В подчинении демона

      Вечер. Мы с синей занозой искали место где я мог бы безопасно переночевать. За это время мне удалось ему рассказать всë что со мной происходило во время работы в отеле.        — Значит вот оно как… И ты назвал подобную работу нормальной? С учётом того, что тебе всë время пытались убить? — Соник шëл впереди меня, ведя в глубь парка. В его голосе чëтко слышалась усмешка и, готов поклясться, что он сейчас на его лице была чрезмерно весëлая ухмылка.       — Ну, нюансов профессии никто не отменял, — в шутку огрызаюсь ему, ведь сам понимаю как нелепо звучали мои слова со стороны. Хотелось бы ему ещё вдарить хорошенько… Но портить отношения с ним сейчас не выгодно. Да и боюсь Шедоу потом мне хорошенько вдарит…        — Как по мне это не нюансы, а нюаньсище, — говорит герой Мобиуса, останавливаясь у небольшой развилки. Мой взгляд в свою очередь «гулял» по всем имеющися кустарникам по близости, но в какой-то момент он зацепился за край одежды синеволосого. Внезапно мне очень захотелось проверить кое-что. Я тихо подошёл к нему и постарался как можно аккуратнее приподнять край его одежды, но к сожалению мои действия оказались замечины. Бля… — Что ты делаешь? — спросил парень, застав меня за этим странным делом.        — Эм, ну… Мне просто интересно как часто вы с Шедоу дерëтесь, — честной правдой отчаечаю я, отпуская край его одежды и отходя немного поодаль.        — И ты хотел это определить по количеству шрамов? — Соник смерил меня скептичным взглядом, тем самым, которым смотрит мама на своего ребëнка когда тот врëт. Неловко Раздражает…       — Ну, да… — вообще-то не совсем. Меня скорее интересовало наличие одного конкретного шрама.       — Тогда Во-первых, это гиблый номер ибо шрамы у меня могли остаться после борьбы с роботами Эггмана, — мне пришлось приложить почти все силы, чтобы демонстративно не закатить глаза. Я в курсе об этом, я — это ты из другой зоны, придурок. Но к сожалению с ним сейчас не поспоришь, во всяком случае если мне не хочется раскрыть сразу все карты… Поэтому мне остаëтся лишь неловко отвести взгляд в сторону. Только, почему мои щеки так горят? — Ну, а во-вторых, ты мог просто спросить чувак.       — Ну, так что там по количеству драк? — мой голос и тон звучат ровно, так словно синий ëж не произносил те слова, однако мои щëки всё ещё предательски горят и выдают все мои эмоции. Бляяять… Я отвык быть честным и открытым по отношению к окружающим. Это всё слишком смущает… Чëрт, кажется я начинаю понимать Шеда. Своего Шедоу…        — На самом деле их было не так уж и много. В последние годы наши драки и вовсе сошли на нет, — в это же время этот придурок вëл себя абсолютно спокойно и расслабленно. Сука! Как же бесит!       — Последние годы-то понятно, вы встречается начали, а до этого как было? — раздражëнно выдаю это, потирая пальцами переносицу, чтобы хоть как-то успокоить нервы. И лишь спустя время я понимаю что стало как-то слишком тихо. Особенно учитывая, что рядом со мной стоит Соник, что не отличался тихим нравом. По себе знаю. Подняв глаза, вижу что он красный как рак, смущëнный и застывший от шока, не мог пошевелиться. Спустя время герой Мобиуса отмиирает и тут же разворачивается ко мне спиной, начиная перебирать кончики своих волос.        — Это… Так заметно что мы в отношениях? — а вот это… Не планировалось. В какой-то степени я рад, ведь не я один теперь в неловком положении. Но всё же случайно оттолкнуть единственного кто готов будет со мной общаться, после всего произошедшего и моих действий, как-то не очень.        — Не сказал бы… Просто я слишком хорошо знаю Шедоу. А изменения в его поведении по отношению к тебе, мне сразу же показались подозрительными, — и ничего умнее старой доброй правды я не придумал. В конце концов, если бы здешний Соник проявлял столько нежных чувств по отношению к тëмному, то я бы даже не обратил на это внимание. Но когда нечто подобное вытворяет сам Шедоу… Это действительно странно.       — Ох, ему это не понравится… — пробормотал синеволосый, явно представляя реакцию своего парня. Его лицо вырожало что-то среднее между шоком и нервным смехом.       «— Будто я не знаю», — в моей голове промелькнуло пару воспоминаний с Шедом (из моей зоны), и… Ох, этот парень всегда был вспыльчивым типом. Уже представляю как бы он вспыхнул, услышав подобное заявление. И от злобы, и от смущения. — Ну так что там по дракам?       — На самом деле, мы не так уж и часто дрались, хоть со стороны так и не скажешь, — парнишка наконец-то разворачивается ко мне лицом. Его щëки всё ещё пылали огненным румянцем, но сейчас он был не столь ярким. — Инициатором почти всегда был я, а Шед мог начать драку первым только если действительно был не в самом лучшем расположении духа. И то наши драки были доставлено ленивыми, если не односторонними, — односторонними? Видимо заметив моë замешательство зелëноглазый продолжил. — Ну, в плане, он мне очень сильно поддавался. Ему было абсолютно всё равно на свой пройгрышь или выигрыш, думаю он вообще соглашался на это просто чтобы я отстал от него. И честно говоря… Его тактика сработала…       — И ты перестал пытаться его вызвать на поединок или соревнование? Серьëзно? Даже выбесить его не пытался? — я удивился его словам. Вообще то, что здешний Шед значительно спокойнее моего было заметно сразу. Но я не думал, что на столько!       — Ох, поверь мне… Я пытался. Много раз… Очень много раз… — его глаза нервно забегали, а губы тронула кривая улыбка. — Я действительно был для него главным раздражителем, но очевидно его нервы были сильнее… — он неловко почесал затылок, при это смущëнно посмеиваясь.       «— Мда, будь это мой Шед, он бы уже вспыхнул как факел», — невольно пронеслось в моей голове. На мгновение перед глазами появился образ высокого, отстранëнного, вспыльчивого, но от чего-то бесконечно милого и притяжательного парня. Он имел не самый сладкий или приятный характер, его эмоциональный интеллект* и социальные навыки парой заставляли желать лучшего, однако при этом именно ему я мог довериться во время боя больше чем кому-либо ещё, или рассказать что-то действительно сокращённое, ведь знал что он — самый надëжный мобианец в моей жизни. Когда мы дрались, он парой мог переборщить с атаками и на эмоциях случайно нанести мне вред. Этот парень никогда не говорил «прости», но на следующий день можно было заметить яркую вспышку на кухне, а на столе всегда стоял свежий и горячий чилидог. Вспомная всё это я начал невольно улыбаться. Однако в тот же миг на языке возникла горечь от того чем закончилась наша с Шедоу история в моëм родном мире. Правый бок начал неприятно жечь…       — Кстати, а зачем ты спрашиваешь? — из мыслей меня неожиданно выводит голос Соника, а сам он теперь стоял значительно ближе.       — … … … Из любопытства, — это единственное, что мне удаëтся выдавить из себя в ответ на его вопрос, положив ладонь на место «ожога». Однако по глазам напротив я понимаю, что тот знает то, что я не до конца с ним честен. Сука, как же это бесит и смущает.        — Ладно, идëм. Нам ещё место искать где ты сможешь поспать, пока не пройдут все твои шестнадцать часов, — в итоге это становится единственным, что он говорит в ответ и возобновляет свой ход, я же просто молча следую за ним.

Спустя 15 минут.

      — Ну, думаю этот неплохое место для начала, — говорит синеволосый пройдя внутрь базы, находившийся под деревом, в земле. — Это наша старая база с тейлзом, со времён когда мне было четырнадцать. Тогда мы только прибыли на землю…        — Вам негде было жить, люди относились к вам агрессивно, вы построили эту базу и бла, бла, бла. Мне не обязательно рассказывать историю создания этого места, — говорю это закатывая глаза. Это действительно парой начинает раздражать. То что я стал злодеем, не означает что у меня исчезли «воспоминания Соника».       — В общем… База сейчас прибывает в немного обветшалом состоянии, электричества и воды нету, но думаю как ночлег сгодится, — а этот придурок видимо даже не заметил перемены в моëм настроении. Агрх… Ну, ладно. Он хотя бы перестал рассказывать историю которую я и так знаю.       — Ну, для начала действительно сгодится, — говорю это потирая переносицу, дабы успокоить нервы. Мои глаза ещё раз проходятся по обветшалому помещению, оценивая его. Это место… Оно вызывает странные чуства. Словно радость из-за найдиной давно потерянной и очень любимой игрушки, однако которая давно покрылась плесенью и внутри неё поселились черви. Приятно-горький я бы сказал.       — Что ж, я тогда пойду. Мне ещё надо с ребятами встретиться, — из мыслей меня вывел голос Соника. Честно говоря до меня не сразу дошёл смысл его слов, что заметил и сам герой Мобиуса. — Флитвей?       — А? Да-да, как скажешь, — немного нервный ответ сорвался с моих губ. Не идеально, но хотя бы лучше чем ничего.       — Ну, тогда увидимся, — на последок сказал парень, а затем покинул это место синей вспышкой.       — Увидимся… — сказал я словно в пустоту.       Сделав глубокий вдох, я стал осматривать заброшенную базу. Удивительно, что за столько лет еë не обнаружили буть то звери или люди, еë не затопило водой и не засыпало землëй, даже рой каких-нибудь насекомых сюда не попал. Она лишь немного обрасла мхом и плесенью, но даже так здесь не ощущалось какого-либо противного запаха. Действительно удивительное место. А ещё ужасно родное и чужое одновременно. С первого взгляда кажется, что всё точно так же как в моëм мире. Однако присматриваясь к деталям, можно было заметить не мало отличий: мебель стояла чуть по другому, немного иной дизайн техники Тейлза, отсутствие мелких вещей и тд. Всё это вроде бы и мелочи, но в голове сама собой зарождается мысль, что это могло каким-то чудом повлиять на мою судьбу. Я знаю, что обвинять в том, что со мной произошло не так поставленную кровать глупая затея. Но видимо мой мозг ищит любимые оправдания мои действиям. Но я знаю, что сам во всëм виноват от самого начала и до конца…       На глаза мне попалась старая фография. Она лежала под столом, покрытая пылью. Достав еë, я начал рассматривать снимок. Соник приобнимает Тейлза за плечи и скорее всего держит камеру. На лицах обоих играла сияющая улыбка, а судя по заднему фону они находятся в своей первой базе на земле. Одному скорее всего на тот момент четырнадцать, а другому — семь. Если мне не изменяет память, то у меня с Тейлзом тоже была такая фотография, которую мы так же благополучно потеряли или забыли. Снимок от времени местами пожелтел, а его уголочки успели погнутся. Но даже так от него веяло каким-то дружиским теплом. Ужасно горьким теплом.       «— Голова… Как-то кружится…», — моë тело внезапно пронзила странная усталость, а голова ныла от лëгкой боли. Не в силах держаться на ногах я сел на ближайшую койку. «— Надо бы прилечь…», — это была последняя мысль перед тем как я закрыл глаза.

*****

      Красная пелена перед глазами. Это было единственным, что я видел сейчас. Все звуки доносились как под толщей воды. А тело… Тело словно находилось в приятной, убаюкивающей невесомости. Сонные глаза парой уставали от этой не пробиваемой красноты и я их закрывал. Где-то в далеке, приглушëнно слышался бархатный голос Шедоу. Просто мëд для ушей. В какой-то момент передо мной появился тëмный силуэт агента ГАН. Как всегда красив. Он подошёл ближе ко мне, я лишь на секунду закрыл глаза, а на моих губах уже появилось странное ощущение. Поцелуй, с Шедоу… Мне это безумно нравится. Я стал неумело отвечать ему слегка сминая его загорелые губ и закинув руки ему на шею. Этот момент был прекрасен. Однако его прервала острая боль в моей шее. Чëрт, это что был всего лишь сон, а я упал с кровати? «— Вот отстой», — подумал я в тот момент. И уж лучше бы это был действительно лишь сон, прерваный падением с кровати…       Когда мои глаза распахнулись я увидел ужасную кровавую бойню. Воздух смердил запахом гнилого мяса, землю пропитали кровью трупы, а с деревьев стекали богряные капли опадая на почву металлическим дождëм. Мои враги, мирные жители, знакомые... Их тела были жутко распотрошены и разорваны. Но что страшнее, подле меня лежали такие же бездыханные тела моих друзей… Эми с оторнанныеми конечностями. Наклз с разбитой головой и разорванным пополам телом. Тейлз… Бедный Тейлз. Ему вырвали глаза, у него отсутствовала нижняя челюсть, а грудная клетка была вскрыта из которой во все стороны торчали рëбра и вываливались внутренние органы. Моë тело окаменело… Я смотрел на весь этот кошмар и не мог понять кто это сделал, пока… Не увидел голову Шедоу в своих руках. Его тело лежало рядом, и выглядило лучше чем остальные, но лишь потому что я не успел растерзать его ещё больше. Мои ладони были покрыты ещё тëплой кровью, по моим волосам стакали богряные кровавые ручьи, на моëм языке чувстовался железный привкус крови… Что же… я наделал…?       — Нет… Нет! Нет! Нет! — я бросился к телу любимого, отчаянно стараясь прикрепить его голову обратно. — Ну же, восстанавливайся! Я знаю, что ты умеешь регенерировать! Давай же! Сука! Не оставляй меня одного! — кричал я в отчаянии. Я множество раз прикладывал голову к шее Шедоу в надежде на мизирный шанс, что он оживëт. Однако в глубине души уже прекрасно понимал, что даже совершенная форма жизни не способна пережить обезглавливание. — Сука… Прости… Прости меня… Простите меня… — по моим щекам стал катиться град слëз. Глаза Шедоу, его мëртвые, остекленевшие, застывшие в ужасе глаза впивались в меня словно иглы, а чувство вины начало душить меня сильнее. — Я не хотел этого… Я не хотел этого… — всё что могло сорваться с моих губ это лишь жалкие оправдания, а мои руки как по наитию прижали голову любимого сильнее к груди.        Весь мир словно погрузился во тьму. Село ли солнце, или то плод моего вооружения не знаю. Оплакивая своего любимого и погибших друзей я не заметил как прошло несколько часов, а может и дней. Но важно ли это?        Возможно я бы просидел так ещё дольше, если б не одна прядь волос, что упала на моë лицо. Синяя прядь. Мои глаза расширились от удивления, а сердце забилось быстрее. У меня уже давно не синие волосы… Они золотые. Я уже как много лет не Соник, а Флитвей. Вскочив на ноги я заметил ещё несколько странностей: на мне моя старая одежда и голова… Где голова Шедоу?!       — Что происходит? — сорвался тихий шëпот с моих губ.       — Соник… — внезапно раздался чей-то хриплый голос сзади.       — Кто здесь?! — я обернулся, но там никого не было. Во всяком случае в этой темени никого не было видно.       — Соник… — вновь раздался этот же голос, уже ближе. А затем показался и сам его обладатель… У меня сердце на мгновение остановилось, стоило его увидеть… Этот знакомый до боли чëрный плащь с мехом и красный свитер, а ещё и эти прекрасные чëрно-алые волосы я узнаю из тысячи. — Ты доволен тем, что сотворил? — спросил меня Шедоу свои хриплым бархатным голосом. Он не поднимал своего взгляда, но я и так знал, что его глаза горели адским пламенем от ненависти.       — Я не хотел…       — И тем не менее сделал, — его голос стал более грубым, тон более низким. — Помнится ты как-то спрашивал за что я тебя ненавижу... Ну, так может теперь ты поймëшь почему?! — он сорвался на крик, что был пропитан праведным гневом. — Лицемерная мразь! Всё время твердишь про свет внутри каждого, но при этом сам ты хуже Эггмана! Он хотя бы не строит из себя святого в отличие от тебя! — каждое его слово резало словно нож, быстро, резко, больно.       — Я… — едва мне удалось вымолвить хоть слово, как меня тут же прервал его очередной крик.       — Что «ты»? Уничтожить ещё одну зону, как нашу родную?! — я слышал… Я чувствовал как его голос дрожал от гнева. Его слова были жëсткие и беспренципные, без малейшего намëка на пащаду, но правдивыми. Я действительно такой... — Благо один плюс можно из этого вынести. Я наконец-то смогу сделать то, что давно должен был, — это стало его последними словами, прежде чаем с его преч вновь слетела голова. Она с мерзким хлюпающим звуком упала на землю, а из его шеи стала течь река крови, окрашивая одежду в богряный винный цвет. Его руку, начали меняться, они стали длиннее и обрели более костяной вид, а на длинных костлявых пальцах стали проростать жуткие звериные когти. Что уж говорить про тело Шедоу… Оно приобрело монструозные и уродливые черты: сгорбленное, худощавое, словно пререломанное в нескольких местах....       «— Беги!», — крикнул мой разум, а ноги сами понесли меня прочь от сюда.        Я бежал сквозь непроглядную темень. Дорога была пропитана кровью. Кровью пролитой мною… Краем глаза я так или иначе замечал трупы убитых мною: расчлëнные, изуродованные, холодные… Их тела, останки, могли волятся в грязи смешанной с кровью, весеть на ветвях деревьев или насажены на колья или штыри… Их стеклянные, мëртвые, пустые глаза были направленны на меня. Их полные гнева и ненависти взгляды впивались в меня словно иглы. Чувство вины начинало зудеть под кожей, от чего мне становилось сложнее передвигаться. В один момент я споткнулся и провалился в какую-то яму. Моë тело в тот же миг пронзила ужасная боль. Однако отдыхать сейчас не было времени. Как можно быстрее поднявшись на ноги я попытался вновь рвануть в перëд, но внезапно столкнулся со стеной. Осмотрев пространство, что окружало меня, понимаю, что это какая-то пещера состоящая полностью из зеркал. Без выхода. Внезапно за одной из зеркальных поверхностей показался знакомый камзол, а вскоре и лицо Шедоу из другой зоны.       — Этого всего можно было бы избежать, если б ты просто сказал об этом! Но вместо того, чтобы хотя бы как-то намекнуть на этого чёрта, ты предпочёл просто промолчать! — повторил он свои слова, сказанные в день заключения сделки с Эгзеллером.        Раздался грохот. Потолок зеркальной пещеры начал обваливается. Монстр… Нет, Шедоу… Мой Шедоу спускается сюда, за мной… Внезапно меня схватил агент ГАН. Он прижал меня спиной к зеркальной поверхности, а его железная хватка не давала мне выбраться. Вскоре в пещеру спустился Шедоу. Он сделал один мощный рывок и…        Меня окружила тьма. Холодная, мрачная, беспросветная тьма… Странно, но я не чувствовал ни боли, ни чего-либо другого. Я умер…? Так просто… и безболезненно…?        — Бога или дьявола ради, открой глаза наконец! — раздался знакомый голос. Даже слишком знакомый для... Стоп…        — Зелл…? — открыв глаза, я перед собой увидел демона, сидящего на кожаном коричневом кресле. Он приоткрыл свои очи и на украдкой взглянул на меня и почти сразу же прикрыл их обратно. Мы находились в каком-то странном пространстве, похожем на космос. Это в какой-то степени даже расслабляло, но тем не менее мучило два важных вопроса… Что произошло? И где мы блять находимся? — Что…? Где…? — после произошедшего недавно я не мог нормально сформировать свою речь. Зараза.       — Это место небольшой побочный эффект межпространственных бусин. Тех стеклянных шариков, что я дал тебе вчера. Оно называется «подсознательным мостом», наша личная комната в царстве Морфея, — тем не менее заведующий отеля всё же объяснил где мы находим. И если честно, то благодаря этому многое встаëт на места.       — Морфея…? Получается то был лишь сон… — я облегчëнно вздохнул. Моë тело словно само собой обмякло в таком же кожанном кресле.       Стараясь привести мысли в порядок я стал рассматривать то что нас окружало: звëзды, созвездия, синева, чернота… Ничего интересного. Но в какой-то момент мой взгляд зацепился за Эгзеллера. Его лицо… Оно такое расслабленное без привычного раздражения или дерзости. Это в какой-то степени выглядело даже мило… И красиво. Его длинные волосы были распущены и синими волнами мягко спадали на плечи, подчëркивая тонкую шею. Сейчас на нëм была надета шëлковая белая рубашка. Она была без застëжки, с глубокой горловиной, что обнажала его острые ключицы. У рубашки были объëмные рукава, и как не странно они не делали руки демона больше, а лишь подчëркивали его маленькие изящные кисти рук. Так же на нëм были чëрные штаны, длиной чуть ниже колена. Это позволило открыть взор на его безумно красивые ножки. Чëрт какой же он всëтаки красивый, хоть и демон.       — Ещё подрачи здесь, — сказал Зелл злыл голосом, а его бледное лицо исказилось в гримасе раздражения. Мне бы разозлиться, что он опять прочитал мои мысли. Но после того кошмара не было ни сил, ни желания.        — Как много ты видел из моего сна? — вопрос вырвался сам собой. Не уверен задал ли я его из реального любопытства, или просто чтобы разбавить обстановку.       — Последнюю минуту или около того. Я больше чувствовал, чем что-то видел, — Эгзеллер ответил мне удивительно спокойно, его лицо более не было искривлено раздражением, но и спокойным его назвать было сложно. Скорее просто строгое? Но всё такое же красивое. — Не знаю что ты там напредумывал о моей силе, но я не умею читать мысли без специальных приблуд. Однако это не распространяется на мысли, окрашенные алчностью.        — Или похотью… — демон приоткрыл свои глаза. Его змеиные зрачки впились в меня словно иглы, что явно были пропитаны ядом гнева. — Та демонесса, она говорила правду? Ты действительно полукровка? — спросил я вспоминая вчерашний случай и в частности реакцию Зелла на слова той дуры. Они явно его задели до глубины души (если она конечно есть у исчадий Ада).        Какое-то время демон продолжал прожигать меня своим гневным взглядом. Но… В один момент с его губ слетает хриплый вздох, а сам он обмякает в кресле.        — Убить бы тебя по хорошему за такие слова, да вот только контракт мешает, — заведующий отелем устало поправляет волосы, а после выпрямляется и скрещивает руки на груди. — Ладно уж, раз ты всё равно работаешь у меня в отелы, а значит и узнал бы об этом рано или поздно. Так что лучше уж я сам всё расскажу, чем это сделает кто-то другой, — с каждым новым словом его раздражение и гнев становились всё ярче. — Я действительно полукровка: на половину демон алчности, на половину… Сукуб, — последнее слово он и вовсе чуть ли не прорычал, с явным отвращением и презрением к своему виду. — Самый низший класс демонов, после грешников конечно же, — добавил он чуть тише, но всё с такой же злобой. Честно говоря информация про низший класс демонов меня не сильно удивила. Судя по его поведению сукубы как и грешники просто рабы в Аду, либо просто самые слабые демоны. Не очень хорошо для столь опасного места.        — Странно, тогда что та девушка тебя так унижала, раз она сама из класса низших, — я попытался развеить обстаноку, выдав какую-то недо-шутку. Однако полящий взгляд рубиновых глаз ясно давал понять, что у меня фигово получилось.        — В том-то и дело, что она не из низших… — голос Эгзеллера впредь звучал не стол злобно, сколь просто раздражëнно. — Она не сукуб, она инкуб.       — Инкуб? — переспросил я подумав, что мне послышалось. Несколько минут демон смотрел на меня как на идиота, а затем прикрыл глаза рукой и что-то нечленораздельное прорычал. Упс… Я видимо его разозлил, опять. Впредь надо будет быть по аккуратнее с этим… Всё же Зелл не Шедоу, который хоть и мог злится, но точно просто так не убил бы.        — Ой, блять, как же с тобой сложно, — заведующий отеля устало помассировал виски и затем ещё более раздражëнным тоном стал отвечать на мой вопрос. — Демоны похоти делятся на два вида: инкубы и сукубы. Одни в пастели доминантные, другие подчиняемые. Надеюсь кто кем является объяснять не нужно?       — Нет… Мне и так всë понятно… — я неловко почесал шею. И да, мой вопрос был крайне глупыл и до этого можно было и самому догадывается. Но справедливости ради я сейчас нахожусь не в самом адекватном состоянии! — И насколько велика разница между вами?       — В плане магии не особо, сукубы даже посильнее в этом плане будут. Однако, если говорить о физической силе или каких-никаких правах, то преимущество явно на стороне Инкубов, — на удивление демон ответил очень даже спокойно, без раздражения или гнева. — Родится сукубом в Аду, всё равно что родится сексуальной игрушкой для чужих утех. У инкубов же не смотря на слабость имеются хоть какие-то права, — однако это очень быстро изменилось, стоило задеть тему их социального положения. Его голос вновь охватили не прикрыта злоба и ненависть, а каждая мышца его тела заметно напряглась.       — Но… Я всë равно не до конца понимаю… Раз у сукубов магия сильнее, то почему вы находитесь на более низкой ступени иерархии? Мне казалось, что демоны в основном дерутся с помощью магии, — вспоминая некоторые конфликты происходящие в отеле на ум сразу же приходят драки между адскими отродьями. Очень часто на вид слабый и хрупкий демон мог за пояса уделать трëхметрового накаченного шкафа, имея при себе более мощную магическую силу.        — Магия просто не боевая, вот и весь ответ. А на «своих» же заклинания похоти не работают, — Эгзеллер что-то ещё раздражëнно пробубнил себе под нос, а после откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Он прикрыл глаза, а его лицо слегка смягчилось.       Мы просидели в тишине около пяти минут или может быть даже дольше. Демон более со мной не разговоривал. Он скорее был сосредоточен на своих мыслях или пытался снова уснуть…? Не уверен в этом. И вроде бы весь его внешней вид кричал о том, что он сейчас расслаблен и не представляет какой-либо угрозы, но честно говоря… Меня это пугает. Сейчас не понятно чего ждать от него, особенно учитывая наш недавний разговор. Было бы проще если б он как обычно начал мне угрожать. Я хотя бы знал чего ждать, ну а так…        — Мне… Надо дать что-то в замен…? — я попытался аккуратно спросить о том что меня ждёт. Если и лишатся языка, то хотя бы знать этом заранее. Возможно удастся к этому хотя бы морально подготовиться…        — Будто у тебя что-то есть, — как-то через чур спокойно и дежурно ответил мне демон. Это немножко напрягает…       — Я имею ввиду… Ты же по сути мне немного открылся. Я тоже должен что-то рассказать о себе…? — уточняю, а заодно предлагаю один из способов оплаты за информацию. Наиболее безопасный для меня и вполне соизмеримый с тем, что он мне «дал».       — Я тебе не открывался. Иерархия демонов абсолютно открытая информация, тебе об этом любой демон рассказать может, если конечно захочет. А сам я открыто презираю свою сукубскую часть. Так что не воспринимай это близко к сердцу, — говорит Эгзеллер, не заинтересованно и даже отстранённо. — Но… За то что уточнил про оплату, хвалю, — однако на последних словах на его губах расцветает лукавая улыбка, а в его взгляде была какая-то странная чертинка.       «— Неуютно…», — невольно пронеслась мысль в моей голове от этого взгляда. — А мы ещё долго будем здесь находится?        — Пока кто-то из нас не проснëтся.        — И кстати… А почему ты вообще решил прервать мой кошмар? — этот вопрос меня мучал ещё с того момента как я сюда попал. Демоны не самые милосердные создания, так что получать от них «помощь» подозрительно, или во всяком случае странно.        — Мне не понраву чувство вины. Это лакомство для демонов отчаяния, — ну, в целом, ожидаемый ответ. Взглянув ещё раз Эгзеллера, мой взгляд зацепился за его шею. Такую тонкую, красивую и бледную, как фарфор… Это ещё не говоря о его лице. Острый носик, длинные густые ресницы, тонкие слегка алеющие губы — будь он действительно фарфоровой статуэткой, то явно стал бы лучшей работой своего мастера. Мой взгляд скользнул ниже… Его штаны были длиной чуть ниже колена. От этого прекрасно были видны кго изящные щиколотки… — Узумаки, если не прекратишь думать обо мне в таком плане, вернëшся в своë тело овощем, — и это прекрасное создание теперь смотрело на меня взглядом убийцы… Блять. Забыл.       «— Так надо срочно менять вектор мыслей!», — прокричал я в своей голове. «— Думай о котиках! Думай о котиках! Думай о котиках, что сидят на чьих-то коленях! А ещё лучше на коленях Шедоу! И ещё они мяукуют! А Шедоу мяучит им в ответ! И! И…! И…», — поток моих был прерван. Я в последний раз скользнул взглядом по демону напротив, прежде чем с моих губ сорвался тяжëлый вздох. «— И стоит наконец признать, что я грëбаный мазохист, раз вечно влюбляюсь в тех, кто меня ненавидит».

Конец POV Fleetway