halloween's sadness.

— Заходит как-то улитка в бар и... — Ты уже это рассказывал, Аякс, — и Люмин укоризненно-ласково смотрит на Тарталью. Это был их первый совместный Хэллоуин: на родине Тартальи его не празднуют, а родители и брат Люмин уехали кто куда — первые отдыхать, второй к своему парню. Поэтому украшение дома целиком и полностью было возложено на плечи Люмин. Поэтому сейчас она с усердием орудовала ножом в попытках вырезать хоть что-то аккуратное на тыкве. Не особо получалось, да и ещё Аякс со своими шуточками... — Ну тогда другой анекдот, — он ничуть не расстроился и лишь улыбнулся своей девушке, продолжая украшать печенье шоколадом. Когда он узнал, что Люмин будет все выходные украшать дом в одиночку, то сразу же вызвался помогать. А чего, праздник же! Весело будет! Его "весело" в итоге чуть не закончилось сожжённой выпечкой, сломанными ножницами и порванной бумажной гирляндой. Но Аякс не отчаивается и продолжает прикладывать все усилия для того, чтобы всё получилось лучше некуда. Наверно, это одна из вещей, за что Люмин его любит — Тарталья никогда не сдаётся и идёт до конца. Поэтому не может сдержать улыбку, когда он с усердием пытается вывести кондитерским мешком на печенье устрашающую, по его словам, рожицу. — А может, без анекдотов? — Люмин задумчиво вертит в руках тыкву, рассматривая на наличие симметричности расположенных глаз. Кривовато... Её брат Итэр куда лучше в управляется с вырезанием из тыквы, но в этот раз он с хитрым лицом сказал «вы уж точно не соскучитесь» и укатил к семье своего парня Альбедо на все выходные. Маленький засранец... ну и что, что они близнецы? В данном плане это роли не играет! — Я просто вижу что моя принцесса, — на этом слове Тарталья приблизился к её уху, опаляя дыханием и вводя в краску, — весь день без настроения. Вот, пытаюсь поднять его. — Не так близко, у меня нож в руке, — за попыткой быть грозной и опасной прячется смущение, и Аякс об этом прекрасно знает, отстраняясь и занимаясь украшением очередной печеньки. — А если серьёзно, то что случилось? Люмин задумчиво повертела нож в руке, а после аккуратно (ну, насколько возможно) поправила кривую улыбку на тыкве. Уже лучше. — Да просто... впервые встречаю Хэллоуин одна, то есть, не с семьёй, и поняла как быстро летит время. — И тебе поэтому грустно? — Аякс отложил кондитерский мешок в сторону и оперся на стол, подперев голову руками. — Не грустно, нет, просто... странно. У тебя бывало такое? — Люмин тоже откладывает тыкву с ножом в сторону и тоже опирается на стол, повторяя позу своего парня. — Было, конечно. Например, дни рождения, — он как-то грустно усмехнулся, смотрит на своё отражение в тёмной поверхности столешницы. — Мой последний день рождение отмечали в 12 лет, а потом я как-то быстро смирился с тем, что это просто очередной день в году, который значение имеет только для меня. Разве что младшие что-то подарят, открытку собственноручно нарисованную или поделку из пластилина. Что уж говорить про другие праздники, за исключением Нового года? — То есть, ты даже дни рождения не отмечаешь? — Люмин неверяще моргнула, смотря на Тарталью. Она, конечно, знала, что у него на родине совсем другие нравы и понятия, но ей даже и в голову не пришло, что всё настолько... строго? Сурово даже. — Отмечаю, почему же? Радую себя чем-нибудь, — он вдруг выпрямляется резко, улыбаясь во все 32, вновь берёт мешок и продолжает украшать печенье. — Давай не будем о грустном, в конце концов, я хочу наконец-то закончить дразнить себя этой аппетитной вкуснятиной и наконец-то её попробовать! Люмин со вздохом тоже выпрямляясь. После чего, хитро улыбнувшись, вдруг выхватывает недоукрашеную печеньку прямо из-под чужих рук и под возмущённое «Люмин!» откусывает. — Ты прав, это вкусно, — и она вновь кусает. Аякс смотрит хмуро, а затем резко наклоняется и прижимается к её губам, проталкивая язык в приоткрытый рот. Она пискнула, машинально отвечая на импровизированный поцелуй, а после смущённо краснеет, когда Тарталья с довольной усмешкой отстраняется, пережевывая нагло выкраденное печенье. — Да, согласен, разве что соды много, — и он задумчиво слизывает шоколад с губ. — Хотя с шоколадом неплохо. — Ты... — Люмин смущённо стукнула его по плечу, на что получила лишь смех, и была мгновенно сжата в крепких объятьях. — Я! — и Тарталья вновь засмеялся. — Аякс, — Люмин спустя пары секунд молчания подняла голову, встречаясь с синим внимательным взглядом, — а напомни мне, когда у тебя день рождение? — 20 июля, а что? — Ничего... просто теперь на него ничего не планируй, будем отмечать твой день. Тарталья как-то растерянно улыбается, а после целует в макушку. — Раз моя принцесса просит, то тогда конечно. — Ой, да ну тебя...