Мрак белой бабочки

      Выбор был очевиден. Я сразу поняла, что с уходом мастера, который параллельно являлся хранителем шкатулки с талисманами, моя жизнь перевернется снова. Я надеялась, что выход все же будет. Но удача, как ни странно, прокатила мимо меня.       Мастер отрекся от шкатулки, а вместе с ней и от своей жизни. Таковы правила. И я понимала, понимала это где-то в глубине души, отказываясь принимать правду. Но в этой жизни не мы выбираем, что правдиво, а что ложно, и никакие факторы не смогут перевернуть истину. Пусть даже и так, но я до сих пор считаю, что если бы я была бы более серьезнее и профессиональнее, все было бы иначе. Я никого не виню в этом. Только себя.       Солнце уже взошло. Мне нужно было спешить домой. Ночь выдалась спокойной, как и многие предыдущие до нее, с того момента, как мастер покинул нас с Нуаром. Я быстро вскочила в люк своей комнаты, плюхнулась на кровать и детрансформиловалась. Тикки появилась пред моим взором. — Маринетт, я понимаю твои чувства, мастера с нами больше… — …нет. — перебила я, — Знаю. Но прошу, Тикки, ты-то должна понять, нам уже не по четырнадцать. Это уже не та игра, что была раньше. Это уже совсем не игра. Мы потеряли его. На мне одной сейчас лежит огромная ноша, и я готова с этим смириться, но рисковать и опаздывать я больше не хочу. Если ты не согласна, я могу сменить талисман. По крайней мере, ты будешь чуствовать себя в безопасности… —… в безопасности?! Маринетт, не говори больше таких вещей и думать о них не смей! Да, возможно ты права, но я буду переживать, очень сильно, и в конце концов исчезну. Я сгусток энергии и жизни, Маринетт, это правда, но эмоции у меня имеются. Мне уже свыше миллиона, а то и миллиарда лет. — Тикки ухмыльнулась, — Знаешь, я не против твоих намерений, поэтому я не останавливаю тебя. Дороги назад уже не будет, но впереди всегда что-то виднеется. Думаю, ты и правда принимаешь мудрое решение. Нам нечего терять, я доверяю Нуару, и Плаггу тоже. Я уверенна, они тебя не подведут. Однако… Маринетт, я вижу, что ты уже далеко не та наивная девчонка что была три года назад. Ты резко изменилась, и я боюсь, что… В один момент ты просто слишком сильно погрузишься в эту темноту.       Я смотрела на Тикки, мою драгоценную квами, «сгусток энергии» ставшим мне верным другом за все эти пять лет.       Я улыбнулась. Посмотрела на нее ласковым взяглядом и выдала: — Прошу, не переживай, то, что я стала серьезнее относится к этому вполне нормально после произошедшего, а если ты говоришь еще и про мою влюбленность в Агреста… — я вздохнула, — это была такая глупость… — улыбаясь, я вспомнила те беззаботные деньки, когда бежала за Адрианом, словно шпион, который следил за ним и, ожидая подходящий момент, мог напасть. Но нападения так и не произошло, чему я, честно говоря, даже рада. — Но люди чуствуют определенные эмоции друг к другу, и, увы, это тоже нормально. Таковы законы этого мира. Я решила больше не влюблятся. Точнее, я будто бы больше и не могу. Такое странное ощущение, не пустоты, а… Тикки замолчала, посмотрела в пол, и медленно перевела взгляд на меня. — …свободы? — тихо предположила она. Я посмотрела ей в глаза, и тихо повторила: — Свободы. Широко улыбаясь, мое нутро выдало громче: — Свободы. Именно. Я… Ого. Как же давно я не чуствовала этого. Я и забыла. Боже. Но так даже лучше. Я чуствую себя лучше! Квами разделила со мной это счастливое мнгновение, но после сказала: — Я рада за тебя от всей души, но время идет, и на сон его остается все меньше и меньше… — Увы, Тикки, я бы отложила учебу до момента победы над Темным Мотылем, но не могу. Ибо это вызовет тревогу у моих родных. А у некоторых может даже и подозрение в моей причастности к двойной жизни, тем более, это последний год, и мне нужно постараться сейчас, чтобы потом было проще отводить время для стратегии плана победы над Темным. Я это все к тому, что вчера вечером я вырубилась и проект остался незавершенным, я думаю, мадам Бюстье меня простит, но это будет неправильно, а потому я собираюсь его закончить сейчас. — Тогда, я буду сидеть с тоб… — …прости, Тикки, но ты должна набираться энергии, ты являешься очень важной персоной для меня и Леди Баг. Ты и так не спала два дня, и я заметила, что с истощением твоей энергии вместо десяти сигнальных минут остается меньше почти в два раза. — Как бы мне не обидно было это признавать, но ты права. — ответила мне квами с грустью в голосе. — я пойду восстанавливаться. Я надеюсь, что сегодня мы ляжем спать пораньше. — грусть в ее голосе испарилась, на смену ей пришло легкое раздражение и заметно-сильное, твердое утверждение.       Что я могла ответить. Соответственно, правда на ее стороне. Ведь здоровый сон — это важно, и пусть Тикки и перевоплащает меня в героиню, но большинство работы все же на моей доле. — Обещаю, Тикки. Все будет так, как ты и сказала. — Вот и славненько! Я спать. — квами улетела, оставив меня один на один с моим недоработанным проектом.

...............................

      Я проснулась от звона моего будильника, по времени не было еще и восьми, уроки начинаются в девять утра, так что я успевала. Я встала со стула с целью идти в ванную, так как нужно было смыть со своего тела неприятное ощущение усталости и грязи. Вернувшись в комнату, мне довелось увидеть, как Тикки уже во всю душу уплетала печенье, которое я принесла специально для нее еще вечером.       По дороге в школу нельзя было не обратить внимание на погоду. Она явно предзнаменовала дождь. Родители спали, а потому вернутся за зонтом я не решилась. Ибо проскачить незаметно до порога, не разбудив их, до сих пор мне удавалось с трудом. Хоть я уже и столько лет этим занимаюсь. Пора бы привыкнуть.       Они, честно сказать, не каждый день спали до десяти, в будни пекарня открывается в восемь, и только в выходные режим меняется с восьми на одиннадцать утра.       По дороге я встретилась с Адрианом. Моим хорошим другом.

...............................

      Заметив Маринетт, Адриан стал подходить к ней, чтобы поздороваться. Маринетт тоже пошла в его сторону. — Здравствуй, Маринетт. — с теплой улыбкой поздоровался блондин. — Доброе утро, Адриан. — так же приветливо отозвалась Маринетт.       Но юноша, заметив нотки усталости в ее голосе, обеспокоенно посмотрел на ее лицо. И правда, Маринетт уже как два месяца ходит с этими синяками под глазами. Кожа ее стала еще бледнее, и веснушки было видно гораздо лучше, нельзя было не заметить, что она стала гораздо более спокойнее и рассудительнее за последние два месяца. Она уже больше не оказывала то воздействие жизнерадостной оптимистки, которая видит лишь свет и пытается тщательно отгородить от себя и своих близких мрак. Она выглядела так, будто что-то потеряла. Будто эта потеря принесла решимость в ее жизнь. Но улыбка не сходила с ее лица. Только начни с ней разговор, как, даже если она занята делом и ее лицо принимает серьезный вид, она откликалась и эта улыбка снова появлялась на ее лице.       Она не нравилась ее другу. Та самая улыбка не нравилась Адриану с каждым разом больше и больше, но она не отталкивала его от нее, наоборот, сближала. Парень очень хотел помочь Маринетт, очень сильно хотел ее поддержать. Его, почему-то, тянуло к ней. И не думайте, нет, он спрашивал ее, спрашивал напрямую, но брюнетка, снова нацепив на себя эту «маску» отвечала ему, что все хорошо. Адриан не зря так переживал за Маринетт, он понимал ее. Лучше, чем никто другой. Ведь когда-то, а точнее, год назад он сам с трудом избавился от нее. Одноклассники блондина знали, что тот живет один. Он снимает квартиру недалеко от того квартала, в котором находится особняк его отца. Он наконец-то начал жить. Конечно, он сильно разозлил отца своей выходкой, но терпеть постоянный контроль с его стороны уже просто не мог. Так что старшему Агресту не оставалось ничего, кроме как дать сыну свободу. Не немного свободы. А ее всю. С одним условием. Юноша должен был раз в месяц посещать банкет своего отца, а так как работы у Адриана не было, как и высшего образования собственно. он работал в отцовской компании. Все так же моделью. Только теперь график составлял по большей части сам Адриан, и секции по типу фехтования и китайского уже давно были в прошлом. Он наконец стал по-настоящему счастлив. Счастлив так же, как и в обличие Нуара.       Но два месяца назад произошла трагедия, вся ответственность свалилась на Леди Баг, ведь мастер Ван Фу погиб. И Нуар, понимая что Леди нужно время, чтобы востановится после произошедшего, перестал докучать ее своими придурствованиями. Он сильно волнуется за нее, на каждом патруле спрашивая не нужна ли ей помощь. Вот и сейчас он так же сильно переживает за Маринетт. Он недавно понял, что она была влюблена в него. Ведь резкое ее изменение отношения к нему, включая манеру речи, он до этого принимал как должное. Но теперь он все понял. На самом деле, глубоко внутри, это чувство его никогда не покидало. И знал все с самого начала, но боялся поверить в это. Ведь тогда был влюблен в Леди Баг. Не подумайте, Нуару она до сих пор нравится, но все же то, что его начало тянуть к Маринетт было неоспаримо. Увы, но факт.       Адриан решился продолжить разговор: — Похоже, ты сегодня мало спала. Ты хорошо себя чуствуешь?       Маринетт за ту минуту молчания уже вошла в транс своих мыслей, заполненных неоднократными переживаниями о грядущем ее проишествии. Но услышав голос блондина, резко включилась. — А? Прошу, прости меня, я зависла, не мог бы ты повторить?       Юноша обеспокоенно взглянул на нее, и вздохнул. — Маринетт, сколько часов в сутки ты спишь?       И снова, снова эта улыбка, черт ее побери. — Прошу, не волнуйся за меня. Я правда в порядке. — Проект, верно? — девушка кивнула. Адриан продолжил, — Маринетт, прошу, прекрати хотя бы на время брать каждый проект на себя. В классе полно ребят. Уверен, некоторые не прочь будут заработать себе дополнительную оценку.       Всё с той же улыбкой брюнетка ответила: — Я прислушаюсь к тебе, Адриан. Спасибо, что беспокоишься за меня.       На крыльце школы стояли Алья и Нино. Они весело и оживленно о чем-то разговаривали. Даже если не знать, что они пара, со стороны можно и догадаться.       Маринетт и Адриан подошли к ним, и они вчетвером ушли в школу.

...............................

      Шел конец урока по химии. Мадам Менделеева читала последние строчки правила, и брюнетка только и успевала все записывать. Наконец прозвенел долгожданный звонок, все начали складывать с парт вещи. Когда все собрались, прозвучал вердикт от учителя. — Итак, это будет в экзамене, так что я надеюсь, что все слушали внимательно. — строго произнесла она. — Если кто-то чего-то не понял, я сегодня здесь до пяти часов. А также хотела сказать, что по этой теме я бы хотела выслушать подробный проект.       Только услышав это слово, Маринетт начала на автомате поднимать руку, но… — Я возьму этот проект. — очень громко и настойчиво выкрикнул парень, предвалидельно вскачив, чтобы у его подруги не осталось и шанса взять эту ношу снова на себя.       Когда уроки закончились, все пошли по домам. В том числе и Маринетт. Обычно, когда она приходила в школу, то тут же после окончания уроков оставалась на дополнительные, чтобы догнать темы на которых ее не было. На самом деле, школу она пропускала регулярно: если все учились шесть дней в неделю, то Маринетт, если повезет, как минимум пропускала один день. В эти дни она либо отсыпалась после очередного долгого патруля, либо придумывала план стратегии победы.       И вот, в один из таких дней она кое-что надумала. На самом деле, она долго мусолила эту тему с Тикки, и обдумывала сама. И в итоге решила окончательно. Она хочет, чтоб они с Нуаром знали личности друг-друга. Она прекрасно понимала, что делать все одной слишком рискованно. А так хоть будет доверенное лицо, на которое в случае опасности, она сможет положится. Так сказать, стратегия «один из двух»; случись что с ней, останется Кот.       Они с Нуаром знали как противостоять акуме, если ты вдруг становишься жертвой, а потому именно по этому случаю не переживала.       Как преемницу шкатулки мастера, Ван Фу учил Маринетт всему, что ей бы пригодилось. А та в свою очередь рассказывала своему напарнику. Конечно хранитель не все успел показать преемнице, но основам научил, а это, как считал он сам, самое важное. Сегодня у них с Нуаром патруль, и Леди Баг планирует все ему сегодня рассказать.

...............................

      Мы согласовались встретится с Нуаром на прошлом совместном патруле сегодня в десять вечера. Так что я предвадительно сделала все дела, которые должна была сделать дома, и стала ждать назначенного времени.       Наконец, посмотрев на часы, я поняла что, пора. Посмотрев на Тикки и дав ей это понять, она сразу же настроилась на трансформацию. — Только помни, Маринетт, ты мне обещала. — сказала она прищурившись. — На этот раз, Тикки, мы вернемся вовремя. — ответила я твердо. — И еще кое-что, — квами подлетела ближе и, улыбнувшись, сказала, — я верю в тебя, хранитель.       Я кивнула и трансформировалась в героиню Парижа.       Нуар уже был на месте, он редко опаздывал, но и раньше меня тоже нечасто приходил. — Здравствуй, миледи. — И тебе тоже добрый вечер, Нуар. — Ты хотела попросить меня о помощи? — спросил Нуар уже серьезно. — Так и есть. Но это еще не все. — так же серьезно ответила я. — А что же еще? Говори, я помогу всем, чем смогу! — с улыбкой воскликнул он. — Начну сначала, так как это важно. Помнишь, я говорила, что отреклась от чувств, которые были со мной на протяжении почти пяти лет? — Припоминаю, но если ты ждешь совета, то прости, я в этом полный профан, но могу выслушать твои переживания. — спокойно промолвил напарник. — Я не возьму своих слов назад, я лишь хочу спросить, нет ли у тебя отношений сейчас? Ты еще никому не поведал вторую свою личность?       Клянусь, что в тот момент глаза Нуара стали еще больше. Он облакотил руки на шест и сказал следующее: — Ты… ты же не хочешь сказать мне, что… — он промолчал, но быстро добавил — …что хочешь встречаться со мной?       Теперь уже мои глаза стали больше от удивления, и я быстро добавила: — Ч-что? Нет конечно! В смысле ты мне не противен, но я же сказала, что отрекаюсь от романтики до свободы Парижа. Хотя неудивительно, что ты все так понял. В общем, нет ли людей, которые знают, что ты ведешь двойную жизнь.       Напарник выдохнул. — Нет. Нет. Нет таких персон. Я уверен. — Чтобы не путать тебя, скажу сразу, — четко слетело с моих губ. Пауза. — Я хочу раскрыть наши личности. Тишина.       Нуар посмотрел на меня, спустил руки с шеста и посмотрел серьезнее. — Всему Парижу? — У меня не лучшее настроение для шуток. Но отвечу, что нет. Только перед друг–другом.— усмехнувшись уточнила я. — Уверенна? — Рискованно ложить всю ответственность на одну меня. Мне нужен будет кто–то. И ты лучше всего подходишь на эту роль. Я доверяю тебе. Но вот только мне нужна твоя клятва. Клятва о том, что ты будешь всегда со мной. И нет. Это не предложение. Даже не смей шутить.       Но по лицу супергероя было понятно. Он и не собирался. Казалось, в этот самый момент я увидела самое серьезное выражение его лица за все эти пять лет. — Я бы отказался, но понимаю, что оставлять ношу лишь на тебе одной и правда рискованно. Так что, я согласен. — Не переживай, мы не будем сейчас снимать маски. Мы обменяемся номерами и встретимся завтра днем. Вот. Держи. — Кнопочный телефон? Значит, ты уже есть в контактах? — Именно, мой друг. — с некой гордостью сказала я. — Встретимся завтра в три часа дня. Надеюсь, без опозданий. — Договорились, но где именно? — Я напишу тебе за два часа до встречи. До завтра. — Заметано. Спокойной ночи.       Мы разошлись.

...............................

      После разговора с Котом я убежала домой. Я же обещала Тикки лечь сегодня пораньше, да и, честно говоря, спать хотелось невероятно.       Костюм героини медленно испарился в розовом свете. Появилась квами. — Ты правильно поступила, Маринетт. Несмотря на то, что мастер был против того, чтобы кто-то знал о вашей двойной жизни, включая вас самих. — Я надеюсь на это. Надеюсь, что все будет хорошо.       Я в раздумьях смотрела на пробковую доску с фотографиями моих близких. Там были мои друзья, родители, и где-то мелькало мое лицо. Я ушла переодеваться и готовиться ко сну, в то время как Тикки улетела пополнять запас энергии средством питания.       Через некоторое время, мы уснули.

...............................

      Когда Маринетт проснулась, часы показывали десять часов утра. Брюнетка села на край кровати потирая все еще соннные глаза, затем встала и ушла в ванную.       Следом за девушкой проснулась и квами. Она знала, что Маринетт сейчас в ванной, так что просто прилетела на ее стол в надежде поесть печенья, однако, увы, вчера она съела последние две штучки, там находившиися. Квами огорченно вздохнула и принялась ждать хранительницу, чтобы поделиться своим горем. Ведь только она могла ей помочь.       Ждать пришлось недолго. Через десять минут в комнату поднялась брюнетка. Посмотрев на печальный взгляд Тикки и пустую тарелку, она сразу поняла в чем дело. Маринетт улыбнулась. — Хорошо, я принесу тебе еще печенья и пироженых. Родители как-раз проснулись, думаю у них есть уже что-то для тебя.

...............................

      В комнату проникали яркие лучи солнца. Адриан любил вставать рано. Он чуствовал в этом некую бодрящую атмосферу, которая радовала его.       А Плагг, как ни странно, любил спать до поздна. В этом и было огромное его сходство с котом. Он мог заснуть где угодно и когда угодно. Например, раньше, когда Адриан ходил на множество секций, квами часто дремал у него в сумке.       Конечно, нельзя забывать о его зависимости от камамбера. Этот сыр с его вонючим запахом привлекал Плагга так же сильно, как Тикки сладкое. Представьте, однажды квами удачи потеряла контроль над своими желаниями и начала есть слишком много. Тогда Маринетт думала, что это катастрофа, ведь она впервые видела Тикки в таком состоянии. Но после Мастер рассказал, что такое случается при длительном эмоциональном выгорании квами. Энергия есть энергия, она тратится и восполняется, пока немерием у квами так это и происходило.       После того, как Адриан сделал все утренние дела он решил пойти прогуляться. Хоть он и ценил свою съемную квартиру, но после того, как свободы прибавилось в сто крат, он не мог и целого дня просидеть дома в одиночестве. — Хей, Плагг, я думаю, что нам нужно сходить прогуляться. Свежий воздух не повредит в конце концов. — Адриан, ты говоришь это каждое чертовое утро. И, конечно, ты всегда знаешь мой ответ. Он отрицательный. Но не сегодня.       Блондин вопросительно посмотрел на квами. — Мои запасы камамбера заканчиваются, и нам срочно нужно их пополнить. Поэтому, — Плагг наигранно вздохнул — я согласен выйти с тобой на прогулку, Адриан…       Адриан задумался, и ответил: — Да, думаю, что мы пойдем в пекарню Дюпенов, заодно проверим Маринетт, спрошу ее, пойдет ли она на фотосессию сегодня. Тем более, что один на один с Лилой оставаться мне не хочется. — Вот и славно! Мы не можем ждать ни минуты больше, пошли! — Постой, Плагг, — остановил его Адриан. — Чего? Разве ты не хотел прогулятся? — Хочу, но еще слишком рано, пекарня открывается в десять, не знал? — Припоминаю. Но мы же все равно пойдем сейчас. Тебя это не остановит, верно? — с надеждой на то, что блондин ответит ему отрицательно, выдал квами. — Верно, в путь! — с огромным энтузиазмом ответил парень.

...............................

Спустя два часа, Адриан решил что уже можно идти в пекарню родителей Маринетт, время уже зашло за десять утра, так что зайти сейчас не было бы «преступлением».

...............................

      Колокольчик на двери пекарни зазвенел, зашел новый посетитель. — Здраствуйте, миссис Дюпен-Чен! — улыбчиво поздоровался юноша. — Ох, здравствуй, Адриан, у нас пока нет твоих любимых круассанов, но через два часа они появятся на прилавке, можешь зайти попозже. — Ничего страшного, я вообще пришел к вам за Маринетт, думал, может она хочет погулять со мной, я собираюсь позвать Алью и Нино, так что…       Мама Маринетт оживилась: — О, да, конечно она хочет! — она осмотрелась и чуть тише продолжила, — Если честно, в последнее время я переживаю за Маринетт, она ведет себя… закрыто. Хоть она и постоянно улыбается. Мне кажется, что ей плохо.       Адриан перестал улыбаться и опустил взгляд в пол. — Так вы тоже заметили… — Конечно, мы же ее родители! — с неким возмущением ответила миссис Чен.       Светловолосый неловко улыбнулся. — Да… глупо было с моей стороны… — со стороны двери раздарся звон ветра, но Адриан и Чен не обратили внимания, — Говорить вам такое.       Наконец Сабина посмотрела на вошедшего человека, и на ее лице появилась ласковая улыбка.       Маринетт прошла вперед в сторону кассы, не оставив Адриана без внимания и подарив ему кивок с той самой фальше-улыбкой. — Милая, у тебя так много дел в последнее время, тебе не помешало бы отдохнуть, — обеспокоенно отметила мать. — Да, мам, — не снимая улыбки начала Маринетт. — Думаю, сегодня я могу позволить себе отдохнуть. Доброе утро, Адриан. — Доброе, Маринетт, — как можно ласковее и дружелюбнее сказал Адриан. Но в его голосе еле заметно промелькнули нотки обеспокоенности.       Конечно подруга это заметила, однако виду не подала, этот тон уже вошел в привычку речи ее друзей. Она знала почему, но на вечные вопросы просто отмахивалась, говоря что-то вроде: «Подработка добавилась», «Голова болит» или «Пытаюсь идеально понять тему, чтобы получить высший балл и поступить в университет мечты». Многие говорили, что не обязательно так переутомляться, но Маринетт спорила с ними, говоря, что сил, которые она вкладывает, достаточно ровно столько, сколько этого требовалось, а потому она продолжит, да и, тем более, она в нормальном состоянии.       Конечно, согласится с ней было тяжело, но и спорить, сказав, что она уже на пороге сумасшествия, тоже было в корне ошибочно.       Они ни разу не видели то, как их одноклассница падала в обморок или то, как она обезумевшими глазами поглощала всю информацию, данную ей от учителя и учебника, и даже то, как она спала на уроке, а ведь Маринетт так делала еще год назад. И ведь действительно, конечно, брюнетка иногда приходила бледная в школу или с болью в голове, но не более. Учителя не сильно обращали внимание на ее состояние, просто иногда глядели с сожалением и продолжали урок. Они видели случаи и хуже. В конце концов одноклассники перестали доставать девушку своей обеспокоенностью, они до сих пор считали Маринетт той, на которую можно ровняться, и по просьбе подруги не сдвинули ее кандидатуру в этом году. Однако в этом же году она не стала старостой и уступила Адриану, который тоже решил попробовать себя в роли ответственного лица класса. Выдвинул свое предложение на участие он внезапно, чтобы также помочь подруге, но это еще не все, так как теперь он вправе сам решать за себя, ему и самому захотелось попробовать чего-то нового. И хоть Маринетт все поняла, она была ему благодарна, ведь он и правда очень помог ей: как оказалось позже, будь она еще и старостой, у нее просто бы не оставалось времени для себя. — Да, кстати говоря, я здесь не просто так. — начал юноша, — Я хотел позвать тебя прогуляться со мной… — до него вдруг дошел смысл сказанного и он торопясь добавил, — …И Альей… И Нино там тоже будет… Наверное… — выдавил он неуверенно.       Маринетт, вопросительно посмотрев на него, ответила. — Думаю, нам все же стоит позвонить и спросить их. Но должна признаться, у меня не будет слишком много времени, мне еще нужно сходить кое–куда. Время уже одиннадцать, а перемещаться по Парижу, чтобы погулять оставшиеся два часа, в лучшем случае, я думаю, не лучшая идея. Но если ты хочешь, мы можем погулять вдвоем. Нам вполне хватит трех часов, ты согласен? — Конечно, я и не планировал больше.—поняв, что это звучало обидно, Адриан выпалил, — Имеется ввиду, у меня тоже есть дела. — Я поняла тебя, необязательно отчитываться за каждое предложение. — усмехнулась брюнетка. — Тогда я буду ждать тебя снаружи. До свидания, миссис Дюпен-Чен.— Адриан развернулся и ушел.       Сабин сказала что-то про круассаны и направилась на кухню. Вернувшись, она положила их в пакет, туда же пару салфеток, завернула и протянула дочери.       Маринетт подошла и забрала круассаны. — Передай Адриану. Он совсем забыл про них.— быстро бросила Сабин и, посмотрев ласково на дочь, добавила, — Будь аккуратнее. — после чего быстрым шагом вернулась на кухню помогать мужу.

...............................

      Стояла все так же отличная погода. Агрест переодически тянул руки в карманы, параллельно проверяя телефон на наличие сигнала оповещения, хоть и на самом деле это было необязательно, ведь вибрацию телефона он смог бы почуствовать даже через карманы штанов. Но внимательность и проверка лишними никогда не будут — именно такие мысли Адриан настоятельно держал у себя в голове.       Наконец одноклассница соизволила выйти из пекарни, держа в руках бумажный пакет с ее логотипом. Она протянула его блондину. — Держи. Будь внимательней в следующий раз. — мягко, но фальшиво произнесла Маринетт. — А… Да, я совсем забыл про них, спасибо —виновато улыбнувшись, произнес Адриан.       За все два часа прогулки, Маринетт и Адриан почти не разговаривали. Брюнетке, казалось, все равно на разговоры, но попытки блондина завести диалог она не отклоняла, однако все они проваливались так же быстро, как и начинались.       Сейчас подростки находились напротив памятника возведенного в честь защитников Парижа, — Кота Нуара и Леди Баг. Друзья заметили статую и решили попрощаться именно в этом месте.       Как ни странно, Мариннет начала разговор: — Сколько бы бед в Париже не случалось, эти ребята всегда одерживали победу. И впрямь чудесные. — не отрывая спокойного взгляда от статуи, произнесла подруга. — Ага. — посмотрев на статую, Адриан добавил, — Они никогда не проигрывали. Всегда доверяли друг другу. Я считаю, они лучшие. — Не проигрывали… — загадочно ухмыльнулась Маринетт и опустила взляд в землю. — Кто знает, может это не всегда было так просто, как нам кажется.       Глаза Адриана на секунду расширились, а тело пробрало мурашками. Но это мнгновение не продлилось и секунды, как он тут же пришел в исходное состояние. Теперь же он свел взгляд со статуи в землю, пытаясь вспомнить тот миг, когда он все понял. К сожалению тщетно. Чувство дежавю не хотело больше возращаться, от этого Адриан погрустнел в душе.       Однако от зрения Маринетт это не ускользнуло. Но она предпочла сделать вид, что ничего не заметила. И продолжила диалог: — Всё хорошо, что хорошо кончается, — взгляд направился на Адриана. — Я хорошо провела время с тобой, спасибо. Давно я ни с кем так не общалась. — А-ага. — только и смог выдавить друг, смотря на брюнетку. — Увидемся в школе, Агрест. — дружески прощаясь, Маринетт развернулась и собиралась выйти из аллеи, но Адриан наконец понял, что либо он спросит сейчас, либо потом это будет максимально сложно сделать: — Маринетт, — он её окликнул.       Одноклассница повернулась. — Не нужно, Адриан. Всему свое время. — лишь ответила она, оставив блондина в шоковом состоянии и исчезнув из его вида.       Адриан очнулся от оповещения кнопочного телефона в кармане. Где четко были видны слова: «Я жду тебя на улице Абревуар, на Монмантре, через пол часа».       Вскоре блондин покинул аллею и помчался на установленное место встречи. Через 37 минут Нуар стоял на крыше дома улицы Абревуар. Но Леди Баг там не было, что крайне удивительно. Зато внизу было немало туристов и людей, что пришли посмотреть на местность. — Ты все так же неосторожен. — с усмешкой сказала девушка.       Зеленоглазый обернулся резко и быстро, но тут же успокоился. — Просто я знал, что это ты, вот и все. — гордо произнес герой. — Какая хорошая погода сегодня, не так ли? — Отличная для сражений и злодеяний Мотыля. — уверенно произнесла Баг. — Да, это точно ты. — дружелюбно произнес Нуар. — Ты мог просто посмотреть на мое местоположение. Оно не будет отсвечивать у сенсе-монстра или акумы. — Все время забываю. — глупым тоном произнес блондин. — В любом случае, нам нужно найти место потише. И я знаю одно рядом. Но трансформироваться нам придется отдельно. — Я даже понял какое. У дома 1647? — Именно у него. — подтвердила Леди.       Через пять минут они разошлись по разным закоулкам.       Маринетт детрансформировалась. — Тикки, я взяла талисман Вайпериона, думаю, ты знаешь к кому обратиться в случае чего. — Маринетт протянула диковину квами. — Я приму это к сведению, однако твое недоверие к Нуару меня поражает. — сказала Тикки.       Маринетт вышла из узкой подворотни. И направилась к маленькому неприметному кафе, которое находилось в доме 1647.       Эти коды территории придумала Маринетт, чтобы помечать важные места и в случае опасности не строчить длинные предложения, а лишь отправить код. Всего кодов было около двухста, и выучить их было нелегко, поначалу они даже путались в цифрах, но выучив, они поняли, что это и правда не было тратой времени, ведь иногда кодовые значения помогали в боях.

...............................

      Всё сжималось. Дышать было тяжелее и тяжелее, ноги становились ватными, а глаза смотрели лишь вперед. Ощущение ужасное, но в некотором смысле даже приятное. Скоро все встанет на свои места, и секретам конец. Это будет важная точка в их партнерстве. Адриан не мог собраться с мыслями.       Плаггу же, казалось, было все равно, он просто терпеливо и молча сидел в сумке и ждал представление из-за кулис. Он не считал себя актером или ведущим в этом шоу. Он просто был, как поддержка для актера, и когда приходило время, он помогал своему другу успокоиться и набраться новых сил для новой сцены, акта, или же пьесы. Актеров было много. А Плагг такой один. Но почему-то, от этих мыслей квами только погружался в депрессию. Но благо есть проверенное противоядие от плохих мыслей — камамбер.

...............................

И вот момент Икс. Два человека выходят на встречу друг другу, они уже поняли, что стоят напротив, осталось только поднять глаза. Было ли страшно? Нет. Скорее, очень волнительно. Тяжело открывать карты, когда по правилам их нужно тщательно скрывать от других, в том числе и от своего союзника. От него тем более.

Стук сердца.

Глаза поднимаются смотря вперед.

Стук сердца.

Опровержение.

Стук сердца.

Признание.

Стук сердца.

Осознание.

      Дыхание прервалось. Они смотрят друг на друга уже две минуты, это слишком много. Так как Маринетт это и затеяла, она и сделала первый шаг к ошарашенному от жизни Адриану. — Здравствуй. Видимо, мы увиделись еще раньше нужного. — с легкой неуверенностью ответила Маринетт. — А… П-подож… Нет. Это… Боже… Какой же я… — Адриан закрыл лицо руками и ими же загреб волосы назад. Он снова посмотрел на Маринетт. — Вот черт. И правда. — Он усмехнулся. — Всему свое время.       Маринетт ухмыльнулась с некой хитростью и даже уверенностью: — Я предпологала. Но все равно удивилась. Тогда у статуи ты смутился, я это заметила и уже тогда это дало мне серьезный повод задуматься над этим. Плюс ко всему, это объясняет твое поведение в школе. Не думаю, что идеал Парижа так легко бы пошел наперекор словам отца. Только если он уже знал что-то такое, ради чего стоило бы пошатнуть репутацию послушного сына в его глазах. Ты и правда Нуар, Адриан Агрест. — Я тоже теперь все понял. Пазлы в большинстве своем сложились. Но я рад, что это ты, Маринетт. Хоть мне стало больнее, вместе с этим, еще пришло и облегчение. — Рада за нас. Думаю, теперь мы знаем друг друга в лицо. Предлагаю встретиться завтра у меня дома. Нам нужно многое обсудить. — серьезно сказала брюнетка. — Но почему не у меня? Я живу один, и это гораздо безопаснее. — запротестовал Адриан. — К твоему сведению, я строила предположения несколько месяцев без перерыва, все важные бумаги и вещи лежат у меня, мне будет не очень-то удобно тащить их к тебе через квартал. Не думаешь? — с усмешкой спросила Маринетт. — Да и к тому же, я тоже скоро перееду. А несколько раз переносить материалы из одного места в другое я не хочу. Тем более, что есть риск их потерять. — Думаю, ты права, как и всегда. — задумчиво произнес Адриан. — То-то же. Увидимся завтра, как можно раньше. — В пять? — предложил Зеленоглазый. — Хорошо. В пять.       Маринетт снова ушла первой. Адриан опомнился. и последовал ее примеру.       Все прошло лучше, чем ожидала хранительница.