Ты важен мне

—Армин!—капитан кричит, подбегая к светловолосому,—какого черта, Арлерт?!— Тело кадета лежало на влажной земле, будто мертвое, сердце билось медленно, голова явно была повреждена ударом, не говоря уже про остальное. Сегодняшняя вылазка не удалась, забрав много жизней. Из-за погоды было ничего не видно: грязь и слякоть с пылью. —Помогите мне! Мы теряем его!— —Армин!—слезает с лошади Ханджи,—милый мой...— женская рука гладила щеку Армина. —Его нужно поднять и отправить быстрее в разведку, он может не выжить..,—садится обратно Зое. —Угораздило же его попасть под горячую руку титана,—мужчина взял на руки Арлерта и усадил на лошадь к Ханджи,—езжайте. *** Голова ужасно болит, как и все тело. Все будто разрывается на части, везде ссадины и кровавые порезы. —Я, что, пострадал?—оглядывается Армин. Попытаясь встать на ноги, боль ещё больше отдала на все тело. —Черт..—придерживается за живот,—как больно.. За дверью кабинета Ханджи много диалогов и криков ребят, голова и вправду взорвется от этой суеты. Стук в дверь. —Э, а, проходите...,—почесал затылок Арлерт —Тук тук,—улыбается командор,—ах, Армин! Тебе нельзя делать столь активные действия! У тебя все повреждено! —Ханджи, а что случилось?—Армин сжал краешек одеяла. Ханджи нервно поджала губу, решаясь на серьезный разговор с эмоциональным кадетом. —Понимаешь, Армин, титан так метров десять-пятнадцать..,—показала Зое рукой образно размер. —Он..задел тебя и твою лошадь.. Арлерт спокойно кивнул и ничего не ответил. Чувство вины и слабости, он снова сдался. —Но ты не виноват..такое бывает..мы очень рады, что спасли такого золотого кадета, как ты. А Эрвин выдаст тебе новую лошадь..—тёплая ладонь Ханджи накрыла ледяные кисти рук Армина. —Так..получается, моя лошадь умерла? —Да.. Ком в горле застрял, ему нечего сказать, потеряв лошадь, он готов сдаться. С коричневой лошадкой, которая имела шёлковую гриву и хвост, было много всего. Сколько она спасала Армина, делая правильные шаги от гигантов. Как они сидели вечером в лесу, после вылазки, пока все спали. Слезы сами текли, непроизвольно, Арлерт не хотел показывать слезы, свою слабость. Тяжёлый вздох Ханджи, и всхлипы на весь кабинет. —Извините. Командор вышла из кабинета и громко крикнула. —Эрен! Сюда бегом! Йегер сразу подошёл к Ханджи, опустив взгляд. —Как там Армин?.. —Отведи его в ванну, я ухожу,—женщина взяла все нужные бумаги и вышла из разведкорпуса. Арлерт все ещё плакал. Но теперь от своей слабости, от того, что показал вновь это. —Армин?.. Светло-русый откашлялся и вытер слезы с лица. —Да, Эрен, заходи. Йегер вздохнул и обнял друга. —Я очень волновался, Армин,—Эрен улыбнулся и взял Арлерта на руки. —Не больно? Я просто не знаю где.. —Куда мы..я заплаканный..не хочу показываться с такими видом. —Мы в ванну, ты должен помыться. Правда раны..но сейчас я заклею их пластырем,—темноволосый вышел из кабинета,—ты совсем плохо себя чувствуешь? Ты не помнишь?.. —Я помню только как...упал. А чувствую себя ужасно..—Армин опустил голову. —Мы вроде пришли...я сам тут дойду...и дай мне пластыри, я сам заклею. Эрен прошёл в ванну и открыл тумбочку, протянув несколько пластырей. —Держи. Я пошёл тогда? Зови, если что,—Йегер вышел из ванной комнаты, оставив Армина наедине. Руки ужасно тряслись и холодели ещё больше, ванна и вправду была нужна. Постепенно снимав всю грязную одежду, Арлерт набирал горячую воду. Видимо, его даже не переодели. Засохшие пятна крови и грязь, которая уже отпадёт, оставляя лишь огромную кляксу на рубашке. Ткань нижнего белья тоже была уже точно не для использования. Армин предварительно наклеил пластыри на глубокие раны. —Какой я свин,—парень залез в ванну, по телу пробежались мурашки, впервые за долгое время он чувствует теплоту. Леви явно постарался с обогревом старого крана, спасибо ему. Откинув голову и скрестив руки на груди, Армин погружается в свои переживания, набираясь сил. Картина снова повторяется: дождь, ветер, пыль, громкий топот приближающихся титанов ,и лишь один Арлерт среди этого хаоса. Он не помнит даже лицо титана, в его голове только одно и тоже-удар по голове и темнота. От этих мыслей бросает в дрожь и боль. Кадету явно нужно уйти от этих проблем хотя бы на минуту. Армин нырнул, чтобы намочить волосы и полностью согреться. За дверью послушался принятый и знакомый голос. —Армин? Извини, что тревожу..я просто...только сейчас мать его, узнал, что с тобой! Мне никто не рассказал! Я искал тебя сегодня ночью, чтобы...пойти на крышу и порисовать...извини..,—по голосу Кирштейна можно было понять, что он ужасно расстроен. Арлерт вынырнул и положительно ответил. Жан зашёл, закрыв глаза, дабы не смущать друга. Отношения Жана и Армина были очень тёплыми. Буквально год назад, они даже не общались, если только нужно было. А сейчас. Совсем все по другому. Жан оказался хорошим слушателем и тоже любил читать. Они вместе сидели по выходным в библиотеке и читали книги про море. Кирштейн частенько рисовал пейзажи с океаном и закатом, что очень нравилось Армину. Ребята сильно сблизились. —Жан, все хорошо, можешь открыть глаза..,—Арлерт опустил голову. Кирштейн подошёл к бортику ванны и сел на корточки. —Извини...я так хотел быть с тобой,—закусил он губу. —Поверь, я очень сильно волновался за тебя ещё вчера, но этот гребанный Йегер мне ничего сказал. Я был готов вдарить ему! Маленькая ладонь накрыла руку Жана. —Не нервничай сейчас. Со мной..— Армин вздохнул,—я иду на поправку. —Армин, я правда не знал..мне ничего сказали, прошу прости меня..я так боюсь за тебя,—Жан сжал руку светловолосого. —Скажи, почему ты так волнуешься? Я слабый, я ни разу не убил титана. Зачем я всем? Только и быть слабым?—Арлерт поджал ноги к груди, положив голову на колени. —Посмотри на меня. Как я сейчас выгляжу? —Армин..ты нужен всем. Ты шикарно мыслишь. Ты силён умом. Ты знаешь это. Пускай ты не смог убить того титана, но ты безумно сильный. Ты выжил! Выжил! Это самое главное, что нужно нам всем,—тёплая рука гладила шею Арлерта. —Почему? Почему я так сильно нужен? Из-за меня потеряли лошадь, я приношу потери. —Армин, лошадь и ты-совсем разное. Ты нужен нам,—Жана перебил светловолосый. —Почему ты волнуешься за меня? Именно ты,—рука Арлерта сжала свои колени. Армин спросил это не просто так. Может это всего лишь эмоции, а может и вправду, но чувства есть. Черт, он влюбился в Кирштейна. Очень сильно. Арлерт не может без него. Его голос, волосы, улыбка, смех, руки, картины-доводят до приятного покалывания в животе. Абсурдно звучит. У Жана есть предмет воздыхания и это Микаса. Зачем? Может не нужно было это спрашивать? Все будет только хуже. Их дружба оборвётся. Сделав глубокий вдох, Кирштейн тихо произнёс. —Я волнуюсь, потому что твоя жизнь мне важна. До безумия важна. Мне важен ты. Важен твой прекрасный голос, мне важно все в тебе. Мне важно быть с тобой рядом, Армин,—кончики пальцев похолодели от настигающего волнения, в горле пересохло. —Что хочешь сказать?—Арлерт медленно гладил себя по плечу, чтобы сбавить тревогу. —Я хочу сказать, что влюбился в тебя, Армин Арлерт,—казалось уверено, но с дрожью в голосе произнёс Кирштейн. Сложно верить, что Жан так быстро открылся. Рассказал о своих чувствах. Обычно, он холодный и не любит показывать любовь. Арлерт не успел ничего сказать, его губы накрыли холодные губы Жана. Армин никогда не целовался и лишь неумело отвечал на поцелуй. Кирштейн улыбался уголками губ, углубляя трепетный поцелуй. Руки светловолосого гладили щетинистую щеку. И вдруг опять. То самое, до жути приятное покалывание внутри живота. Отстранившись от сладких губ, Жан поцеловал мочку уха, обжигая шею Армина горячим дыханием. Светловолосый взял руку Кирштейна и положил на свою грудь. —Слышишь? Мое сердце разрывается. Жан улыбнулся, искренне, солнечно. —Мое бьется точно также..,—на щеках появился лёгкий румянец. —Бабочки съедают меня. И снова поцелуй, наполненный чувствами.