Открой своё сердце, и я поселюсь в нём

В голубых глазах на секунду мелькнуло звёздное сияние, когда они ненадолго приоткрылись. Этот взгляд, что обычно пуст, сейчас наполнен ненавязчивым волнением и нежностью. Тепло. Уютно. Самые прекрасные ощущения. Лучшее лекарство от ран на душе Аякса -- объятия возлюбленного, от вида которого сердце неожиданно замирало, а направление взора начинало постоянно меняться и метаться из стороны в сторону, обыкновенно останавливаясь потом на глазах Альбериха, которые тоже глядели на Тарталью. В такие моменты они оба начинали улыбаться и неловко посмеиваться, после чего вновь прижимались друг к другу, заключая крепкие объятия, что так же крепко заседали в рыжей голове. Чайльд хранил каждую песчиночку этих воспоминаний и ощущений под надёжным замком по уши влюблённой памяти, с нежностью принимая каждую мысль о Кэйе. Одно лишь его имя, возникающее в непослушном и неуправляемом на воспоминания разуме, заставляло сменить натянутую улыбку на искреннюю. Сейчас, когда они лежали под медленно светлеющим и переходящим к утру небом, звёзды начинали потихоньку меркнуть и угасать на небосводе, как погибающий огонь. Парочка влюблённых, которая всё ещё не в силах признаться друг другу, а главное -- самим себе, мирно лежала на траве. Сколько было времени? Они понятия не имели, ведь это совершенно неважно. Важным было лишь то, какие чувства давно раздирают души обоих на части. Две пары голубых глаз внезапно направили взгляд друг на друга. Кэйа и Чайльд в глубине души похожи, отчего частенько делали и говорили что-то одновременно, обычно заливаясь смехом после случившегося совпадения. Но не в этот раз. Аякс молчал. Молча хотел утонуть в глазах другого. Чайльд чуть было приоткрыл рот, чтобы сказать то, что давно хотел, но тут же закрыл глаза и обессиленно плюхнулся обратно на траву. Нет, он не может. Ощущение было такое, что не сможет никогда. Кэйа, в ответ на странное и незавершённое действие со стороны Тартальи, вопросительно приподнял бровь, но после постарался просто не обращать внимания, лишь протягивая свою руку в грубоватую на ощупь чужую ладонь, не замечая, как постепенно пелена сна начала затмевать разум. .................. Рассеялась мгла сонных грёз, Поднялось солнце, утру уступя. Тарталья, волнениям наперекос, Тихо прошептал: "Люблю тебя."