День влюбленных. (Из записок Фиолетовика, поклонницы бантан и нашей Маши)

Чуть успокоившись после весёлого отбирания-доедания еды, Бантаны задумались о свиданиях, любимой, дне Святого Валентина и, вообще, о личной жизни… А что? Любой Бантан – тоже людь! И каждому хочется кусочек простого человеческого счастья. Тут с личной жизнью-то напряжёнка: вечные глаза-уши-камеры охраны-операторов-фанатов-конкурентов, локаторы-телескопы хейтеров-сасенов, а также носы родственников и Бантан, хотя, про родственников уже было. А счастье – где-то за гранью фантастики?! Но оно же всё-таки возможно?! Пусть хоть кусочек, пусть не сейчас, а всё же… Хоть помечтать… Грустный-грустный вздох (у одного Чонгука так не получалось), решительное щёлкание пальцев и потирание ладоней, задумчивое хлопание глазами, счёт до трёх и … Вуаля! – Кто первый? – уже координирует Намджун. – Кто придумал – тот и первый, – Сокджин выразительно посмотрел на Хосока. – Ой! Нет-нет, только не я – первый. Ой-ой, это волнительно. Ой-ой-ой, и стеснительно! И.. и.. и мне очень смешно! Не-не-не, мне совсем-совсем чуток, но страшно. Я.. я.. я… лучше потом… – А я вот, совсем не боюсь, но вы же – хёны, вам и флаг первенства в зубы, – с вызовом оглядел старших макнэ, задержался взглядом на Юнги, который в ответ как-то странно, с грустинкой улыбнулся-оскалился-хмыкнул. – Давайте, дерзайте, самые опытные, или самые романтичные. (Гуку явно полегчало или, как поел, настроение улучшилось). И самый старший из мемберов решил принять вызов: – Ладно, уговорили! – Блин, – Чимин аж подпрыгнул, – я хотел первым! – Вот никогда не думал, что ты у нас самый романтичный, Гном-хён! – услышав такое от макнэ, Чимин даже не понял, что обиднее: гном, подозрение в максиромантизме или сомнение в его самый-самый-опытности. Но запомнил и то, и другое, и третье и мыслью про холодное блюдо подытожил своё запоминание. Ви просто взмахом ресниц остановил пыхтение Пака и заговорил: – Хочу долго-долго просто гулять где-нибудь по набережной Сены, только с ней, девушкой своей мечты – королевой красоты, а ещё с Ёнтаном и его подружкой. Буду любоваться ею и фотографировать, пока она позирует местному художнику для портрета… – А зачем тебе портрет и фото подружки Ёнтана? Да ещё так далеко ехать из-за этого, до самого Парижа? Я тебе сам всё нарисую и нафоткаю прямо здесь, в Корее, тем более, все шпицы, которые не белые, очень похожи: где Тани, где его подружка – и не разберёшь. Их семейный портрет даже могу написать. Давай лучше поподробнее про девушку и свидание! Даже не посмотрев на говорливого макнэ, Тэхён продолжал: – Или будем долго-долго кататься в гандоле по каналам Венеции. Ведь для большинства девушек Париж и Венеция кажутся очень романтичным местом. Местом, где можно сделать предложение руки и сердца в день Святого Валентина, и она, та самая единственная, с кем я захочу провести жизнь до гробовой доски, мне не откажет. – Вау! О-оо! У-уу! – раздалось восторженное и трепетное от Бантан. – Класс! Хотел бы я увидеть эту девушку, которая, чисто теоретически, смогла бы тебе отказать. Таких, наверное, нет! – Гук был сегодня вечером слишком болтлив, сказывалось нервное напряжение вечера.