Глава 24. Последний шот и его постель.
6 ноября 2022 г., 20:16
Когда мы выходим из университета, на Москву уже опускается темнота. Снег кружится огромными хлопьями и падает на грязный асфальт. Воздух морозный и свежий.
Щеки краснеют от холода буквально за пару минут, на коже приятно пощипывают снежинки. Морщусь и натягиваю на голову шарф, чтобы спасти волосы от снегопада.
— В бар? — Глеб прекращает смотреть в телефон, а я отрываю взгляд от оживленной улицы, снега и пара, который исходит изо рта.
— Да, — коротко отвечаю, сегодня я полностью в его руках, мне не хочется думать, снова становиться независимой и взрослой, не хочется ничего из этого.
— Пойдём в машину, у тебя вон уже нос красный, — замечает блондин, утыкаясь носом в воротник своего пуховика.
— У тебя тоже, — посмеиваюсь в ответ и послушно иду за Глебом, пытаясь не поскользнуться на тротуаре, где явно забыли расчистить дорогу от снега.
Благополучно доходим до автомобиля и забираемся внутрь. Пока Глеб, что-то ищет в телефоне, я окончательно отогреваюсь и снимаю с головы шарф, смотрю в окно — снег все ещё сыпется с неба в огромных количествах.
— Хочешь включи что-нибудь?! — предлагает Голубин, а я с радостью подключаюсь к аудио-системе его машины.
Листаю свои аудиозаписи и тыкаю в первую попавшуюся песню, устав перебирать в голове подходящие треки.
— Нравится Гост? — замечает Глеб, немного прислушавшись, блондин отрывает глаза от телефона, прокручивает ключ в зажигании, давит на педаль и машина двигается с места.
— Мрачновато, но да, нравится, — говорю негромко и наслаждаюсь песней.
***
Очередной шот оказывается передо мной, в глазах уже немного мутнеет и желудок переполнен алкоголем, но я берусь за рюмку и осушаю её одним глотком. — Оу, малышка, может нам домой? — предлагает Голубин, наблюдая за моими действиями, сам он уже несколько минут лежит головой на столе и еле ворочает языком. — Меня в общагу не пустят, — нелепо отвечаю я и смотрю на бармена, который уже явно заебался делать для меня шоты, — будьте добры, ещё одну текилу и одну водку, — улыбаюсь ему и парень послушно кивает. — Это последняя, — Глеб отрывается от стола и пытается сфокусировать взгляд на мне, — я вызову нам такси. Он достает из кармана телефон и очень сосредоточенно пытается ввести адрес, пока я выпиваю свою последнюю на сегодня текилу. — Пойдём, через 5 минут приедет, — говорит блондин, выпивает шот и отдаёт бармену две красные купюры, — спасибо. Бармен кивает, расплываясь в довольной улыбке от таких чаевых. Глеб слезает с барного стула и подаёт мне руку, стараясь удержать равновесие, я тоже кое-как спускаюсь. Через пару минут мы оказываемся на улице, я заворачиваюсь в свою куртку сильнее, ветер ночью ужасно холодный. Глеб чиркает зажигалкой и подкуривает сигарету, я прячу руки в карманы и смотрю на блондина. Он такой завораживающий, прикладывает к пухлым губам сигарету, смотрит бесконечно красивыми глазами куда-то вдаль и даже внимания на меня не обращает, кажется. — Я тоже хочу, — хнычу я, смотря на то, как он снова затягивается. — А что тебе мешает? — усмехается Глеб, поворачиваясь ко мне лицом. — Рукам холодно, — глупо конечно, но чего он ждал от пьяной Майи?! Парень делает шаг мне на встречу и прикладывает к моим губам свою сигарету, я медленно затягиваюсь и он убирает её, выпускаю дым куда-то в его грудь. — Такси, вроде наше, — замечает машину Глеб, кидает сигарету в снег и берет меня за предплечье, видимо, чтобы не упала, хотя он тоже не особо устойчивый сейчас.***
— До свидания, — бормочу я, когда мы покидаем салон автомобиля. Голубин держит мою руку и ведёт к подъезду. Вот сейчас я и попаду в его квартиру, интересно, какая она? Не успеваю представить хоть какой-то интерьер, как оказываюсь в сугробе, рядом лежит Глеб. Его светлые волосы путаются со снежинками, а глаза смотрят вверх, на фонарь, освещающий тротуар. — Не удержал, прости, — посмеивается Глеб и поворачивается ко мне лицом, — у тебя все волосы в снегу. — У тебя тоже, — повторяю за ним и внимательно смотрю за его действиями. Парень приближается, касается своим носом моего и продолжает заглядывать в мои глаза. — Да чего ты такой тормоз? — не выдерживаю я и целую первой. В этот момент, мне конечно, не стыдно, мне хорошо. Но завтра, я об этом точно пожалею.***
— Май, я уже настолько в говно, что спрошу у тебя про стрип, ладно? Как ты туда попала вообще? — голос Глеба разрезает тишину, повисшую в комнате на несколько минут. Мы лежим на его огромной кровати, застеленной серым постельным бельём. Я пытаюсь собраться с силами и стянуть с себя одежду, чтобы переодеться в его футболку. Но пока просто лежу на груди Глеба, слушая его дыхание. Он копается в моих волосах, перебирая пряди. — Это долгая и не самая весёлая история, — замечаю я и все же сползаю с Голубина. Сажусь на край кровати и снимаю с себя джинсы, а за ними и свитер, оставаясь в одном белье. — Я хочу послушать, пожалуйста, — просит Глеб и тоже встаёт с места. Он подходит к шкафу, достаёт с полки белую футболку и кидает мне. После тоже раздевается до белья и натягивает на себя одни шорты. — Спасибо, — надеваю футболку и забираюсь под одеяло, Глеб ложится рядом и укладывает мою голову себе на грудь, продолжая перебирать мои волосы, — в общем, я из Питера, точнее из области. Моя мать — ебанутая алкашка, которая ничего в этой жизни мне не дала. Я не буду тебе рассказывать про многолетние издевки в школе и все то говно, которое я пережила. Тебя же интересует стрип, — напоминаю я, — так вот, я поступила в МГУ на бюджет, потому что знала, что только это спасёт меня от жизни в провинции с алкашкой-матерью. — Малышка…- шепотом произносит Глеб, поглаживая меня по голове, я немного вздрагиваю и продолжаю. — В общем-то, я просто бежала от всего пиздеца, в котором жила 18 лет. Когда я приехала в Москву и устроилась в общаге, поняла, что мне нужны деньги на жизнь. Изначально я пошла в «Monte-Carlo» в качестве официантки или бармена, но Арслан решил иначе. Теперь я тут, — немного пожимаю плечами, — у меня пока нет возможности обеспечивать себя иначе, я не могу уйти в неизвестность и остаться без денег. Так что, в ближайшее время останусь там. — Ты очень сильная, правда, — руки Голубина опускаются ниже и он сжимает меня в своих крепких объятиях. Алкоголь берет свое и я начинаю засыпать, лёжа в его руках, под его одеялом, в его футболке и на его кровати, а за окнами виднеется почти утренняя его Москва. Я засыпаю и думаю, что не хочу больше спать в своей холодной кровати, одна. Я хочу с ним. Но знаю, что сбегу, как только смогу раскрыть глаза.
