ха-ха

2 мая 2019 Мои ноги снова направлялись в квартиру с картинами трех котов в коричневых рамочках, старого пианино и ласкового женского голоса. За последние полторы недели я сбросила еще около трех килограмм. Но помимо веса я окончательно сбросила все настройки своей психики.

Хочу, чтобы Она переживала обо мне. Хочу, чтобы Её теплые красивые руки дотронулись до моих отвратительных с многочисленными красными порезами. Хочу, чтобы Она вновь назвала меня зайчиком и солнышком... Неужели я многого прошу?..

Зайдя в уже ставшую родной комнату, я начала доставать из рюкзака сложенные пополам листы с песнями. «А ты с семьей как отпраздновала Пасху?» «Эээ...никак» «В смысле?» «Ну, просто. Дома мы сидели» «Угу...а паски ели?» «Ну...мама с папой - да» «А ты?» «Нет» «Чего?» «Не хотела» «Да?» «Да...» «Или ты на диете?» «Ммм...нет. Ну, я не хотела просто, и всё» «Понятно...ясно...девушка-загадка, да?» «Э...да» Открыв рот, я начала читать уже заученные наизусть скороговорки, но у меня ничего не выходило. Мои мысли были совершенно не о правильности их произнесения. Я лишь думала о том, что я слишком жирная и ужасная, чтобы позволять себе находиться с Ней. Запнувшись в очередной раз, Она остановила меня. «Так, заяц, расслабься. Ты здесь не устанавливаешь собственные победы. Ты просто должна успокоиться и на дыхании с хорошей артикуляцией...Я не прошу от тебя...Мы же не на оценку это делаем...» «Я знаю» «...Поэтому просто соберись: успокойся, выдохни» «Это не помогает» «Почему?» «...» «Зайчик, у тебя точно всё в порядке?» «...Нет» «Что случилось?» Я уловила в Её голосе эмоцию, которую столь безумно желала услышать - тревога. Став отнекиваться от будущего тяжелого разговора, я начала пытаться переводить все в шутку. Говорила о том, что эту историю долго рассказывать, и в моем раскрытии проблемы нет особого смысла. Но в конечном итоге, сдалась, ведь я хотела Ей обо всём рассказать. «Знаешь, я обратила внимание, что ты похудела. С момента, когда вы с мамой впервые ко мне пришли, ты похудела очень сильно. У тебя появились впадины на лице, на месте которых раньше были пухленькие щёчки...Солнце, смотри: организм растет и все съеденное перерабатывает. Поэтому не надо бояться кушать. Не надо бояться кушать...» «Я знаю, я понимаю все, это просто на психологическом уровне происходит...Я съела...Ну, это доходило до того, что я просто начинала резать себя, потому что...я не знаю...» «Как резать?» «Ну, я вот поела суп сегодня, потому что помню, что всегда перед вокалом нужно что-то съесть, и...Я поела и настолько после этого себя возненавидела, что...Я пошла в ванную, там были ножницы и...» «Понятно. Я вижу...Заяц, это не дело. Как я тебе могу помочь, скажи?» «Не знаю...Я еще заметила, что в последнее время стала очень раздражительной и агрессивной, и сейчас не знаю, что с этим делать» «А агрессивная ты скорее всего потому что не поддерживаешь свой организм едой... Хочешь, я тебя покормлю? Давай я тебе кушать дам» «Нет, спасибо» «Чего?» «...Ну, я не могу...» Я растеряна. Мне было так приятно слышать дрожь и искренние переживания в Её голосе. Но я не знала, что мне ответить на заданные вопросы и предложения. Единственное, что знала, так это то, что я не хотела отсюда уходить. «После еды я чувствую себя ужасно...морально» «Ну, «морально» надо чувство убирать, необходимо поесть и получить...Давай я тебя немножко покормлю?» «Нет, спасибо, я...» «У меня есть котлетка, я тебе салат сделаю» «Я ела, спасибо» «Ну, ты один раз ела. Давай тогда я тебе чай сладкий сделаю...» «Нет, спасибо» «У меня есть чай, который я сама собирала...» «Я не пью чай с сахаром» «Хорошо, сделаю без сахара, просто травяной...» «Ну, я пила тоже чай» «М...Мятный чай?» «Я пила чай» «Какой? Черный?» «Ягодный или...Неважно! Какая разница, какой, просто я уже пила чай» «А чай с печенькой?...» «Нет» «...» «...» «...Ты очень категорична...даже в том, как отвечаешь» «В смысле?» «Ну, вот я тебе предлагаю, а ты сразу: “Нет. Нет!”...резко и...» «Ну, Вы просто это всё услышали и предлагаете мне поесть. Вы услышали то, что я говорила, и предлагаете мне поесть, я Вас не понимаю» «Да, я предлагаю тебе... А почему не понимать? Это чисто человеческий нормальный жест. Почему нет?» «Ну, потому что как бы я...» Поймите, пожалуйста, поймите, я не могу есть, я не хочу есть, я буду толстой и страшной, если поем, я боюсь есть.

ха-ха-ха ха-ха-ха ха-ха-ха ха-ха-ха

«Заяц, а то, что ты руки порезала себе...Ты хоть спиртом замазала их? Сильно болят? Можешь показать мне?» «Болят, но спирт не использовала» «Хочешь, хлоргексидином обработаем? Печь не будет...покажи. Покажи, покажи» Она встаёт и идет ко мне...Боже, что мне делать, зачем Ей смотреть на это уродство, я и самостоятельно могу себе обработать эти дурацкие царапины... «Может не надо?» «Давай, давай, эту руку я уже вижу, покажи мне другую» «...» «Боже мой...Так. Давай хлоргексидин принесу, обеззаразим хотя бы так...Обещаю: печь не будет» Она ушла в другую комнату, а я осталась сидеть в радостном ступоре от осознания того, что Она мне поможет. «Можешь задрать рукав свитера, пожалуйста? Не бойся, это просто...Боже...Моя же ты девочка...Больно?» «Нет» «...Я сейчас еще перекись принесу»

«Моя же ты девочка»

Эта фраза была произнесена с таким сожалением и нежностью, что я просто не смогла сдержать улыбку, появившуюся на миллисекунду в уголках моих бледных губ. «Так...Я принесла. Покажи мне свои руки еще раз, пожалуйста... Да, вот так...Я начинаю наносить, печь не будет...» Я тяжело вздохнула от резко возникшего чувства стыда. «Больно?» «Нет...Не очень. Просто неприятно» «Конечно неприятно...Ой, Боже ж ты мой...» Она медленно втянула воздух сквозь зубы и с грустью в голосе задала риторический вопрос:

«Что же ты делаешь, зайчик?..»