Сила Королевы

а дальше — больше, выходят тени, встают в ряд кариатиды, скульптуры певчих и лошадей и снова окна старинной башни сильней горят свет заливает пространство улиц и площадей

Юфи не должна была слышать этот разговор. Она должна была давно лежать в своей постели и спать, но ей не спалось, потому что Корнелия не пришла пожелать приятных снов, из-за чего Юфемия взволновалась и решила найти сестру. Корнелия была уже взрослой, сражалась с пока непонятными Юфи врагами на гигантских найтмерах и могла попасть в беду — как бы Юфи в таком случае ей помогла, семилетняя принцесса не знала, но желание увидеть старшую победило все, и сон, и страх. Юфи выбралась из своей комнаты, тихой тенью скользила по коридорам дворца и остановилась у дверей кабинета отца. Она никогда даже не стала бы замедлять шаг у его двери, она боялась императора Чарльза и не считала его отцом, только императором, строгим и пугающим. Юфи намеревалась прошмыгнуть мимо, как мышь, но остановилась — только потому, что услышала голос сестры. Корнелия все же была в опасности. Юфемия притаилась за широким гобеленом, откуда можно было слышать, что говорят внутри — гобелены находились на стенах коридоров дворца за каждой комнатой, и возможность подслушивать Юфи однажды случайно обнаружила, играя в прятки. — Отец, прошу вас, не нужно! — сказала Корнелия, и Юфи поразил тон ее голоса. Сестра всегда командовала, приказывала, распоряжалась, ласково говорила только с младшей, но никогда Юфи не слышала, чтобы Корнелия… умоляла? — Это не оспаривается, — прогрохотал император. — Японцы — жалкое отребье, но нам пригодится свой человек в их рядах. Этот мусор все еще контролирует основную добычу сакурадайта. Если бы не проклятый Куруруги и его упрямство, мы бы разорвали Японию по кусочкам! Юфи вздрогнула от громкого удара кулака по столу. — Почему Юфи? — спросила Корнелия. — Почему вы отправляете туда Юфи? Она еще совсем ребенок… Она ничего не знает о войне… Умоляю вас, отец, оставьте Юфи! Юфемия застыла — ее хотят отправить… куда? В Японию? Ее разлучат с Корнелией? Только чудовищным усилием воли Юфи не заплакала. Тихо вдохнула, выдохнула и вновь прислушалась. — Она не всегда будет ребенком. Твоя сестра — Третья принцесса Британии и из нее может выйти толк, — ответил отец. — Она должна быть мне полезна и она отправится в Японию сегодня утром, хочешь ты того или нет. Надеюсь, ты не так глупа, чтобы возражать. — Сегодня утром? — задохнулась Корнелия. — Верно. А теперь оставь меня. Мне надоело с тобой нянчиться. Юфи знала, что ее не видно, но когда Корнелия вышла — буквально вжалась в стену, и зажала рот ладошкой, заметив на глазах сестры слезы. Юфемия думала, что старшая не умеет плакать, что ей не нужно плакать, столько раз Корнелия говорила «Юфи, не реви», а теперь сама — плачет? — Ваше высочество, — ее рыцарь Гилфорд возник, как из-под земли, осторожно приобнял принцессу за плечи и Юфемия испугалась уже за него — Корнелия ведь отругает за нарушение субординации! Но Корнелия вновь удивила Юфи — она прижалась к Гилфорду, опуская голову ему на грудь и тихо плача, пока он гладил ее по волосам. Долго Юфемия на столь смутившую ее сцену смотреть не стала — улучив момент, когда оба отвернулись, быстро и бесшумно шмыгнула обратно к себе в комнату. Значит, она уедет? В Японию? Юфи было сложно поверить в это, и она начала вспоминать, что знает о Японии — одна из стран, пока еще не подчиняющихся Священной Британской Империи, как говорил ее учитель истории. С Японией в последнее время шла война: Юфи мало что понимала, но слышала от сестры и гластонцев слова вроде «сакурадайт», «дипломатический конфликт» и имя «Куруруги Генбу», который был премьер-министром. Юфи придется шпионить? Но у нее не получится, она не умеет притворяться. И она не хочет уезжать, не хочет расставаться с Корнелией, с Кловисом, со Шнайзелем, с Гилфордом, с сэром Далтоном и гластонскими рыцарями… Юфи ощутила себя такой одинокой, словно была в космосе, где пусто, темно и холодно (она недавно проходила это на уроке). Теплая нежная рука коснулась волос, провела кончиками пальцев по щеке, сзади прижалось солнечное тепло, укутывая Юфи в облако безопасности, пахнущее фиалками и дождем. — Корнелия, — шепнула Юфемия, — я не хочу уезжать. Сестра не стала ни ругать ее, ни расспрашивать, как узнала — только судорожно всхлипнула и прижала к себе Юфи еще крепче. — Не переживай, — младшая повернулась к ней лицом. — Я справлюсь, я буду… секретным агентом? — Ох, Юфи, — простонала Корнелия. — Ты будешь заложницей. Тебя делают разменной монетой. Ты станешь залогом победы Британии. Другими словами: твое присутствие у Куруруги позволит отцу полностью захватить власть в Японии. Ты не шпион, но ты… ты справишься, — Корнелия взяла лицо Юфи в ладони. — Там ты будешь без меня, там некому будет тебя защитить, поэтому помни: ты — Юфемия ли Британия, в тебе кровь королей и ты принцесса. Ты должна быть сильной и умной, ты должна быть осторожной и рассудительной, ты сможешь, я уверена. — Не плачь, — попросила Юфи, вытирая слезы сестры. — Всего лишь слезы, — усмехнулась Корнелия. — Когда никто не видит или видит только человек, которому всецело доверяешь — плакать можно. — Значит, ты всецело доверяешь… — Юфи хотела сказать «Гилфорду», но решила не смущать сестру. — …доверяешь мне? — Конечно, Юфи. Конечно.