Мой друг, – мой муж.

Ребята не сказали про то что знают что команда за ними подсматривала, они просто оставили эту тему. Когда все разъехались после съёмок, остались только Сударь и Дима, они поехали домой к Диме, как только они приехали, они поднялись на седьмой этаж, за всё время они не говорили ничего, но снова молчание не напряжённое, а какое-то умиротворённое. Они зашли в квартиру, и Масленников сразу прижал к стене парня поменьше его самого, и затянул в поцелуй, сначала нежный, как будто спрашивает разрешение, а когда получил его, углубил поцелуй. Масленников осторожно прильнул к шее паренька, начиная оставлять на ней небольшие засосы, а холодными пальцами водил по его груди, запустив руки под футболку, а затем и вовсе стягивая её. Никита прогибался и стонал от одних прикосновений, что показывало, что он действительно уже готов. Дима спускался всё ниже, оставляя поцелуи на рёбрах, животе, выпирающих тазобедренных косточках. Дойдя до них, он сам не заметил, как руки накрыли ширинку парня, с разрезающим тишину донельзя пошлым звуком расстёгивая её. — Ты точно хочешь этого? — Да давай уже! — не выдержал парень, прогибаясь навстречу пальцам мужчины, отчего тот, не выдержав, улыбнулся и с неким остервенением начал стягивать с совсем не сопротивляющегося тела боксеры. Такой горячий… Дмитрий знал, что надо делать. Он готовился. Волновался, переживал, штудировал сайты, разговаривал с друзьями-геями… Дима был абсолютно готов. — Ляг на живот, малыш, — прошептал мужчина, чуть приподнимаясь и прикусывая ухо парня. Пока Сударь послушно переворачивался на живот, морщась от боли, когда возбуждённый орган соприкоснулся с простынями, Масленников быстро притянул к себе рюкзак, доставая оттуда небольшую пластиковую упаковку, приобретённую заранее, и презерватив. — Я буду очень аккуратен, солнце.. Дима открыл баночку и осторожно нанёс на пальцы достаточно смазки, стараясь собраться с мыслями, потому что рассудок уже замутнился и собственную ширинку неимоверно хотелось расстегнуть. Первый палец вошёл достаточно безболезненно. Парень лишь тихо пискнул, после чего Дмитрий тут же начал покрывать его спину успокаивающими поцелуями. Второй… Ник выгнулся, но это, скорее, было навстречу пальцам, чем от боли. Картинка перед глазами мутнела и плыла. Третий… Сударь надеялся, что это последний. Он уже дрожал всем телом, а на глазах выступила непрошеная влага. — Дим, пожалуйста, я очень хочу... Никита вздрогнул, слыша, как рвётся над ним упаковка презерватива. Джинсы охотника за привидениями улетели вместе с бельём куда-то в другой конец комнаты. — Не кричи сильно, малыш, – прошептал мужчина, ставя юношу в колено-локтевую и оставляя на его рёбрах ещё пару поцелуев. Секунда, и Парень зажмурился, почувствовав, что Дима вошёл в него. Он действительно хотел вскрикнуть, но губы Димы тут же накрыли его собственные, заставляя отвлечься от неприятных ощущений. — Ты умница, ты знаешь об этом? — прошептал мужчина, осторожно толкаясь, чем вызвал ещё один приглушённый стон. — Умница, Ник. Ты чудесный. Дмитрий постепенно набирал темп, а парень под ним, привыкнув к ощущениям, уже беззастенчиво выгибался ему навстречу, прося о большем. В какой-то момент мужчина захотел видеть лицо парня, поэтому он, резко выйдя, перевернул его на спину, тут же закидывая его ноги себе на плечи и входя снова. Он был прекрасен: растрёпанные волосы, горящие широко-распахнутые глаза, истерзанные поцелуем губы… Да даже щёки отливали манящим румянцем. Прекрасный, просто прекрасный. Кончая, Никита зажмурился и как-то виновато-испуганно вздрогнул за момент до того, как мужчина сам накрыл его член губами, облизывая и сглатывая сперму парня.