Девушка из колодца

Самара помахала вслед уходящему парню. Её прощальный жест вылетел из колодца тёмной материей и вошёл парню в разум через уши, создав при этом ощущения покоя. Бултыхаясь на дне колодца, черноволосая девушка создавала бурление и пыталась уснуть, нервно ворочаясь и ворочаясь от стенки к стенке. Когда же её разум охватил сон, а веки сомкнулись, словно Врата Тартара на берегу Стикса; жуткая картина опять стала наноситься на холст памяти несчастной. Среди огромных костров, высоты которых достигали сотни и тысячи километров, расположилась огромная и величественная фигура. Мускулатура этого существа удивила бы даже Геракла, а цокот копыт мог вернуть слух глухому и забрать его у слышащего. Возле этих самых копыт, выровняв спину и подняв голову, стояла тень, напоминающая мальчика, и мелькало сидящее на коленях призрачное дитя, которое еле слышно плакало, прикрывая руками лицо. - Вы подчинитесь мне, - раздался грохот из глубин Вселенной. - Ваши души отправятся на землю. Вы и не вспомните, кто вы до моего прихода. Но после него обретёте силу и будете приносить мне жертвы. «Да, хозяин» - вымолвила тень, сверкнув своими красными, как кровь, глазами. - Я не могу... - просипело призрачное дитя. - Я не хочу причинять людям боль! - Неверная! - продолжал басом вселенский голос. - Ты идешь против воли отца своего, я отправлю твоего брата в мир, а с тобой поговорю отдельно. После этого комнату заполнил грохот, отдалённо похожий на щелчок пальца. Мужская тень растворилась, а к плачущей леди была опущена когтистая рука. Девушка расположилась на ней, словно капля росы в центре листочка лотоса. Подобно лифту, рука подняла призрака вверх. - Дочь моя, - вновь расплывалось эхо вдоль огней. - Я вижу в тебе рубин, ты не оспариваешь моей воли; но не можешь причинять боль. Это похвально, так как земные существа считают нас живодерами, не придерживающимися никакой воли, кроме своей собственной. Только ты способна разрушить обман этой Лжебиблии и показать истинное лицо своего деда, который поглощает души пришедших к нему праведников. Но ты должна доказать мне, что алый свет твоего внутреннего камня неугасаем. Поэтому ты будешь отправлена в мир значительно позже своего брата, где будешь лишена сна. Взявшие тебя под крыло пожалеют, а после смерти ты будешь вынуждена идти против своей воли и причинять боль тем, кто хоть глазом взглянет на твою жизнь; и так будет происходить до тех пор, пока не найдется человек, способный полюбить тебя такой, какая ты есть. В таком случае он найдёт способ тебя спасти, и тогда с ним ты отправишься в вечность. Но я не обещаю, что это когда - нибудь произойдет. - Разве это возможно? - нежно промолвила призрачная особа. - Разве среди людей есть настолько чистые? - Я могу сказать, только то, что от тебя ничего не зависит. После этого в воздухе раздался громкий вдох, а затем в сторону девушки подул страшный по силе ветер. Она летела в неизвестном направлении, пока не увидела перед собой человека в маске и белом халате. На часах примерно полдень. Из колодца доносятся звуки бьющихся камней: они отскакивают от стены, падают в воду, а затем вновь отскакивают. Видимо, кому - то нечем заняться. - Самара! - вдруг прошелся голос по стенам колодца. - Я принёс тебе угощения, - закончил он прежде, чем в колодец полетела плитка шоколада. Около каменного источника болотной воды стоял Андрей, сжигая упаковку от шоколада неизвестного бренда. - Как приятно! - вдруг крикнула Самара. - Меня никто раньше не угощал, спасибо. - Да не за что! - воскликнул Андрей, потирая руки. - Ты просила, чтобы я сегодня пришёл, вот я и подумал - неловко же идти к даме без угощения. - Заботливо, - подметила Самара. - Я вижу, что в тебе ещё кое - что есть. - Я сегодня видел видение.. - нервно начал он разговор. - Что же это всё - таки значит? Это моё прошлое, - отрезала призрачная особа. - Однажды один человек заключил сделку с дьяволом, в условиях которой двое из его потомков будут иметь души, подаренные Воландом. Это были я и мой брат Люциус. Он был чистым творением тьмы, папа описывал его, как целеустремленного энергичного парня, но у которого не было того, что было у меня - осознания сущего. Он не понимает, что мы делаем и зачем. Мы ведь не просто воруем души, а стремимся к победе и созданию нового мира, главный принцип которого «Всё, что естественно - то не безобразно». Однако он беспрекословно подчинялся моему отцу, а я просто очень не хотела причинять людям боль, но меня заставили это делать. Мой брат был рождён в богатой семье и уничтожил её членов, а также обслугу. Я же стала его далеким потомком, и моя мать изначально воспитывалась в монастыре религиозных фанатиков. - Слушай я читал «Русское Чернокнижие» - поддержал разговор Андрей, когда Самара сделала паузу. - Однако мне непонятен тот факт, что твоему брату всё это не объяснили. - Ну, он сам все поймёт, - попыталась Самара перевести разговор. - Ну, ладно, у нас же не приём у психолога, а разговор по душам. Расскажи мне что - нибудь о себе, я ведь вижу, что в твоей душе есть море переживаний, открой хоть что - то. - Ладно, ладно! - вдруг возбудился Андрей. - Мне действительно есть, что сказать, а конкретно - о моём немногочисленном творчестве. Я ведь чувствую в себе огромный сгусток энергии, такой особенной, творческой энергии, которая может литься фонтаном в пустоту и создавать иные реальности. Но чем больше я знакомлюсь с другими творцами; тем больше я понимаю, что мне чертовски не хватает навыков. Я как бы выливаю свой поток на бумагу или точнее, на файл на рабочем столе. Этот процесс приносит мне удовольствие, а когда я прикасаюсь к созданному, то конечности начинают кровоточить вместе с глазами. Словно бьюсь головой об стены, сдавливающие меня в творчестве. Эх, если бы я умел «вжигать» изображение в достаточно плотный холст!... Всё - таки термография - это вещь. - Ах, термография, - произнесло призрачное дитя, вдруг что - то вспомнив. - Это как я создавала рентгеновские снимки раньше. Когда - нибудь я тебя научу, а сейчас мне нужно тебе кое - что показать». Из колодца резко появилась рука, на которой отсутствовала кожа. Она воспользовалась опорой в виде плеча Андрея, вытащив всё остальное тело. Одетый в белые одеяния скелет медленно обрастал плотью, и в конце концов перед Андреем предстала дева с зеленоватой кожей и длинными волосами, которые закрывали ей лицо. «Ты станешь иметь дело с этим?» - спросила Самара, раздвинув свои волосы. Девушка ожидала увидеть панику, отвращение, натянутую и наигранную улыбку. Но Андрей не моргнул и глазом. «Ты думаешь, меня смущает твоя внешность?» - спокойно выговорил Андрей без колебаний. «Нисколечко», - ответил он сам на свой вопрос. На что призрачное дитя обхватила голову парня, подтащила его к себе и, улыбнувшись, поцеловала в щёку. Прошло ещё пять минут, пока соблазнённая мадемуазель тискала покрасневшие щечки. «Эге - гей!» - вдруг раздался крик, прервавший романтический момент. Вскоре из лесу вышел высокий, пожилой мужичок в чёрном плаще. Самара к тому моменту снова вернулась в колодец.