Это мой отец

Воскресенье. Вечеринка у Кимов. — Как тебе этот? — спрашивает Намджун, показывая пальцем на какого-то парня из компании недавно подошедших. — Нет, хён. Там, — указывает Чонгук. — Мне вот этот нравится, — и на мужчину. Намджун прокашливается. — Кхм, Чонгук, это… мой отец. Чонгук месяцем ранее во время праздника в честь победы факультета на спортивных соревнованиях позорно признался своему крашу в своих чувствах, когда голова не варила из-за алкоголя и после «люблю» все съеденные кальмары вырывались наружу. Ким-идеальный-мать-его-Намджун признание, к сожалению (или к счастью), не принял, но пообещал больше не оставлять маленького донсэна одиноким в плане романтической заинтересованности, твёрдо решив найти ему нового парня. Чонгук сначала помощь не оценил, отчаянно краснея на завтрашний день и отнекиваясь неделю. Но затем как-то привык. Стало лучше в присутствии Намджуна. Другом Ким кажется более… хорошим? Может, Чонгук этого от него и хотел. Ну так вот. Вечеринка у Намджуна по случаю сдачи всех экзаменов. Дома только свои — близкие Намджуну или их группе люди. Чонгук практически всех знает. За исключением мужчины, который уже второй час стоит и молча жарит сосиски на улице, подмахивая под песню, льющуюся из дома, головой. Он выглядит таким взрослым: видная щетина, волосы зачёсаны назад, маллет практически достигает плеча. Чонгук не помнит, чтобы ему такие нравились, но он такой «ту-дум» словил, когда мужчина всё-таки взглянул в его сторону и подмигнул, что Чон решил: всё, точно он. А потом… Потом оказывается, что это тот самый отец Ким-идеального-мать-его-Намджуна. Неудивительно, если честно. — А он женат? — Чонгук не унимается. — Нет, но… — Джун не заканчивает. — Сколько ему? — Чонгук отпивает глоток с пунша. Он внимательно смотрит на отца Намджуна. Они находятся на кухне, откуда задняя дверь ведёт ко двору. Там же некоторые танцуют. Там же Ким-старший жарит сосиски. Чонгук делает вид, что набирает в миску чипсов, рассыпая всё по столешнице, пока смотрит на то, как мужчина осторожно наклоняется за ведром с песком, чтобы потушить огонь. — Неважно, сколько ему. Важно то, что он мой отец, — Намджун цокает языком. — Жуть какая. Только не говори, что понравился. Он же кринжовый. Даже не побрился, хотя я ему утром сказал, что ребята с пати зайдут. — Какой ты вредный сын, — Чонгук закатывает глаза. — Он шикарен. Намджун со вздохом собирает рассыпанные чипсы. Чонгук стоит, опершись о холодильник, наблюдая за заканчивающим с мини-барбекю старшим Кимом. Джун почему-то надеется на то, что и сегодня у отца плохой день, так что, не волнуясь, следует за Чимином играть в бутылочку. Чонгук машет им, мол, с чипсами потом подойду. На кухне становится непривычно тихо. Для вечеринки — уж точно. Ребята, которые были на заднем дворе, собираются в гостиную. Чонгук выходит подышать. Отец Намджуна стоит и курит, смотря в небо. Он опускает взгляд, когда замечает лишнюю тень. И начинает кашлять, давясь дымом, как только видит Чонгука с сияющими глазами. — Добрый вечер, — мужчина улыбается мягко. — Что-то случилось? — Нет. Всё хорошо. Я просто подышать. Душновато дома, — Чонгук выдыхает. Он перекатывается с пятки на носок, поджимая губы. Волнение не сходит. Чонгук ловит на себе взгляды. И ему становится ещё более неловко. Парень сглатывает каждую минуту. Но и уходить не хочет. — Друг Наму? — спрашивает мужчина. — Да, друг. Чонгук, — протягивает руку. — Тэхён. Можно просто Тэхён, — и улыбается. Чонгук тает. Если с Намджуном это было на двести процентов, то сейчас будто на все тысячи. Тэхён говорит глубоким и низким голосом: — Присядешь? Чонгук, быстро пробежав глазами по всему двору, не заметив стульчиков или других сидячих мест, захотел громко и смачно спросить: «на Вас? на Вас — да, присяду». И сказал бы! Очень громко и уверенно. Если бы Тэхён не указал на веранду, направившись к креслам там. Чонгук аж разочарованно вздыхает. — Наму, вроде, говорил про тебя. Ищущий партнёра Чонгук, — Тэхён снова закуривает. — О, звучит так, будто я уже на грани срыва, — Чон закатывает глаза. Тэхён смеётся. — Какие критерии у будущего счастливчика? — он продолжает смотреть в небо. — Просто чтобы был, — Чонгук смотрит на Тэхёна. Мужчина улыбается небу. — Хорошая позиция, — кивает. И они потом весь вечер так сидят, общаются. Чонгук поднимает новые и новые темы. Видно, что Тэхёну интересно. Он даже пледики из дома приносит, чтобы сидеть в тепле и до сих пор общаться, когда ночь наступает. На фоне ребята веселятся. Чонгук же тихо хихикает с очередной смешной истории из жизни школьника из девяностых Тэхёна. В конце вечеринки Чонгук уходит последним. Намджун его тормошит за плечо, пока он спорит с Тэхёном о чём-то. — Всё, иди. Тебе такси вызвать? — Джун кивает Чонгуку. — Давай я подброшу, — Тэхён забирает ключи. Чонгук с улыбкой выскакивает из дома, побежав к гаражу. — Ты это, — оборачивается к охеревшему сыну, — ужин разогрей. — Пап, — Намджун качает головой. — Что «пап»? Нормальный парень. Я просто его подвезу, — Тэхён ему кивает. Ага, как же. Это «просто подвезу» потом сидит через несколько месяцев на диване Кимов, закинув ноги на колени его отца, прося периодически поцелуи.