Красное на чёрном, или мост в Терабитию

      Присутствовать при аутодафе в Выручайке хотели все. Поэтому сбор назначили перед самым отбоем, когда все обходы были завершены, а оба старосты наконец освободились. Дежурили сегодня Ремус и Лили вместе, стремясь поскорее распихать припозднившуюся малышню по гостиным, в то время как Сев «готовил плацдарм», перенося хоркруксы из одной версии комнаты в другую. Фиона хвостиком бродила за Ремом, отчего тому было значительно веселее, а Лили - наоборот. Она тоже предпочла бы сейчас быть вместе с Севом, но в первый учебный день, ознаменованный новым распределением и толпой свежих необъезженных первокурсников, бросать Рема одного виделось ей несказанным свинством.       Стойко отбыв свой префектский долг до конца, она понеслась в Выручайку едва не галопом, впрочем - друзья тоже если и отставали, то ненамного. Там они застали, помимо Сева и троицы завернутых, как конфетки в фантики, хоркруксов, ещё и Регулуса, смурного и растерянного.       Сев, сосредоточенный на своем, да и в целом не особо обращающий внимание на подобные нюансы, проглядел изменение настроения приятеля, но от Лили его пришибленный вид не ускользнул.       - Рег, что-то случилось? - в рыжей голове мигом завихрились самые черные предположения, вроде переселившегося на площадь Гриммо Волдеморта, вставшего на след похитителей Малфоя и прочих страшилок в подобном роде.       - Сири сбежал из дома, - чуть помедлив, ответил парень, окатив вопрошающую бездонным взглядом цвета северного моря.       Лили едва удержалась от облегченного вздоха: Сири - не Волдеморт, подумаешь, беда! Второй мыслью было, что, будь причина таки во втором, а не в первом, Регулус не грустил бы, а паниковал, если вообще добрался бы до Хогвартса после «допроса с пристрастием». Третью мысль прежде неё озвучил Сев, наконец оторвавшийся от развешивания силовых щитов и подошедший к компании.       - Что - в первый раз, что ли? Куда он денется! Продемонстрирует как следует своё «фи» и вернётся.       Регулус, не отвечая, обреченно замотал головой. Потом набрал воздуху и таки пояснил хоть что-то.       - Нет, на этот раз - не вернётся. Вы бы слышали, какой скандал они устроили с матушкой, когда он прилетел в Лондон на этой адской штуке… Хотя лучше бы вам не слышать…       - Он заявился в отчий дом на своем мотоцикле? Том самом? - не поверила ушам Лили.       - Хотя бы на невидимом? - уточнил Рем.       - Хотя бы один? - добила сникающего на глазах Рега Фиона. После каждого вопроса голова его клонилась всё ниже и ниже.       - Том самом. Наверное, он скрыл его от маглов, это несложно, но родители увидели их во всей красе ещё на подлёте, из окна, а услышали - ещё раньше. Они как раз собирались аппарировать к школе, чтобы учинить скандал директору, не найдя Сири в поезде. Только меня с вещами домой подбросили…       - Погоди, ты сказал «их»?! - перебила его Лили. - И кто же из воздыхательниц удостоилась такой чести? Марлин я вроде бы видела на платформе, когда мы садились.       - Поттер, - вздохнул Рег с таким видом, что заулыбавшийся было Люпин и приготовившийся съязвить Северус завяли на корню.       - Ясно, - только и сказали они практически хором, а дотошный Сев уточнил. - Не буду выспрашивать подробности, но чем всё в итоге закончилось?       - Сири наговорил много… лишнего, впрочем, матушка тоже в долгу не осталась, и в конце он вскочил на своего железного монстра и улетел. Надо понимать, к Поттерам. Насовсем.       - А тебе-то какая с того печаль? - вздернул бровь Северус. - Я не замечал по тебе, чтобы за последний год он перешел в категорию «обожаемый старший брат».       - Сев! - осуждающе прошипела Лили, не понаслышке знакомая с регулярными сестринскими размолвками и не менее регулярными примирениями.       - Да нет, всё в порядке, - слабо кивнул в её сторону Блэк-младший. - Времена, когда мы с Сири дружно строили башни из волшебных кубиков, миновали давно и, как я полагаю, безвозвратно. Дело не в этом. К тому же, у Поттеров ему будет гораздо лучше - в окружении таких же убежденных гриффиндорцев, как он, - название факультета в его устах прозвучало почти как ругательство. «Ложа» хранила выжидательное молчание, и Рег, снова вздохнув, продолжил. - Матушка вытравила его с гобелена.       И, видя, что лица слушателей не просветлели (или потемнели) пониманием, пустился в объяснения. Двое полукровок и маглорожденная слушали этот экскурс в мир чистокровных традиций затаив дыхание. Даже Фиона - волшебница в пятом поколении, но и близко не принадлежащая к Священным двадцати восьми, не пропускала ни слова.       - Этот обычай сохранился только в тех немногих семьях, которые могут проследить свою родословную чуть ли не до времен Основателей. В каждом роду раньше был такой гобелен, а теперь - по пальцам можно пересчитать дома, где они по-прежнему в обиходе. Они чем-то сродни живым портретам, кроме того, в них использована особая версия Протеевых чар, обеспечивающих связь между двумя объектами. В данном случае - между именем на гобелене и самим волшебником…       - Но Блэку же не станет плохо от того, что твоя мама… вытравила его имя?! - ужаснулась Лили. Хотя, от людей, украшающих стены не живыми, а мертвыми «портретами», всего можно ожидать.       - Если б мы жили лет триста назад, могло и стать, - спокойно ответил Регулус, и Лили немного расслабилась - не то чтобы она жалела наглого мародёра, тем более - после буквально повторившего её давний кошмар инцидента у Озера, но и ужасной смерти в корчах, как от пронзенной иглами куклы вуду, ему не желала.       Никому не желала, если уж на то пошло. Даже этого маньяка, Волдеморта, в чьё исправление, пусть и в компании азкабанских дементоров, не верила ни на йоту. Но хотеть, чтобы враг перестал быть, и чтобы он перед этим хорошенько помучился - две разные вещи. Тем более, что до статуса настоящего врага мелкий засранец Блэк явно недотягивал. Рег между тем вещал дальше.       - В смутные времена - до принятия Статута и сразу после - выжигание с родового гобелена было весьма распространенным способом казни неугодных, так или иначе предавших или подставивших семью. Нынче же подобные чары позабыты - и хвала Мерлину, что так. Под горячую руку матушка вполне могла бы… попытаться исправить неудавшегося отпрыска самым радикальным образом. Теперь - единственное, что ему грозит - лишение покровительства семьи и права на первоочередное наследство.       - Но ведь ему и самому не больно-то и хотелось? - всё ещё недопонимал причины Реговой хандры Ремус. - Он же и сам…       - Он-то да, - грустно и твердо ответил Рег, обводя «ложу» взглядом. - Но пока он считался первородным, старшим сыном, наследником, мое существование интересовало родителей постольку-поскольку. Теперь же наследник рода Блэк - я…       - И, стало быть, всё то, чего они не добились от твоего братца, теперь будешь просто обязан воплотить ты? - припечатал Северус, первым сообразивший, чем это грозит лично Регу, «ложе» и тому маленькому замыслу по переработке хоркруксов (а потом, глядишь, и их создателя) на корм древнему огоньку.       Рег, не отвечая, просто посмотрел на него. И так всё было понятно.       - Я постараюсь тянуть с исполнением маменькиных мечтаний, сколько смогу. Готов поспорить, что она захочет поскорее реализовать представление меня Лорду - чтобы нагнать, так сказать, упущенное из-за Сири время. Поэтому буду отбиваться от предложений провести этот Йоль в «семейном гнездышке» всеми правдами и неправдами. В конце концов, у меня СОВы в этом году. Завалю пару семестровых работ и отпишусь, что мне позарез необходима пересдача - иначе моё честолюбие не выдержит такого позора и вынудит меня повеситься в теплице на фестральих вожжах.       Рег ёрничал и храбрился, но друзья прекрасно понимали, что ему несладко. Лили подошла и взяла его за руку, Фиона ухватила под локоть, а Ремус с Севом, не сговариваясь, положили ладони ему на плечи - один на правое, второй на левое.       - Ничего, прорвемся, - постарался подбодрить его Сев.       Регулус часто заморгал, потупился и, отвлекая внимание от себя и своей проблемы, преувеличенно бодро спросил.       - Ну так что, костер-то у нас сегодня будет, или как?       - Будет, будет, куда он денется… - лучше всех присутствующих понимающий, как может смущать всеобщее внимание, замешанное на жалости и сочувствии, пробурчал Сев и, отлепившись от друга, подошел к лежащим на полу «конфеткам». - Становитесь там. За линию не просто не выходить - носа не казать. Если что - драпать, Лили знает.       - Знаю, - со смешком подтвердила Лили, вставая рядом с Севом - плечом к плечу и явно по другую сторону защитной ограды.       - А ты-то куда?! - попытался шикнуть на неё парень. - Мне же разворачивать их сейчас - перед тем, как жечь! Ты забыла, что с тобой делается в присутствии хотя бы одного?! А их тут три!       - Ничего, пару минут как-нибудь продержусь, - упрямо тряхнула хвостом подруга. - А вот если ты не успеешь захлопнуть сферу, как в прошлый раз…       - Я успел! - возмущенно возопил Северус, призывая в безмолвные свидетели стены и потолок Выручайки.       - Еле-еле, - пресекла его стенания девушка. - А сейчас тебе целых два щита держать - сферу и стену. Страховка не помешает. Давай - ты поджигаешь, я захлопываю, на раз-два-три…       Притихшие за прозрачной текучей стеной зрители видели, как три предмета - массивное кольцо с черным камнем, затертый кожаный блокнот и мерцающая бликами диадема - поднялись в воздух, как примагниченные, и зависли там на высоте примерно четырех футов, будто на подносе. Как один за другим кувырнулись, словно сбрасывая с себя что-то мешающее. Как резко втянула воздух сквозь зубы и слегка покачнулась Лили. Как отклонила метнувшуюся ей на помощь руку и кивнула на парящий «поднос» - давай, мол, не отвлекайся.       «Раз… два…» - тревожный взгляд из-под чёрных прядей, ответное успокаивающее движение медных ресниц. - «Три!!!»       - Heennoun!       И вот уже клубящийся свирепым пламенем шар апокалиптическим Люмосом пылает посреди зала, разбрасывая блики, как копья.       Никто не мог бы поручиться наверняка, но всем послышался строенный, яростный, утонувший в приглушенном гуле бьющейся о стенки стихии вой.