Глациус! – выговорила Галия, протягивая обе руки к вымытому полчаса назад паркету. И как обычно - возникло ощущение легкого мороза, который прокатывается сквозь пальцы и бодрит кровь. Именно такой холод не обжигает и не заставляет съеживаться, а наоборот приятно пощипывает кожу и стимулирует человека двигаться активнее. А светлый паркет быстро покрывается тонким и скользким слоем льда. Руки девушки взлетают над головой образуя невидимую арку. - Сноуфол! – тихо шепчут губы. Прямо с потолка начинают падать снежинки, которые замысловато кружась устилают теплый пол и тают на глазах. Адамс не спуская завороженного взгляда с исчезающего льда и на тающий снег, выпавший в ее комнате в жарком июле. - Вот бы уметь создавать вокруг себя прохладный микроклимат, так чтобы никто не видел. Кругом жара и зной, а меня обдувает свежий ветерок, - со вздохом протянула Дебора. Каким образом можно проделать подобное чудо, она не знала. Слизеринка нередко размышляла над тем для чего ей выпала возможность творить ледяную магию и какая от нее польза. Вроде бы пользы от такого умения мало, но и вреда не предвидится. К тому же врожденное умение создавать снег и лед, вызывало в душе девушки искреннее восхищение. Боевые заклинания по-прежнему не получались, но все равно девушка не отчаивалась. По опыту она знала, что воля, настойчивость и постоянные тренировки в итоге приведут ее к успеху. Устроив себе передышку, Дебора вслушалась в окружающую обстановку. Вокруг нее ничего не изменилось. Изредка доносились звуки проезжающих по улице машин, за окном щебетали птицы, где-то лениво залает и умолкнет утомленная жарой собака. И все. - Как обычно! Тишина! – заключила Галия, выглянув в окно и осматривая окрестности Аллеи Хризантем. Ей не давал покоя странный факт. В Хогвартсе она краем уха слышала про Заклинание Надзора, благодаря которому чиновники из Министерства могли засечь магию, если она происходила в местах проживания колдунов и обычных людей. Но Адамс хорошо помнила, как научилась творить волшебство в приюте, затем она не раз закрепляла полученные навыки уже живя тут, в Литтл-Уингинге. И что-то совы из Министерства, с грозными предупреждениями над ее головой так и не появлялись. Узнать побольше про это любопытное заклятье на территории Хогвартса девушка не могла из боязни, что мадам Пинс немедленно настучит Дамблдору. А тот может задуматься, зачем маглорожденной ученице проявлять интерес к такому заклинанию. И для чего? Деборе хотелось выяснить про Надзор как можно больше – как он работает, какой у него радиус действия и как именно он определяет место где случилось волшебство. Возможно в библиотечных книгах и есть ответы, но велик риск попасть под подозрение. Тем более у нее как школьницы не тот возраст, чтобы узнавать про подобные заклинания. Итак, библиотекарша смотрит на нее пристальным взором каждый раз, когда она запрашивает различные книги. Наверное, для мадам Пинс чрезмерная любознательность ученицы кажется подозрительной. - Непонятное оно это Заклинание Надзора! – рассуждала слизеринка и посматривала по сторонам после каждого удачного волшебства. – Как ученица Хогвартса, я наверняка известна министерской службе, так что этот Надзор установлен на моем доме или на всей прилегающей территории. Но почему мое колдовство остается без последствий? В каноне почти каждое творение магии в доме Гарри засекалась чиновниками и Поттеру прилетала заслуженная или несправедливая кара. Министерство сумело заметить, что в доме номер 4 случилось колдовство, хотя тут был замешан домовик Малфоев, который сейчас ударно трудится на благо Хогвартса. Засечь то засекли, а вот распознать кто его совершил, не смогли. Про разбухшую тетку Мардж, которая скоро должна прибыть в Литтл-Уингинг, бюрократы-маги тоже узнали. Но в этом случае гриффиндорцу удалось избежать наказания. Непонятно почему чиновники не обратили внимания на то как мистер Уизли вовсю колдовал в доме Дурслей, когда приехал забирать Гарри на Чемпионат по квиддичу. Рыжий патриарх разнес камин, защищался магией от разъяренного Вернона, вылечил Дадли от супер-языка. А Министерство молчит и никаких Громовещателей не присылает. В случае нападения дементоров заклинание Патронуса обнаружилось, за это Поттеру даже судебное заседание назначили, а то что через пару дней в доме Дурслей магичила целая толпа волшебников, вдруг чудесным образом прошло мимо внимания министра Фаджа. А ведь тут такой подарок судьбы. Гриффиндорец до этого получил предупреждение о недопустимости колдовать среди маглов, но все равно проигнорировал его. Не школьник, а злостный рецидивист, которому не место в Хогвартсе и в волшебном мире. Как министр магии этого не заметил. Странно! Либо Орден Феникса умеет сделать так, чтобы Министерство Магии на время ослепло и оглохло. Нет. С этим заклинанием впрямь было что-то непонятное. И Гермиона Грейнджер как-то обмолвилась, что колдует на каникулах и ей за это ничего нет. Тот же Том Реддл в детстве часто творил магию, запугивая с ее помощью детей и манипулируя животными, при этом оставаясь безнаказанным. - Может так быть, что именно на Гарри наложили специальное заклятье. Все-таки он для волшебного мира не простой человек, а Мальчик Который Выжил, - гадала Дебора. Но чем больше она думала над этими загадками, тем больше запутывалась. Казалось, весь мир магии соткан из противоречий и нестыковок, вдобавок живет по каким-то странным, несуразным и непонятным законам. - Все не как у людей! – ворчала про себя Адамс. Каждый раз, когда она думала о нелогичности магического мира, тем чаще у нее мелькала мысль – что Дурсли называвшие магов ненормальными были не так уж и неправы. Эти размышления не давали девушке покоя, но и найти ответы на вопросы, которые росли подобно снежному кому, катящемуся с горы, также не представлялось возможным. Очень не хватало знающего реалии магического мира человека, то есть хорошо информированного волшебника. Но где его взять? - Теперь хватит отдыхать! – приказала себе школьница, когда, глянув на часы заметила, что за рассуждениями как-то быстро и незаметно пролетело целых полчаса. Сделав небольшую разминку для рук, Адамс принялась медленно водить руками перед оконным стеклом, как будто раздвигала невидимые шторы. - Замечательно! – удовлетворенно кивнув головой проговорила она. Полукруглое окно неуклонно зарастало льдом, по всей поверхности стекла расцветала холодная паутина. Или это перья диковинных птиц, которых застигла стужа. Солнце лукаво искрилось на тонких узорах, медленно и неумолимо растапливая своим теплом рукотворное искусство. - Создавать лед и снег я умею. Но смогу я превратить воду в лед? – гадала она, задумчиво рассматривая причудливые орнаменты, которые таяли на оконном стекле. Войдя в ванную комнату, девушка открыла кран и когда, вода наполнила раковину, то Адамс сосредоточилась на своем желании. Однако результат вышел совсем не таким как требовалось. Края раковины покрылись тонким слоем ледяной корки, а вот сама вода даже не шелохнулась. Менять свою форму переходя из жидкого состояния в твердое, она также не собиралась. - Что-то я делаю не так! – сообразила Дебора.

***

- Мама, я устал! – простонал Дадли, бережно укладывая на газон лопату. Гарри отвернулся, чтобы скрыть ухмылку. Кузен с радостью бросил бы порученные ему дела по хозяйству и сбежал со своими подручными ломать скамейки и карусель в парке. Но нельзя. Толстяк теперь, как и сам гриффиндорец обязан выполнять мелкие работы по дому. Однако это не мешает Дадли при каждом удобном случае ныть и жаловаться на мозоли. Хотя силищи у него хватает – вон целую тачку навоза, по всему газону раскидал за пару минут и даже не взмок. Зато теперь можно поплакаться матери и получить от нее второй завтрак. - Молодец, Дидди! – умильно улыбнулась тетя Петуния, показавшись в открытом окне кухни, - я приготовила тебе гренки с маслом. Как ты любишь! И черничное варенье. Обрадованный толстяк начал наворачивать угощение прямо во дворе. Тем более тарелки с едой тетя выставила на подоконник. Чтобы кузен не тратил лишнее время на передвижения в дом и на кухню. - Кто работает – тот ест! – наставительно пробурчал Дадли, подняв указательный палец. Сам Поттер удостоился только стакана с водой. Зато стакан был полным, а вода прохладной и вкусной. Отдавая тете пустой стакан, Гарри заметил, как глаза родственницы недовольно сузились. Он оглянулся и увидел, что во двор дома номер 4 входит Дебора Адамс. - Доброе утро миссис Дурсль! – поприветствовала она хозяйку дома. Такого же приветствия удостоился и Дадли, удивленный столь ранним визитом и тем, что подруга Гарри, раньше никогда не вступавшая во владения родственников Поттера, сейчас спокойно топает по дорожке. Гриффиндорец был немного растерян. Дебора всегда встречала его либо возле своего дома, либо в парке. На его памяти - прийти во так, прямо к Дурслям – такого еще не было. Он посмотрел в сторону тети и кузена. Петуния, судя по ее виду была не слишком рада появлению волшебницы в своем доме, а Дадли… Иногда Гарри казалось, что толстяк побаивается слизеринку. Так как тот, при виде Деборы, всегда старался перейти на другую сторону улицы или вообще не пересекаться маршрутами со школьницей Хогвартса. Но почему такое происходит – этого Поттер понять не мог. Подруга никогда не колдовала в присутствии толстяка и тот не знает, что девушка тоже учится в волшебной школе. Или же Дадли как-то чувствует ее отличие от себя самого? Несмотря на всеобщее удивление, Дурсли не стали изображать из себя истуканов и ответили на приветствие слизеринки. Петуния вежливо кивнула головой, Дадли изящно, как он сам считал, изобразил поклон. После чего толстяк жадно уставился на приличного размера сверток, который девушка несла в руках. - Я к тебе Гарри! Извини, что не смогла навестить тебя вчера! – весело сказала Адамс. - Поздравляю с днем рождения! – торжественно произнесла она и вручила гриффиндорцу объемистый сверток. Глаза Поттера радостно заблестели, и он осторожно принял подарок. Дадли получивший вчера около трех десятков перевязанных ленточками баулов, напряженно вытянул шею. Кузену было очень интересно, что вручили лохматому родственнику, который на его памяти еще ни разу не праздновал день рождения и не получал подарков. Вот только толстяк не обладал такой длинной шеей как его мать. А оторваться от тарелки Дурслю-младшему было лень. Оставлять недоеденным пирог с черникой для него было сродни страшному преступлению. К счастью для Петунии и ее крупногабаритного сына любопытством они терзались недолго. Так как Гарри, подумав немного, открыл подарок на их глазах. - Ого! Что это? – вырвалось у мальчишки прежде, чем он успел разглядеть содержимое упаковки. - Форма футболиста? – недоверчиво ахнул Большой Дэ, наконец-то добивший свою трапезу. Толстяк увлекаемый любопытством приблизился к своему лохматому кузену и тоже всмотрелся, что же там за подарок. - Не просто футболиста, а комплект формы американского футболиста! – хладнокровно заявила Адамс. Оба подростка оторвались от рассматривания подарка и недоуменно уставились на девушку. Поттер про американский футбол знал мало, а Дадли был удивлен тем, что англичанину дарят амуницию заокеанского спортсмена. - Для Гарри такой комплект лучше, чем обычная футболка и шорты. Так он будет лучше защищен во время игры, - ответила на немые вопросы кузенов слизеринка. Гриффиндорец перевел взгляд на содержимое подарка и согласно кивнул. Шлем с забралом, наколенники, накладки для локтей плюс футболка с бриджами цвета его факультета – это гораздо лучше длиннополых мантий, в которой он и другие игроки квиддича щеголяют до сих пор. - Тебе нравится? – спросила Дебора. Она уже видела, как играют в квиддич и считала этот спорт непредсказуемым и травмоопасным. Поэтому подбирала подарок для Гарри, который сведет опасности волшебной игры, если не к минимуму, то хоть на чуть-чуть. Судя по интонациям слизеринка немного сомневалась в том, что ее подарок придется по нраву гриффиндорцу. - Подарок замечательный! – радостно ответил Поттер и широко улыбнулся. Он уже получил подарки от своих однофакультетников. Рон прислал ему большую энциклопедию по всем чемпионам квиддича с фотографиями выдающихся спортсменов столетия. Сейчас Шестой Уизли со всей своей семьей в Египте. Отец Рона выиграл приз от «Ежедневного Пророка» и рыжеволосая семья решила отправиться отдыхать в Египет. Вместе с письмом был прислан и какой-то странный стеклянный волчок под названием вредноскоп. Гермиона подарила набор по уходу за метлой. Вдобавок там была еще и книга, где указывалось как лучше ухаживать за летающим приспособлением. Гарри, вертя в руках книжку, тихо рассмеялся. Грейнджер так любит читать. И считает, что лучшим подарком может быть только книга. Еще был подарок от Хагрида. О нем подросток вспомнил с содроганием. Лесник Хогвартса отправил ему страшного вида учебник, который укусил Гарри за руку, ползал по его комнате и норовил зажевать простыни. Но подарок от Деборы Адамс был, если не лучшим, то самым необыкновенным. Вступив в волшебный мир Гарри считал, что и подарки ему будут волшебными, так что получить самую обыкновенную форму спортсмена, он совершенно не ожидал. Вертя в руках спортивную амуницию подросток на минуту задумался – а почему сами маги за столько лет существования квиддича так и не создали нормальной и удобной формы для игроков. За время учебы в Хогвартсе, гриффиндорцу то и дело приходилось сравнивать жизнь в волшебном мире с жизнью среди маглов. И сравнение все чаще оказывалось не в пользу волшебников. По всему получалось, что волшебники сильно отставали от обычного мира и во многом. Даже в таких мелочах как одежда для спорта. Между тем, пока Поттер мысленно и с удовольствием примерял на себя экипировку американского футболиста, его кузен Дадли кое-что понял. - Ты тоже из этих... - промямлил он, вытаращив глаза на Дебору и отступил на пару шагов назад. - Наконец-то ты догадался! – хотела съязвить Адамс, но передумала. В глазах Большого Дэ метнулся страх, и он отошел еще на два-три шага. - Ты хочешь сказать маг я или нет?! – небрежным тоном осведомилась Галия, краем глаза наблюдая как живописно бледнеет кузен Поттера и как Петуния приготовилась хвататься за сердце. Поттер тем временем оставил в покое свой подарок и прислушался к беседе. - Да. Я тоже учусь в Хогвартсе. Вместе с Гарри, - спокойно сказала слизеринка. К чести Дурсля-младшего он не стал бежать в дом за вилами, падать в конвульсиях в обморок или звать на помощь полицию. Наоборот он почему-то успокоился, словно получил ответ на давно мучивший его вопрос. Хоть про школу волшебства Гарри Дурслям никогда не рассказывал, его кузен видел эмблему Хогвартса на конвертах, когда их присылали в дом. Писем было столько, едва успевали уничтожать. Так что название школы для волшебников Дурсль-младший еще не забыл. А вот его мать сейчас напоминала неподвижную статую. - И как там, у вас? – брякнул Большой Дэ и тут же прикрыл рукой рот. Петуния готовилась потерять сознание от того что ее сын начал интересоваться обстоятельствами магического мира. В то время как ее сын с любопытством таращился на Дебору. А сама школьница была в недоумении. Почему вдруг толстяк заинтересовался тем, что происходит у волшебников. - Хотя, чего удивляться. Дадли все еще ребенок и ему интересно, как живут маги. Наверное, он хочет спросить у самого Гарри, как живется кузену среди ненормальных колдунов. Но он стесняется или побаивается! – размышляла Адамс над нетипичным поведением Большого Дэ. Поскольку сам гриффиндорец не спешил с ответом, то говорить начала ученица Изумрудного факультета. - Хогвартс – школа для таких как я и Гарри. Там много интересного и удивительного, но так не хватает простых вещей. Например, обычного радио, телевидения, плеера с наушниками, пиццы. Даже по обыкновенным лампочкам начинаешь скучать. И самых простых состязаний в нашей школе не проводят. Нет футбольной команды, волейбольной секции, кружка по домоводству. То есть все то, что есть у нас в самой захудалой школе, в Хогвартсе нет совсем! – с печалью в голосе протянула Адамс. Толстяк глядел на нее с недоверием, но отступать перестал. Его мать, с первых слов Деборы недовольно сдвинула брови, но по мере развития монолога стала выглядеть все более задумчивой. Если Петунии сначала и не понравился рассказ слизеринки о быте и реалиях волшебной школы, то теперь она была явно растеряна. - Вот в начальной школе я участвовала в музыкальном кружке, где нас учили играть на инструментах, рядом был певческий клуб. Несколько моих одноклассников ходили в секцию рисования. Еще был кружок театралов. А вот в Хогвартсе подобного и близко нет. Есть какие-то группы по интересам и все, - девушка грустно вздохнула. Поттер хотел было вмешаться и сказать, что подруга неправа и в Хогвартсе есть кое-какие кружки, но взглянув на задумчивую тетю и озадаченного кузена, передумал. - В прежней школе нас то и дело вывозили на экскурсии. Мы посещали Стоунхендж, гуляли по Андрианову валу, мы были в Британском музее, в приюте нас то и дело возили в католические соборы и рассказывали об их истории. А про кино у нас вообще ничего не знают! Потому что в Хогвартсе ничего подобного нет. Мы все время живем в школе и никуда не выходим, - начала откровенничать Галия, выкладывая обалдевшим от ее слов семье Дурсль, куцую и небогатую на развлечения жизнь учеников волшебной школы. - Вас не водят в кинотеатры и на аттракционы? – изумился Дадли. Кузен Гарри так ошалел от рассказа слизеринки, что уже не задумывался над тем, как на его вопросы отреагирует мать. Сам толстяк старался не пропускать такие способы отлично провести время, когда родители вывозили его в город. Также школьная администрация нередко устраивала своим ученикам посещения музеев, выставок и проводила экскурсии по известным местам. Хотя к последним кузен Гарри относился довольно равнодушно. Но то, что маги вообще не практикуют средства культурного досуга и не знакомят школьников с историей родной страны, удивило даже такого носорога как Дадли Дурсль. - Не хотел бы я учиться в вашей школе! – признался он после недолгого раздумья. На этот раз толстяк вовсе не пытался поддеть юных магов или посмеяться над ними. Сейчас брат Поттера был предельно искренен и серьезен. - Но вроде бы у нас пытаются исправиться. Вот даже в футбол недавно начали играть! – продолжала рассказывать Дебора. - У вас, что в футбол раньше не играли? – не поверил своим ушам Дадли. Привыкший видеть этот популярный вид игры почти везде, в школе, на площадках в Литтл-Уингинге, в экране телевизора, толстяк не мог даже и подумать, что где-то есть места, неохваченные этим видом спорта. Задавший вопрос быстрее, чем успев о нем подумать Большой Дэ спохватился и воровато оглянулся на мать. Вдруг той не понравится, что сын начал интересоваться ситуацией в волшебном мире, пусть даже и по таким пустякам. Однако и та была удивлена не меньше сына. - Нет. о футболе в нашей школе знают мало. У нас другая игра, на футбол не похожая, зато теперь, если Гарри появится на поле, все увидят его форму и начнут интересоваться – что это и откуда оно. Так про футбол побольше узнают, и глядишь, начнут мяч гонять, - небрежно сказала Галия. Внушительные складки на лбу Большого Дэ свидетельствовали о том, что в данный момент, в голове толстяка происходят мыслительные процессы невиданных масштабов. Так как подобная мозговая активность с ним случалось редко, неудивительно, что умственная работа шла с трудом и с пробуксовками. Пока Дадли выпал из реальности будучи погруженным в размышления, слизеринка обратилась к хозяйке. - Миссис Дурсль, а это вам от моей мамы! – торжественно произнесла она и протянула удивленной Петунии еще один пакет. Внутри находился узорчатый контейнер и бутылка бренди в упаковке. И коробка шоколадного печенья домашней выпечки. - Благодарю! Передай матери, что я очень уважаю ее и желаю ей всего хорошего! – с заминкой ответила хозяйка дома. Галия уходила от Дурслей, оставляя за спиной ошалелого Дадли, который раньше тихо завидовал кузену, а теперь начал радоваться, что живет жизнью обычного школьника. Но зато не лишенного радости технических достижений. Гриффиндорец был тих и задумчив. За годы, проведенные на Тисовой улице, он привык к благам современной цивилизации и считал их само собой разумеющимся. В то время как маги, многое из мира простецов, воспринимали как чудеса света. А вот какие мысли бродили в голове миссис Петунии Дурсль, слизеринка даже не догадывалась. Но если бы она обладала умением влезать в чужие мозги и узнала, о чем сейчас размышляет мать Дадли, то Адамс сильно бы удивилась. И возможно бы испугалась. Но Дебора не обладала подобными экстрасенсорными способностями - Она хорошая! – вдруг заявил Дадли, с хрустом поедая подаренное печенье. Поттер удивился вновь. Он не помнил, чтобы кузен кого-нибудь хвалил. Когда нежданная гостья покинула дом номер 4, Гарри и Дадли принялись за прерванную работу, а Петуния разобралась, что ей принесли. Бренди было очень кстати. Так как вскоре намечался визит сестры мужа, а та любила бренди. В пластиковом контейнере оказались небольшие кубики льда. Точнее, совсем не кубики, потому что выглядели они очень необычно. Фигурки изо льда напоминали собой мелкие алмазы.

***

К прибытию известной персоны по имени Марджори Дурсль все было готово. Точнее почти все. Болтливое зелье, которое развязывало язык не хуже алкоголя тому, кто его выпьет, до сих пор ждало своего часа. Сама микстура была надежно заключена в рукодельных кубиках льда. Точнее ледяные изделия, созданные Деборой напоминали собой небольшие алмазы, которые тускло сияли, когда солнечный свет падал на их прозрачные грани. Помучавшись больше недели, девушка все-таки сумела научиться создавать ледяные фигурки из воды. Так и не осилив заморозку целой раковины, Адамс попробовала заморозить воду в кружке. Поразмышляв немного, она решила поколдовать с маленькими порциями, а не превращать в лед целую раковину. И у нее получилось. Все-таки правильно говорил профессор Флитвик – в магии эмоции и воображение играют важную роль. Одно дело замораживать стены и окна, и совсем другое пытаться создать ледяные фигурки. Налив в стакан немного воды, Адамс заморозила ее, после чего пришлось вытряхнуть льдинку из стакана. Затем призвав на помощь воображение, девушка попыталась изменить форму лежащего перед ней куска льда. Не сразу, но в задуманном деле успех проявился. День за днем, упорно желая добиться результата. Стараясь и тренируясь. И вскоре Дебора поняла, как надо действовать. Держа в голове образ желаемого результата, слизеринка осторожно создавала ледяную фигурку. Оказывается, льдинка превращается в нужную фигуру быстрее, если взять ее в ладонь. А не оставлять на столе или на поверхности раковины. - Неужели я смогла?! – шептала Адамс, раз за разом рассматривая созданные ледяные алмазы. Во время процесса создания ледяных фигурок, слизеринка чувствовала себя скульптором, высекающим очередной шедевр из мраморной глыбы. Научившись придавать замерзшей воде нужные формы, Дебора решила сотворить из Болтливого Зелья, которое она привезла после учебы, ледяные кубики. Они как раз подходили для ее замысла. За пару дней до приезда тетки Мардж, все было готово. Из столицы туманного Альбиона девушка вернулась с подарком для своего друга. Миссис Дурсль тоже ожидал небольшой презент в виде бутылки бренди, которую по просьбе слизеринки приобрела ее приемная мать. Для Дадли выпекли печенье по рецепту миссис Уоллис. То есть в доме номер 4, по улице Тисовая, никто не останется обделенным. Болтливое Зелье было расфасовано в контейнер в виде мелких полупрозрачных камней изо льда. Девушке так понравилось собственное творение, что было немного жаль отдавать холодные фигурки. Тем более льдинки выглядели так завораживающе, так красиво. - Если верить учебнику, то Болтливая бурда действует как алкоголь. Оно вызывает чувство расслабления и снижает осторожность. Под его воздействием человек плохо следит за своей речью и может выболтать свои секреты – вспоминала Адамс описание зелья из учебника. - Ну что тут скажешь? Все-таки есть польза от магии. Хотя то, что рецепты таких психотропных средств спокойно печатают в школьной литературе, меня пугает. Оставалось только одно – всучить эти дары данайцев ничего не подозревающей Петунии. И надеяться на то, что Мардж хлебнет бренди со льдом и наговорит тете Поттера все, что она о ней думает. Сам Гарри о тетке-любительнице бульдогов рассказывал мало, но и того что удалось узнать, оказалось достаточно. Как поняла слизеринка, Мардж любила выпить и после порции горячительного давала волю своему языку. Пока что сестра Вернона отрывалась на гриффиндорце, но как тот сумел заметить, женщина и Петунию недолюбливала, но злословить в ее адрес пока не решалась. Пока… Если Болтливое Зелье обладает описанными в учебнике характеристиками, то Мардж выскажет Петунии все, что она о ней думает и вообще будет несдержанной. Ну а дальше? Наверняка миссис Дурсль разгневается на свою золовку и прогонит ее прочь. И тетке-собачнице придется забыть дорогу в Литтл-Уингинг. После чего Гарри вздохнет спокойно. Некому будет оскорблять его родителей. Собираясь навестить Дурслей, Дебора на миг задумалась, а не берет она на себя роль вершителя, точнее вредителя, пытаясь влезать в чужие судьбы и менять события на свое усмотрение. Но спустя некоторое время она упрямо качнула головой, заставив волосы, убранные в короткую косичку, хлестнуть себя по щеке. - Я хочу исправить несправедливость, которой слишком много. И если я сумею сделать будущее хоть чуточку лучше, то не упущу такого шанса! – сама себе сказала Адамс. Внутренний голос скептически ухмыльнулся. - И кто дал тебе право так распоряжаться? – язвительно спросил он. Девушка вздохнула. Почему вдруг она начинает сомневаться в собственных поступках. Раньше такого не было. Похоже у нее появляется совесть.

***

Прошло несколько дней, но в доме номер 4 все оставалось, как и прежде. Дебора все ждала скандала и криков, но видимо Петунию придавило жабой. И та желала не угощать золовку алкоголем с магической добавкой. Временами девушка думала – а не слишком поспешно она поступила. Вдруг заряженный бренди выпьет Вернон или сама миссис Дурсль. Кто знает, во что это выльется? Мардж Дурсль на улице появлялась редко. Иногда ее удавалось увидеть, когда она выгуливала своего бульдога. Мордатый питомец тетки Мардж угрюмо шастал по тротуару и грозно косился на проходящих мимо людей. Дальше Тисовой улицы тетка не уходила. В то время, когда она дефилировала по дорожкам, с ее лица не сходило хорошо видимое выражение превосходства. А во взгляде женщины можно было заметить плохо скрытую брезгливость, как будто та всех встречных считала ниже себя. Мардж чем-то смахивала на Долорес Амбридж, которую слизеринка видела лишь однажды. Собачница имела такой же приземистый рост и почти квадратную фигуру, как и заместитель министра магии. Большую голову с пухлыми щеками тянул к земле второй подбородок, а мышиного цвета волосы придавали тетке-собачнице нездоровый вид. Голос сестры Вернона оказался неестественно низким, хриплым и в нем постоянно присутствовал менторский тон. Даже, если она начинала с похвалой отзываться о цветочных клумбах Петунии, казалось, что тетка вот-вот начнет распространяться на тему – как она сделала бы лучше. К удивлению наблюдательницы, общения с невыносимой леди старательно избегали оба подростка из дома номер 4. Если Гарри пропадал на улице по понятным причинам, то почему и сам Дадли упорно прячется от родственницы, этого Дебора сумела понять не сразу. Но присмотревшись, выяснила в чем дело. Марджори Дурсль выказывала племяннику свое отношение слишком заботливо и слишком напоказ – она громко хвалила его, тискала «Дадличка» в объятьях, трепала его за щеки и нередко обращалась к подростку сюсюкающим тоном. И все это зачастую не только внутри дома, но и снаружи. Так что о том, что тетушка души не чает в своем племяннике, знали все, кто мог увидеть столь трогательные сцены. Естественно Дадли как глава местной шайки просто не мог выставлять себя на посмешище перед своими подручными, дабы не уронить свой авторитет. Иначе над ним начнут потешаться собственные шестерки. А там недалеко и до потери уважения и страха. Вряд ли Пирс и Малкольм с другими хулиганами станут величать Дурсля-младшего «Большим Дэ» после того как услышат причитания тетушки Мардж о миленьком Дадлике и увидят, как та прилюдно чмокает племянника в надутые щеки. Поэтому даже Дадли засветло убегал из дома со своими подпевалами, а сам Гарри бесцельно бродил по улицам. Поведение тетки Мардж казалось странным! Но только для самой Деборы. Сама любительница бульдогов считала, что ведет себя вполне нормально и здраво. И что в ее поступках нет ничего предосудительного. - Может ей нравится изводить людей? Издеваться над ними, ожидая, когда же ее жертвы сорвутся. Тем более она всегда выбирает тех, кто из-за возраста или характера вынужден терпеть ее выходки! – гадала слизеринка раз за разом наблюдая, как ведет себя незваная родственница Дурслей. По виду Гарри было заметно, что появление несносной тетки доставляет подростку массу неудобств. Но он не жаловался и довольно скупо делился новостями. Похоже он считал Марджори Дурсль проблемой, которую надо перетерпеть. И потом жить по-прежнему. Нервам гриффиндорца можно было позавидовать. Галия на его месте давно бы сорвалась и наговорила собачнице немало ласковых слов. - Если бы Мардж третировала меня также, как и Гарри, то я быстро бы овладела невербальной магией, чтобы прогнать ее прочь. Или Чарами Левитации подняла женщину в воздух и выкинула на улицу. Плевать на то, куда она приземлится и что она меня раскроет, зато дорогу к Дурслям забудет. Без всякого стирания памяти, - так рассуждала слизеринка. День проходил за днем. И вскоре наступил август. Над домами задорно гулял ветер, который шелестел листвой, кружил сгущающиеся облака на небе и тихо гонял по тротуарам легкие волны пыли. В оконных переплетах коттеджей степенных и чопорных, как большинство жителей Литтл-Уингинга, медленно угасало отражение заходящего солнца. Фонари вдоль улиц неторопливо вспыхивали скудным светом. День уходил нехотя, словно ему понравилось проводить время в маленьком и тихом городке. Дебора неторопливо шла по улице, возвращаясь с вечерней прогулки. Старый пес Баффет также величаво шествовал впереди нее и изредка обнюхивал стволы деревьев. Уже приблизившись к дому девушка почувствовала неладное. Рядом ощущалось что-то постороннее, что-то лишнее. Как будто в привычной и налаженной жизни появилась неожиданная помеха. Адамс быстро осмотрелась по сторонам. Вокруг все было, как и раньше. Ряды деревьев вдоль асфальтированной дороги, узенькие тротуары из камня змеились мимо декоративных оград или изгородей из зеленных насаждений. В домах зажигались огни. Где-то в проулке прозвенел гудком велосипедист. Но несмотря на привычную обстановку слизеринка продолжала осматриваться. Тревоги не было, как и предчувствия беды, но ее что-то беспокоило. Как будто возле уха кружил надоедливый комар. Непонятно откуда донеслось еле слышное причитание. Словно кто-то скулил или пытался неумело петь. Наконец определив источник звуков, Дебора задрала голову и вглядевшись в темнеющее небо сначала не поняла, что это такое проплывает высоко над ее домом. Поначалу она решила, что в небе парит причудливый шарик в виде леденца на палочке. - О, нет! – ахнула слизеринка, когда поняла, что, а точнее кто, летит над Литтл-Уингингом. Тетка Мардж все-таки нарвалась на свое наказание. Но ведь девушка рассчитывала на совершенно другой сценарий. Она огляделась по сторонам и не заметила поблизости магов, которые должны были помочь летающей собачнице. Парящая и разбухшая женщина напоминающая собой небольшой дирижабль – это ведь нарушение Статута. Хорошо, что наступает ночь, и жители городка сейчас находятся в своих домах, где принимают ужин. Но если кто-нибудь выйдет во двор и услышит завывания мисс Дурсль, что тогда? Причитающая Мардж вскоре скрылась за кронами деревьев небольшого сквера, окружающего игровую площадку. Так и не дождавшись прибытия волшебников из Министерства, которые проявляли удивительную беспечность и неторопливость, Адамс кинулась к дому номер 4. На первый взгляд казалось, что у Дурслей все, как всегда. Прилизанный газон, ухоженные клумбы, подстриженная изгородь и ни соринки на дорожках. Блестят чисто вымытые окна. Мигает лампочка фонаря над крыльцом. Но атмосфера во дворе казалась недоброй. Словно тут произошло что-то зловредное. Темноту разрезал косой луч света. Это открылась входная дверь и наружу вышел Гарри Поттер. Его лохматая шевелюра сейчас была взъерошена больше обычного, делая своего хозяина похожим на безалаберного электрика. Гриффиндорец пристально всматривался в темнеющее небо – вероятно пытаясь определить в какую сторону света улетела Марджори Дурсль. И он был удивительно спокоен. Словно надутая женщина не его рук дело. - Гарри, что случилось? Я видела, как твоя тетушка …, - Дебора умолкла на секунду и изобразила взмахами рук летящую птицу, - это ты сделал? Гриффиндорец вздрогнул от неожиданности и ответил не сразу. - Нет, это не я! – с заминкой сказал Поттер и оглянулся на закрытую дверь. – У нас такое произошло! Со слов возбужденного мальчишки стало ясно, что история с теткой Мардж прошла по канону. Ее раздуло до размеров прогулочного вертолета. Вот только вины Поттера здесь не было. Не успела девушка расспросить о подробностях, как за оградой раздался еле слышный хлопок. И глазам подростков предстал Сириус Орион Блэк собственной персоной. - Гарри! – воскликнул он. – Что произошло? - О, Дебора и ты здесь!

***

Терпеть вредную тетку оставалось последний день и гриффиндорец, призвав на выручку все свое убывающее терпение втайне надеялся, что вечер перед отъездом Марджори Дурсль пройдет спокойно. Но не сложилось. Тетя Петуния весь вечер крутилась на кухне, занятая приготовлением прощального ужина. Как только солнце стало робко касаться края горизонта, а августовский зной отступил, сменяясь духотой, по дому начали витать такие ароматные запахи, что у всех жильцов дома разгорелся аппетит. Даже бульдог Злыдень пускал слюни чаще обычного. За столом собрались все, хотя Гарри был бы рад очутиться подальше от столь приличной компании. Дадли хмуро примостился за столом, надежда получить 20 фунтов, которые тетушка всегда дарила ему, угасала день за днем. Толстяк не догадывался, что этих денег ему уже не видать. Мардж была очень зла от того как наружу вытащили ее нижнее белье. И не собиралась прощать племянникам их веселье. Запеченную утку и гарнир из овощей тетя Мардж поглощала так, словно вернулась из дальнего и изнурительного похода, где ее кормили только обещаниями. Сестра Вернона умудрялась одновременно есть и болтать с братом на разные темы. - Как хорошо готовит твоя жена, Вернон! – елейно проворковала она, вытирая блестящие от жира губы салфеткой. Ее бульдог с урчанием возил мордой в большой наполненной до краев миске. Брызги от собачьей трапезы летели во все стороны, украшая влажными пятнами дорогой ковер в гостиной, чистую скатерть на столе и подол юбки Мардж Дурсль. Но такие мелочи тетку совершенно не смущали. - Мне дома готовить некогда. Десять собак отнимают все время. Потому приходится брать еду из магазина. А там все сухое и невкусное. Совсем есть невозможно! – пробурчала тетка, улучив перерыв между пережевыванием куска утки и умильным взглядом на своего бульдога. Гарри подумал, что Мардж не помешала бы небольшая диета, примерно так на полгода или год. А то и на два. Так как стул под теткой-собачницей, не рассчитанный на столь крупные габариты, начал тревожно потрескивать в последние дни, а гардероб гостье уже следовало обновить на одежду более свободного покроя. Это при том, что кухонные стулья выдерживали вес дяди и Дадли. - Не желаешь бренди? – услужливо поинтересовался Вернон, показывая сестре пузатую бутылку. Мардж расплылась в довольной улыбке. - Да плесни мне. Чуть-чуть! – согласилась она, протягивая брату большую кружку. Хотя узкий фужер для вина стоял перед теткой, но та его проигнорировала. Похоже Мардж решила пить, а не дегустировать спиртное. - И насыпь мне этих льдинок, Петуния! Какие они красивые, как будто алмазы. Эх жаль, ненастоящие! – вздохнула гостья, пытливым взором рассматривая кубики льда на дне кружки. Осушив свою порцию бренди, сестра дяди Вернона одобрительно крякнула. Ее лицо и так раскрасневшееся теперь напоминало спелый томат. Слегка затуманенный взгляд тетки остановился на фигуре Поттера, хотя тот и старался казаться неприметным. Впрочем, скрыться от внимания вредной Мардж становилось для парня все более трудной задачей. Та не упускала возможности позубоскалить над племянником брата. - Я все хотела спросить, кем работали родители этого …? – громко осведомилась Мардж, неумело делая вид будто забыла имя Гарри. Петуния в ответ помрачнела и поджала губы. Вернон так тяжело вздохнул, что салфетки на столе сложенные миниатюрными индюшками задрожали. Сам гриффиндорец пытался оставаться спокойным. Но это давалось ему все сложнее. Нападки тетушки Мардж с каждым днем становились все злее и больнее. Как будто та поставила перед собой цель – вывести мальчишку из душевного равновесия. - Они не работали! – мрачно отозвался дядя. – Они оба были безработными. Мардж презрительно фыркнула и одним махом опустошила свою кружку. - Совсем не удивлена! – пророкотала она, утирая подбородок рукавом пиджака. Собачница потянулась за новой порцией бренди и немедленно получила наполненную до краев кружку. Руки гриффиндорца непроизвольно сжались в кулаки. Хотелось сказать что-нибудь резкое, да так, чтобы Мардж подавилась собственным языком. - Наверняка они оба были нищими и попрошайками. Бездельники и лентяи, вот кто они …, - продолжала гундосить Мардж. Кружка в ее руке звонко лопнула. Осколки и капли вина полетели в разные стороны. Дадли дернулся и выронил вилку с насаженной на ней утиной ножкой, так как часть посуды просвистела мимо его уха и слегка погладила волосы на виске. А вот отцу толстяка повезло меньше, ручка от кружки попала Вернону прямо в усы и застряла в них. Из-за чего дядя приобрел вид африканского аборигена, щеголяющего с кольцом в ноздрях. Петуния вздрогнула и со страхом покосилась в сторону лохматого племянника. Мардж с недоумением уставилась на свою мокрую ладонь. С ее лица вперемешку с вином закапала тушь. Грязные следы от потекшей косметики на щеках создали вид, как будто тетка-собачница кого-то долго оплакивала. - Все в порядке! Я просто сильно сжала бокал. Такое со мной уже случалось! – озадаченным тоном заявила она. Хотя морщины на лбу и потрясение во взгляде свидетельствовали, что происшествие с кружкой удивило ее тоже. Побагровевший дядя кое-как избавился от кольца в усах. Его выпученные глаза метали молнии. В отличие от своей сестры, он сразу понял кто виновник случившегося инцидента и хорошо знал на что способен сидящий напротив него мальчишка. - Живо к себе! – велел Вернон свистящим шепотом, одарив племянника гневным взглядом. Гарри и сам был рад покинуть общество несносной тетки, от слов которой его трясло от негодования. Но он пока сдерживался. Надо вернуться в свою комнату и успокоиться. А то уже посуда вокруг него взрывается от гнева. Так еще весь дом полыхнет. Однако уйти из кухни не получилось. Едва Поттер встал, как тетка вновь уставилась на него. Тем более она уже вытерла лицо и немного пришла в себя от удивления. - Худой как тростинка! Смотреть противно, - с отвращением выпалила она, - вот Дадли другое дело. Рослый, полный, крепкий. Весь в отца. Сразу видно в нем настоящую породу. С собаками точно также. От хорошего кобеля и щенки пойдут отличными. Большой Дэ оторвался от ощупывания своей головы и недоуменно воззрился на тетку Мардж. От своей родственницы он слышал немало слащавых комплиментов, но такие слова в его адрес прозвучали впервые. Кузен Поттера открыл рот, чтобы сказать что-то в ответ и тут же захлопнул его. Потому что он понятия не имел, что надо говорить в таких случаях. Вернон тоже пребывал в растерянности. В другой ситуации подобные признания от сестры немало польстили бы ему, но сейчас речь Мардж звучала немного дико. И даже странно. Раньше та никогда не сравнивала его и Дадли с собаками. Чем закончится праздничный ужин никто не ожидал. И знать не мог. - Это хорошо, что Дадли пошел в отца, а не в мать! – продолжала откровенничать тетка, - а то он бы вырос таким же тощим как Тунья. С такой же тонкой шеей, с таким плоским животиком и с такими же худыми ножками. Супруги Дурсль изумленно уставились на родственницу, что излагала столь невозможные и немыслимые слова. А та невозмутимо протянула руку к полупустой бутылке и отхлебнула прямо из горлышка. - Мардж, может хватит? – с надеждой протянул Вернон и попытался отобрать недопитый бренди у своей сестры. Однако та не собиралась сдаваться. Легче было отнять апельсин у гориллы, чем забрать бутылку из рук Марджори Дурсль. Тем временем Петуния пыталась понять – она действительно слышит такие страшные слова от золовки или у нее просто слуховые галлюцинации. - Когда брат представил мне тебя, то я сначала подумала из какого концлагеря он тебя вытащил! – продолжала говорить Мардж. Тетка коротко хохотнула и вновь приложилась к бутылке. - А услышав про вашу свадьбу, я ушам не поверила. Думала, что Вернон так шутит. Взять в жены такую тощую селедку, такую доску, пусть и со смазливым личиком, - усмехаясь и кривя губы заявила гостья. На гостиную упала сплошная тишина, лишь бульдог шумно чавкал из своей миски и Мардж с кряхтением прикладывалась к любимому бренди. - Но стряпня у тебя всегда была отменная! – вдруг перешла к похвалам она, - я только ради твоей готовки и приезжаю. Сестра Вернона принялась жадно обсасывать косточку, а семья Дурслей пыталась прийти в себя. Дядя ошарашенно молчал и затем с подозрением вытаращился на племянника. Тот взирал на тетку-собачницу с искренним изумлением, Дадли испуганно притих. А Петуния покраснела и в ее глазах засверкали гневные вспышки. Мардж быстро обглодала косточку и бросила ее бульдогу. Недоброе молчание на кухне нарушалось лишь пыхтением и урчанием Злыдня. - Кстати Петуния, я вот заметила – готовишь ты хорошо, аппетит у тебя неплохой. А вот как была ты в молодости тощей клячей, так ею и осталась. Кушаешь ты то же, что и мы, но почему-то не поправляешься. Странно, да? – уминая десертное пирожное, пробурчала тетка. - Может быть ты ведьма? – мерзко захихикала собачница. – Вроде бы они много едят и не толстеют. Петуния Дурсль, бывшая Эванс вспыхнула. Если до этого вопроса она медленно краснела в лице, то сейчас, после слов золовки молчащая хозяйка дома загорелась, словно китайский фонарик. Гарри наблюдая за разворачивающейся на его глазах картиной с испугом заметил, что фигура родной тети начинает подсвечиваться изнутри, как будто в теле миссис Дурсль включили лампочку. Дадли разинул рот. Он, как и его кузен пребывал в крайнем изумлении. Такого толстяку видеть еще не приходилось. Сам Вернон перемену в жене не увидел, так как строил сестре жалобные рожи, в надежде, что та замолчит. Но Мардж не умолкала. - Я как увидела тебя, Петуния, то сразу подумала – нормального ребенка тебе не родить. Вот племянник твой тощий как привидение, его мать наверняка такая же. И ты худая, жесткая. И при ходьбе гремишь костями. Скажи спасибо моему брату за то, что улучшил тебе породу. Иначе бы наш Дадли был неотличим от этого, - сестра хозяина указала подбородком на Поттера. После чего вновь приложилась к бутылке с бренди. - Мардж! – умоляюще протянул Дурсль-старший. Однако та упрямо стояла на своем. - Крепкая порода – вот наша заслуга, Вернон! А у Петуньи дурная кровь! Я всегда тебе это говорила. Это видно по ее семье, родная сестра не пожелала приехать на вашу свадьбу. Другие родственники ни разу не показались. Кто ее родители, мы до сих пор не знаем. Разве нормальные люди так себя ведут?! - по-прежнему излагала правду тетка Мардж. Воздух в доме загустел и наэлектризовался, словно перед грозой. Лицо Петунии Дурсль вытянулось и налилось краской. - Что вы себе позволяете мисс Мардж? - дрожащим и шипящим голосом спросила она. Сестра Вернона лишь ухмыльнулась в ответ. - Давно хотела тебе это сказать, да некогда было. Благодари моего брата за то, что Дадличек пошел не в тебя. Если бы он оказался хоть немного похожим на тебя, то от него пришлось бы избавиться. Безнадежных щенков надо топить. Другие методы не помогут. Лампы в доме замигали, а приборы на столе стали вибрировать, выбивая тонкое дребезжание. Петуния, с искаженным от ярости лицом, стала медленно подниматься из-за стола. - Так и у собак бывает. Если сука попалась с гнильцой, то и щенки вырастут ненормальными, - не обращала на нее внимания Мардж. Поведение родственницы так отличалось от привычного, что семья Дурслей не знала, как им быть, и кто виноват в происходящем. Дадли медленно разинул рот. Вернон застыл в ужасе. Вокруг тела Петунии вдруг вспыхнул сияющий контур. - Значит я, по-твоему, с гнильцой? - страшным голосом проревела она. Тетка Мардж вдруг поперхнулась на полуслове. Ее пальцы, сжимающие бутылку бренди, сдавили стекло так, что осколки посыпались на скатерть. Сестра Вернона пыталась что-то сказать, но ее щеки принялись раздуваться как кузнечные меха. Глаза начали увеличиваться в окружности и вскоре напоминали шарики для тенниса. Тугой воротник сочно треснул, расшвыривая вокруг пуговицы и куски ткани. Голова женщины увеличилась до размеров тумбочки. Что-то невнятно мыча, сестра Вернона начала приподыматься над столом, оставляя на полу опрокинутый стул. Все мужчины дома номер 4 по улице Тисовая разинув рты, наблюдали за метаморфозой Марджори Дурсль. Ее бульдог оторвался от миски и нервно залаял. Вскоре Мардж с головой, представляющей идеальный круглый шар, величиной, наверное, с тракторное колесо болталась под потолком. Ее прическа в виде среднего каре, ниже ушей, теперь еле умещалась на макушке. Дадли пискнул и спрятался под стол. Вернон взвыл и кинулся к сестре, пытаясь схватить ее за короткие ручки и спустить на землю. Бульдог с рычанием вцепился ему в ногу. Дядя Поттера завопил, дергая ногой с висящим на ней Злыднем, Мардж под потолком невнятно булькала, бульдог ожесточенно грыз щиколотку Дурсля. Тетка Петуния, перепуганная от возникшей у нее магии, застыла неподвижным столбом. Нахальная гостья с раздутой головой, несмотря на все усилия Вернона ее остановить, вылетела в сад. Крича и ругаясь, Вернон Дурсль пытался догнать улетающую сестру. Но пузыреголовая Мардж летела быстрее своего брата, который из-за своего веса не успевал за ней. А висящий на его ноге бульдог придавал ему сходство с каторжником, волочащим прикованное ядро. Кое-как догнав улетающую сестру, Вернон попытался подпрыгнуть и схватить ее. Но с таким весом и бульдогом на ноге прыжок оказался микроскопическим. Ошеломленный таким развитием семейного ужина, Поттер во все глаза наблюдал за происходящим в гостиной. Когда Мардж начала раздуваться, он испугался, решив, что случайно наколдовал волшебство. Но увидев свою тетю, вокруг которой вспыхивала и переливалась белым светом аура магии, он еще и удивился. Растерянно ступая вслед за бегущим дядей, он застыл в дверях, наблюдая как Вернон стоя на коленях посреди лужайки, тянет руки вслед улетающей Мардж. А та, бубня и поскуливая, кружась вокруг своей оси, медленно уплывает ввысь. Тетя Петуния стояла посреди гостиной, с ужасом смотря перед собой. Сияющий контур магии вокруг нее угасал, и в комнате становилось темнее. - Тетя, так вы волшебница! – с восторгом прошептал Гарри. Миссис Дурсль взглянула на него мутными глазами и, выполнив телом, изящный полуспиральный пируэт свалилась на безукоризненно вычищенный ковер. - Фаталити! – сдавленно прошептал из-под стола Дадли, вспомнив видеоигру «Смертельная Битва». - МА-А-А-А-А-РДЖ! – тихо скулил Дурсль бессильно смотря, как его сестра воспаряет в облака. Поттер растерянно оглядывался по сторонам, он не мог понять, что ему следует делать. Петуния лежала в глубоком обмороке.

***

- Так значит, это твоя тетя наколдовала! – странным тоном сказал Блэк после того как его крестник умолк. Волшебник испытующе глянул на миссис Дурсль, которая только сейчас вышла на крыльцо. Вид у женщины был такой, словно она потерялась в дремучих джунглях и вышла к цивилизации, когда уже окончательно потеряла надежду на спасение. Глаза Петунии потеряно блуждали по фигурам волшебников, стоящих перед ней, сиреневое платье пошло складками, светлые волосы, ранее уложенные в аккуратную прическу, теперь сбиты на левое ухо. Бледное лицо, отчетливо видимое в наступающей темноте, могло бы осветить двор не хуже полной луны - Добрый вечер, миссис Дурсль! – брякнула Адамс, решившая, что немного вежливости сейчас не помешает. Взор тети Поттера стал более сфокусированным и осмысленным. - Что вы тут делаете? – хриплым голосом произнесла она. Похоже позднему визиту Сириуса и Деборы, хозяйка дома обрадовалась мало. Точнее она не обрадовалась им совсем. - Проходил мимо и решил зайти в гости. Покормите?! – безапелляционно заявил Бродяга. Петуния выпрямилась и порозовела. Но не от смущения, а из-за гнева. Мало было свихнувшейся золовки, которая превратила тихий вечер в кошмар. Так еще маги рядом шатаются, словно побирушки. - Ты!!! – прохрипела она с негодованием глядя на Блэка. - Зачем ты пришел в мой дом? Что тебе нужно? Блэк успокаивающе поднял ладонь. - Твое колдовство засекли в Министерстве магии! – заявил он, не акцентируя внимания на том, что от его слов женщина вздрогнула всем телом. Дурсли не любили магию, точнее они ее терпеть не могли, как и все что с ней связано. Поэтому любое упоминание о магии, волшебстве и других атрибутах чародейства они слышать не желали. Вот и речь Бродяги для Петунии прозвучали как кощунство. В то же время она находилась в затруднении. Большую часть жизни она старательно пыталась забыть о волшебстве и всем, что с ним связано. А тут сама оказалась колдуньей. Тетя Поттера в данный момент не могла понять – как относиться к случившемуся. И появление человека-мага, лучше Гарри разбирающегося в запретном искусстве, вызвало у хозяйки дома противоречивые чувства. С одной стороны, Блэк был хорошим знакомым ее покойной сестры, но в другом случае его разыскивали. Значит он совершил что-то противозаконное. И вдруг вслед за ним прибудут полицейские-волшебники, которые пытаясь арестовать Сириуса, разнесут ее дом. А то и всю улицу. Дебора при словах Мародера еле удержалась от того чтобы схватиться за голову. Заклинание Надзора, о котором она так много размышляла. Наверняка маги засекли, как тут раздули вредную собачницу, но почему до сих пор нет людей из Министерства Магии? И почему письмо с предупреждением запаздывает? И на кого свалят вину за произошедшее? Хотя и гадать не надо. Раз Гарри зарегистрирован как несовершеннолетний волшебник, то выговор за несанкционированное колдовство влепят ему. - Я как раз был в Министерстве, когда им стало известно о том, что по вашему адресу кто-то колдовал. Чиновница не стала присылать письмо, так как я решил наведаться к вам и выяснить в чем дело, - пояснил Бродяга. В то время как Петуния помалкивала – то ли от слов Сириуса, то ли от пережитого события, подростки не удержались от вопросов. - Что ты делал в Министерстве? – полюбопытствовала Адамс. - Как они узнали? – не удержался Поттер. Школьники заговорили почти одновременно и их голоса прозвучали как хор на бенефисе. - Получал обратно свою палочку! – еле заметно усмехнулся Бродяга и продемонстрировал всем свой артефакт. Если Гарри искренне обрадовался за крестного отца, то Дебора едва успела прикусить язык. Потому что при виде палочки Блэка она чуть не ляпнула «А какое у тебя было последнее заклинание»? Она помнила слова Дафны Гринграсс, что заклятье, убившее двенадцать человек в 1981 году, выпустил Сириус Блэк. Хотя синеглазая слизеринка всего лишь пересказывала услышанное от родителей, сомнения в душе Галии они заронили. Палочку крестного отца Гарри проверяли или просто бросили к вещдокам или как там у волшебников принято убирать орудия преступления? И почему в газетах, посвященных событию на Хэллоуин 1981 года, никто даже не заикнулся о проверке волшебной палочки Сириуса. Была она или нет. Ведь это сняло бы часть вопросов. Но ничего об этом не писал ни один журналист. - В Министерстве умеют отслеживать магию. Я тебе об этом позже расскажу, Гарри! – слова бывшего Мародера вырвали слизеринку из раздумий. Та оторвалась от разглядывания волшебного артефакта в руке мага и заметила, что и сама Петуния смотрит в ту же сторону странными глазами. - Значит в Министерстве поняли, что тетя колдунья? – удивился гриффиндорец и тут же спохватился, - ты сказал, что по нашему адресу кто-то колдовал. Там не знают кто именно… - Хватит! – не выдержала миссис Дурсль. Маги умолкли и дружно уставились на нее. - Что с Мардж? – выпалила Петуния. Было видно, что судьба золовки не дает ей покоя. Гарри и крестный отец как по команде глянули вверх. - Куда она полетела? – ровным голосом осведомился Сириус. По его тону было понятно - о дальнейшей участи Мардж он совершенно не волнуется. Тот спокойно и даже с пониманием отнесется к тому, что вредная тетка, оскорбляющая его погибших друзей и родителей Гарри, в этот вечер станет космонавтом. - Вон туда! – махнула рукой слизеринка. – Примерно полчаса назад, она пролетела над сквером. Сириус вздохнул и поднес к губам палочку. Тетя Поттера неотрывно следила за действиями мага. Взгляд ее был совершенно нечитаемым. Бывший Мародер не сказал ни слова, не сделал взмаха артефактом. Просто из кончика палочки вылетели две серебристые тени и мгновенно унеслись ввысь. - Два Патронуса! – восхищенно прошептала слизеринка. Сириус многозначительно кивнул головой. - Один в Хогвартс, а второй в Министерство. Пусть не беспокоятся. Петуния проводила тоскливым взглядом удаляющиеся светлые тени и повернула голову к Блэку. - Что тут случилось? Что со мной? – дрожащим голосом спросила она. Блэк многозначительно приподнял брови. Свидетельница происшествия спрашивает о причинах события у того, кто в тот момент отсутствовал. - Ты сквиб! – коротко заявил он. Хозяйка дома затряслась, словно услышала собственный приговор с приведением к исполнению на месте. - Нет!!! Только не это! Женщина стала белее снега. Ее глаза затуманились. Похоже она готовилась потерять сознание. Но собачий вой, донесшийся с заднего двора, заставил Петунию отказаться от задуманного действия. - Это тот самый бульдог? – справился Блэк у своего крестника. Тот молчаливо закивал. - Дядя еле оторвал собаку от ноги и потащил его в гараж. Там он его запер. И дядя еще из гаража не вернулся, - добавил Гарри. Подросток так красноречиво умолк, что всем стало понятно - Вернон пытается сообразить, как жить дальше с женой, которая вдруг начала колдовать. Вот он и сидит в гараже, собираясь с мыслями. - Так тетя сквиб? Как мисс Фигг? – подал голос лохматый школьник, разглядывая свою тетю как будто увидел ее впервые. Бывший Мародер согласно кивнул головой. - Магия, Гарри, делится на два типа. Активная, которая может изменять предметы и живых существ. И есть магия пассивная, как у миссис Дурсль, мистера Филча и у мисс Фигг. Сквибы, несмотря на то, что не могут колдовать как мы, имеют другие способности – великолепная интуиция, особые предчувствия. Вот скажи, у твоей тети нет, … - маг рассеянно защелкал пальцами над головой, словно собираясь с мыслями. - Например, какой-нибудь уникальной способности. Вот Филч умеет понимать свою кошку. Мисс Фигг прекрасно разбирается в книзлах и может с ними общаться без слов, - добавил Блэк. Поттер наморщил лоб, вспоминая, что необыкновенное присуще его тете. Он обернулся за спину, рассматривая замершую столбом родственницу. - Иногда мне кажется, что тетя Петуния умеет видеть сквозь стены! – неуверенным тоном прошептал он. – Она замечает все. Адамс при этих словах тоже припомнила эту интересную способность миссис Дурсль. Сам Блэк заинтересованно взглянул на растерянную и испуганную женщину. Он как истинный маг всегда считал, что дар волшебства проявляется только в детстве и что сквибы никогда не смогут колдовать. Однако сегодня, его устоявшиеся убеждения, дали слабую трещину. - Не думал, что когда-нибудь встречу сквиба сотворившего магию! – тихо сказал он. Троица людей с удивлением воззрилась на него. Гарри был уверен, что крестный сумеет объяснить, как тетя Петуния смогла заколдовать невыносимую Мардж. А тут получается – Сириус сам в затруднении. Петуния до последнего продолжала надеяться, что событие этого вечера какая-то ошибка и причина вовсе не в ней. Но слова мага похоронили все ее чаяния, и к тому же женщина сама до конца не определилась - радует ее случившееся или пугает. Дебора думала о том, как много маги упускают, оттого что не желают узнать больше про своих собратьев. Лень и неадекватность волшебников до сих пор продолжали изумлять ее. Люди, обладающие такими замечательными способностями как волшебство, на взгляд девушки, даже не пытались задуматься – как работает магия, до каких пределов ее можно совершенствовать и на что она способна, кроме того, что колдовать, используя известные всем или почти всем заклинания. - Тогда почему сквибов не изучают? Ведь если они могут колдовать, значит они тоже маги? – поинтересовалась слизеринка. Ответом ей были озадаченные взоры Гарри и его крестного отца. - Изучать? Сквибов? – озадаченно переспросил Блэк. Судя по его тону, о таком, он слышал впервые и никогда не задумывался над подобными вопросами. - Зачем изучать сквибов? – тоже удивился Гарри. Адамс открыла рот, собираясь сказать – да для того, чтобы понять, как действует дар магии и из-за чего он угасает. У вас магов богатое поле изучения причин появления и пропажи магии среди колдунов, в виде сквибов. Но передумала. Если маги до сих пор ленятся узнать побольше и своих сородичах, включая маглорожденных волшебников, и никто не делает даже малейшей попытки понять природу волшебства, то ей к чему стараться. В лучшем случае ее слова воспримут детской блажью и снисходительно к ним отнесутся. И забудут. Зато у нее мелькнула странная мысль – если магов не заботят проблемы сквибов, то их для своих целей могут использовать другие люди. Однако девушка быстро забыла о появившейся в голове догадке, так как в разговор вклинился новый персонаж. Возле крыльца потемнело. Это Вернон Дурсль вышел узнать, что за личности беседуют с его супругой. Фигура дяди Поттера закрыла собой полуоткрытую входную дверь, полностью отрезав свет, льющийся на крыльцо. Левая нога главы семейства белела свежими бинтами. А штанина была разорвана по шву. - А, э-э, ты…? – ахнул Дурсль-старший при виде волшебника, стоящего прямо на пороге его дома. Вернону и так хватало одного мага возле себя, а тут появился еще один. Сириуса Блэка усатый толстяк узнал сразу. Не зря физиономия Бродяги почти целый год висела на всех телеэкранах страны. Супруги Дурсль выглядели так комично и так одинаково, что Дебора чуть не рассмеялась. Оба белые и изумленные, они с синхронными выражениями крайнего ужаса на лицах, взирали на невозмутимого Мародера. - Может пригласите меня в дом? А то я замерз! – справился тот. Хотя воздух кругом дышал духотой, словно надвигалась далекая гроза. Дурсли переглянулись. Если Вернон начал сжимать кулаки и глубоко вздохнул, собираясь криком прогнать незваного гостя, то Петуния соображала лучше мужа. - Прошу! – еле слышно проговорила она, отходя в сторону. Тут и сам Дурсль-старший понял, что запретить волшебнику заходить в дом он сможет. Но только на словах. На деле предпринять что-то против человека, обладающего магией, особенно если у тебя нет ничего аналогичного или сильнодействующего, будет довольно сложно. - Хорошо! Можете войти! – сварливым тоном разрешил он. Выглядело это так, как будто Сириусу милостиво позволили вступить в жилище. Но Блэк еле заметно усмехнувшись, не стал обострять отношения с хозяевами. Тем более происшествие с сестрой Лили Эванс, его чрезвычайно заинтересовало. - Гарри? – обратился он к крестнику. Поттер попрощался с Деборой и вслед за Блэком вошел в дом. Адамс отправилась к себе. Хотя ее так и распирало от любопытства – как пройдет беседа Сириуса с родственниками гриффиндорца. - Все-таки канон пытается идти своим путем! – думала она по пути домой. И остановилась, пораженная пришедшей на ум мыслью. Вот что странно! В книге Мардж после своего раздувания совсем пропала, о ней не говорили, не получали от нее писем, она больше не приезжала в гости. Как будто тетка-собачница испарилась в небытие. Возможно такое, что любительница бульдогов улетела в космос, и маги просто махнули на нее рукой. Доставать ее из таких высоких далей никто из волшебников не захотел. Или не смог. Или же бедная женщина лопнула, когда ее пытались вернуть в исходное состояние. Может быть ей стерли воспоминания о произошедшем вечере и немного перестарались. В результате несчастной Мардж вообще память отшибло, из-за чего она пожизненно угодила в клинику. В любом случае забывчивость Дурслей о своей родственнице выглядит очень непростой.

***

Дадли тем временем чинно восседал за столом и смаковал лимонад, представляя себе, что это бренди, который не допила надутая тетя. Происшествие с теткой, если и напугало его, то ненадолго. Когда рядом с тобой много лет живет колдун, пусть и несовершеннолетний, понемногу начинаешь свыкаться с мыслью о волшебстве. Даже, если видишь его совсем редко. Наблюдая за своим лохматым кузеном, Дадли год за годом убеждался, что тот вредить ему не хочет или не может. И поэтому к магии толстяк со временем стал относиться если не спокойно, то терпимо. К тому же ничего страшнее света в ладонях, Поттер ему еще ни разу не продемонстрировал. Сейчас Большой Дэ находился на кухне и пытался понять, что теперь будет дальше. Свою тетку Мардж он недолюбливал и терпел лишь за постоянные подарки и денежные подношения, но в эти дни гостья-собачница была не в настроении осыпать племянника милостями. Женщина еще помнила, как ее встретили и как именно Дадли показал всем ее маленький секрет. Занятый своими мыслями Дурсль-младший налил в фужер, который игнорировала тетя немного лимонада и задумчиво осмотрев стол, добавил в напиток пару кубиков льда. После чего принялся пить небольшими глотками и воображал себя взрослым джентльменом. Холодные фигурки тонко позвякивали, сталкиваясь об тонкие стенки фужера. Родители и их ночной гость вошли на кухню именно в тот момент, когда Большой Дэ допивал свою порцию. - Дидди!!! – воскликнула Петуния, когда увидела, что ее сын держит в руке фужер и потому решила, что сын начал баловаться выпивкой. Сам Дадли, увидев за спинами родителей физиономию Сириуса Блэка, совершил несколько действий сразу. Хотя Гарри всегда был уверен, что кузен не сумеет совершать даже два дела одновременно. Большой Дэ вытаращил глаза, вскочил со стула, выронил фужер и выплюнул на пол недопитый лимонад. Мать моментально забыв обо всем, тут же кинулась наводить порядок. А ее ненаглядный сынишка прижался спиной к холодильнику и со страхом глядел на разыскиваемого преступника, который с интересом осматривался по сторонам. Сириус не обращая внимания на реакцию подростка-магла шарил глазами по кухне. Как он заметил, дом был прибран очень идеально. Кругом ни пылинки, на стеклах не оказалось ни единого пятнышка. Даже легкие занавески кофейного цвета на кухне ниспадали ровным симметричным пологом, а вся посуда на столе и на столешнице так чисто вымыта и протерта, что в них можно смотреться как в зеркало. Если дом выглядел образцово, то семья, живущая в нем, представляла собой разительный контраст. Блэк еще в прошлом году заглянув в Литтл-Уингинг, долго ломал голову, как могли сойтись друг с другом такие неподходящие по фигурам люди. По сравнению с сухопаростью Петунии, ее муж и сын напоминали собой каких-то слоноподобных, вставших на задние ноги. - Мама, папа! – со страхом воскликнул Дадли, не отрываясь взором от Бродяги. Тот вынырнул из своих размышлений и с любопытством посмотрел на перепуганного тучного подростка. - Спокойно Дадли! – слишком ровным голосом сказала Петуния и встала так, чтобы сын оказался за ее спиной. Однако плотность тела у нее была недостаточной для полного прикрытия туши Большого Дэ. - Дадли?! – обратился к толстяку Сириус, нацепив на лицо самую приветливую улыбку. – Красивое имя! Надеюсь ты не обижал моего крестника? Подросток позеленел от страха и сделал безнадежную попытку укрыться за туловищем матери. Так как вопрос мага моментально вызвал в его памяти сцены всех издевательств над кузеном. Из-за чего толстяк решил, что сейчас его начнут заколдовывать. Однако ничего страшного не случилось. Родители выставили сына за дверь, где уже стоял Гарри, а сами остались наедине со волшебником и уголовником. Стоило двери на кухню закрыться, как оба брата мгновенно прилипли к ней после небольшой потасовки. И Поттеру, и его кузену до жути хотелось узнать, о чем будут говорить взрослые с нежданным гостем этого вечера.

***

В это время двое сотрудников из Отдела Случайной магии с поддержкой еще двух магов из ДМП наблюдали за полетом надутой Марджори Дурсль. Тетка, постанывая и урча, медленно плыла над Темзой, переваливаясь с боку на бок, то и дело переворачиваясь вниз головой. - Может подлетим к ней и спустим на землю? – предложил Джо Вайлли-стажер, пришедший в Министерство месяц назад. Следователь Джонсон отрицательно качнул головой и указал подбородком на прогулочный пароход, идущий по реке. - Эту тушу, если и заметят, то могут решить, что увидели необычный шар. А вот нас, да на метлах, за шарики точно не примут. Или ты думаешь маглы увидят нас, развернут корабль и помчатся домой, давая себе обещание больше не пить? – тихо произнес ДМПшник. Молодой стажер смутился, а остальные маги весело заржали. - Это кто так набедокурил? – спросил седовласый маг из Отдела Случайной магии, наблюдая как туловище Мардж нелепо взмахивая руками и ногами, кувыркается в воздухе. - Не знаю! – пожал плечами Джонсон, - но в тот район выдвинулся сам Сириус Блэк. Его слушатели присвистнули. - Блэк, он что, на Министерство работать начал? – поразился Вайлли. Следователь ДМП снова покачал головой. - Он по каким-то своим делам сегодня в Министерстве отирался. Я как раз к Муфалде зашел, а он там. И вокруг него Хмелкирк так и крутится, глазки ему строит, бедрами виляет, - с ухмылкой поведал он. - Странно! – почесал в затылке коллега Джонсона, - Муфалда, она же серая мышка, лишнего слова не скажет. Все время тихая и спокойная, даже глаза на людей поднимать боится. Джонсон пожал плечами. - С этим Блэком. все сегодня как с ума посходили. Женщины работу побросали, лишь бы на него хоть одним глазком взглянуть, - хмыкнул он и умолк. Потому что шарообразная Мардж. ведомая ветром. начала приближаться к пароходу. Но колдуны развесив уши от рассказа следователя, про несчастную маглу совсем забыли. - Если бы я был таким богатым и знаменитым как Сириус, я бы тоже… Однако узнать, кем мог бы стать молодой волшебник никто не успел, так как Джонсон громко выругался. - Химера меня разорви, только не это! Раздутая Мардж пролетала прямо над палубой прогулочного парохода. Туристы, заскучавшие от монотонного плавания, при виде столь диковинного НЛО оживились и принялись весело гомонить и щелкать фотоаппаратами.

***

Дурсли угрюмо молчали, словно заранее договорились не издавать ни звука. Однако их взгляды лучше всяких слов подсказывали Сириусу, что тут ему не рады. И вряд ли когда-нибудь его сюда пригласят по доброй воле. Блэк изучающе разглядывал таких непохожих маглов и отметил, что несмотря на свои размеры, хозяин дома побаивается его гораздо меньше, чем собственную жену. Хмурое лицо и недобрый взгляд из-под насупленных бровей свидетельствовали, что Вернон не пустил бы Сириуса и на порог своего дома. Так что маг не сомневался, если Петуния прикажет, то его тут же спустят с лестницы крыльца. Ну, по крайней мере, попробуют это сделать. Хозяйка дома тем временем стояла в прямой выжидающей позе и готовилась слушать. Сквозь распахнутое по случаю жары окно донеслось пение сверчков. Слегка повеяло ветром. Бродяга, окинув убранство кухню быстрым взглядом, решился нарушить напряженное молчание. - Жаркая погода сегодня! Нальете мне немного воды? По-прежнему с прямой спиной и застывшим лицом Петуния налила воды из-под крана в стакан. - Угощайтесь! – буркнул Вернон. Не произнося ни звука, Петуния подала волшебнику стакан. Наливать незваному гостю чай или что-то другое, она посчитала расточительством. Бродяга усмехнулся. Маглы совершенно не рады его появлению. Даже холодной воды налить побрезговали. А ночь все еще жаркая. - Может добавите немного льда? – попросил он, покосившись на стол. Там в прозрачной вазе, медленно оплывая таяли блестящие фигурки. Миссис Дурсль выразительно оглядела Блэка и без единого слова бросила в стакан несколько кубиков. - Благодарю! – маг отсалютовал хозяевам стаканом и одним махом осушил его. - Очень хорошая и вкусная вода! Не угостите меня еще одной порцией? – произнес он с самой располагающей улыбкой. Зубы Бродяга ярко сверкнули. В то время как брови супругов дружно взлетели вверх. В глазах читался один и тот же вопрос – Как? Вам нравится? Сами Дурсли техническую воду из крана никогда не пили, предпочитая поливать ею клумбы или мыть посуду. Поколебавшись и обменявшись взглядом с супругом, хозяйка дома налила себе и мужу по фужеру воды. Причем наполнила их водой из графина. Сириус насмешливо и красноречиво хмыкнул, но ничего не сказал. Сделав глоток Петуния поморщилась, жара неумолима. Вот и вода в графине нагрелась и кажется невкусной. Поэтому женщина насыпала в фужеры себе и мужу несколько ледяных алмазов, подаренных юной волшебницей. Если бы миссис Дурсль знала, что из этого выйдет. Сириус выпил охлажденную воду, выдержал небольшую паузу и заговорил. - Миссис Дурсль, я не знаю, как у вас получилось колдовство! Сквибы для нас загадка и мало кто стремится изучить их. А узнать, почему дар магии пропал в сквибах, никто из магов никогда не стремился. Сами сквибы для нас сродни изгоев или отверженных если вам так понятнее. Поэтому они вынуждены уходить в мир простецов, так как среди магов им живется неуютно. Мало кто относится к ним с пониманием. Поэтому сквибы лучше устраиваются в мире маглов. Блэк замолчал и немного удивился. Он собирался вкратце поведать о сквибах и начать расспрашивать о жизни своего крестника, а вместо этого прочел целую лекцию. Супруги Дурсль ошарашенно таращились на озадаченного Бродягу. Если Петуния и сумела понять речь мага, то Вернон был вне себя. В его доме несколько раз прозвучали запретные слова, да еще жену обзывают каким-то сахибом. - Но мне можно помочь, то есть все исправить? – с надеждой справилась Петуния. В ответ Блэк подумал и пожал плечами. Он и сам был в затруднении. - Вы что не сможете вернуть как все было? – агрессивно заявил усатый толстяк, засопев так, что по кухне пошли вибрации. - Я, не знаю! Я всегда считал, что сквибы не умеют колдовать! – начал было Сириус. Но хозяин дома топнул ногой. - Исправьте эту вашу…, - Вернон сбился с речи и яростно замахал руками, словно пытаясь придать жестами весомость своим словам. Нежелание магла видеть жену колдунье и испуг самой Петунии удивили Бродягу. Он сам думал, что маглы хоть и боятся магии, но не упустят случая решить с ее помощью собственные проблемы. А тут попадаются уникальные персонажи, которым волшебство даром не нужно. - Она должна быть нормальной! Как раньше! – с апломбом брякнул Дурсль-старший, наконец найдя подходящие слова для аргументации. - То есть маги, для вас ненормальные люди?! – не поверил собственным ушам бывший Мародер. - Да! – хором крикнули супруги. Еле удержавшись от возгласа изумления, Сириус пытался понять с чего вдруг маглы так смелы и агрессивны. - И этим сумасшедшим Дамблдор отдал маленького Гарри! – подумал он. Но оказалось – вовсе не подумал. - Это мы-то для вас сумасшедшие?!! – завелся Вернон. - На себя посмотрите. Приходите без приглашения, одеваетесь как цыгане, - поддержала его Петуния. Все больше удивляясь странному поведению маглов, Блэк опустил голову рассматривая свой наряд. Конечно для визита в Министерство, он оделся подобающе магу. Хотя больше бы предпочел одежду, в которую наряжался, чтобы выйти на прогулку в Лондон. Тем более одежда простецов нравилась ему больше, чем длинные и неудобные мантии. В то же время у него мелькнула мысль, что если бы он оделся по последней магловской моде, то Дурсли встретили его также, как и сейчас. - И этот ваш Альбус Дамблдор. Спихнул на нас маленького ребенка, не потрудился прийти к нам, рассказать в чем дело. Нет, сунул в корзинку письмо и посчитал, что этого достаточно, - всхлипнула миссис Дурсль и утерла глаза, - неужели ему было трудно дождаться утра и поведать мне как погибла сестра и ее муж. Сириус изумленно раскрыл рот. Вернон, кстати тоже. На его памяти Петуния впервые заговорила о сестре, про которую раньше и вспоминать не желала. - Вы знаете Дамблдора? – осведомился маг, которому казалось, что вокруг него начинается настоящий дурдом. - Мне о нем Лили рассказывала! – призналась хозяйка дома номер 4, - то и дело говорила какой Дамблдор умный, начитанный и всезнающий. А ваш директор спихнул нам Гарри, подбросив его ночью, прямо под дверь, спящим в корзине. Словно безродного щеночка. Разве хорошие люди так поступают? Сириус пожал плечами. - Все так делают! – задумчиво сказал он. - Что значит все? – вновь завелся Вернон. – Нормальные люди не подбрасывают маленьких детей под двери. Этот мальчишка все-таки человек, а его сунули нам, словно пустую бутылку! Бывший Мародер выглядел все более озадаченным. Эмоции одновременного удивления и раздражения разрывали его на две недоумевающие половинки. Блэк не мог понять - с чего на маглов вдруг напала такая словоохотливость и открытость. - Вообще-то волшебники с давних времен подкидывают в дома простых людей нежелательных детей! – медленно заговорил Сириус, не сводя с супругов подозрительного взгляда. - Что?! – опять хором воскликнули Дурсли. - Так маги избавлялись от детей, в которых не видели волшебников, и тех, кого не могли или не хотели растить сами. Моего старшего брата мать бросила у ворот испанского монастыря, когда поняла, что он сквиб. Как и ваша супруга, Вернон! – глубокомысленно заметил волшебник. Если Петуния замолкла, пораженная услышанными сведениями, то на ее мужа слова Мародера не произвели должного впечатления. - Не смейте называть мою жену такими словами! – выкрикнул он и стукнул кулаком по столешнице. – Вы лезете в жизнь порядочных людей и портите все, что можно. Мерзкие колдуны, как же я вас ненавижу! Почему-то Бродяга не возмутился выходкой хозяина дома. Так как его лицо понемногу вытягивалось в удивлении. Он был озадачен – с чего вдруг его понесло выдавать маглам секреты семьи, о которых даже Дамблдор узнал совсем недавно. Но сосредоточиться на этой мысли он никак не мог, так как или Петуния, или Вернон выдавали откровения, которые следовало держать при себе. И тем самым сбивали Блэка с нити рассуждений, не давая ему сосредоточиться над загадкой этого вечера. - И я требую, чтобы вы вернули все назад! – гневно топорща усы повторно заявил дядя Вернон. - Что значит назад? – рассеяно переспросил Блэк, все еще пытаясь понять причины столь странного поведения маглов. - Пусть она будет нормальным человеком, а не как эта, эта … ваша шайка! – с заминкой пояснил Дурсль-старший. Петуния странным взглядом осмотрела сначала свою фигуру, а потом переключилась на персону Блэка. - Так это можно исправить?! – снова спросила она. Интонации в ее голосе прозвучали недвусмысленно. Словно тетя Гарри надеялась услышать отрицательный ответ и одновременно пугалась, что Бродяга даст положительный отзыв. - Этого я не знаю, - спустя пару томительный мгновений сообщил тот, – честно говоря, мы мало что знаем о сквибах. Так что … Блэк недоуменно пожал плечами, словно говоря – все что я знал, я сказал. Супруги Дурсль переглянулись. - Вернон!!! – слабым голосом протянула Петуния. Со стороны казалось, что она напугана. Ее муж агрессивно топнул ногой, так что мыши в подвале переполошились. - Скажите, как вернуть ее в нормальное состояние, как избавиться от этой вашей …, - дядя запнулся. Так как не желал ничего не говорить о волшебстве в своем доме. - Избавить сквиба от магии? –удивился Сириус. Волшебники всегда считали, что сквибы лишены волшебного дара и поэтому просьба, точнее требования Вернона, прозвучали для крестного отца Гарри неестественно и дико. - Петуния всегда была хорошей матерью и замечательной женой, поэтому так должно быть и впредь. А я не желаю, чтобы ваша дребедень портила нам жизнь! – с апломбом выкрикнул Дурсль-старший. Его супруга ошеломленно вытаращила глаза. Слышать такие признания от мужа, она уже отвыкла. Последний раз Вернон говорил ей комплименты лет пять назад, если не больше. - В детстве я мечтала стать волшебницей, но сейчас, это мне не нужно. Или все-таки нужно? Боже, я сама себя не понимаю! – хлопая ресницами и растерянно приглаживая волосы, проговорила тетя Гарри. Настал черед удивляться отцу Дадли. Впрочем, не ему одному. Сириус тоже не мог поверить в услышанное. Что вообще тут происходит? И почему маглы так себя ведут? - Я не понимаю почему вы оба начали изливать душу, да и я рассказываю такое…, - протянул Бродяга с недоумением в голосе. – Вы нам случайно сыворотку правды не налили! Тут волшебник осекся на полуслове. Супруга Вернона ошеломленно заморгала и спустя миг зажимала рот обеими руками. В ее глазах плескался ужас. Петуния не могла понять с чего вдруг ее так потянуло на откровения, да еще перед волшебником. Ее муж тоже выглядел растерянным. Он выглядел так, словно с размаху налетел на бетонный забор. Сам Блэк подозрительно всмотрелся в лицо испуганной женщины, потом глянул на остолбеневшего главу семейства. И в итоге тщательно обнюхал свой бокал. Затем Бродяга поднял на застывших маглов настороженные глаза и громко расхохотался. - Шалость удалась! – отсмеявшись, заявил Сириус. Вскоре Мародер покидал дом по улице Тисовая номер 4. Сами Дурсли терялись в догадках – почему маг вместо того чтобы превратить их в жаб уходит от них, улыбаясь до ушей. Дадли и Гарри обалдев от подслушивания, отошли от двери кухни на цыпочках. И уже будучи в гостиной переглянулись. - Магия – это заразно? – со страхом спросил Большой Дэ.

***

Когда за Сириусом захлопнулась входная дверь, Дадли выжидательно уставился на молчащих родителей. - Как тетя Мардж? Ей помогут? – поинтересовался он, покосившись в сторону прихожей. - Наверное! – рассеяно кивнул головой отец. – Этот сказал, что предупредил своих и ее вылечат. Потом отправят домой. - Что нам делать с ее вещами? – вновь спросил Большой Дэ. - Передадим через такси! – задумчиво ответила Петуния. Гарри заметил, что родственники ведут себя тихо и пришибленно. Впрочем, неудивительно. Столько событий за один вечер. - Но я к ее вещам прикасаться не буду! – вдруг заявил толстяк. – а то она опять рассердится из-за той штуки. Вернон, уходящий в гостиную, тут же остановился и развернулся к сыну. - Откуда ты знал про ту штуку? – вкрадчивым голосом сказал он. - Ты про вибратор, папа. Да я о таких вещах уже давно знаю, - беспечно отмахнулся Дадли. Супруги Дурсль остолбенели. - Мы такой у мамы Малькольма нашли, то есть, он нам сам показал. У него же отца нет, вот этой штукой его мамаша и отрывается. У нее в спальне целых три вибратора лежат. Я один стащил и потом в школе подменил вместо микрофона. Давно хотел такое проделать. Все как раз на чай отвлеклись, и я быстро все провернул. У нашего директора дальнозоркость, вот он ничего и не заметил. В руку взял и болтает, а вокруг все краснеют и хихикают. Жаль, что никто фотоаппарата не захватил, - вредно скалясь, продолжал признаваться в преступлениях прошлого кузен Поттера. - Так вот кто это сделал! – ахнула Петуния, прижимая руки к груди и рассматривая сына округлившимися глазами. Вернон тоже таращился на Дадли, словно не мог поверить в то, что сейчас услышал. - Так ты оказываешься шалун! – странным тоном протянул Гарри. Было непонятно – гриффиндорец восхищается поступком толстяка или осуждает его. Сам Большой Дэ выложив перед слушателями столь шокирующие сведения, испуганно заморгал глазами, после чего начал пятиться к двери. - Я это вслух, да? – проблеял он, задом отступая из комнаты. Поттер счел за лучшее убежать к себе. Он чуял, что приключения в этот вечер еще не закончились и Дадли ждет хорошая головомойка.

***

Сам Бродяга не торопился возвращаться в свой дом. Он удобно устроился за гаражом дяди Вернона и всю ночь пролежал там. Спал он чутко и мгновенно просыпался, если мимо проезжала машина или проходил запоздалый житель Литтл-Уингинга. Едва только солнце осветило крыши коттеджей, как черный пес вскочил на все четыре лапы, потянулся и внимательно осмотрел двор Дурслей. Убедившись, что возле родных крестника ничего странного или непредвиденного за ночь не произошло, анимаг направился в сторону Аллеи Хризантем.