Придурок хён

      — УУУУЁЁЁН! СУКА, БЛЯТЬ! ТЫ ГДЕ, ЗАСРАНЕЦ МЕЛКИЙ?! Я ИЗ ТЕБЯ ВСЮ ДУРЬ ВЫБЬЮ!       Хонджун был в гневе. Нет, не так, он был в бешенстве из-за одного идиота, который провоцировал его и мешал работать. Целую неделю! Он напрашивался на хорошую взбучку, которую Хонджун с радостью ему устроит. Да я его убью! Мелкий засранец!       Виновник спрятался в ванной, из-за сие чудного настроения лидера, и старался не дышать громко, чтобы не отхватить по своей славной голове. У него, между прочим, вся жизнь ещё впереди! Он не планировал умирать, но и не пошутить над старшим не мог. Дошутился, Чон Уён, теперь тебя не найдут.       — Уёнаа, малыш, выходи ко мне, пожалуйста. — Хонджун постарался нежно говорить, чтобы этот мелкий вышел. — Я не злюсь, всё хорошо, Уёни.       Ничему жизнь Уёна не учит. Не долго думая, он поверил старшему и открыл дверь ванной. Обычно хён шутит в ответ, или раздражается, но это бывает редко. Когда он услышал гневный голос старшего, то испугался и быстро сбежал. Как назло, но в общежитии не было никого, они ушли смотреть фильм. Почему я не пошёл с ними? Может, хён не убьёт меня? Да, он успокоился, а я доверяю ему. Наивный Уён — милый Уён, и, немного, глупый, пожалуй.       Только он хотел выйти, как Хонджун толкнул его обратно, закрывая за собой дверь. Он был красный от злости и раздражения, а глаза его горели адским пламенем. Уён испугался не на шутку и понял, что нужно действовать.       — Хён, пожалуйста, прости меня! — жалобно сказал он. — Я больше не буду, правда. Не бей меня, а, хён? Я буду послушным, обещаю. Я же люблю тебя, хён.       Хонджун смотрел на этого жалобного и грустного котёнка, и гнев его улетучился. Он начал потирать переносицу, тяжело вздыхая. И, что он должен сделать?! Да, блять!       — Чтобы это было в первый и последний раз, — серьёзно сказал, выбрасывая тапок, которым хотел побить парня, — если такое повторится ещё раз, то тебя не спасёт даже Сонхва, понял?       Уён быстро закивал и улыбнулся искренне, во все тридцать два зуба, и полез обнимать лидера. Хонджун сдался, и обнял за талию эту подлизу, крепко прижимая к себе. Тряпка ты, Хонджун, тряпка и подкаблучник.       — Хонджуни хён, ты должен поцеловать меня, чтобы простить.       — Ты че, обалдел, да? С чего это я должен тебя целовать, противная мелкотня.       — Хён! Как ты можешь так говорить?! Ты же любишь меня! — недовольно кричал он. — Всё, я обиделся. Отпусти меня, придурок хён.       Хонджун потёрся носом о шею младшего, вдыхая его приятный запах. Уён часто готовил на всех ребят, когда они были уставшими и голодными и никогда не отказывал ему. Он был милым, добрым и благодаря ему они сблизились все. Лидер поцеловал его нежно и мягко, поглаживая голову, слегка царапая кожу. Он знает, что младший это любит.       — Теперь ты доволен, мелкий застранец?       — Теперь доволен, злобный лидер.