Своеобразное знакомство с родителями "возлюбленного"

Куникида, как всегда, шёл в агентство, у входа в здание он заметил мужчину и женщину. Детектив смотрел на мужа и жену и не мог ничего сказать, слова застряли в горле. Женщина лет сорока со светлыми волосами и зелёными глазами, в белой блузке и тёмным пиджаком обернулась к подошедшему. — Куникида? Женщина чуть не заплакала, она не видела сына семь лет. Рука мужчины сжала плечо матери. — Дорогая, мы здесь по работе. Не стоит позориться. Доппо не сделал и шага к матери, после слов отчима детектив напрягся. За этим наблюдал напарник блондина. Дазаю хватило взгляда на напарника и пару перед ним, чтобы понять всё. Шатен улыбнулся и подошёл к отчиму коллеги. Бывший мафиози взял мужчину за локоть, притянул к себе и прошептал несколько слов. Мужчина отшатнулся от Осаму с округлёнными от удивления глазами. Шатен улыбнулся паре и встал рядом с удивлённым напарником. — Неужели наш идеальный Куникида впервые опоздает на работу? — озорно улыбнулся Дазай. — Дазай! Каким-то образом Осаму всегда мог вывести из любого состояния блондина: не важно, грусть, отчаяние, радость или спокойствие. Доппо зло зыркнул на напарника и, не обращая внимания на женщину и мужчину, зашёл в здание. Дазай бросил холодный и пугающий взгляд на мужа с женой и зашёл за напарником. Мужчина сглотнул. — Что произошло? — жена раньше не видела такого напуганного мужчину. — Эрик. — Идём. — Что?.. — женщина не хотела уходить, она не может потерять сына снова. — Уходим! — крикнул Эрик, сжимая запястье жены. Женщина перестала сопротивляться и молча пошла за мужем.

***

Куникида не смог даже написать отчёты по последнему расследованию. Он сталкивался со всеми сотрудниками, извинялся и так по новой, пролил кофе, которое нёс Ацуши. Все понимали: что-то не так, но по указаниям Рампо не вмешивались. Юкичи постучал в дверь, немного подождав, зашёл в офис. Кроме Куникиды никого не было, идеалист сидел за столом, не замечая наставника. Доппо водил ручкой по бумаге, погрузившись глубоко в себя. Юкичи кашлянул, оповещая о том, что он здесь. Куникида медленно перевёл взгляд от бумаги на наставника. Он резко встал с места и склонил голову в знак уважения. Директор с утра заметил состояние ученика, но не знал, что сделать. — Директор. — Я получил все отчёты и документы. Куникида удивлённо посмотрел на кучу бумаг на своём столе. Это отчёты и документы. Юкичи обернулся на крик позади себя. — Ааа, Директор! — юный сотрудник подбежал с воплями к самураю. — Там Кёку убивают! — Ацуши... — вздохнул идеалист. Директор посмотрел на ученика, вопли не утихали, и Фукудзава ушёл за Накаджимой. В дверном проёме нарисовался Дазай. — Ку-ни-ки-душ-ка, — растянул слога шатен. — Что? — без особых эмоций сказал блондин, больше для формальности. — На улице так хорошо, почему бы не прогуляться? — идеалист прекрасно знал, к чему ведёт напарник, но желания что-то делать или как-то противостоять не было. Да и неплохо, если этот шумный идиот уйдёт. — Иди. Дазай расплылся в улыбке, взял напарника за запястье и потащил за собой. По коридору к лестнице, вниз на второй этаж и на первый, где было кафе. Официант отошёл от напарников, пропуская детективов. Куникида молчал, только в начале буркнул что-то неразборчивое, но и не сопротивлялся. Свежий воздух ударил в лицо, немного приводя Доппо в себя. Но чувство тоски не покидало его, выходка напарника была ему безразлична. Шатен заметил это, но Дазай просто так не сдастся и получит, что хочет. Детективы без цели ходили по городу, Осаму что-то говорил, жестикулировал. Из-за шума Куникиде так и не удалось обдумать ситуацию с матерью и отчимом. — Ты можешь помолчать?! — выкрикнул идеалист. Они стояли в пустом переулке далеко от агентства, это заброшенная часть города. — Нет, — улыбнулся шатен. У идеалиста появилось огромное желание стереть эту фальшивую улыбку, от которой его уже тошнило. Отец перед смертью тоже так улыбался, фальшиво, не по-настоящему. Доппо сделал резкий шаг к Осаму, Дазай отошёл назад. В голове был ворох мыслей о прошлом, о матери, об отце, про отчима и про напарника. Каким-то образом так вышло, что этот болтун и идиот всегда был в голове. Куникида взял Осаму за плечи, толкнул назад и прижал к стене, впиваясь в губы напарника, Дазай медленно ответил. Поцелуй был жарким, страстным, чуть грубым, но от этого не менее волнующим. Они отстранились друг от друга, стараясь восстановить дыхание. Идеалист боялся смотреть на напарника, сгорая от чувств, переполняющих его. Неясный порыв напарника удивил Осаму, а значит, всё не до конца плохо. Эта мысль вызвала улыбку у Дазая, он ещё раз посмотрел на идеалиста, приблизился и поцеловал в щёку. Доппо поднял взгляд на бывшего мафиози, Осаму ещё раз улыбнулся, сложил руки за спину и пошёл из переулка. От Куникиды. — Эй, Куникидушка, ты идёшь? Все в агентстве ждут тебя, — он улыбнулся, вызывая тепло где-то в груди. — А что, на тебя всё оставить? — прикрикнул блондин, не злясь, больше шутя. — Как жестоко! — обижено буркнул шатен. Доппо подошёл к Осаму, они вместе пошли в агентство, на лицах обоих детективов была улыбка. Фида сжимала в руках платок, сидя в холле детективного агентства. Из разговора сына с парнем она поняла, что он работает здесь. Куникида всегда был честным и правильным, хотел помогать и защищать других. Женщина ужасно переживала, ведь после ухода Доппо она его больше не видела. Мальчик вырос хорошим и добрым, не изменил своей мечте и стал детективом, помогающим другим с помощью своей способности. В комнату зашёл парень с белыми волосами, женщина видела его, когда заходила. — Вам нужна помощь? — парень остановился перед Фидой, взволнованно смотря. — Нет, спасибо, я жду здесь вашего сотрудника. — Рампо-сана? — Нет, Куникиду, — юный детектив был очень милым и добрым на взгляд женщины, от того, что с его сыном работают такие замечательные люди, становилось спокойнее. — Куникида-сан ушёл с Дазаем, и неясно, когда придут, — тигру было интересно, зачем посетительнице понадобился Доппо. — С Дазаем?.. — она не в первый раз слышала это имя, Куникида назвал так молодого человека рядом с собой. — Да, Дазай — мой наставник и напарник Куникиды-сана. — А как они ладят? — Неплохо, особенно во время работы, — юноша не стал говорить, что происходит не во время заданий. Позорить наставника и старшего коллегу не хотелось. Дверь открылась в комнату зашли напарники. Ацуши улыбнулся коллегам. — Куникида-сан, к вам пришли. — Ацуши, а кто-то ещё есть? — шатен сжал дрожащую руку идеалиста. — Нет, — оборотню вопрос показался странным. — Сходи, пожалуйста, в кафе. Люси просила помочь, — Осаму был проницателен и прекрасно понимал, что стоит говорить без лишних ушей. — Хорошо, — Ацуши кивнул и выбежал из комнаты, было слышно, как паренёк спускался по лестнице. Дазай выпустил руку напарника, направился к двери, чтобы уйти. Доппо схватил суицидника за запястье. — Дазай, — ничего необычного, просто слово, но детектив ясно услышал просьбу о помощи. — Я за кофе, — Осаму положил свободную руку поверх руки блондина, поглаживая. Куникида отпустил запястье напарника, отошёл. Шатен улыбнулся блондину, открыл дверь и аккуратно закрыл её. — Куникида... — раздался тихий голос позади. Доппо сглотнул, развернулся на голос матери. Они смотрели друг на друга. Детектив приблизился, он сел на кресло рядом. Перед ними был небольшой стол. Пока они молча смотрели друг на друга, вернулся Дазай с двумя кофе, чаем и коробкой с пирожными. Коробка была поставлена на стол, два кофе со стороны блондина и чай для гостьи. Осаму сел рядом с блондином, от этого на душе у Куникиды стало немного легче. — Спасибо, — поблагодарила Фида. — Это Дазай, мой напарник, — прозвучали слова Куникиды, но нет. Всё так, но есть небольшое «но». — Это Дазай Осаму, мой возлюбленный и коллега, — идеалист сказал это без намёка на шутку. Рука с чаем вздрогнула, гостья уставилась на шатена, смотря то на него, то на сына. У обоих было серьёзно лицо. Осаму от слов напарника чуть не выплюнул кофе. Он косо посмотрел на идеалиста, но тот был предельно серьёзен. «Ну а что, знакомство с родителями и признание в любви», — подумал Дазай, с радостью подыгрывая блондину. Шатен мог легко влюбить девушек в себя, а произвести хорошее впечатление было не проблемой. Всё прошло неплохо, мать и Дазай даже подружились, и, на удивление Куникиды, женщина спокойно восприняла выбор сына. — Куникида, — шатен был удивлён таким признанием, но ведь признанием. Он так просто это не оставит. — Дазай, я... — детективу не дали возможности договорить, нежно поцеловав. Идеалист медленно ответил. Это был их не первый и далеко не последний поцелуй.

|End|