Unfinished Works

“Черт возьми, Стайлз!” засмеялся Джексон, когда экранный персонаж Стайлза впивался в плоть жертвы. “Кто знал, что ты так хорошо умеешь притворяться убийцей”. Лицо Стайлза побледнело, и он замер на долю секунды. Затем он что-то пробормотал себе под нос. “Никто из вас этого не видит. Я должен был догадаться. Зачем тебе видеть это сейчас, если ты никогда не видел этого раньше?” “Стайлз, успокойся, - сказала Лидия. “Никого не волнует, если ты играешь убедительного плохого парня. Извини, если мы раньше не понимали, что ты такой актер, - добавила она, слегка закатывая глаза. Он в панике вскочил и поспешил к двери. Волки едва уловили слова: “Я - не он. Я никогда им не был.” “Я не понимаю, в чем тут дело", - сказал Скотт. “Итак, Стайлз-хороший актер. Лучше, чем мы думали. Хорошо для него. Мы же не думаем, что он будет вести себя так, как его персонажи”. Остальные кивнули в знак согласия, даже Дерек. “Вы все глупее, чем я даже думал, что это возможно”, - прокомментировал Питер, глядя на пачку с немалой долей отвращения. Время от времени он пытался поговорить со Стайлзом, но его оттолкнули. Поэтому он наблюдал на расстоянии, даже когда остальная часть стаи позволила мальчику ускользнуть. Питер наблюдал за каждой ролью, которую когда-либо играл Стайлз. Он лучше, чем кто-либо другой, знал, как это выглядит, когда чудовищ больше, чем людей. И в Стайлзе вообще осталось очень мало человечности. Вернуть его, исцелить him...it заберут все, что было в стае, и этого все равно может оказаться недостаточно. ” Я все еще Альфа", - прорычал Дерек. "Ты не понимаешь...” “Заткнись, Дерек, - рявкнул Питер, перебивая его. Блеск в его глазах, казалось, прояснил, что в его словах не было сарказма. “Человек, которого вы видите на экране, странно радующийся пыткам? Это Стайлз. Нервный ребенок на диване был притворством. Он больше не тот Стайлз. И он уже очень давно там не был. “Стайлз, это не зло", - настаивал Скотт. Питер вздохнул. Он нуждался в них, чтобы получить это. “Нет, он не такой. Он человек. И вы все продолжаете забывать об этом". ”Никто не забывает, что Стайлз-человек". Эрика откинула волосы с лица. “Мы всегда были осторожны, чтобы не быть грубыми с ним”. “Ты помнишь, что физически он человек. Ты перестала относиться к нему как к человеку на эмоциональном уровне с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать лет.” “Я не понимаю”, - сказал Бойд, но он, казалось, был искренне смущен, поэтому Питер не чувствовал себя настолько склонным сердиться на него. “О", - выдохнул Айзек. “Ты понял?” Питер задавался вопросом, может ли Айзек. Он был единственным, у кого был потенциал понять эту тьму так, как это сделал Стайлз, как это сделал Питер. Айзек кивнул. ” Объясни", - прорычал Дерек. “Мы не люди”, - начал Айзек, и Питер ободряюще кивнул. “Я имею в виду, что мы есть, есть человеческая сторона, но волк означает, что мы понимаем вещи по-другому. Например, когда есть враг, которого нужно убить, животная сторона понимает это как часть жизни. Это естественно". “Люди понимают жизнь и смерть”, - вставила Эллисон. ” Но дело не только в этом", - настаивал Айзек. “Это борьба жертвы с хищником, вся эта пищевая цепочка. Люди понимают это теоретически и в смысле противостояния человека и животного. И оборотни, как сверхъестественные существа, понимают это в смысле сверхъестественного против человеческого. Но люди не должны убивать таких, как они. Эта сторона нас не понимает этого с точки зрения природы. Для нас, волков, имеет смысл убивать, даже людей, по необходимости”. “Но человеческая мораль, когда она не была полностью испорчена, состоит в том, чтобы рассматривать убийство другой человеческой формы как неправильное”, - добавил Питер. “За исключением того, что мы потратили годы, втягивая Стайлза в каждую битву, настаивая, чтобы он помогал. Волк знает, как отделить моральные проблемы. Это сохраняет нашу человеческую сторону чистой". Его голос печален, потому что он едва выбрался из ада, в котором была заперта его человечность, и он все еще борется с желаниями. “У Стайлза нет волка. Мы учили его, совсем еще мальчишку, что убийство-это естественно. И ты не думаешь, что после стольких лет, когда он увидел блеск в наших глазах, гордость за успешную охоту, он тоже начал радоваться этому?” Глаза Скотта расширились. Он не так быстро все схватывал, но мог быть впечатляюще внимателен, когда дело касалось Эллисон и Стайлза. "Питер, ты хочешь сказать, что из-за того, что мы забыли обращаться со Стайлзом как с человеком, он больше им не является?”