Если бы...

Гелиос медленно подходил к своему концу. Огромная планета полная различных видов разумных созданий, что обитали как на земле, так и над и под ней. Их было настолько много, что более древние существа имели своих подвидов. Сам Гелиос раздавал дары и создавал новых обитателей, которые рождались из любой стихии. Словно по холсту пролили различные цвета, разные природные условия сливались друг с другом уничтожая любые границы. Лишь их дети ставили их, защищая и ухаживая за своими землями. Вот только сейчас это не имело большого значения. Рождённые бессмертными, никто даже не знал, что может сам создать новую жизнь. Они появлялись на свет уже имея знания о магии, о мире, о науке и живя вечной жизнью только развивали подаренные знания. И какого было удивление этих совершенных созданий, когда они медленно потеряли интерес к жизни. Идя по огромному миру в надежде найти что-то новое, многие потеряв последнюю надежду, закрывались в себе, ища утешение в вечном сне. Одним из таких созданий был Рагнар. Один из первых существ названых драконами, рожденый луной, что смогла закрыть собою три небесных солнце стояний. Когда три солнца вновь озарили небе торжествуя ещё один день происходящий раз в столетие, когда они сливались в одно тело, их закрыла первая из восьми лун, принеся черную ночь в день. Именно тогда и родился Рагнар, став повелителем всех тех, кого породила ночь и мать их луна. Ум, знания, магия и сила всегда стояли на первом месте для него. Изведав все тайники их планеты и с весельем разгуливая по космосу, он понял, что уже не осталось ничего не ведомое им в этом мире. Вернувшись на свою родину, он стал править рука об руку с другими, подобными ему созданиями, чьё рождение было исключением. Рагнар наблюдал, как рождаются другие, совсем незначительные создания, видел, как их отец соединяет огонь и воды, как столкнувшись лбами создания дерутся между собой, а после приходят за его советом. Это было единственным сюжетом на каждый день и испустив последний вздох терпения, Рагнар пошел по ещё не прошедшему пути. Соитие. Это было чем-то ненужным для них, ведь многие даже не получали того самого желаемого удовольствия, которое так превозносили другие. Ночи стали украшать слабые создание, рождённые от слияние двух животных разного вида. Они не имели возможно превратиться, получить знания или использовать магию. Жалкие недоростки, коим нашлось применение в постели, когда Гелиос окутывал ночной мрак. Но даже это не могло утолить голод жизни из-за чего высшим существам быстро надоедали эти животные. Отправляя их прочь, они вновь укутывались в одеяле излюбленных вещей и засыпали, пока солнце не решит окликнуть их сознание. Рагнар делал тоже самое. Он засыпал в своем излюбленном золоте, что от своей мягкости меняло форму от его тяжёлого тела. Ему не ведомо сколько прошло времени с той пары, когда он решил продолжить свою жизнь не чувствуя её вкуса на кончике языка. Может много, а может мало. Для них всяко безразлично. Рагнар слушал вести от первородных эльф, что спросили ответа у отца их Гелиоса. Его ответ был слишком не понятен. Он сказал: «Если ваша жизнь потеряла краску, создайте своих детей, за которых будете готовы на всё.» Ещё очень долго все ломали голову над тем, как это сделать. Магия не могла создать душу, а соитие животных после которого рождались щенки было невозможным, ведь ни у кого рождённого на их планете не было подобного дара. Даже полу-звери при своем появление теряли эту функцию, хотя привередливые первородные любых видов, не позволили бы таким созданием выносить своих детей. Сам Рагнар, как и все другие стал тихо ожидать какого-то шага от отца. Он был одним из сильнейших, ходящий по земле, но признавал, что были вещи на которыми знал ответ только Гелиос. Завертевшись в мягком золоте, Рагнар в которую ночь взмолился к своей матери Луне о новой жизни. Ему хотелось испытать то радостное чувство, которым сияла вся планета, когда рождался новый ребёнок на её земле. В его глазах это было чудо, чудо о котором он может только мечтать. За одним из десяти высших созданий было сотни и тысячи тех, кого заперли в глубоких подземельях не сумев уничтожить. Перед своим сном Рагнар просил свою мать о новой полосе жизни, а после напоминал, что не достоит этого. Он не считал себя не правым, но понимал, что у любой жестокости должен быть придел. Когда после ещё одного бездушного вечера в его покоях закружилась магия, Рагнар подумал, что возможно пришло его время. Даже если он не может исчезнуть, его могут забрать в иной мир. Не невиданная до сели магия сверкала синим светов, усиливая собою все чары в покоях, что было странно. После громкого хлопка, всё исчезло оставив после себя худое тело, что бревном упало вниз. Черные одеяния закрыли собой блеск золота слегка окрасив его в алый цвет. Чёткий нюх уловил нечто не знакомое и сладкое.