Холодное блюдо

      Гарри усыновили холодным туманным утром. Со своего места на крыше Том наблюдает, как он следует за хорошо одетой женщиной к воротам, поворачиваясь каждые несколько шагов в поисках лучшего друга, который не хочет, чтобы его нашли.       — Я не оставлю тебя, — пообещал Гарри накануне вечером, обнимая неотзывчивого Тома, когда они вместе лежали в постели. — Мы скоро снова будем вместе, вот увидишь.       Том ему не поверил. Когда-то они мечтали о совместном будущем. Как будут путешествовать по миру, как они будут стареть вместе и никогда, никогда не расставаться. Но неделю назад появилась женщина, назвавшая себя двоюродной бабушкой Гарри по материнской линии, и все изменилось.       Когда Гарри уснул, Том освободился и выскользнул. Он не хотел прощаться.       Ветер поднялся, и началась мелкая морось. Том сел на влажный бетон и прижался лицом к коленям. Когда он набрался смелости взглянуть снова, он увидел только серую завесу дождя.       Гарри ушел, а Том остался один.

***

      На первых порах Гарри писал каждую неделю. Он рассказывал о своей новой жизни на ферме на юге Франции, о том, что у него есть своя комната, и о его новой семье, которая хорошо его принимает и рассказывает истории о его покойных родителях.       Однако чаще всего Гарри писал о том, как сильно скучает по Тому, и как ему это жаль.

      «Даже если мне нравится моя новая комната, я все равно скучаю по нашей комнате. Я скучаю по нашим секретам под одеялом. Я скучаю по тебе. Мне жаль, что я оставил тебя. Мне жаль, что у меня не было возможности попрощаться. Двоюродная бабушка сказала, что ты сможешь навестить меня, когда здоровье дедушки улучшится. Пожалуйста, напиши ответ. Скажи мне что-нибудь, что угодно. Ты можешь даже сказать, что ненавидишь меня, но, пожалуйста, дай знать, что с тобой все в порядке. Пожалуйста, прости меня. Пожалуйста, Том.»

      Том хранил эти письма в ржавой коробке от конфет на дне своего гардероба. Он никогда не отвечал, несмотря на мольбы Гарри. Однажды он чуть не сломал свою решимость, но вовремя остановил себя.       В конце концов, Гарри перестал писать. Прошло гораздо больше времени, прежде чем Том перестал ждать писем.

***

      Том отсчитывал дни до 1 сентября с момента, когда профессор Дамблдор пришел к нему с письмом о поступлении в Хогвартс.       — Да, — ответил он на первый вопрос Тома. — В этом году Гарри Поттер будет с нами.       Теперь, сидя у окна, Том наблюдал, как Гарри прощается с Дореей Поттер. Затем он погружается в учебник, не обращая внимания на все попытки сдружиться с ним.       Ему удается избегать Гарри, пока первокурсники ждут своего распределения за пределами Большого зала.       — Том. Привет. — рядом с ним появился Гарри, более высокий и здоровый. — Ты помнишь меня?       Что за смешной вопрос. Конечно, он помнит. Как он мог забыть мальчика, который когда-то был целым его миром и который безжалостно его предал?       Он дружелюбно улыбается, осознавая взгляды посторонних. — О, привет, Гарри. Я тебя не заметил.       — Я так рад, что мы будем вместе на одном курсе. — Гарри протягивает руку, чтобы схватить его за руку, но Том выхватывает ее и засовывает в карман.       Нижняя губа Гарри дрожит, но он продолжает: — Может, мы даже будем на одном факультете?       Том пожимает плечами и продолжает улыбаться. — Может быть.       Но это не так. Гарри отсортирован в Гриффиндор, а Том в Слизерин. Во время пиршества в начале семестра Гарри продолжает поглядывать на него, но Том отказывается оглядываться. Ему нужно развивать новую жизнь, новую жизнь, исключающую старые разочарования.       Учеба начинается. Он продолжает игнорировать Гарри — избегая зрительного контакта, обходя коридоры, выбирая места подальше в общих классах — до конца первой недели, когда Гарри, наконец, удается загнать его в угол.       — Мы можем поговорить?       Том пытается его обойти. — Мне надо в библиотеку.       — Том. Прошу тебя.       Зеленые глаза Гарри мерцали. Когда-то они были для Тома лучиком света в мрачном приюте, зрелищем, которое согревало его душу. В его горле застряли слова «нет», но он был бессилен перед обнадеживающим взглядом Гарри. Он всегда был и всегда будет.       Они пошли в ближайший пустой класс, и Том скрестил руки, прислонившись к столу, готовый выслушать извинения или оскорбления, которые Гарри мог бы кинуть в ответ.       Но Том не был готов, когда Гарри резко бросился вперед и закрыл его объятиями. В его мозгу возмущенно закричали все «нет», но его руки обнимали Гарри, это было естественно, как дыхание. Он закрыл глаза и вдохнул сладкий аромат Гарри, который пробудил воспоминания о том, как они обнимались зимними ночами.       Его сердце сжалось, когда он понял, что передний край его рубашки был мокрым.       — Мне так жаль, Том. Очень, — всхлипывает Гарри. — Я не хотел уходить, не попрощавшись, но я не мог тебя найти. Я все думал о тебе и писал тебе, но ты никогда не отвечал. Я не знал, раздражали ли тебя мои письма или ты был усыновлен.       Том молчал, не решаясь заговорить. Гарри сжал его еще сильнее.       — Я хотел, чтобы Дорея тоже усыновила тебя, но потом Чарльз заболел — он посмотрел вверх. — И я все ждал Хогвартс, потому что знал, что увижу тебя. Теперь мы здесь вместе, и я никогда больше не оставлю тебя. Пожалуйста, поверь мне. Пожалуйста, прости меня. Я хочу быть снова лучшим другом для тебя.       Том смотрел на серьезное лицо Гарри.       Затем он вспомнил, как смотрел на пустую кровать Гарри в своей комнате, на издевательства других сирот, которые радовались, что он потерял своего единственного друга. Он вспомнил бесконечные ночи, когда он чувствовал боль.       Он не мог простить и забыть, но мог изобразить.       Том нежно провел большим пальцем по влажной щеке Гарри. Его улыбка была нежной.       — Я прощаю тебя.

***

      Существуют два типа сирот.       Некоторые сироты защищаются от холодного и беспощадного мира, создавая вокруг своего сердца каменную стену, чтобы никогда больше не оскорбиться или разочароваться. Том видел, как это происходило с другими — как Билли Стабсс зверски обращался с животными после того, как убили его кролика, или как Эми Бенсон становилась еще язвительнее после неудачных попыток быть усыновленной.       Он тоже не исключение. Дружба была бесполезна в мире, где сила всегда побеждает. Вместо этого у него будут последователи, слуги. Чистокровные, которые сейчас презирают его, однажды будут преклоняться у его ног, готовые пролить свою кровь и золото, чтобы построить его королевство.       Однако, несколько сирот находят способ открыть свои сердца, несмотря на свою непростую судьбу. Они поддерживают самих себя, замечают и преувеличивают каждый маленький акт доброты. Они стремятся давать безвозмездно, не ждя ничего взамен.       Гарри всегда был таким человеком. В школе Вул он оставался добрым и заботливым к сиротам, которые дразнили и издевались над ним. Он защищал их, когда его друг Том хотел отомстить. В Хогвартсе он легко заводил друзей во всех факультетах. Даже в непопулярной Слизерине некоторые люди, несмотря на вражду между семьями Поттеров и Слизеринцев, любили его.       Том ненавидит это. Он всегда ненавидел, когда Гарри обращал внимание на кого-то, кроме него самого. Его ревность только росла со временем. Том бы хотел закричать на весь дворец и объявить: «Он мой!»       Однако он смиряется с тем, что он лучший друг Гарри. Он тот, кого Гарри ищет среди толпы, тот, кого он выберет из всех остальных. Ничто и никто не сможет это изменить. Том больше не будет одинок.

***

      Во время рождественских каникул Гарри предлагает Тому провести время с его семьей, но Том отказывается. И вместо этого Гарри предлагает Тому остаться с ним в Хогвартсе. Там нет занятий, и практически все ученики вернулись домой, поэтому они проводят все время вместе. Гарри даже проводит Тома в Башню Гриффиндора, чтобы они могли прижаться под одеялом и заснуть вместе, вспоминая прошлые времена.       В день своего рождения Том просыпается в пустой постели. Прежде чем он успеет встревожиться или разозлиться, Гарри возвращается с закрытой тарелкой.       — У меня для тебя сюрприз, — объявляет Гарри.       Сердце Тома замирает. Гарри всегда ищет способы заставить его улыбнуться. В школе Вул он обычно обменивал свои небольшие вещи на монеты, чтобы каждую новогоднюю ночь покупать Тому его любимый шоколад в ближайшем магазине за углом.       На тарелке лежит шарик шоколадного мороженого. Том откусывает небольшой кусочек и дрожит, когда его рот наполняется вкусом. Этот насыщенный, горький темный шоколад, без добавления молока или сахара, именно такой, какой он любит.       Прямо как шоколадные конфеты, которые Гарри ему покупал.       — Тебе нравится? — спрашивает Гарри, сжимая руки. — Мы с Дореей работали над идеальным вкусом.       В этот момент Том почти прощает Гарри. Вместо этого он улыбается и говорит: — Это прекрасно, спасибо.       Он доедает последний кусочек мороженого, пока Гарри скручивается клубком у него на коленях. Это лучший день рождения, который у него когда-либо был, но он ничего не говорит Гарри.       Домашнее шоколадное мороженое останется единственным десертом, который Том будет есть.

***

      На втором курсе Гарри присоединяется к команде Гриффиндора по квиддичу в качестве ловца.       Том иногда посещает тренировки. Он наблюдает и анализирует взаимодействие Гарри с другими членами команды. Большинство игроков не беспокоит — для Гарри они всего лишь знакомые.       Но с Донной Райт все иначе. Она второкурсница и отличный охотник. Том начинает замечать, как она и Гарри становятся все ближе, изучая журналы по квиддичу. Он замечает, как на ее щеках появляются ямочки, когда она смотрит на Гарри. После первого матча Гриффиндор-Слизерин, который заканчивается победой первых, Райт обнимает Гарри на поле и дает ему поцелуй в щеку перед восторженными товарищами.       Итак, он строит заговоры. Существует множество различных способов устранения, но лишь немногие из них невозможно обнаружить и выполнить студентом второго курса       Он соглашается на диверсию с метлой Райт. Это не самый надежный способ, но его сложно проследить, учитывая, что Райт летает на старом Чистомете, известном своей непредсказуемостью.       Ничего не происходит до последнего матча года по квиддичу. Гриффиндор сражается с Рэйвенкло за кубок по квиддичу. Райт управляет квоффлом, летящим к воротам, когда к ней стремится бланджер. Пытаясь изменить направление, метла начинает качаться, сначала плавно, затем с резкостью, когда Райт с отчаянием влетает вверх.       Все слышат неприятный треск, когда бланджер касается ее плеча, выбрасывая ее в свободное падение с высоты шестидесяти футов.       Райт остается жива благодаря Дамблдору, который вовремя замедляет ее падение. Однако, несмотря на все старания медсестры, ее плечо больше никогда не будет прежним. Она уже никогда не сможет играть в квиддич.       Вина падает на Арчибальда Селвина, капитана слизеринской команды, который ранее громко заявлял о своем желании подрывать игроков Гриффиндора. Кроме того, его заметили как проникавшего в сарай для метел в ночь перед ужасным матчем, хотя Том знает, что он пошел на свидание со своей девушкой.       — Ужасное дело, поистине ужасное, — жалуется Слизнорт Тому. — Боюсь, что Селвин будет строго наказан, если его не исключат.       Дамблдор смотрит на него с подозрением, Том в ответ смотрит спокойно.       Это стоило того.

***

      Через месяц после трагедии Том находит Гарри плачущим у озера. Когда Гарри пытается скрыть свои слезы, Том хватает его за подбородок, чтобы он не отвернулся.       — Что случилось? Кто-то причинил тебе боль?       — Я не пострадал физически. Донна, я не знаю, как ей помочь, — Гарри снова прорывается в слезах. — Она говорит о своем возможном переводе в другую школу. Я не хочу ее потерять.       Тому хочется, чтобы Райт покинула Хогвартс. Он желал, чтобы она не пережила свое падение. Но он ничего не говорит.       Вместо этого, притягивая Гарри ближе, он говорит: — Ты всегда будешь нужен мне.       — Я знаю.       — Я позабочусь о тебе.       Гарри сжимает его руки и смотрит на него, как будто Том — его спаситель, как будто Том — солнце.       «А я твое солнце», — думает Том, «Я центр твоей вселенной. Пока я здесь, ничто не может сиять».       Он наклоняется и целует Гарри.       Том знает, что поцелуй — это обещание, обещание чего-то, что он не может дать никому, даже Гарри.       Но он целует Гарри, потому что не хочет, чтобы его кто-то еще целовал.       Он целует Гарри, потому что хочет быть первым и единственным, кто это сделает.       Гарри напрягается, его дыхание перехватывает, но он отвечает на поцелуй. Поцелуй неловкий. Оба неопытны. Лицо Гарри залито слезами, поэтому его губы слишком соленые и влажные. Однако Том притягивает Гарри еще ближе, чтобы углубить поцелуй.       Мой. Навсегда.

***

      По мере нарастания конфликта между маглами, Том проводит лето у семьи Поттеров, отказываясь возращаться в приют. Их дом, расположенный в Тулузе, не походит ни на один лондонский дом восточного района.       Гарри делает все возможное, чтобы Том чувствовал себя желанным гостем в их доме. Он помогает Дорее готовить любимые блюда для Тома, предоставляет ему свою спальню с более удобной кроватью и даже находит старые учебники рун, принадлежавшие Чарльзу, чтобы Тому было с чем заняться.       Том может заметить, что Дорея не доверяет ему и не любит его, но она не может противостоять привязанности, которую Гарри испытывает к своему старому лучшему другу. Более того, после смерти Чарльза Дорея теперь отвечает за семейный бизнес по созданию зелий, что означает, что в огромной степени Том остается в одиночестве.       Ему это нравится. Они проводят дни, исследуя окрестности. Гарри с удовольствием показывает Тому свои любимые тропинки и знакомит его с местными фермерами-маглами, с которыми он подружился.       Со временем их отношения становятся всё менее невинными. Они проводят время вместе в помещении, изучая друг друга. Каждый вздох и стон, которые Том вызывает у Гарри, приносит ему удовольствие, зная, что он единственный, кто знает и когда-либо будет знать Гарри так близко.       Он — первый друг Гарри, первый поцелуй, первый раз. Он — первый во всем для Гарри.       Но все это ему недостаточно.       Лунный свет проникает сквозь окно. Том проходит рукой по лицу Гарри, который спит так мирно и невинно.       «Может быть, ты научил меня любить», — думает он, — «но ты никогда не научишь меня делиться».

***

      На пятом курсе Том открывает тайную комнату и приручает Василиска.       Он намеревается атаковать Элджи Лонгботтома и Игнотуса Прэвэтта — близких друзей Гарри из Гриффиндора, но Миртл Уоррен была не в том месте и не в то время. Он не сожалеет о ее смерти, ведь она всего лишь грязнокровка, но его раздражает появление усиленной охраны в Хогвартсе. В конечном итоге ему становится гораздо сложнее определить подходящий момент для своего удара.       После нескольких недель изучения расписания уроков и составления карты туннелей, Том решает атаковать Прэветта первым. Ведь его расписание, как старосты, более предсказуемо.       В понедельник вечером туалет для девочек на пятом этаже затопило во время патрулирования Прэветта. На следующее утро его тело находят незадолго до начала занятий. Он был мертв уже как минимум 8 часов.       Это сильно расстроило Гарри. Том находит его свернувшимся в клубочек на астрономической башне, дрожащего от горя. Когда Том приближается, Гарри смотрит на него без слез.       — Почему они должны умирать? — шепчет он. — Миртл и Игнотус никогда никому не причиняли вреда.       Том протягивает руку, чтобы погладить его по волосам, игнорируя его содрогание. — Ты будешь в порядке. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.       — Школа найдет того, кто сделал это, — говорит Гарри. — Я найду того, кто сделал это.       Том ласково и бессмысленно бормочет успокаивающие слова, пока Гарри, в конце концов, не засыпает прямо напротив него.       Еще один противник.       Том недооценивает находчивость Лонгботтома, который, каким-то образом, догадался или подозревал, что виновником является Василиск. Поэтому Лонгботтом берет с собой зеркало. В результате он всего лишь окаменел, после чего Том теряет Гарри по вечерам у его постели в больничном крыле.       После атаки на Лонгботтома к нему приходят представители Школьного Управления, и Том слышит о возможном закрытии школы. Он не может этого позволить. Ему нужно получить образование.       Том выдает себя за Рубеуса Хагрида, который выращивал акромантала прямо в замке. Его тут же удаляют без вопросов. Никто не станет защищать полувеликана без семьи, которая могла бы его защитить.       В свою очередь, Том получает награду за заслуги перед школой и устраняет еще одного претендента на внимание Гарри. Он запечатывает тайную комнату и хранит память о своем первом Крестраже.

***

      Летом, после пятого курса, Том в последний раз возвращается в Вул. Помимо получения последних вещей, он находит документы об усыновлении в запертом ящике в офисе миссис Коул.       Он изучает имя своего отца и улыбается. Том всегда намеревался навестить свою биологическую семью.       Посещение Литтл-Хэнглтона прошло лучше, чем он ожидал. Он получил кольцо Гонт у своего дяди, разгадал загадки с помощью трех убийственных проклятий и создал свой второй Крестраж.       Его отец смотрит на него с пола своей большой гостиной, его лицо застыло от ужаса. Том толкает его ногой. После стольких лет том заждавался встречи с отцом, но настоящая встреча не приносит никаких результатов.       — Это справедливость за то, что ты бросил меня, — говорит он.       Он возвращается в Тулузу, чтобы пообедать с Дореей и Гарри, приходя именно к десерту.

***

      На седьмом курсе Гарри официально объявлен наследником Чарльза и Дореи Поттер. Когда Дорея уйдет, он унаследует дом в Тулузе, семейное хранилище в Гринготтс и бизнес по производству зелий.       Гарри поделился подробностями частного ужина на кухне Хогвартса.       — Я не уверен, что мои навыки в зельеварении будут достаточно хорошими, чтобы заниматься этим, — говорит он, — но возможно, Эльджи заинтересуется стать моим деловым партнером.       Том лишь хмурится и бьет свой пастуший пирог. Он был угрюм с тех пор, как Гарри получил эту новость.       Гарри замечает и тянется, чтобы переплести свои пальцы с Томом. — Что случилось? — спрашивает он.       Ответ Тома полон яда: — Ты оставишь меня.       — Почему ты так думаешь? Это ничего не меняет между нами.       — Ты делал это раньше.       Том пытается отдернуть руку, но Гарри крепко держит его.       — Я сказал тебе, что больше не брошу тебя. Я думал о нас… — он колеблется, затем достает из сумки бархатную коробочку. Когда он говорит снова, он краснеет. — Я хотел передать тебе это, но надеялся на более лучшую презентацию…       Том открывает коробочку и видит небольшое серебряное кольцо с украшенной стилизованной буквой «П». Он берет его и вертит в руке. Его сердце бьется громче, когда он смотрит на Гарри, он знает, что означает это кольцо, но он хочет услышать это вслух.       — Кольцо передается по нашей семье из поколения в поколение. Мы преподносим его в качестве обещания и защиты, — Гарри возится со своими очками. — Я думал, как только мы покинем Хогвартс и сможем обеспечить сами себя, мы сможем официально обручиться. Если, конечно, ты хочешь.       Кольцо идеально ложится на палец Тома и красиво контрастирует с кольцами Гонтов. Теперь весь мир узнает, что Гарри его признает.       Он тянет Гарри к себе на колени и долго целует его, так что Гарри задыхается. Их глаза встречаются, и Том нежно обнимает Гарри.       — Конечно, я согласен.

***

      После Хогвартса Том занимает место в Боргин и Берк, к ужасу Гарри и разочарованию Слизерина.       — У тебя так много других замечательных предложений, — жалуется Гарри. — Разве ты не хотел заниматься политикой?       — Сначала я хочу расширить свой кругозор в магии, — говорит Том, целуя Гарри в голову. — Позиция министра всегда может подождать.       На самом деле Боргин и Берк — идеальное прикрытие для его новой роли лидера Вальпургиевых Рыцарей. Днем он может поглубже изучать темные артефакты и устанавливать контакты с чистокровными темными семьями. Вечерами под предлогом позднего времени он может организовывать встречи и нападения с Рыцарями.       Хотя Том старательно заботится о том, чтобы атаки оставались непроявленными, он с наслаждением следит за освещением произошедших инцидентов в СМИ. Начиная с незначительных случаев — бродячий магл, живущий на улице, молодая пара маглов, задержавшаяся на заброшенной автостоянке после комендантского часа, — магловские газеты оказываются в ступоре.       С увеличением агрессивности атак магический мир начинает слышать о террористической группе. Гарри, который только учится на программе обучения авроров, становится преданным читателем газеты «Ежедневный Пророк».       — Послушай, скажи мне, что ты не имеешь никакого отношения к этому, — говорит он однажды за завтраком, его зеленые глаза полны тревоги. Заголовок на первой странице: террористическая атака в маленькой магловской деревне Корнуэлл, обнаружены следы неодобрительных действий, Министерство Магии активно проводит расследование.       — Конечно же, нет, — буркнул Том, сдавливая брови. — Почему ты обвиняешь меня?       — Ты пришел домой очень поздно вчера вечером, поэтому я подумал…       Том притягивает Гарри ближе. Он не противится, и это хороший знак. — У меня был трудный клиент.       Гарри прижимается головой к плечу Тома и позволяет ему поглаживать его волосы. Затем он поднимает голову взглянуть ему в глаза, на его лице отражается решимость.       — Я буду тренироваться лучше, чтобы предотвратить такие события в будущем, — говорит он. — Я не позволю этому продолжаться.       Том целует его в волосы. Его прекрасный, наивный Гарри. Он может оказывать столько усилий, но не может оставить Тома.       Следующая на очереди — Дорея.

***

      Убить Дорею Поттер было просто. Она была пожилой женщиной, и даже храбрость не защитила ее от пяти хорошо обученных рыцарей.       Том следит за ней, наблюдая, как на нее летит смертельное проклятие. В конце концов, это была поэтическая справедливость. Он всегда ненавидел ее, и теперь последнее препятствие на пути к полной преданности Гарри исчезло.       Он оставляет ее лежать посреди разрушенного магазина зелий с открытыми от ненависти глазами.

***

      Как и планировалось, Гарри унаследовал состояние Поттеров, но победа оказывается не такой приятной, как ожидал Том.       Их официальная помолвка откладывается, так как Гарри занят несколькими делами на несколько недель. Когда он не занимается хранилищем Гринготтс или передачей прав на зельеваренный бизнес, он урегулирует детали похорон Дореи.       Даже когда он рядом, он отчужден и редко улыбается. Время от времени Том замечает, как Гарри испытующе смотрит на него.       Он подозревает? Но Гарри все еще любит его. Он бы не остался с ним, если считает, что Том убил его двоюродную бабушку, не так ли? Даже если он вдруг подозревает, то не найдет никаких доказательств. У Тома даже есть алиби на время убийства.       Похороны Дореи — интимное событие. Многие речи произносятся в ее честь, самое трогательное из них произносит Гарри, говоря о том, как она изменила его жизнь к лучшему. (Том сжимает кулаки и с улыбкой слушает.)       После этого Гарри просит немного времени в одиночестве на кладбище, и Том подчиняется.       Он возвращается домой поздно, весь холодный и окоченевший, когда Том принимает его на руки.       — Все в порядке? — спрашивает Том.       — Я собираюсь на короткое время вернуться в Тулузу, — говорит Гарри, отводя глаза. — Мне нужно уладить некоторые семейные дела.       — Тогда позволь мне пойти с тобой. — Том ненавидит Тулузу, но больше всего он ненавидит расстояние, разделяющее их.       — Нет. Мне нужно сделать это самому.       Тон Гарри не оставлял места для споров. Они молча ложатся спать. Утром он уходит, ненадолго коснувшись губ Тома на прощание.       Том часами не отходит от камина.

***

      Книги по темной магии регулярно проходили через магазин Боргин и Берк. Том просматривал их в свободное время под видом исправления рукописей. Именно так он нашел несколько томов о ритуалах, которые позволили бы сохранить и оживить тело после смерти. Существовали грубые методы, такие как создание инфери. А были и более изящные методы, например, бальзамирование тела хозяина Крестража.       Постепенно идея закреплялась в его уме. Он должен убить Гарри.       В августе Гарри завершает свое обучение в качестве Аврора и отмечает это в «Кабаньей голове» вместе с одноклассниками. Издалека Том наблюдает за каждым, кто осмеливается подойти к Гарри. Они никогда не смогут получить его, они должны понять это уже сейчас, но тем не менее, они продолжают попытки.       Он желает, чтобы ему выпал шанс выкопать им глаза, разрезать их тела и скормить останки своим змеям.       Тогда он приходит к выводу, что ему необходимо убить Гарри. Это единственный способ гарантировать, что Гарри — его Гарри, сильный и упрямый — никогда не покинет его. Это единственный способ гарантировать, что он никогда не придется делить Гарри с кем-то еще.       Том уже тщательно планирует их последний совместный ужин. Он особо внимательно выбирает десертное вино: лучшее из свежевыжатого итальянского винограда, импортированное из винодельни, принадлежащей гоблинам, в Тоскане. В конце концов, это будет последний раз, когда Гарри что-либо попробует. С такой же тщательностью он выбирает яд, который приведет к безболезненной смерти.       К его удивлению, Гарри возвращается домой рано, чтобы они могли готовить вместе, чего они не делали после смерти Дореи. Он выглядит прекрасно в своей новой мантии Аврора, что захватывает дыхание у Тома.       Он берет Гарри за руку и сжимает ее так крепко, что Гарри корчится.       — Неужели мы никогда не будем есть? — Гарри поддразнивает, и Том неохотно отпускает. Он старается не думать о том, что это может быть последний раз, когда он будет держать Гарри живым и дышащим.       «Яд действует медленно», — говорит он себе. Возможно, Гарри достаточно долго проживет для последнего поцелуя в спальне. Смерть в муках страсти непременно запомнится.       Они садятся и приступают к трапезе. Посуда настолько блестит при свете свечей, словно благодаря Дореи. Том использовал причудливую посуду, оставленную Дореей.       — Это так мило, спасибо, Том, — улыбается Гарри.       Том улыбается в ответ, губы напряжены.       — У меня для тебя тоже есть сюрприз. Я продал свой дом в Тулузе. Как только все оформят, я вернусь навсегда. Если только ты меня примешь?       Сердце Тома отчаянно колотится.       — Конечно, наша квартира не была той же без тебя.       Лицо Гарри становится еще мягче.       — Мне жаль, что я тебя пренебрегал. Я слишком много работал, поэтому запросил трехмесячный перерыв, прежде чем официально приступить к работе Аврора.       — И мы…?       — Да, я хочу провести с тобой три месяца, только ты и я. Может быть, мы сможем путешествовать или провести несколько месяцев за границей, как мы обычно говорим. Что ты думаешь?       В безлунную ночь, время возвращает их к прошлому. Витражи грязных окон озаряет тусклый свет, когда Том и Гарри, два молодых сироты, уткнулись во мрак и смотрят наружу.       — Что бы ты хотел сделать, когда мы уедем? — спросил Гарри, приставив голову к плечу Тома. Том в то время уже мечтает о жизни в просторном дворце или о приключениях и раскрытии тайн мира.       — Только мы вдвоем — шепчет Том. — Это то, что я хочу — говорит Том. Но в роту его нежное филе превращается в безвкусную резину.       Гарри сияет. — Замечательно! — говорит он, протягивая руку к своему столу, на котором остался нечто важное. — Давай сделаем тост…       — Пока не пей вино — прерывает его Том.       — Почему? — в удивлении спрашивает Гарри.       — Это десертное вино, поэтому надо закончить ужин, прежде чем его пить. Иначе оно сможет испортить… вкус. — отвечает Том.       Между бровями Гарри появляется складка, но он ставит кубок.       Между бровей Гарри появляется складка, но он оставляет кубок на месте.       Разговор за обедом приятен. Они вспоминают общие детские годы и начинают планировать свое трехмесячное путешествие. Том мечтает о посещении Албании и Египта, а Гарри интересуется Юго-Восточной Азией и Австралией. Они соглашаются, что последний месяц хотят провести в уединенной валлийской деревне — чем дальше, тем лучше.       С каждым словом, путешествие становится все более реальным. Они будут путешествовать на лучших поездах, останавливаться в прекрасных апартаментах. Они будут пересекать горы пешком, прогуливаться по пустыням. Они смогут любоваться луной в объятиях друг друга, гулять по песчаному побережью океана, держась за руки.       Они будут такие, какими всегда были — вместе, навсегда.       Том смотрит на кубок с вином, а его живот сжимается от тревоги.       Гарри приносит десерт, и, традиционно, это шоколадное мороженое. У каждого из них ложка, размещенная рядом с изысканными десертными тарелками — у Тома два бегающих гиппогрифа, а у Гарри мифический немейский лев.       — Давайте выпьем за наше будущее, — предложил Гарри.       Прежде чем Том успел остановить его, Гарри поднимает кубок и легко стукнул его о кубок Тома, затем выпивает вино. Том может только с ужасом наблюдать, как его возлюбленный наслаждается вкусом яда.       — Очень хорошо, — говорит Гарри, ставя кубок и достающий вилку. — Хотя для десертного вина немного суховато.       Тому удается проглотить свое вино, несмотря на все сильнее сжимающую его горло боль. Автоматически он берет порцию мороженого. Знакомый вкус наполняет его рецепторы, но в его разуме звучат другие мысли.       Сколько яда выпил Гарри?       Есть ли еще время для противоядия?       Он продолжает есть мороженое.       Гарри смотрит на него с болезненной нежностью.       — Спустя столько лет это единственный десерт, который ты съел.       — Конечно, — говорит Том, не осмеливаясь отвести взгляд от Гарри. — Ты сделал это для меня.       — Не только я, — мягко поправляет Гарри. — Бабушка Дореа потратила много времени, чтобы найти шоколадные конфеты, максимально похожие на твой любимый маггловский шоколад. Рецептом занималась она больше, чем я.       Мороженое оказывается горьким и насыщенным, горьче, чем он помнил.       — Но я думаю, тебе все равно, — говорит Гарри. Его голос все еще нежный. — Учитывая, что ты убил ее.       Ложка Тома неподвижно застыла в воздухе. — Убил ее? — повторяет он, замерев. — О чем ты говоришь?       — Ты сделал это так, будто это была кража со взломом, очень хорошо замаскировал следы. Ты обманул нас всех. Дореа официально усыновила бы тебя после нашей официальной помолвки, — говорит Гарри. Его вилка стучит по столу, звенит о блюдо. — Ты не был ее любимым, но она хотела попробовать. Но тебе не терпелось, верно?       — Это не было …       Гарри протянул руку и схватил Тома за запястье, проведя пальцем по кольцу Поттеров. — Ты знал, что это кольцо отслеживает и защищает? Я знаю, что ты был в Магазине Зелий, когда мою двоюродную бабушку убили, также, как я знаю, что ты был в Корнуолле, когда нас напали маглы.       Том хотел возразить, но слова не выходили.       — Но они не были твоими единственными жертвами, верно? Игнотус, Элджи. Из-за тебя Рубеуса исключили. Ты заставил Донну покинуть Хогвартс. — Гарри смотрел на него пристально. — Почему?       Старая боль вспыхнула. — Ты меня бросил.       — И ты говорил, что простишь меня. Это была ложь?       Том молчал. Гарри провел рукой по лицу и вздохнул.       — Это я причинил тебе боль. Если ты не можешь простить, ненавидь меня, накажи меня. Почему ты должен вредить всем остальным?       Потому что ты их любишь.       Потому что я тебя люблю.       — Я любил тебя…       — Ты любишь меня, — поправил Том.       — Я любил тебя, — с дрожащим голосом проговорил Гарри. — Я подозревал, что что-то не так после Игнотуса, и всё равно я любил тебя. Я думал, что смогу изменить тебя.       — Ты знаешь меня достаточно долго, чтобы знать лучше, Гарри.       — Я знаю, — вздохнул Гарри. — Вот почему сегодня вечером всё закончится.       Том медленно посмотрел на ложку, а потом снова на решительное лицо Гарри.       Ой.       Он чувствует, как яд проникает в его организм, перекрывая дыхание, замедляя сердцебиение. Тем не менее, он чувствует себя спокойно. В конце концов, Гарри пил вино. Если Гарри не может принадлежать ему при жизни, он будет принадлежать ему после смерти.       Гарри читает его мысли и поднимает кубок.       — Эта посуда принадлежала семье на протяжении нескольких поколений, — сказал он, крутя ее в руке. — Ей поручено защищать всех Поттеров от вредных веществ. Очень удобно, не так ли?       Том не может говорить. Кровь заполняет его горло, останавливая дыхание. — Об этом нельзя сказать и о тебе, — мягко произнес Гарри. — Я подумал, что прилично дать тебе попробовать свой любимый десерт. — То же самое нельзя сказать о тебе, — мягко говорит Гарри. — Я подумал, что уместно, что последнее, что ты попробуешь — это твой любимый десерт.       Даже сейчас Гарри такой красивый. Том не может отвести взгляд, когда его ангел смерти наклоняется вперед.       Губы Гарри холодные и горькие.       — Прощай, Том, — в его голосе нет милосердия. — Пусть ад согреет тебя.       Мир исчезает.       Гарри ушел, а Том остался один.