Останься со мной

Это был тот самый вечер, когда Портовая Мафия и Вооружённое Детективное Агентство находились вместе в одном помещении и...не предпринимали попыток убить друг друга. На удивление, скорее даже наоборот. Поймав Фёдора и удостоверившись, что вирус исчез, а босс и директор находятся в добром здравии, можно было на время отложить оружие и забыть о старых обидах и спорах. Поначалу мирная обстановка вокруг кажется наигранной и хрупкой, но остатки подобных мыслей быстро тонут в первом же бокале хорошего алкоголя. Фукудзава протягивает руку к принесённому подносу с напитками. Шампанское, не более. Директор не ставит себе цель выпить побольше. Сегодня он пьёт со всеми, искренне радуясь тому, что может просто дышать. Некоторое время назад даже это было сделать сложно. Вирус проносится в голове нежелательным воспоминанием и тут же исчезает, растворившись в чьём-то заливистом смехе. Взгляд привлекает высокая тёмная фигура, будто плывущая по залу, мягко, но собранно, а вовсе не ступающая, как человек. На секунду Юкичи вспоминает, как Огай абсолютно так же передвигался когда-то по своему кабинету, залитому лунным светом. Он вспоминает, как сам сидел в тени комнаты и так само наблюдал за шагами Мори. Плавными, аккуратными, бесшумными. Словно он подкрадывается всю свою жизнь. Так было много лет назад. Так всё происходит и сейчас. В другой обстановке, при других обстоятельствах и уж точно в другом окружении. Но Фукудзава стоит в тени веселящейся толпы, а Мори легко ступает по блестящему паркетному полу. И весь зал залит мягким светом дорогих люстр. Вот тонкая рука Огая тянется к бокалу, а Юкичи совсем не кстати вспоминает: холодно. У Мори всегда были холодные руки, где бы он не находился. Этому человеку словно физически не хватало тепла, но... он никого к себе не подпускал. Тех, кто мог бы это тепло дать. Ведь никогда не знаешь, какой человек протянет тебе руку помощи, а какой вонзит кинжал в спину. Проверять каждого не хватит сил и терпения, но опыт горько подсказывал, что вторых людей в мире намного больше. В стократ больше. Собранный и холодный днём, сейчас босс Портовой Мафии аккуратно проходит мимо разговаривающих людей, учтиво улыбаясь в ответ приветствиям и легонько кивая головой. Это выглядит так неестественно, нереально, и Фукудзава всерьёз задумывается, не придумал ли этот хитрец очередную подставу. В короткое время стремительно пустеют ещё несколько бокалов, а Юкичи окончательно теряется в догадках. То есть, Огай действительно пришёл сюда... выпить? Судя по всему - хорошенько выпить. Походка уже не кажется такой идеально отточенной, то и дело выдавая следы наступающего опьянения. Мори отводит взгляд немного в сторону, тут же встречаясь с глазами директора, а потом исчезает в толпе, словно никогда его там и не было. Юкичи бегло осматривается по сторонам, и в эту же секунду на его плечо ложится худощавая рука. Холодно. – Добрый вечер, Фукудзава-доно. Надеюсь, я Вас не отвлекаю? – Добрый вечер, Мори-сенсей. Нет, всё в порядке. – Смотрю, Вы довольно неплохо выглядите после всех недавних происшествий. – А Вас, стоит полагать, это порядком огорчает? – Юкичи мельком взглянул на него, скорее из привычки держать предполагаемого врага всегда на виду. Огай беззлобно посмеялся в ответ на такое высказывание. – Отнюдь, господин Фукудзава, отнюдь.

* * * Время на часах давно перевалило за полночь. Торжественный зал, раньше полный людей, сейчас оказывается почти пустым. Редкие зазевавшиеся гости постепенно разбредаются прочь, отправляясь домой отсыпаться. Вооружённое Детективное Агентство и люди Портовой Мафии решают не отличаться от остальных и тоже потихоньку разойтись. Во всяком случае, так решают почти все. Фукудзава медленным размеренным шагом обходит зал, думая о чём-то своём, подытоживая прошедший день и не только. Всё-таки, как же выматывают все эти сражения и смертельные угрозы. Выматывают как физически, так и морально, и порой даже не скажешь, что хуже. Где-то сзади слышно намеренно громкие шаги и мужчина немного оборачивается, но лишь для того, чтоб подтвердить свои догадки. – Что-то мне подсказывает, господин Фукудзава, что мы с Вами здесь немного засиделись, Вы так не думаете? Мори окидывает взглядом совсем уж опустевшее помещение. Директор бросает короткий взгляд на большие настенные часы и с некоторым огорчением для себя понимает, что здесь он согласен с Огаем. Фукудзава коротко кивает головой. – Не могу с Вами не согласиться, господин Мори. Уже совсем поздно, стоит отправляться домой. – Знаете, так уж вышло, что я не особо спешу в свою скромную обитель. Могу предложить составить Вам компанию до дома. Юкичи удивлённо вскидывает бровь, пытаясь прочесть на слащаво доброжелательном лице Огая, что же тот задумал. На первый взгляд, ничего в его фигуре не выдаёт грядущего коварного плана или хотя бы намёков на само его существование. Фукудзава отвечает прежде, чем понимает, что именно он сказал: – Почему бы и нет. Даже если Вы надумаете меня убить, вряд ли сегодня у Вас это получится. Мафиози ехидно улыбается. – Вы плохо меня знаете, Фукудзава-доно. – Относительно Ваших способностей или намерений? – Боюсь, и то, и другое. Директор лишь недовольно морщится, вызывая на лице Мори очередную полуулыбку. Они выходят из здания вместе, не проронив ни слова. Придорожные фонари освещают дорогу, мягко разрезая ночную темноту. Их света хватает, чтобы Фукудзава мог видеть спокойное лицо Мори, не предвещающее никаких неприятных сюрпризов. Огай ловит его взгляд, и Юкичи тут же отводит глаза, едва заметно вздыхая. Мафиози поступает так же. Тишина вокруг мягкая, ненавязчивая, привычная. Вот только раньше молчать в компании друг друга им было легче. Приятнее. Раньше в этой тишине не прятались недосказанность и ошибки прошлого. Мори глубоко вдыхает, собираясь с мыслями, решаясь сказать что-то. – Ты думал, как бы сейчас всё сложилось, если бы наши дороги не разошлись много лет назад? Был бы ты всё ещё со мной, в мафии? – Огай смотрит на него вполоборота, заискивающе заглядывая в глаза. – Думал. Но так и не нашёл ответа. Да он теперь и не нужен. – Да? Ты действительно так уверен, что ничего уже нельзя изменить? – Ты выпил лишнего и теперь занят ненужными мыслями, – игнорируя его вопрос, говорит Фукудзава. Чужая рука оказывается в считанных миллиметрах от его собственной, остановившись на секунду, и снова исчезает. – Ненужными, говоришь. Вот как... Что ж, я тебя понял. Юкичи хочет что-то сказать в ответ, как-то возразить, но понимает, что сделает этим только хуже. Холодно. Оба замолкают и теперь идут в полной тишине, размышляя о чём-то своём. Вспоминая о чём-то своём. Мори смотрит прямо перед собой, прослеживая дорогу, пытаясь вспомнить в окружающих пейзажах хоть что-то знакомое. Это ведь далеко не первая прогулка по здешним местам. Он достаёт из кармана полупустую пачку сигарет и неспеша закуривает. – Сколько же я говорил тебе не курить...– обречённо вздыхает Юкичи, бросая усталый взгляд на собеседника. – А я и не курил раньше, во всяком случае пытался. Пока было ради кого. Фукудзава слышит в этом голосе упрёк. Им насквозь пропитано каждое слово Мори и от этого становится как-то не по себе, и где-то под рёбрами что-то неприятно скребёт по сердцу. Чувство вины подкрадывается со спины, тихо, словно хищный зверь, и уже никак не хочет отпускать. Воздух вокруг становится тяжёлым, а атмосфера накалённой. Фукудзаве действительно жаль, что ничего нельзя изменить. Холодно. Небо над головой чернильно-чёрное, усыпанное рябью белых мерцающих звёзд. Свежий лёгкий ветер, пробираясь под одежду, заставляет зябко укрываться тонким воротником. Фукудзава ловит себя на мысли, что и без того холодные руки Мори сейчас наверняка на ощупь как самый настоящий лёд. Он бросает на Огая короткий взгляд и только убеждается в своих догадках: мафиози разве что не дрожит от холода, пытаясь не выказывать своих ощущений. Фукудзава снова коротко смотрит на него, пытаясь запечатлеть в памяти такой редкий и невероятный момент: Огай Мори, каким он есть на самом деле – со своими эмоциями, чувствами и неприкрытыми ощущениями. Мужчины подходят к двери дома Юкичи. Холодно. – Благодарю за компанию, Фукудзава-доно. Вечер был достаточно неплох. Но теперь, к сожалению, я вынужден Вас покинуть и отправиться к себе домой, – Мори едва заметно щуриться от прохлады, снова поправляя воротник плаща. Фукудзава смотрит ему в глаза, размышляя о чём-то. – Ну и к чему сейчас была эта формальность? – он задаёт свой вопрос вслух, не ожидая услышать ответ. Его и не следует. Мори слегка ухмыляется, возвращая себе привычную маску и разворачивается, делая шаг. Ветер мягко треплет его волосы. Мужчина коротко вздыхает и в этот же момент ощущает, как чужие пальцы мягко, но требовательно сжимают его плечо. – Куда ты идти собрался, уставший и замёрзший? – голос Фукудзавы мягкий и спокойный, его хочется слушать. – В конце концов, ты проводил меня до дома, позволь хотя бы отблагодарить тебя чашкой чая. – Горячего? – Мори разворачивается к нему лицом и взгляд его на одну лишь секунду становится мягче. – Как скажешь, – мягко улыбается Юкичи, открывая дверь и пропуская Огая вперёд. – Кухня всё там же? – Конечно. Небо на востоке давно посветлело, предвещая скорый рассвет. Редкие облака окрашивались в бледно-розовый, освещаемые первыми слабыми лучами восходящего солнца. На маленькой кухне двое бесконечно близких и в то же время бесконечно чужих людей говорили обо всём на свете, допивая почти остывший чай. Огай засыпает на ходу, вдоволь нагревшись, и Юкичи даже не приходится уговаривать его остаться переночевать – мафиози соглашается сразу. Им не впервой спать вдвоём на одной кровати, никак к этому не приспособленной, и сейчас это только в плюс. Мори ложится первым, не дожидаясь, пока хозяин дома разберётся на кухне с посудой. Когда Фукудзава заходит в спальню, мафиози уже спит на удивление крепким сном, не имея необходимости заботиться о своей безопасности. Потому что он знает, что здесь ему не навредят. Юкичи осторожно укрывает его одеялом и устраивается на второй половине кровати. Он закрывает глаза и уже почти засыпает, когда чувствует, как чужая ладонь оказывается на его собственной. Мори всё ещё крепко спит, но даже во сне пытается оказаться хоть чуточку ближе. Фукудзава улыбается одними лишь уголками губ и немного придвигается, аккуратно, чтобы не разбудить, обнимая мужчину за спину и прижимая к себе. Он шепчет, едва слышно, "спокойной ночи" и закрывает глаза. Тепло.

* * * Мори просыпается с опоздавшим осознанием того, что находится не в своей кровати. Тем более, не у себя дома. Мягкий свет из просторного окна освещает небольшую уютную спальню. Комната заполнена запахом свежезаваренного зелёного чая и какого-то нехитрого завтрака. Огай ловит себя на мысли, что всё вокруг кажется ему таким... родным? Конечно родным. Ведь о доме Фукудзавы у него, почему-то, остались только самые светлые воспоминания. Мужчина потягивается в кровати и слегка хмурится под яркими лучами солнца. На кухне раздаётся шум, и через несколько минут в дверном проёме оказывается сам Юкичи, непривычно расслабленный и домашний. – Доброе утро, Ринтаро. Составишь мне компанию для завтрака? Огай не знает, что ему сделать в первую очередь: согласиться или съязвить по поводу услышанного обращения. Ответ приходит сам собой. – С радостью, Юкичи. А ты разве научился готовить? – Не то, чтобы. С твоим кулинарным талантом это всё равно не сравнится. Впервые за долгое время оба мужчины могли с уверенностью сказать, что это утро действительно доброе.