Грешник и Святая

Зайдя в комнату, с помощью легкого движения руки я разожгла огонь в камине и зажгла две лампочки, которые были в комнате. Одна на столе, другая рядом с кроватью на тумбочке, эта была его сторона. Хотя я и не была Inferni, сила солнца работает примерно также. Я просто могу нагревать предмет до такой степени, что он начинает гореть или плавиться, как будто тоненький и концентрированный луч солнца был на него направлен. Сняв верхнюю одежду, но оставив штаны и верхний топ, который прикрывал лишь мою грудь, я легла в холодную постель, со свободной стороны. Возможно в другом месте я бы и заснула лишь коснись моя голова подушки, но не здесь. В его покоях мне всегда было страшно, особенно одной. Кроме того, я вообще давно не была одна, и мысль что мне придётся спать в этой холодной и темной комнате нисколько не поднимала мне настроение. Я лежала так минут тридцать, тупо смотря в темноту и слушая как трещат дрова в небольшой печи. Когда услышала, шум из-за прохода. Видимо он закончил. Услышав, что он прошел внутрь комнаты, я притворилась спящей, быстро закрыв глаза, но стук моего сердца выдавал мои чувства. Я знала, что он расстегнул свой кафтан и положил его на стул, знала, что присел за стол и открыл верхний ящик, что-то делал там пару минут, а потом лег на кровать и смотрел мне в спину. Я чувствовала его изучающий взгляд который проходил по моему телу, по крайней мере тому участку что он видел, ведь я натянула одеяло до топа. — Ты не спишь, — тихо и утвердительно произнес он. — Неа, — тихо ответила я, но не открыла глаза. Пускай хоть думает, что я засыпаю. — Ты замерзла, — это был не вопрос, он знал, что это так. Здесь и правда было достаточно холодно. В следующую секунду он уже был прямо за моей спиной. Какие-то сантиметры отделяли наши тела. Он прижался губами к моему плечу, и это было так нежно и горячо, что я готова была раствориться в блаженстве. Потом еще один поцелуй, и еще один, он оставлял дорожку поцелуев идя к моей шее. И когда он меня целовал, я уже не замечала ни мороза, ни усталости, которая скопилась во мне за этот день, я чувствовала только его нежные губы на своем теле и этого мне было мало. Я легла на спину, позволяя продолжать меня целовать. Теперь он был сверху, его губы оставляли горячие поцелуи на моих ключицах. Перехватив его взгляд и дотронувшись до его лица руками, почувствовав эту мягкую бороду и цепляясь взглядами за шрамы, я притянула его к себе, и мы слились в едином поцелуе. Он целовал меня так, как делал, только он: с силой и нежностью, напористо и изящно. Его мягкие губы сводили меня с ума. На секунду он остановился и посмотрел в мои глаза, ища в них ответа, ища в них разрешения. О эти серые глаза, которые сводили меня с ума. Я легонько прикусила губу, вызывая у него улыбку Его руки потянулись к расстёжке моего топа, единственное что отделяло его от вида моей груди. Я тяжело дышала и смотрела на него как в первый раз, пока он осторожно расстёгивал пуговицы, последняя и все. В его глазах заиграл огонь, его похоть так и рвалась наружу. Он яростно вцепился губами в мою грудь, а другую сжимал своей крепкой рукой, я замычала и выгнула спину. Он лишь еще более страстно поцеловал мой левый сосок, вызывая у меня очередной приступ экстаза. Мои твердые соски возбуждали его еще больше, лишая самообладания. Он перешёл ниже, спускаясь ниже к моему пупку, и периодически поднимая на меня свой взгляд из-под бровей. Я закусила палец, когда он спустился до замка на моих штанах. Его пальцы ловко расправились с ремнем и пуговицами, и аккуратно стянул с меня штаны, оставляя лежать голой. Он бросил их куда-то на пол, вместе с моими трусами. Его крепкие руки, подняли мою левую ногу, и он прикоснулся своими губами внутренней стороны ляжки. Моя грудь тяжело поднималась, дыхание было прерывистым. На наших лицах была одна и та же озорная улыбка, а в глазах горел огонь. Эти сладкие губы оставляли жгучие следы на моей коже, подходя все ближе к моему лону. Этот момент настал. Его губы коснулись меня там, перебирая нежные складочки, он вошел в меня своими горячим языком, ловя ртом мою трепещущую плоть. Звёздные врата отворились, и он проник в мою тайну, которую так давно хотел. Тепло вливается через его поцелуи и ласки в самые потаенные частички моего тела. Стоны вырываются из моего рта, ловя глотки воздуха. Мы стали чем-то единым, это непередаваемое ощущение близости возвращало меня к нему. Я вцепилась в его волосы руками, такие мокрые и растрепанные от возбуждения. Этот сигнал он не мог спутать ни с чем. — Алек...сандр, — запыхавшись еле выговорила я. Он лишь ускорился. Одна горячая волна… другая…третья. И через несколько мгновений неконтролируемая сладкая конвульсия захватила все мое тело. Мне хотелось кричать, но я была настолько измотана, что едва могла дышать. Мое тело изогнулось и расслабилось. О, этот ошеломительный миг не сравним ни с чем! Буря, которая поднимается в твоей крови, и плещет через край, и тогда все тело трясётся и звенит, как будто в него ударил разряд молнии. Но в нашем случае это был лишь свет. Теплый и такой родной. Он поднял на меня свое прекрасное лицо, на его губах еще остались частички моего сока. Он выглядел таким измотанным, но таким счастливым. Я присела, так что наши лица теперь были близки, и аккуратно вытерла своим остатки с его горячих губ. Он перехватил мою руку за запястье, и облизнул мой палец, сладко улыбаясь. Это заставило меня покраснеть и на моем лице появилась дурацкая улыбка. Я чувствовала его мокрый язык, который пытался высосать все остатки. Не выдержав такой пытки, я приблизилась к нему, и вытащив свой палец из его рта, нежно, со всей любовью поцеловала его. — Я ненавижу тебя, Александр Морозов, — сладко сказала я отрываясь от его губ, и посмотрев в его кварцевые глаза. — Я тоже люблю тебя, Алина Старкова, — улыбаясь произнес он.