Безумный шлейф

      Шлейф моря тянулся на сотни километров вперёд. Мидория стоял на террасе, облокотившись на перила, думая, как ему повезло встретить свою любовь.       Год назад он познакомился с Бакуго Катцуки, юношей заканчивающим третий курс в престижном университете. Изуку учился там же, только на втором курсе, а познакомились они случайно. Его лучшая подруга, Очако Урарака, на вечеринке выпускников встретила Эйджиро Киришиму, лучшего друга Бакуго. Те начали общаться из-за симпатии. Урарака решила помочь другу найти своего "принца на белом коне", как она выразилась. Их встреча прошла далеко не гладко. Но, О Боже, кто мог подумать, что они начнут встречаться, а потом Бакуго сделает Мидории предложение. Предложение! А сейчас у них медовый месяц.       Вернемся из воспоминаний в реальность, где Изуку вместе со своей любовью отдыхает на море. Волны бьют по камням, брызги летят в разные стороны. Чайки кричат резко опускаясь в воду для поимки добычи. Крабы перебегают из-за камня за камень, чтобы не быть съеденными. Птицы поют какую-то свою никому не изведанную мелодию, деревья слегка качаются от морского бриза.       — Эй, Деку, ты чего? — к нему подходит Бакуго со спины и обнимает. Это прозвище уже давно не было чем-то обидным и вскоре превратилось в некое воспоминание об их прошлом. — Опять детство вспоминал, м?       — Хи, — Изуку улыбается, ведь блондин читает его как открытую книгу. Он разворачивается и целует красноглазого. — Я думал о нас.       Поцелуй в начале был нежный, медленно перерастая во что-то страстное и дикое. Конопатый держится за спину Катцуки, а тот поглаживает его за волосы. Они нехотя отстраняются. Бакуго шумно выдыхает.       — Ты же знаешь, зачем мы сюда приехали? — в его словах появляется нотка ехидства.       — Чтобы расслабиться, Каччан.       — Неправильный ответ. — Бакуго перехватывает кудрявого за талию и за опрокидывает на плечо. — Мы приехали сюда, чтобы потрахаться.       — Эй! - Мидория весь покраснел, как рак. Ну вот зачем так смущать, почему нельзя без таких вульгарных слов?!       — Что правда, то правда, Деку. И сейчас я покажу все прелести этого процесса. — он сам не понял когда оказался на кровати, прижатым телом уже своего мужа.       Катцуки неторопливо, что было ему несвойственно, снимал одежду, аккуратно расстегивая каждую пуговицу. Когда верхняя одежда спала, показалось идеальное тело блондина. Его широкие плечи, пресс, грудь - все такое... такое... Тем временем Бакуго расцеловал шею, оставляя укусы, а потом зализывал их, словно извиняясь. Ох, кажется придётся забыть про открытую одежду на дня 2 минимум.       Его пальцы скользнули под штаны, поддев их, снимая. Затем то же самое проделывая с нижним бельем. Пальцы начали массировать чувствительный орган, передавая массу приятных ощущений. Мидория в начале пытался сдерживаться, но потом сдался. Потому что как не стонать под таким сексуальным мужчиной?!       Мидория почувствовал, как Бакуго начал растирать смазку по его анусу.       — Мн-гх... — такие прикосновения мужчины возбуждали его тело очень быстро, что, конечно, не могло остаться незамеченным от Катцуки.       Изуку хватается за край штанов партнёра, пытаясь стянуть их. Рука блондина чуть сильнее схватила уже раскрасневшийся член.       От этого прикосновения кудрявый дёрнулся. В один момент Бакуго издал рык, приглушенный поцелуем, и резко перевернул того за талию животом в низ.       — Эй, Деку... — шепчет ему тот на ухо. Мидорию пробирает дрожь. — Ты уже намок... Какой же ты извращенец...       До его дырочки дотронулась головка члена, скользя по анусу, тем самым заставляя выделять ещё больше смазки. Изуку пытается сам насадиться, но Бакуго удерживает его за ягодицы, не давая двигаться назад.       Блондин обожал задницу Деку. Это факт. Та самая, которая пытается насадиться на него, изнывая от желания, которую хочется довести до предела, чтобы у зеленоволосого дрожали ноги, его горло срывалось от стонов, а спина была вся в укусах. Но кто ему запрещает?       Бакуго заводит его руки за голову, прижимая к краю кровати. Мидория жалобно хныкает, но красноглазый на это лишь издаёт рык и совершает первый толчок. В начале по обоим телам разливается боль, ведь один слишком сильно сжимается, причиняя этим дискомфорт. Бакуго остановился, давая Мидории привыкнуть. Спустя несколько заветных секунд движение продолжилось. Неприличные звуки хлюпанья и стонов начали заполнять комнату. В ней витал запах секса и смазки, который создавал эффект эйфории.       Мидория стонал под напором блондина. Он никогда не был любителем ласки и сейчас - не исключение. Тот этими толчками и диким темпом пытался найти ту самую точку, чтобы довести любимого до пика блаженства.       Низкий и хриплый рык постоянно был слышен. Бакуго буквально вбивался в нижнего. Оба были уже на пределе. Спустя ещё пару толчков оба лежали на кровати вместе в обнимку. *** 4 года спустя       — Папа Изуку, помоги мне с подделкой, пожалуйста! Там шишечку нудно приклеить, а у меня не получается! — маленькая девочка со светло-розовыми волосами заходит на кухню, обращаясь к отцу, сидящему за столом.       — Ох, извини, Мизу, но я занят. Мне нужно статью дописать. — Мидория отвечает отрываясь от компьютера, который весть обклеен разными стикерами: бабочками, машинками, какими-то узорами и много чем ещё. — Пусть Катцу тебе поможет.       — Но я не хочу! В прошлый раз папа разозлился, и сказал что эта подделка нафиг не нужна, а воспитательница меня наругала! — надувая щечки говорит девочка. По комнате разносится смех.       — Ха-ха-ха, я не удивлен. У твоего папы никогда не было черты такой, как терпение. — говорит конопатый, закрывая рот рукой и поднимаясь из-за стола, чтобы снять закипевший чайник.       Дверь соседней комнаты открывается и из неё выглядывает блондин.       — Про меня говорите? — он усмехается, чувствуя, как его и так высокая самооценка поднимается. — Неужели соскучились?       — А вот и неправда! Я рассказывала папе Изуку о том, что из-за тебя меня наругали! И он сказал, что ты нетерпеливый! - Мизуки рассмеялась, смотря на отца своими красными глазами.       Бакуго прищурился, а на его лице появилась ещё более угрожающая улыбка.       — Хм.... Смешно вам, да? — он начал медленно подходить к дочери и мужу. — Сейчас досмеетесь и лопнете!       — Катцу, я занят, давай без меня, а? — тот закрыл ноутбук, потирая переносицу. — Иди лучше приготовь ужин.       — Ага, а на луну не хочешь? Значит, как про самого наикрасивейшего мужа посплетничать у тебя время есть, а поесть сделать - нет?       Красноглазый уже был близко и сделал резкий выпад вперёд, одной рукой захватывая розоволосую девочку, а другой Мидорию. Бросив их на диван, стоящий в углу комнаты, начал щекотать их шеи и ступни.       По комнате разнесся ещё более оглушительный смех. Мидория и Мизуки разрываясь от боли в животе, просили своего мучителя остановиться, на что лишь тот говорил, что они сами виноваты, требуя извинений. Спустя несколько секунд этой пытки, они сдались, моля о пощаде. Все трое развалились на диване, смотря в никуда, разговаривая о не о чем. Катцуки лежал в обнимку с Изуку, а Мизуки была между ними. Пожалуй, это безумие никто не хочет останавливать.