Эксперимент

      Какими, мать его, ветрами Итто заносит на Драконий Хребет Альбедо понять не может. Залетевшего здоровяка приходится сначала вытаскивать из озера, а потом – отогревать в лагере. Альбедо уже хотел передать незваного гостя рыцарям, как последний начал трепаться о себе и о своей цели пребывания.       Так учёный узнал, что Итто – они, и он проделал весь этот путь ради новых тренировок в условиях пронизывающего холода. И, конечно же, Альбедо заинтересовал тот факт, что Итто имеет немного нечеловеческую природу происхождения. Новое существо – новое исследование, поэтому к рыцарям Ордо Фавониус Альбедо наведался лишь за тем, чтобы достать шубу по размеру для Итто.       Итто хвастался своими навыками. Альбедо наблюдал и изучал. Ему это хвастовство было лишь на руку.       Внимание Альбедо жутко радует и раздувает самолюбие Итто. Тем более, что возвращаться в ближайшее время Итто не собирался.       

***

      – Ты не мёрзнешь? – громкий голос Итто уже перестаёт казаться таковым. Учёный уже не дёргается. Почти. – Твоя одежда не кажется слишком тёплой       — Нет, — Альбедо делает паузу, чтобы проглотить обжигающую похлёбку, ради которой они гонялись за кабанами – Моё тело не способно на это.       — Почему? — вопрос на некоторое время повисает в воздухе. А может, Альбедо просто ждёт, пока стихнет эхо.       — Я не совсем человек, — он отставляет пустую чашку и отходит к столу, заваленному бумагами. В том числе и записями об Итто. – Спасибо за еду.       — Значит, у нас есть что-то общее, — они с грохотом убирает тарелку и подходит к Альбедо со спины, с любопытством глядя на стол. И не разобрал ни слова, почерк Альбедо для него слишком непонятен. – О, это что, мой портрет? – Итто накрывает чужую руку, чтобы убрать её с рисунка.       Продолжая держать чужую руку в своей, он разглядывает портрет, пока не слышит чужое шипение, явно намекающее, что руку-то можно и отпустить.       — У тебя же руки ледяные, — Альбедо даже удивляется неподдельному возмущению Итто. – И это ты не мёрзнешь?       Учёный хотел возразить и уже сказать, что не чувствует, как его подняли и потащили к импровизированной кровати. Итто прижал Альбедо к себе и запахнул в вечно расстёгнутую шубу. Стало теплее, но учёный чувствовал себя, мягко говоря, котёнком, которых Кли часто прячет под одеждой, а потом слёзно просит оставить себе.       Альбедо слабо сопротивляется и спустя время спрашивает:       — Ты же меня не отпустишь?       — Нет, — Итто прижимает учёного к себе сильнее. От этого тепла внутри приятно щёлкает.       

***

      — Вот ты где! – голос Итто громом прокатывается по пещере, а Альбедо уже не дёргается и даже не отвлекается от зарисовки сердца Драконьего Хребта.       Вот уже неделю Итто находит Альбедо в самых разных частях горы. Чудо, не иначе.       — Тебе что-то нужно? – оторвавшись от рисунка, Альбедо оглядывает они. Который ожидаемо был в расстёгнутой шубе и с открытым торсом. И при этом почему-то сиял он крайне счастливо.       — Я рыбу наловил, — Итто поднимает мешок, с которого всё ещё вполне однозначно капала вода. Альбедо скептично приподнимает бровь, не припоминая, чтобы в лагере была удочка. То есть Итто либо рыбу глушил, либо ловил руками.       Когда Итто зовёт Альбедо в лагерь, учёный не в силах отказаться.

***

      — Почему там, где мы были, тепло? – голос Итто снова раскатывается по стенам лагеря, когда Альбедо снимает рыбу с огня.       — Там находится сердце этой горы, — Альбедо протягивает они еду. Чужой интерес к этому место подогревает его собственный. – В нём невероятное количество энергии.       — А трава там почему цветная? – Итто даже не сразу начинает есть, как то было обычно. Альбедо нравится этот интерес. Он сам горит точно таким же. Этой страстью к исследованиям, которую, как казалось, не разделял никто.       — Энергия сердца заражает всё, что находится вокруг. Или заряжает, я ещё не знаю, — Альбедо даже не прикасается к рыбе и убирает её. Вместо этого он вытаскивает бумаги разной степени старости из нижнего ящика стола. Некоторые из них даже норовили начать распадаться. – Влияние этого места всегда такое разное, - и Альбедо подсаживается в плотную к Итто, быстро глотающему рыбу. Учёный начинает размеренно рассказывать о своём исследовании. Что животные панически боятся этого места, а некоторые люди испытывают прилив сил после контакта с ним. Информации было так мало.       — А ты контактировал с ним? – Альбедо кивает, вытаскивая лист с рисунком сердца из его планера. – И как?       — Ничего не обычного. Только руки были тёплыми. Примерно часа два, — Альбедо достаёт соответствующую запись об этом.       — А если я… ну… - то, почему Итто не мог подобрать слов, было не понятно, но Альбедо уже всё решил. Это будет интересно. Особенно учитывая то, что его вид с сердцем ещё не контактировал.       — Давай проведём эксперимент.       

***

      По меркам Альбедо, эксперимент был хорош. Сначала ему показалось, что всё идёт хорошо, но учёный осадил себя – это всё были завышенные ожидания.       После контакта с Итто… произошло ничего. За исключением того, что от Итто излучал тепло и энергию. Когда Альбедо случайно к нему прикоснулся голым, ледяным локтем, он почти обжёгся. Это было значительно горячее, чем когда эксперимент проводил Альбедо сам с собой.       Итто пробежался с Альбедо по всему драконьему хребту и даже не запыхался. А вот хиличурлы к концу испытаний сочти благоразумным прятаться по углам при виде учёного и они. Впрочем, последние уже скрылись в своём лагере. Эксперименты нельзя было продолжать: они оба свалились в озеро и промокли до нитки. С Итто бы ничего не случилось – протянул же он как-то трое суток до встречи с Альбедо, а вот последний, пусть и не чувствовал холода, не был железным.       Разведя костёр, Альбедо стал снимать мокрую одежду, чтобы потом завернуться в завалявшуюся в непонятном углу шубу.       Итто снова показалось, что учёный мёрзнет. Альбедо же не повезло, что Итто нашёл свою шубу раньше – он снова оказался на месте всё того же котёнка. За тем лишь исключением, что котят так не согревают.       Чувствовать себя одновременно голым и прижатым к чужому телу, мягко говоря, смущало.       — Отпусти, — спасало лишь то, что Альбедо накрыт этой, как оказалось, безразмерной шубой, и то, что Итто его не видит. Спину как-то обжигало, но это было скорее приятно.       — Нет, — упрямится они и вместо того, чтобы отпустить, обнимает Альбедо за живот и сильнее притягивает к себе. Внутри снова что-то щёлкнуло. Учёный слабо возится в знак протеста. А потом ещё раз, хватаясь рукой за бедро Итто и слышит тихий рык возле самого уха. Альбедо дёргает ухом. Тепло начинается тянуться изнутри, угрожая превратиться в жар.       Альбедо снова возится и его рука, покоившаяся на чужой ноге, соскальзывает ниже. Дернувшееся ухо обдаёт желанием и внутри снова что-то щёлкает. Учёный ловит себя на мысли, что необычная реакция не только у него.       — Итто… — Альбедо не узнаёт свой голос и предпринимает последнюю попытку подняться, но вместо этого его сильнее прижимают к себе.       Альбедо задыхается стоном, когда Итто кусает его в изгиб шеи. Учёный обхватывает чужое запястье, но его ладони хватает едва ли на половину. И закусывает свою свободную руку, когда Итто рядом оставляет второй укус, который уже вот-вот расцветёт бордовым.       Они, будучи в нетерпении, хватает Альбедо за бедро и поднимает его. Учёному нравится эта грубость, но он всё равно возится, с усилием отрываясь от чужого тела, и разворачивается лицом к Итто, заставляя откинуться спиной к холодной стене пещеры.       Альбедо коротко целует, отрывается, чтобы тут же вернуться и укусить губу. Рукой он скользит сначала по груди, а потом по животу Итто. Последний стонет в поцелуй, и Альбедо это жутко нравится.       Итто это нравится, и он притягивает учёного ближе к себе. А учёному не удобно. Учёному стыдно. Они значительно больше него, и сидеть коленями по разные стороны торса означало для Альбедо сидеть с широко раздвинутыми ногами.       Когда они отрываются друг от друга, Итто заставляет вылизать Альбедо свои пальцы. Учёного это заводит. Они это заводит не меньше.       Свободной рукой Итто обхватывает член Альбедо и, размазав смазку, начинает водить по стволу рукой.       Отзывчивость учёного в этот момент начинает сводить с ума, но ещё больше заводит то, что учёный в ответ делает всё то же самое.       Накрыв рукой член Итто, Альбедо понимает отчётливее то, что размеры у них отличаются везде. Но всё равно продолжает начатое, ведь этот факт не пугает, а, наоборот, добавляет чуть больше азарта в происходящее между ними.       Жар между ними становится нестерпим. Ещё нестерпимее, когда Итто начинает растягивать Альбедо, чуть шипевшему от дискомфорта. Они заставляет Альбедо отвлечься на более приятные вещи, сначала целуя, а потом кусая ключицу. Муссировал пальцем головку, чтобы учёный задыхался и не думал о дискомфорте ни секунды более.       Альбедо закусывает губу и неловко пытается насадиться на пальцы Итто. Дискомфортна уже не было, зато нетерпение нарастало у обоих. Слишком быстро, но они не устраивало то, что учёный мог получить дискомфорт.       В конечном счёте Альбедо сам останавливает они, понимая, что ещё немного, и будет на грани. Вместо этого, он настойчиво убирает руку и, неловко поменяв положение, сам начинает насаживаться на член Итто. Учёный гнётся, подбирая комфортный угол, и медленно приподнимается. У него очень быстро начинают ныть колени, но он продолжает, заставив жмурящегося от удовольствия Итто взять его за руку.       Спустя время они не выдерживает этого медлительного темпа и кладёт руки на чужие бёдра. Альбедо перестаёт успевать понимать происходящее и стонет, когда движения становятся грубыми, а Итто начинает вбиваться в него.       У обоих окончательно снесло крышу: они едва ли вспоминали о том, что надо дышать. Альбедо, одной рукой сжимая плечо, начинает помогать себе. Он чувствует, как Итто дрожит, когда оставляет очередную отметину и его движения становятся более рваными.       Они рычит что-то о том, что «я уже» и изливается немногим позже, чем Альбедо, который едва ли не рухнул на чужие, сильные плечи.       Спустя время, Альбедо шепчет, что надо бы убраться, но у него уже совсем нет сил после длинного дня и такого бурного заключения.       — Отдыхай. Я уберу, — Итто всё ещё говорит низким голосом, но сам не двигается. Надо перевести дыхание.       Лишь перед тем, как задремать, Альбедо подумал, что некоторые части в отчёте о том, как прошёл эксперимент, лучше опустить.