Любовь безумна

Саенс направлялся в палату к очередному пациенту. Одному из самых тяжёлых, по мнению клиники, но не для самого скелета. Вся психбольница удивляется: Почему такой милый и спокойный паренёк работает в столь ужасном месте? Многие помогают ему и не только персонал, но и пациенты. Они видят как тяжело приходится парню, поэтому всегда помогают. Да и нравится он почти всем, и характером и внешностью. Голубоглазый паренёк с небольшими овальными очками, что он часто поправляет когда нервничает. Со столь приятным, мягким голосом, который успокоит любого, даже самого буйного пациента. Когда он выходит на смену, вся клиника спокойна, не происходит буквально ничего, некоторых это пугает, они даже думали, что Саенс какой-то чародей, но нет. Просто всем приятно наблюдать за работой доктора, такого прекрасного как он. Дойдя до нужной палаты скелет тихонько отпирает дверь и бесшумно входит внутри. Пациент сидел на кровати и как всегда смотрел в белый, мягкий потолок. Выражение лица как и всегда не выражало ничего. Со стороны это могло пугать, но не Саенса, он привык к такому виду Фреша. Да, именно так звали больного. Саенс долго поражался тому, что настолько спокойный парень находится под присмотром психиатров. Возможно, Фреш и был довольно странным в общении, будто вышел из девяностых, всегда просил как-то украсить его палату, сделать её более яркой. Ему всегда отказывали. По какой-то причине другие психиатры боялись Свежего, для Учёного же он стал родным. Саенс занимался лечением скелета на протяжении полугода, но так и не мог понять, по какой причине он был в психбольнице. Подойдя ближе к парню, Саенс аккуратно сел на стул, рядом с кроватью и начал диалог, мягким, бархатистым голосом: – Здравствуй, Фреш. Как ты себя чувствуешь? Скелет нехотя повернул голову в сторону своего лечащего врача. Взгляд его был усталым, под глазницами на удивление были тёмные круги, будто тот не спал неделю. Это было редкое явление, такое случалось только после того, как к нему приходили старшие братья – Эррор и Гено. Иногда с Гено приходил Рипер, как понял Саенс, это был его муж, ведь на руках были обручальные кольца. Гено самый старший в семье, ему двадцать семь лет, Эррору двадцать четыре, а Фрешу двадцать один год. Саенс старше своего пациента всего на два года, поэтому часто может засиделся у него, обсуждая разное. – И тебе привет, Саенс. Я прекрасно себя чувствую. Правда.. Было ясно, Свежий нагло врёт Саенсу, при чём очень неумело. Фреш никогда и никому в жизни не врал, у него были свои принципы и он следовал им. Правду же он тоже не спешил рассказать, Учёный так и не узнал причину пребывания пациента в больнице. Это не могло не беспокоить скелета, за полгода общения он так и не узнал правды. – Фреш, я знаю тебя долгое время. Ты не сможешь что либо утаить от меня. Тебя что-то тревожит, так ведь? Скелет вздохнул и принял сидячие положение, посмотрев на Саенса. Было видно, что тот что-то обдумывал, что-то хотел от своего лечащего врача. Но единственное, что смог выдавить из себя Фреш, это несколько невнятных слов. – Не переживай, со мной всё хорошо. Не подскажешь который час? – Без десяти десять. Мне опять пришлось задержаться допоздна. Ты ведь часто беспокоился из-за этого. Ты сегодня более «вялый» чем обычно. Что происходит? Фреш же был в своих мыслях, явно не слушая Саенса. Скелет часто посматривал на парня, а потом бубнил себе под «нос». Такое случалось редко, но в эти моменты ему лучше не мешать, всё равно ничего не добьешься. – Фреш, а ты можешь рассказать, по какой причине ты был помещен в психиатрическую больницу? Учёный мало на что надеялся, но никак не на то, что ему ответят. Притом внятно, разборчиво и в подробностях. – Почему я нахожусь под присмотром психиатров? Хахаха.. Я уже и сам не помню из-за чего именно. Может из-за убийства матери, может из-за того, что напал на брата. Из-за того нападения он ещё месяц пролежал в коме. Ха-ха, было весело наблюдать за тем в какой депрессии Эррор. Жаль, что он сдал меня сюда. Я бы мог ещё много чего интересного сделать, но теперь сижу здесь и не могу буквально ничего. Разве что… Саенс ничего не понимал, он уже даже не мог понять как оказался в слишком крепких «объятьях» Фреша, как тот без дозволения впился в «губы» скелета. Учёный не узнавал того Фреша, которого знал столь долгое время. Он пытался оттолкнуть Свежего, но ничего не получалось. Саенс был слаб физически и не мог противостоять Фрешу, который был намного сильнее самого психиатра. Свежий отстранился от бедного паренька только через десять минут, когда понял, что воздуха Учёному критически не хватает. – Фр-реш, чт-то ты твор-ришь? От-тпусти меня, п-прошу.. Фреш конечно же не желал отпускать Саенса, теперь всё становится куда понятнее. Фреш давно придумывал план как переспать с Саенсом. Где он ещё найдет столь безобидного парня, что не сможет противопоставить ему буквально ничего? Свежий больше полугода пытался подступиться к парню, узнавал о нём многое, его физическое состояние, моральное, семейное положение и так далее. Фреш знал о Саенсе буквально всё и в мельчайших подробностях. Даже слабые места знал, что сейчас будет ему только на руку. – Ты не представляешь как долго я этого ждал. Я так хочу тебя. Теперь нам точно не помешают, ведь ты остался единственный из врачей, я это точно помню. Саенс тут же понял для чего были все эти расспросы про то, когда все уходят домой, а когда приходят на работу. Скелет ужаснулся, ведь вспомнил ещё одну вещь, которую по запарке ляпнул при Фреше. Он девственник. В свои двадцать три он всё ещё оставался девственником. Учёный поднял глаза с неким ужасам взглянув на Фреша. Его глаза выражали странное для ситуации спокойствие, душа медленно «плавала» в глазнице Свежего, второй зрачок же немного подрагивал. – Ф-фреш ты ведь не сделаешь этого, да? Прошу, н-не над-до.. Глаза парня наполнялись прозрачными, солёными и обжигающими слезами. То не хотел закончить вот так, он не хотел погибать от рук своего же пациента. Буквально через мгновение он почувствовал что-то мокрое, скользкое и тёплое у себя на шеи. Это был язык Фреша, тот начал выводить им узоры на позвонках скелета, через время на костяшках Саенса стали появляться сильные, кровоточащие укусы, кровь с которых капала на белоснежный халат психиатра. Учёный всеми силами пытался остановить Свежего, но это не получалось. Парень будто с катушек съехал, или же показал настоящего себя? Пока лечащий врач размышлял о поведении своего пациента, последний же уже стянул с Саенса одежду, наслаждаясь видом настолько изящных костей. Фрешу понравился такой вид, он начал оглаживать тазовую кость и покусывать рёбра нижнего, от этих действий Учёный все же вернулся в реальность, уже не в силах сдерживаться. Как оказалось, ему это безумно нравилось, но скелет не хотел этого признавать. От следующих действий Саенс уже не выдержал и издал сдавленный полу стон, прикрыв рот ладошкой. Он испуганно посмотрел на Фреша, что как-то по-детски улыбнулся, а после и вовсе рассмеялся. – Боже, ты такой милый сейчас. Как беззащитный котёнок, а я твой хозяин~ Фреш хищно улыбнулся, втянув пассива в новый, более жадный поцелуй. Он «исследовал» каждый уголок рта Саенса, заставляя этим кровь проходить через вены быстрее. Хотя, какие могут быть вены у скелета? Разве сейчас это важно? Точно не для Учёного, который уже охотно отвечал на поцелуй, обвивая руками шею актива, и пахом прижимаясь к парню. Отстранившись, Свежий снова хищно улыбнулся. Он начал снимать с себя одежду, открывая вид на кости, что были все в трещинах и шрамах. “Откуда только они взялись?“ – это был единственный вопрос, что сейчас крутился в голове у Саенса. Он приложил руку к одному из рёбер и провел костяшкой пальца вдоль ребра. От такого действия актив усмехнулся и стянул с себя последнюю ненужную «тряпку». Учёный невольно посмотрел вниз, увидев внушительные размеры, что должны были оказаться в нём и нервно сглотнул. – Т-ты ведь не с-собериеш-шся это впихивать в меня? Я ведь не приму это.. Саенс специально делал акцент на слове «это». Он был слишком воспитанным и не мог по-другому назвать то, что сейчас видел. Он боялся, что ему будет не просто больно, а адски больно и он отключится от болевого шока. Учёный, боялся, что Фреш просто «порвёт» его. На небольшое «замечание» Фреш не обратил внимания, он хотел лишь одного, отыметь своего доктора во всех позах. Чтобы тот стонал под ним и выстанывал его имя, лишь его имя. Свежий резко перевернул Саенса на живот и приподнял его зад, резко войдя в него до упора. Конечно же Учёный не ожидал такого и издал что-то на подобии хрипа, с глаз потекли слёзы, воздуха становилось все меньше из-за частого дыхания. Фреш даже не дожидался того, чтобы пассив привык к инородному телу, он просто начал двигаться. Четко, резко, глубоко. Всё это вызывало у Саенса дрожь во всём теле и невыносимую боль, что постепенно переходила в наслаждение. Ох, кто же знал, что Саенсу так понравится происходящие? Кажется, тот понял, что так нравится мазохистам. Сейчас он чувствовал себя продажной девой, что готова лечь под первого встречного. У Учёного же есть лишь один единственный и это Фреш, что с каждым глубоким и неаккуратным толчком заставляет скелета вздрагивать. – Вижу тебе понравилось. Кто бы мог подумать, что ты мазохист. А с виду такой наивный и милый. Свежий вышел из Саенса, заставляя его скулить от чувства пустоты. Пассиву не понравилось, что Фреш не закончил начатое, тот хотел большего. Повернув Учёного к себе лицом, Фреш заставил того взять его орган в рот и начать делать минет. Саенс конечно же неумело пытался доставить удовольствие активу, но получалось плохо. В конце концов Свежему надоело это, и он положил на голову скелета свою костяную руку, что покрывала как минимум половину черепа. Парень слегка надавил на голову Саенса, заставляя его вбирать больше, чем тот может. Учёный понял, что от него хотят и попытался это сделать. Водя по каждой венке языком и заглатывая член, он выбивал из актива громкие стоны, которые глушила ладонь, которой он закрыл себе рот. Похоже, он не так безнадёжен, как кажется. Через несколько минут таких манёвров Саенс почувствовал что-то тёплое и густое у себя во рту. Он отстранился, покорно проглатывая вязкую жидкость и открывая ротик, доказывая, что ничего не осталось. Фреш слегка удивился подобному действию со стороны психиатра, он не думал, что Саенс такое вытворит. Но после минутного помутнения, Свежий повалил доктора на пол, на спину, снова резко входя в уже слегка растянутое колечко мышц. На этот раз слышится тихое шипение, после со стороны Саенса последовало лишь одно движение. Он прижался к Фрешу, чуть глубже насаживаясь на орган актива и блаженно простонав его имя. Свежий был в явном шоке, он не мог поверить, что это был тот милый застенчивый паренёк, которого он так яро любил. Да, Фреш полюбил Саенса всей душой, всегда переживал за его состояние, хоть и не показывал этого, заботился и даже оберегал. Он только сейчас понял, что натворил. Он буквально изнасиловал своего возлюбленного. Но можно ли назвать это изнасилованием, если Саенс не против? – Фре~еш, ну не тяни~ Прошу~ Разум Саенса уже затуманен, он не понимает, что творит, он просто хочет чтобы его уже жёстко отымели. Скелет тихо поскуливает, выпрашивая начала движения, ведь больше не может ждать. Именно поэтому Саенс берет инициативу в свои руки и меняется с Фрешом местами, принимая позу «наездника». Из-за резкой смены позы Учёный тихо пискнул, так как член актива упёрся в него до упора. После нескольких минут привыкания, Саенс медленно начал подниматься и опускаться, двигая органом внутри себя. Фреш тоже не мог больше сдерживаться и двигался навстречу пассиву, обхватив руками «бёдра» последнего. Спустя какое-то время, поза снова сменилась, теперь Ученого буквально втрахивали в мягкий пол, выбивали из его уст каждый стон и вскрик. Оба скелета сейчас испытывали невообразимую эйфорию. После ещё нескольких глубоких толчков, Фреш с глухим стоном излился в Саенса, со стороны которого послышался тихий и протяжный стон. – Боже.. ты великолепен, Саенс. Пожалуй, надо будет как-нибудь повторить, не думаешь? С усмешкой проговорил парень, чмокнув скелета в скулу. Саенс же посмеялся и прикрыв глаза кротко сказал: – Я посмотрю на твое поведение, Фреши~