Роли

Второй клиент запомнился, тем, что узнав, что за снятие стрингов надо платить дополнительно и не мало, зажмотничал и сказал, что легко найдёт себе бесплатного. Я пожелал ему удачи в поиске, а сам подумал, что хорошо, что взял деньги вперёд с этого скупердяя и решил, что впредь всегда буду брать только так. Третий тоже заплатил только за танец, объяснив, что давно мечтал увидеть мужской стриптиз, но как человек семейный, сделать это легально не может, а тут увидел моё объявление и решил осуществить свою мечту на дому. Я легко дал ему то, о чем он мечтал и даже наивно стал думать, что может так и будет дальше, когда четвертый клиент, мило улыбнулся после танца и спросил, так же улыбаясь:  — Это всё? — явно намекая на продолжение. -За дополнительные услуги дополнительная плата, — вежливо ответил я, давая понять, что то, что он хочет получить, зависит от кошелька клиента. Он хмыкнул и сказал: — Всё у тебя будет, красавчик. Но потом.  — Деньги вперёд, — не уступил я.  — Не надо со мной спорить. Разве не знаешь, что клиент всегда прав? Так я наткнулся на первое насилие от клиента. Может, если бы я сопротивлялся было бы еще хуже, но и без этого отодрал он меня грубо и жестко.Когда все кончилось, и он встал с меня, молчащего всё время пока он меня трахал, то даже удостоился слов похвалы: — А ты ничего такой… терпеливый… не орал… не звал на помощь… Я так же молча встал и стал одеваться. — Думаешь, не заплачу? Ошибаешься, я никогда шлюх не обижаю. Он действительно полез за бумажником и достал купюры. — Возьми. Я взял деньги. — Что ж. Спасибо. — Танцуешь хорошо…- меж тем продолжил клиент, — Есть у меня знакомый один… он таких, как ты очень любит…преображать. Могу свести с ним. Платить будет щедро. — Что значит «преображать»? — Какая тебе разница? Поверь, это не больно, и, главное, он неплохо заплатит. — А зачем вам сводить нас? — Я ему денег проспорил, надеюсь, скостить должок. Позвонить ему? — Не сегодня. На сегодня всё. — Понимаю, — усмехнулся клиент. — После меня тебе тяжело его игры будет понять. Тогда жди его звонка. А зовут его Антон.  — Хорошо, буду ждать, — бесстрастно сказал я и ушёл. Но, пробыв дома часа три, снова выехал по адресу. Нужная для банка сумма вот-вот должна была сложиться и можно было бы поехать туда. Пару дней мне никто с именем Антон не звонил, и я решил, что уже ничего и не будет, тем более, что отсутствием клиентов в эти дни я не страдал. Но они почти не запомнились мне: трахали- платили, все честно. Но этот человек всё же позвонил мне: — Привет. Я — Антон. Мне тебя рекомендовали. Когда ты сможешь подъехать? — Через час. — Жду. Жил Антон в тех же краях, что и мой сводник. Дверь мне открыл довольно с простой внешностью парень, спортивный, лет за 30, с короткой стрижкой и жестким взглядом. Поздоровались. Он без лишней суеты сразу отдал деньги. Мне это понравилась. Затем я прошёл в его комнату. По обстановке было видно, что Антон неплохо зарабатывал и явно был не бедным парнем. — Мне сказали ты ещё и классно танцуешь? — сказал мне в спину Антон. Похоже он не очень доверял рекомендациям того человека. Ещё? Что ему обо мне наплел тот урод? — Да, только мне надо переодеться, — и нырнул со своей сумкой в ванную комнату. Когда я вышел, он, внимательно осмотрев меня, скривил рот и предложил: — Я тебе заплачу больше, если ты будешь танцевать в том, что тебе дам я.  — Хорошо, — сказал я, думая про себя, что же он выдаст. — Из тебя выйдет ах*енная Жизель! — тут же загорелся Антон. Почему он назвал меня Жизелью, я понял, когда он стал доставать из шкафа платье, парик, какие-то ленты. Так вот в чем состояло преображение. Я что-то в этом роде подозревал. Затем он помог надеть мне парик с длинными темными волосами, украсил его цветными лентами, а длинное почти прозрачное крепдешиновое платье на голое тело, я одел сам. Я увидел, как изменилось его лицо, когда я полностью переоделся. Жёсткость куда-то исчезла, и глаза загорелись знакомым мне огнём желания. Что-то рано. Я ведь еще даже не танцевал.  — Начинай, Жизель…. Я не протанцевал и 10 минут, полупрозрачная ткань с просвечивающимися частями моего тела возбудила Антона настолько, что ждать, когда кончится мой танец ему было не в мочь. Он подошел к компу и выключил мою музыку. Я замер в полужесте танца. — Достаточно… Иди-ка ко мне. — Я еще не закончил с танцем, — возразил я, чувствуя по его голосу, что секс с ним будет примерно такой же, как и с рекомендовавшим меня клиентом. — Закончишь в постели, — усмехнулся Антон, не подходя, а скорей надвигаясь на меня. — За постель отдельная плата, — отступая, сказал я. — Я тебя не обижу, Жизель, — сказал Антон, и вдруг улыбнувшись, предложил: — Поиграем? Еще не зная о чём речь, я кивнул. Он начал сразу, без прелюдий: — А что Жизель делает одна на улице так поздно? — Гуляет Жизель, — буркнул я, не зная тот ли ответ ждал от меня Антон или нет. Но, похоже, он и не ждал от меня игры по Станиславскому. — Такая скромница- красавица, — стал намекать мне на мое дальнейшее поведение Антон, — и гуляешь одна? Скромница не придумал ничего лучшего, чем положить ладонь на член, закрывая его от взора «ночного незнакомца». Антон еле заметно кивнул — я угадал. — У подруги задержалась, дядя, — сказал я.- Уроки вместе делали. Задают много нынче. Время пролетело… — О, красавица еще и умница: уроки с подружкой делает. Наверно, Жизель в школе в лучших ученицах ходит? — Да, — кивнул я, — одни пятёрки по выебке. Антон хохотнул на мою шутку. — Только вот разве Жизель не учили, что таким красавицам опасно ходить поздно ночью. Тебе могут встретиться плохие парни и обидеть тебя. Сделать с тобой нехорошие вещи, — продолжил он. — Я буду очень осторожна. Вещей в отношении себя не допущу, — заверил я «дядю». — Я знаю, как тебе помочь. И если Жизель, будет умницей, то может смело рассчитывать на мою защиту, — маслянисто сказал «ночной встречный», и я сразу понял, каких слов от меня ждёт Антон — Что же мне надо сделать, чтобы заслужить такого защитника? — Сущий пустяк, красавица, — он быстро расстегнул брюки и вывалил свой огромный член. Охтыжбля, размеры! Но я ведь еще и скромница. — Ой, я никогда такого не делала, — уставился я на его член, — и не видела-а, — протянул я задумчиво. — А ты попробуй, — ласково сказал любитель поиграть в ролевые игры. — Ну, не знаю, — играл и я, — у нас ещё не было такого предмета в школе. — Вот и изучишь… на практике. Антон нажал мне на плечи, и я встал на одно колено. Его полувозбуждённый член оказался прям напротив моего лица. Я осторожно лизнул его. Потом еще, и еще, будто пробую. Антон сверху шумно вздохнул. (- Ахуеть) Я раскрыл губы и провел ими от корня до вершины, затем языком потанцевал по уздечке и обвел языком уже набухшую головку. — Да, так, красавица, — сказал Антон.- Возьми его в свой ротик. Может, я и красавца, но еще и скромница. Я аккуратно взял только одну головку и начал нежно её посасывать и облизывать, то захватывая её всю, то гуляя язычком по кроне головки, не втягивая в себя и половины огромного члена Антона. Тот сверху шумно дышал, никак не руководя мною, давая возможность мне самостоятельно освоить предмет. Член Антона быстро приобрел присущие по природе размеры и скромница сделала огромные глаза, сыграв испуг. Внезапно я оторвался от его члена, и встал с колена. — Знаете что… я лучше пойду, — нарушил я его сценарий, — как- нибудь темными задворками … доберусь до дома… без помощи… таких огромных… — я сделал паузу, — дядей. Антон слегка опешил и как дальше играть, после этих моих слов, он не знал, и просто приказал: — Продолжай! — Нет! — отступил я. — Сам себе соси! Меня дома ждут!  — Да ты уже пришла по адресу, сладкая! После чего притянул меня к себе, шепнув в ухо: — Всё ахуенно! — и последнюю подсказку: — Посопротивляйся, красавица, — и, схватив за плечи, толкнул меня на разложенную тахту и упал сверху. — Ой, что вы делаете! Вы же обещали защищать! — напомнил я и несильно стукнул его в грудь. За что тут же получил крепкую пощечину. — Пошел нах*й! — тут же отозвался я, забыв о скромности. С кого ху он меня бьёт?! — Жизель не только не умеет сосать, так еще и ведет себя как товарка на базаре! — задирая мне платье, сказал Антон.- Ты ещё не знаешь, как воспитывают таких, как ты? — Даже не могу предположить! — прошипел я и ударил его сильнее, и затем попытался оттолкнуть навалившееся на меня тело. Бесполезно: нельзя сразу убрать упавший и хотевший тебя паровоз. О черт, я опять нарвался на насильника. Снова стукнул его по корпусу. Но быстро понял, что его это только ещё больше раззадорило. Он влепил мне еще одну пощечину и дальше мы боролись молча, я не знал, что должна говорить Жизель во время насилия, а Антон, пыхтя мне в ухо, больше мне не подсказывал. Сам же нарушив правила этой игры, я уже перестал понимать, что происходит, и что в данный момент было больше во всем этом: игры или реального сопротивления насилию. С одной стороны я чувствовал, что он не использует всю свою мужскую силу, то есть все же играл, но вдруг он стал рвать в клочья надетое же им платье и сжимать да синяков мне запястья. Я же тоже сначала сопротивлялся в пол силы, но после треска ткани и его налитых кровью глаз, все стало внушать мне опасение, что он выебет меня в сухую, настолько все стало не театральным. И когда он, наконец, сумел перевернуть меня на живот, и навалился на меня, протискивая свой член мне между ягодиц, я уже на полном серьёзе пытался выбраться из-под него, уже сильно жалея, что я вообще согласился на все эти «преобразования», представляя, как будет болеть от износа задница. Но я всё же ошибся, Антон сыграл свою роль насильника только до этого момента и ещё немного поелозив своим членом мне между ягодиц и насладившись моими бесплодными попытками выбраться, вдруг вполне миролюбиво запел: — Ну-ну, красавица, чего затрепыхалась? Я не сделаю тебе больно… Я замер, прислушиваясь к его словам — ни капли агрессии. — Всё уже… успокойся… Как ты меня так разозлил! Все сделал, как я хотел! Даже больше! Я так давно мечтал об подобных эмоциях! Умница! Но не бойся, насиловать я тебя не буду. Мне вполне достаточно этой возни. Этой схватки. Он стал гладить мои бедра и я тяжело выдохнул, похоже, он говорил правду. — Молодец …- он стал целовать мне плечи. — Красавица, расслабься… Как же ты меня возбуждаешь…весь ты! Всё правда, что о тебе сказали…а теперь…хочу тебя невыносимо!.. давай-ка, Жизель, в стойку… И, действительно, слез с меня, давая мне возможность привстать и оперившись локтями, встать в позу «ебименяеби». Он задрал мне на спину остатки платья и, стал мне смазывать анус любрикантом. Я уткнулся лицом в руки и все еще не верил, что дальше будет, как со всеми. Вошел Антон аккуратно и плавно, но это лишь для того, чтобы я привык к его члену. После чего стал довольно сильно и резко трахать. Сначала было немного больно, но терпимо и, видимо, я, не ожидавший что насилия всё-таки не будет, не совсем догнал замысел Антона, когда он вдруг заявил: — А почему Жизель молчит? Я тут же подал голос, и мне не пришлось долго притворяться, эта секс -машина сзади вламывал так, что я начал кричать вполне искренне и что самое интересное, мне все это начало нравиться. Эта мощь, этот напор. И он это заметил. И началось: — Жизель нравятся большие члены в попке? Жизель нравится, когда её трахают в задницу? Жизель хочет сильнее? Ещё? Жизель?.. Жизель…!!! Я уже мог только кричать: — Да! Да! — подначивал и задыхаясь и хватая ртом воздух, уже неумолимо несся к своему завершению Он даже помог мне, протянув свою руку к моему члену, и я кончил через несколько его ласкающих движений, выгибаясь и оседая на тахту под его все убыстряющимися толчками. Он кончил почти сразу вслед за мной, громко прокричав имя Жизель и долго ещё держал мои бёдра, затем, выйдя из меня, лег рядом с моим обессиленным телом. Парик съехал и он, вместо того, чтобы поправить его, снял его совсем. Я повернул к нему голову и посмотрел на него, думая о том, что он первый человек от которого я кончил за деньги. Антон смотрел на меня как-то странно, со смесью удивления, восторга и только что полученного удовлетворения. — Ты испачкал мне обивку, красавчик, — сказал он, не играя больше в плохих девочек, но сказал так не потому, что предъявлял мне претензии, а потому что, я это ясно почувствовал, ему вообще хотелось сказать хоть что-то такому, как я. — А дядя не знал, что Жизель с яйцами всегда так делает? — проявил я свою строптивость. Он рассмеялся, но вдруг словно занавес упал и взгляд его стал жестче. — Вставай, в душ и убирайся, — неожиданно грубо сказал он. Я, не ожидавший такого, тут же вскочил, и чуть не упал, облокотившись о спинку тахты, всё-таки он сильно оттрахал меня. Кое- как доплелся до ванной и скрылся там. Вышел и стал быстро и молча одеваться, думая, чем же вызвана такая вспышка гнева и что, похоже, я остался без второй части заработка. Но Антон, сначала сидевший в одних шортах в кресле и смотревший на меня, вдруг поднялся, подошел ко мне уже стоящему в коридоре его квартиры и протянул мне деньги. Даже на первый взгляд там было очень много. Может, он не знает цен? Не похоже. — Это слишком много, — сказал я, беря деньги и распуская их веером, чтобы он тоже увидел. — Антон, вы, наверно, ошиблись. Я столько не стою. Верней, это столько не стоит. На эти слова он взял мое лицо за подбородок и произнёс — Ты самая лучшая Жизель, что у меня была. И цены своей совершено не знаешь. Бери. Поверь, ты заслужил. Все было просто потрясающее… Я никогда такого как ты не встречал… Если бы ты не был шлюхой…- он сделал паузу, — я бы тебя поцеловал. — И сегодня отдыхай, — добавил он, — больше не работай. Денег я тебе достаточно дал, и еще я знаю, как тебе досталось, — и он опустил руку.- Я думаю, мы с тобой еще увидимся, так что, давай на «ты»  — Спасибо, — улыбнулся я, кладя деньги во внутренний карман куртки. — Уже и не надеялся, подумал, я что-то не то сказал и ты меня без заработка оставишь. Ты так изменился… Он вздохнул. — Потому что, милый мальчик, я вдруг ясно понял, что если ты ещё будешь на меня так смотреть и еще что-то говорить, я не смогу тебя выгнать. Буду узнавать как ты попал в такую ситуацию, ведь судя потому, как ты не хотел брать деньги.что-то с тобой не так. Но у меня и так проблем ху*ва туча. Я не знал, что сказать на это неожиданное признание, и решил успокоить: — Со мной не будет проблем. Я уже ухожу. — Не уходишь, а уедешь. Я вызову тебе такси, — предложил он.- У меня знакомый таксист, всегда на линии, минут через десять тебя заберёт. Подождёшь? — Подожду, — согласился я, уже совсем не зная, как реагировать на такую заботу. — Но только на улице. А то я к тебе уже привыкаю, — сказал он. — Хорошо, — снова согласился я и шагнул к двери. — Подожди, — остановил он меня. Я оглянулся, и он подошел ко мне вплотную. — Ты сегодня сосал у кого-нибудь? — прямо спроси он. — Нет, ты третий клиент на сегодня, перед теми я только танцевал, — я сказал правду, в тот день всё так и было. — Я тебе верю. Он привлек меня к себе и поцеловал. Неожиданно нежно после всего. — Не работай больше сегодня, — опять сказал он, оторвавшись от меня.- Обещаешь, Жизель? — Обещаю, — улыбнулся я с трудом, чувствуя, что за этот поцелуй мне когда-нибудь придётся отвечать. — Иди. И в тот вечер я, действительно, выполнил обещание, и хотя на телефоне маячило еще два вызова, больше ни к кому не поехал. И не потому что у меня что-то болело, а из-за поведения последнего клиента — Антона. Антон удивил меня, а поцелуй в конце смутил. Зачем? Зачем ему это понадобилось? Ну, сыграл я, как он хотел… Зачем целовать? Этот поцелуй каленым железом жег мою броню, беспокоил, выводил из себя, но так и не коснулся моего замурованного сердца, раздражая ненужными, забытыми мыслями, а «что если…». К утру я четко пришел к выводу, что мне всего этого не надо, не хочется, не во время и лучше бы Антон больше никогда не позвонил мне. Так началась моя весьма не длинная жизнь мальчика по вызову и все последующие лица-члены клиентов, запомнились чередой несвязанных во времени событиями. Редко кто удовлетворялся приватным танцем, были и такие, которые спрашивали: А ты ещё и танцевать будешь? Ненаписанная часть повести. И хотя я ясно написал для кого мои услуги, у меня были не только мужчины. Звонили и женщины. Я приезжал, честно танцевал, а в остальном просто отказывал. Многие понимали мои объяснения сразу, но одна упёртая дамочка просто достала меня звонками и эсэмэсками. Я был предельно вежлив до седьмого звонка, потом послал её, но вместо того, чтобы оскорбиться она увеличила гонорар. И я согласился встретиться, чтобы просто увидеть и понять, зачем ей это. Как я и думал, это оказалась одна из незнающих чем себя еще развлечь телочек какого-то крутого бизнесмена. Мне сразу стало скучно. И когда, я выполнил свой танец, она уверенно улыбнулась: — Сколько за продолжение? — Продолжения не будет, милая. Я же предупреждал. — Ерунда! У меня есть деньги! Вы за деньги все сделаете! — Никакие деньги не заставят меня залезть на вас, дорогая. Я выполнил то, зачем вы меня позвали, и теперь ухожу. Как же испортили злые эмоции миленькое девичье личико. Передо мной был уже совсем другой человек. — Ты даже стринги не снял, п*дораси*на вонючая! Г*вномес *банный! .- визжало на меня очень страшное лицо и ещё много других забавных словосочетаний я узнал в тот вечер о себе и своей ориентации.Никогда не думал, что можно так долго и витиевато ругаться. Я спокойно оделся под этим градом оскорблением и уехал. Эту роль я не стал играть. Нежелание спать еще и с женщинами за деньги, было выше моего желания выбраться из денежного кризиса. Она еще прислала мне пару оскорбительных эсэмэсок, но все же успокоилась. Может, нашла себе развлечение попроще. После неё я перестал отвечать обладателям женского голоса и больше таких эксцессов у меня не было.