Я привязалась. И привязалась на узел, который невозможно распутать. Буквально за долю секунды из-за какой-то шуточной фразы. Что со мной не так?
А если занятия прекратятся? А они ведь рано или поздно подойдут к концу: я же не могу с Ней встречаться всю жизнь. Нет, нет, нет, я не хочу об этом думать! Мне больно. Я уже не смогу без Неё...жить. ... Утро. Сегодня я должна идти в школу, а после - к какому-то дурацкому психологу, которого мне порекомендовала мама. Ну, по крайней мере уйду со второго урока, и на том спасибо. ... Спустя два с половиной часа я уже сидела на старом больничном стуле напротив двери кабинета. В глубине души я понимала, что мне нужна помощь, но до конца не хотела этого признавать: мне казалось, что всё было в порядке, и это лишь временные трудности, которые рано или поздно возникают абсолютно у всех в подростковом возрасте. Во время ожидания приглашения в комнату, я вновь начала витать в облаках: в мире, где Она была рядом со мной. Но вдруг из столь желанных грёз меня выдернул звук открывающейся двери и противный женский голос, говорящий зайти внутрь. Я с раздражением вздохнула и неохотно зашла в кабинет. «Так. Расскажи мне, что тебя тревожит? О чём думаешь?» А не слишком ли резкий вопрос эта женщина задает? Да как она смеет?! Неужели нормальный психолог должен так сходу спрашивать человека о том, что его беспокоит? Наверное, должен...но конкретно из её уст эти расспросы звучали холодно и равнодушно. Не так искренне и тепло, как у Неё. Будто человек не знает о том, как нужно правильно общаться с людьми.А может это просто я слишком агрессивная... Не знаю.
Прошло 40 минут, в течение которых я вкратце постаралась описать свои проблемы с едой, шагами и порезами. Эта мразь постоянно перебивала, не давая мне закончить предложение. Хотелось плюнуть ей в лицо и уйти, громко хлопнув дверью. Но нельзя. Я ведь нормальный человек, а не животное, которое не может сдерживать свои эмоции? Нужно всего лишь надеть привычную маску отчужденности и спокойствия. Ничего сложного. Так будет лучше. Для всех. В конце этого бессмысленного разговора она попросила меня выйти и сказала привести к ней маму. Ну, я и привела, не думая ни о чем плохом. Как потом оказалось, зря.