В темноте.

      На пороге стоял розоволосый убийца и довольно ухмылялся, но не прошло и секунды как открылась дверь, он набросился на вялого плаксивого героя и обнял.       — Ханагаки, рад что ты все же принял меня. Я побуду у тебя неделю, лады? — Санзу отстранился от парня и пошел рассматривать квартиру Такемичи.       — Санзу… Зачем ты пришел? Мы же договаривались. — начал Ханагаки, но был перебит хмурым взглядом Харучиё, который не предвещал ничего хорошего, только опасность.       — Ну же, Ханагаки, расслабься. Босс сказал мне что я могу отдохнуть, вот и пришел к тебе. Просто расслабься и предоставь мне все гостеприимство. Бедный Такемичи горько выдохнул и ушел в другую комнату, не замечая возмущённый взгляд розоволосого. • •       — Ханагаки-кун, а всё же, вы с Майки близки были? Неожиданный вопрос поставил Мичи в неловкое положение. Помолчав с минуту, он положительно кивнул и отвёл взгляд, не сталкиваясь с голубыми глазами. Это было замечено Харучиё, тот хищно прищурился, внимательно смотря на черноволосого.       — «Такемучи», так он тебя, звал, да? — Санзу продолжал задавать совершенно смущающие и неловкие вопросы, заставляя парня быть в лёгком замешательстве. — Могу ли я так же тебя называть, Такемучи? — Харучиё приблизился к парню слишком близко, по мнению Ханакаги, и обнял мальчишку за талию.       — Санзу-сан, хватит! — громким шепотом начал Такемичи, слегка отодвигая наркомана от себя, но тот не собирался отодвигаться, а даже наоборот, прижался своей щекой к щеке Такемичи. «От него вкусно пахнет.» — внезапная мысль пришла в голову Ханагаки, но так же резко ушла.       — Санзу, перестань так говорить…       — Как «так», Такемучи? — он специально выделил имя Ханагаки, чтобы тот все больше и больше ассоциировал его с Манджиро. Глаза Ханагаки пробежались по комнате, мышцы безумно разболелись вновь, Ханагаки упал на грудь Харучиё, вызывая довольную улыбку убийцы.       — Ты глянь-ка, сначала сопротивлялся, а потом сам же поддался. Такемучи, ты невероятен. — Санзу взял мальчишку на руки и унес в спальню, кладя на кровать. Сам же Харучиё себе постелил на полу и удобно лег.       — Ты чего там, Санзу-кун? — хриплым голосом спросил плаксивый герой.       — Ну знаешь Ханагаки, я пусть и ебанутый, — усмехнулся он, — но не насильник. Ну, почти… — улыбнулся коварно Харучиё, смотря своими до безумия красивыми и опасными глазами на парня. — Отдыхай, Такемичи. Я же вижу, что ты устал. Хорошо я явился к тебе, ты же тут бы подох. «Лучше бы подох, чем видеть каждый раз смерть друзей и мучения Манджиро» — подумал Ханагаки. Такемичи отвёл глаза и почувствовал как ему вновь становится плохо, он старался скрыть своё состояние от Санзу, но он явно заметил и решительно подошёл к Ханагаки.       — Ээ! Я пошутил насчёт подохнуть! Блядь, Ханагаки. Санзу видел как Такемичи начинает терять сознание. Боль в груди становилось сильнее и невыносимее. Глаза сами собой закрывались. А дыхание было прерывистое. Харучиё заботился лишь о Майки, но теперь ему придется заботится и о Ханагаки. Розоволосому очень не хочется, чтобы Такемичи погас. Умер. Он сделает всё, чтобы его силы восстановились, и Санзу знает зачем же он пришел. Он пришел чтобы помочь, воссоединить Ханагаки и Майки и спасти их обоих. Кто же теперь главный герой?