Тоже

      В замочной скважине входной двери громко звенят и проворачиваются ключи. Слышится щелчок ручки и тяжёлая поступь. Обувь, которую снимали даже не наклоняясь, летит в неизвестном направлении, а вслед за ней и чёрный рюкзак.       Юра, находившийся до этого в приятной полудрёме, лениво приоткрывает один глаз. Даже несмотря на то, что в первые секунды оторванное от отдыха сознание подзабыло, что парень уже давно не живёт один, он не предпринял никаких действий и лишь немного поморщился, когда в коридоре загорелся свет, впрочем, почти сразу же выключенный.       В дверном проёме комнаты появляется тёмная фигура и на секунду мешкается, не решаясь войти, пытаясь понять не спит ли блондин. Но только на секунду. Парень неотрывно следит за каждым движением тени, пока она не падает совсем рядом с ним, задевая плечом, и в ноздри не ударяет знакомый, родной запах. Слева доносится неразборчивое мычание в подушку, по всей видимости являющееся кратким описанием сегодняшнего дня. Юра понимающе хмыкает и запускает ладонь в тёмные волосы, перебирая пряди, а затем опускает её на чужое плечо, немного сжимая и, наконец, приобнимает.       Никита поворачивает голову в сторону любимого, улыбаясь уголками губ. День выдался максимально выматывающим, если, конечно, выражаться цензурно, но ласковые прикосновения и еле уловимое дыхание совсем рядом, будто бы ластик, аккуратно стирали неприятные воспоминания, даря спокойствие и уют.       — Я скучал, — шепчет он.       Брюнет целый день мечтал оказаться дома, в Юриных медвежьих объятьях. Вдохнуть, наконец, полной грудью и уснуть под размеренное биение сердца блондина. И вот он здесь. И даже нагло закинутая на его поясницу нога не мешает ему чуть ли не мурчать от удовольствия, когда Юра целует его в висок и большим пальцем начинает поглаживать кожу через футболку.       — Я тоже, — в самые губы       Горячее дыхание обволакивает, смешивается с его собственным, лишая возможности нормально набрать воздуха в лёгкие. Ещё немного и Никита откинется от переизбытка эндорфина. Он так истосковался по ласке, что теперь она казалась чем-то невероятным, будоражащим настолько, что кончики пальцев начинает невольно покалывать. Хотя с Юрой по-другому и не бывает.       Старший переворачивается набок и притягивает Юру ближе, трётся и утыкается носом ему в ключицу, стараясь слиться с ним в одно целое, утонуть ещё больше. Блондин тихо хихикает, обнимает крепче, возвращая одну руку на мягкие пряди, гладя, и переплетает их ноги. Он чувствует, как быстро засыпает в его руках Никита и сам погружается в сон. У Юры сегодня тоже был тяжёлый день. Настолько, что он просто пришёл и бесцеремонно завалился в одежде на кровать, в надежде отрубиться до следующего вечера. Но, как оказалось, уснуть без любимого человека под боком не так уж и просто (тем более, когда ты уже привык). Всё-таки он тоже очень соскучился по нему. Поэтому парень то засыпал, то просыпался, но это уже неважно. Важно то, что сейчас он с Никитой, спит, тот мерно посапывает ему в районе шеи и на лице блондина расцветает счастливая улыбка. Может, послать завтра всё к чёрту и пролежать вот так весь день?