Я тебя подожду.

***

Енджуну пять, когда он видит огромный живот у подруги своей мамы и бесцеремонно, со всей своей детской непосредственностью выдает что-то вроде: — Мама, ты это имела в виду, когда говорила, что у меня в животе вырастет целый арбуз, если я буду есть его прямо с косточками? Женщины лишь смеются, а после объясняют юному омеге, что в животике у тети маленький ребенок — Енджун лишь понятливо кивает, замечая, что арбуз все-таки будет есть аккуратнее. Енджуну десять, когда он хочет скорее уже закончить с этой тупой домашкой и пойти поиграть в приставку, но в комнату врывается маленький ураган и кричит радостное: «ПРИВЕТ, ХЕН!!!» — омега досадливо стонет, потому что понимает — в ближайшие несколько часов ни приставки, ни домашки ему не видать. Он переводит взгляд на маленького альфу и выдыхает: — Ну что, Субин, снова ныл, чтобы тебя быстрее забрали из садика? Альфочка тут же дует губы и выдыхает обиженное: — Какой же ты противный, Енджуни-хен, — и демонстративно уходит, не забыв хлопнуть дверью, хотя силы у пятилетнего ребенка явно мало. Уже вечером мама смиряет Енджуна укоризненным взглядом, сообщая, что Субин вообще-то очень ждал этой встречи и даже принес омеге его любимый шоколад — становится чуточку совестно, но Енджун предпочитает это никак не комментировать. Енджуну пятнадцать, когда он с улыбкой наблюдает, как стремительно приближается к нему десятилетний альфа, тут же утопая в его объятиях. Старший должен доставить его прямо до дома, но он даже рад — ему нравится компания мальчика, он всегда очень смешно шутит и дарит Енджуну самые вкусные шоколадки. Но сегодня Субин не шутит и даже не улыбается — это странно и омега правда волнуется, вот только совершенно не знает, что ему следует сказать, ведь подобное состояние у младшего бывает крайне редко, но Субин сам разрывает натянувшееся молчание: — Хен, ты тоже считаешь, что я странный и у меня никогда не будет пары? Енджун слышит, как младший всхлипывает, и берет себя в руки, останавливаясь. — Посмотри на меня, Субин-и, — омега разворачивает Субина к себе лицом и крепко держит за плечи, заглядывая в слезящиеся глаза, — кто тебе вообще такое сказал? Ты самый прелестный мальчик, которого я только знаю. Уверен, судьба приготовила тебе самую лучшую пару. — Но я не смогу даже почувствовать ее, хен! — Субин срывается на крик и начинает плакать уже навзрыд, — я не знаю даже, как пахнет моя мама или будешь пахнуть ты, хени, я дефектный и никому не нужный! Енджун мысленно обещает себе позже разобраться с умниками, которые посмели заложить в эту светлую головку подобные мысли и обнимает альфочку, прижимая его к себе. У Субина были проблемы с рецепторами, и Енджуну, конечно, об этом было известно. Так же ему было известно, что врачи не давали абсолютно никакой гарантии, что это когда-нибудь нормализуется, что было огромной проблемой, ведь, получается, что даже свой запах Субин слышать не будет. Так же он не сможет почувствовать свою истинную пару, что не является такой уж проблемой, потому что его омега в любом случае почувствует его сам. — Послушай, Субин-и, ты и правда самый замечательный альфа, которого я только знаю. И я уверен, что твоя пара обязательно найдет тебя, как только твой запах проявится, но еще больше я уверен в том, что у тебя обязательно все будет хорошо и ты почувствуешь его сам, как только встретишь. Енджун вдруг чувствует сопротивление и с недоумением наблюдает за тем, как альфа выпутывается из его объятий. — Не хочу, — упрямо заявляет Субин и хмурит брови. — Я не понял..ты не хочешь? Что значит ты не хочешь, Субин? Разве ты не из-за этого был так расстроен? — Не хочу знакомиться с кем-то, хен, — тихо говорит младший и отводит глаза, — я хочу просто вырасти и стать твоим альфой, — все так же тихо, но серьезно заканчивает Субин. Енджун вдруг начинает смеяться, а после снова прижимает юного ухажера к себе, весело обещая: — Хорошо, малыш, я тебя подожду.

***

Но Енджун не ждет. Енджун исчезает из жизни Субина через три года, совсем немного не дождавшись его совершеннолетия, а ведь альфа так хотел, чтобы хен был первым, кто скажет ему, чем на самом деле он пахнет. Субин злится, бесится и очень сильно скучает — сам себе обещает, что никогда его не простит, вот только прислушивается к каждому слову, когда слышит имя омеги в телефонном разговоре своей мамы. Субин злится, но каждый раз тихо радуется тому, что с Енджуном все в порядке, что он уже привык к новому часовому поясу и чувствует себя комфортно в чужой стране. — Всё хорошо, — говорит себе Субин, — он обязательно вернётся. Но Енджун не возвращается — на первом курсе и без этого много забот, на втором проблемы с визой, а дальше его родители сами переезжают в Канаду, лишая альфу чуть ли не единственного шанса на встречу. Субин, конечно, драматизирует — он и сам общается с омегой, заваливая его тонной сообщений, получая чуть ли не больше в ответ — немного совестно, ведь он знает, что времени у хена не так уж и много, но каждое «субини, хен всегда сможет выделить для тебя минутку» — греет сердце. — Не понимаю, куда я мог положить маску, — альфа торопится, переворачивает аккуратно сложенные лучшим другом вещи и тихо матерится, зажимая между плечом и ухом телефон, — ТЭХЕН! Куда ты дел все мои маски? Я больше в жизни не подпущу тебя даже близко к своей квартире. — И погрязнешь в грязи, — хмыкают на том конце связи, — не понимаю, как ты можешь порой так сильно засирать собственный дом, ты же всегда был мистером-убираюсь-каждый-день-и-вам-советую. — У меня была сессия, я даже есть не успевал, и сейчас я вообще-то тоже ничего не успеваю, — пыхтит Субин, параллельно пытаясь завязать кеды, — у меня смена через 20 минут, а я все еще не вышел из дома, потому что не могу найти чертовы маски! — Не кричи, мелкий, — слышно, как Тэхен зевает и прочищает горло, — ты их и не найдешь, я все выкинул. Серьезно, чел, они были такими отвратительными, сколько раз ты носил каждую из них? — Тэхен! Ты должен был оставить хотя бы одну! — отчаянно стонет парень и понимает, что выйти из дома будет куда более проблематично, чем он думал ранее, — Ты же знаешь, что у нас антиковидные меры, меня никуда не пустят без маски! — Вот именно! У нас ковид, а ты носишь одноразовые маски по миллиону раз. Хочешь заболеть? — Да господи, мой иммунитет никогда не позволит мне заразиться, — Субин наконец оставляет попытки не опоздать на работу и устало садится на пол, — все, видно, действительно не судьба. Знай, Кан Тэхен, что в своей нищете я буду винить тебя! — Иди уже, нищий, — Тэхен смеется и отключается, наверняка зная, что новые маски лежат в верхнем ящике комода, а Субин просто устал и не может ни на чем сконцентрироваться, так что выходной будет ему только на пользу. Чхве же пустым взглядом смотрит на погасший экран телефона, и, по-хорошему, ему нужно как можно быстрее написать менеджеру и сказать, что его сегодня не будет, вот только все мысли заняты тем, чтобы рассказать Енджуну одну из самых важных новостей в жизни альфы. Запах. Его обоняние пришло в норму и теперь он слышит абсолютно все запахи — он должен радоваться, но он ждал этого так долго, что теперь просто не может поверить. Он знает, что его мама пахнет морской солью, что Тэхен — карамельным яблоком, знает, что его собственный запах всегда с фруктовыми нотками, которые становятся более конкретными в разных ситуациях — когда он чувствует радость — спелые апельсины, когда устает и подавлен — переспевшие бананы, когда зол — вишня и так со всеми его эмоциями. Сейчас он пахнет голубикой — легкий, но навязчивый запах, точно такой же, как и его сомнение. Субин понимает, что не может в полной мере насладиться ароматами, потому что не слышал самого главного — Енджуна. Он много раз представлял, чем же может пахнуть омега, но каждый раз оставлял эту затею, потому что его Енджун мог пахнуть чем угодно — для Субина в любом случае этот запах будет самым особенным. Субин вздыхает и снимает блокировку, тут же печатая сообщение:

кому: енджуни-хен хен, я должен сказать тебе кое-что очень важное. прочитано.

ты не поверишь, субин! хен тоже хочет сказать тебе кое-что очень важное! прочитано.

… окей, хен ты первый я весь внимание прочитано.

сегодня и прилетаю в корею! могу я рассчитывать на то, что меня встретит мой милый донсен? прочитано.

О ГОСПОДИ ХЕН! КОНЕЧНО! ГОСПОДИ, КОНЕЧНО!!!!! прочитано.

отлично! 19:00 терминал в. жду встречи, субин-и! прочитано. — А я-то как жду, — расплывается парень в умиротворенной улыбке и, полностью вымотанный прошедшей сессией, наконец, засыпает. Будит Субина телефонный звонок и он со стоном разлепляет глаза, пытаясь размять затекшее от неудобной позы тело. — Слушаю, — хрипит он в трубку и сам удивляется своему голосу. — Господи, Субин, я так и знал, что ты дрыхнешь. До кровати хотя бы дополз? — голос Тэхена звонкий и бодрый, что заставляет Субина поморщиться. — Нет, отрубился прямо в прихожей, — признается парень и слышит чужой вздох. — Так и знал, — конечно, Тэхен знал. Альфе иногда кажется, что Кан буквально следит за ним, потому что знать так хорошо другого человека невозможно, — Звоню сказать, что мне звонила твоя мама, сказала, чтобы я проследил, чтобы ты не забыл про аэропорт. — Черт возьми, сколько вообще времени? — Достаточно для того, чтобы ты привел себя в порядок и приехал вовремя, — Кан хихикает, — Уже чувствую, как твоя мама расстроится, когда поймет, что ты по уши в своем Енджуне, а между нами ничего нет. — Я миллион раз говорил ей, что мы просто друзья, — Субину тоже смешно, ведь он знает, что его мама спит и видит Тэхена его омегой, — Но ты не расстраивайся, мы оба знаем, что она откажется скорее от меня, чем от тебя, ты же ее любимчик. — Конечно, я самый лучший сын на этой планете, но обещаю, что замолвлю за тебя словечко, — Кан слышит, как его друг расслабляется, и кивает сам себе, — Что же, Ромео, желаю тебе удачи..и не забудь про маски, они у тебя там же, где и всегда. — Какого.. — но Тэхен уже отключился, так что альфа разминает плечи и выдыхает благодарное «спасибо» в пустоту квартиры.

***

Альфа задумчиво барабанит по рулю и внимательно наблюдает за светофором — ему действительно стоит сконцентрироваться на дороге, а все мысли у него об омеге, которого он не видел уже очень много лет — фотографии и многочисленные звонки по фейстайму не считаются, потому что ничто не сравнится с прикосновениями и объятиями Енджуна, воспоминания о которых альфа бережно хранит в сердце. Он пытается не загружать голову лишними вопросами, но они все-равно ее атакуют: как субин выглядит? понравится ли он омеге? понравится ли его запах? чем пахнет сам енджун и есть ли у него сейчас пара? Последний вопрос альфе совершенно не нравится, хотя он реалист и понимает, что за столько лет у Енджуна конечно же были отношения — еще бы, омеге уже 25, вряд ли он все это время хранил себя для своего знакомого мелкого альфы — но Субин бы этого и не хотел. Напротив, он очень надеется на то, что хен был все это время счастливым, окруженным любовью и заботой, а не одиночеством и ограничениями. Канада — намного свободнее консервативной Кореи – и альфа с грустью думает о том, что хотел бы, чтобы и его родной стране досталось немного этой свободы. Субин совсем не смелый, но вот его друг — да. Тэхен, будучи омегой, состоит в прекрасных и здоровых отношениях с другим омегой — Бомгю, в Корее подобные отношения считаются странными и неправильными, но любовь не может быть неправильной, так что альфа правда надеется, что совсем скоро все изменится. За размышлениями он не замечает, как доезжает до аэропорта, но, очнувшись, понимает, что начинает волноваться. Волнуется он и когда проходит зону контроля, волнуется, когда стоит вместе с остальными, ожидая Енджуна, волнуется когда замечает, как омега легкой походкой идет по зеленому коридору, и, замечая замершего Субина, вдруг начинает бежать, буквально запрыгивая в его объятия. Альфа отмирает и на автомате прижимает его ближе к себе, вдыхая вместе с легким запахом пота естественный аромат омеги — легкий фруктовый пунш, который, хоть и не является крепким, тут же опьяняет Субина. — Хен, — выходит сдавленно, но до невозможности счастливо, — я так по тебе скучал. — Я тоже скучал по тебе, — теплое дыхание омеги касается шеи Субина и он вздрагивает, нехотя выпуская омегу из объятий. Енджун стоит от него на расстоянии вытянутой руки и счастливо улыбается, а альфа поверить не может, что одного лишь присутствия старшего достаточно для того, чтобы понять, что Субин влюблен в него так же сильно, как и семь лет назад. Альфу настолько переполняют эмоции, что признание в эту же секунду чуть не срывается с его губ, но он вовремя себя затыкает, все еще смотря на омегу. Субин начал слышать запахи совсем недавно, но уверен, что такого сладкого и притягательного аромата он не слышал никогда — в голову закрадывается мысль о том, что с большой вероятностью они истинные, вот только счастью своему альфа поверить не может, да и Енджун ведет себя как минимум странно — беспокойство омеги выдает даже его запах, что с приятного пунша меняется на кисловатый мартини. — Хен, что случилось? — Послушай, Субин-и, я должен сказать тебе одну вещь, — Енджун дожидается ответного кивка и продолжает, — Я сделал кое-что, за что мне очень и очень стыдно, но ты должен простить своего хена, потому что иначе у меня не получилось бы приехать еще черт знает сколько. — Хен, ты, что..скрываешься от закона? — громким шепотом кричит младший, — Ты ограбил банк? Убил кого-то? Что ты..? Но его прерывает смеющийся омега: — Господи, Субин-и, я всегда знал, что твоя фантазия очень богата, но что бы настолько… — отсмеявшись, Енджун поднимает на него серьезный и очень виноватый взгляд, а после тихо говорит, — Твой хен поступил очень безответственно. Как только я приземлился, сразу же сделал пцр-тест и, кажется, я все-таки заболел короной. Еще в самолете я понял, что у меня побаливает голова, а после я просто перестал слышать запахи. Так что..Субин-и, есть огромная вероятность того, что ты теперь болеешь тоже. Субину ни капли не смешно, вообще-то. Но вспоминаются утренние слова Тэхена, а лицо Енджуна выглядит настолько озабоченным данной ситуацией, что он не выдерживает и начинает смеяться. Омега ничего не понимает, а люди вокруг смотрят на Субина, как на пришибленного, но ему абсолютно плевать — он ерошит и без того запутанные волосы хена и, не прекращая улыбаться, подмигивает Енджуну: — Ну что, хен, готов к совместному карантину? Субин вводит код от двери и запоздало вспоминает, что он перед уходом разбросал все свои вещи, потому что раз двадцать менял аутфит, чтобы наверняка произвести впечатление на хена — альфа модником себя не считал, так что до этого дня понятия не имел, что у него, оказывается, столько одежды. Парень вздыхает, понимая, что назад пути нет — они успели даже позвонить родителям, чтобы сообщить, что карантин они отсидят вместе в квартире младшего. Субин пропускает омегу и закрывает за ним дверь, с удовольствием вдыхая коньячный аромат интереса Енджуна, что так хорошо смешивается с запахом его квартиры. — Тут немного не прибрано, — начинает оправдываться Субин, на что старший снисходительно отмахивается, заявляя, что у него бывает и похуже. Субин только улыбается, чувствуя расслабление и комфорт. Проходит неделя и альфа только больше убеждается в том, что со старшим ему максимально комфортно — Енджун не кажется чем-то новым в его квартире, он уже неотъемлемая ее часть и Субин понятия не имеет, как жил здесь без него раньше. Омега чувствует себя хорошо, из симптомов только полная потеря обоняния, альфа же не чувствует на себе никаких следов вируса и единственное, что доказывает его болезнь — положительный тест, который он сделал на следующий же день. Енджун много шутит, рассказывает много забавных историй и младший с удовлетворением замечает, что знает почти каждого человека из его историй — все же, годы общения по фейстайму зря не проходят. Наверное поэтому они и не чувствуют друг друга чужими — кажется, ближе никого нет. Субин и сам рассказывает о своей жизни, умалчивая лишь об одном — о том, что с его рецепторами теперь все в полном порядке и он очень ярко чувствует и уютный запах глинтвейна, и радостный запах мохито, сопровождая его своим лаймом. Альфа не знает, почему молчит — сначала просто не было времени рассказать — они были в домашних заботах, а сейчас чувствует, что попросту не готов — почти уверен, что они действительно истинные, но не хочет разбивать себе сердце заранее. Возможно, Енджун не захочет иметь дело с таким альфой, как он, разочаруется, когда узнает, а Субину так хочется продлить их маленький отпуск настолько, насколько это возможно. Из раздумий его вырывает тот же Енджун, что мягко постукивает его по плечу, и, когда Субин оборачивается, показывает ему на бутылку в своих руках. — Нашел тут у тебя целый бар, Субин-и, а раньше ты был таким прелестным маленьким мальчиком! — со смешинками в глазах театрально возмущается омега. — Ты старше меня всего на пять лет! — Субин возмущается по-настоящему, ему не нравится, что хен до сих пор видит в нем ребенка. — Ах, ты был таким очаровательным ребенком! Сейчас вырос, конечно, но губы дуешь точно так же, — хихикает омега, а альфа реагирует на очевидную провокацию: — Я не дую губы! — Конечно, Субин-и, как скажешь, — Енджун со смехом удаляется, чем-то гремит на кухне, и уже через некоторое время возвращается с двумя бокалами, тарелочкой нарезанных фруктов и уже открытой бутылкой белого полусладкого. Плюхается на противоположную сторону мягкого дивана и блаженно прикрывает глаза: — Благословите доставку и человека, который проектировал тебе квартиру, — мурлычет себе под нос омега и разваливается на белых подушках. — С доставкой полностью согласен, а вот квартиру я себе проектировал полностью сам, — получается с ноткой самодовольства, но Субин полностью уверен в своих дизайнерских способностях — не даром является лучшим студентом на курсе. Енджун приоткрывает один глаз и внимательно смотрит на альфу: — Я уже и забыл, какой ты талантливый, Субин-и, — младший не может разобрать интонацию, слышит что-то едва уловимое и печальное, но омега не дает ему разобраться в своих чувствах, переводя тему, — Предлагаю выпить за это, и, раз уж ты теперь большой — можешь сам разлить вино по бокалам. Субин лишь хмыкает и не спорит — знает, что он хорош и в этом — работа барменом его и не такому научила. Так что под удивленный взгляд Енджуна он устраивает маленькое шоу, а после аккуратно разливает напиток — удивительно, думает альфа — тому, кто настолько хорошо разбирается в алкоголе, предназначен омега именно с таким запахом. Прежде чем принять бокал, старший одаривает его аплодисментами, на что Субин лишь смеется и демонстративно кланяется. — Удивительно, — Енджун делает маленький глоток, — сколько еще умений ты скрываешь от меня, мм, Субин-и? Альфа выразительно поднимает бровь, потому что явно слышит нотки флирта, а после усмехается и, прежде чем отпить вино, говорит уверенное: — Ты даже не можешь себе представить, хен. Субин немного теряет уверенность, когда краем глаза замечает, что омега никак не отреагировал на его реплику, но, если бы он был чуточку внимательнее — увидел бы его пылающие в смущении уши. — Да.. — задумчиво тянет Енджун, наблюдая за тем, как плавно переливается вино от легких вращений бокала, — Ты точно больше не тот маленький мальчик, которого я знал. — Хочешь узнать нового? — О чем ты говоришь, Субин-и, конечно, но, мне кажется, я слишком многое упустил и мне тебя не догнать. — Я тебя подожду, хен, — улыбается младший и чувствует, как сладкой негой по его телу распространяется счастье. После они еще долго пьют вино, разговаривая на отвлеченные темы, пока в захмелевшую голову кого-то из них приходит гениальная, как им кажется, идея — поиграть в две правды и одну ложь. — Начинай, — Енджун салютует бокалом и думает, что зря они это затеяли — такие игры обычно не приводят ни к чему хорошему, но есть призрачная надежда того, что с Субином все будет иначе. Нет. Потому что альфа в первом же раунде удивляет старшего своей раскрепощенностью: — Я потерял девственность с омегой, который был старше; я не умею завязывать шнурки; и я никогда не носил одноразовую маску несколько раз, — Субин выдает факты так, словно говорит о чем-то обыденном, вот только Енджун своими глазами видел, как младший забывает менять маски. — Не может быть, Субин! Даже дети умеют завязывать шнурки и..омега, который был тебя старше? Надеюсь, тебе было хотя бы шестнадцать, — Енджун мастерски переводит все в шутку, обещая себе после решить, что ему делать с этой информацией, а сейчас он точно намерен не спускать этот выпад младшему с рук: — Окей, я...умею играть на гитаре, не умею делать горловой минет и имею кинк на похвалу в постели. — Ого, хен, а я думал, что ты все-таки научился играть на гитаре, — Субину хочется думать, что именно это является ложью, хотя он не уверен, что из-за правдивости двух последних пунктов он будет в порядке. — Ох, мой милый Субин-и, я отлично играю на гитаре, а минет я делаю еще лучше, — Енджун доволен собой, еще бы, нет никаких сомнений, что это смутило альфу, вот только смущается сам омега, потому что Субин вдруг заявляет нахальное: — Так что, хен-и, мне следует похвалить тебя? — альфа даже бровью не ведет, а внутри старшего все переворачивается — он совсем не ожидал столкнуться с настолько откровенным, повзрослевшим, уверенным в себе альфой. Кожу начинает покалывать от легкого возбуждения и Енджун удивительно-легко признается себе, что его все это действительно заводит — сейчас он даже благодарен, что не может услышать запах Субина, потому что, омега уверен — тогда бы он точно не смог сдержаться. — Мы не в постели, — хрипит омега и понимает, что уже проиграл. — Пока что, — Субин смотрит так пристально, что старший уверен — его сейчас поцелуют. Атмосфера до ужаса странная и интимная, альфа вот-вот задохнется в терпком ликере, что так сладко распространяет по комнате омега. В голове только одна мысль — «меняется ли вкус смазки Енджуна в зависимости от запаха» и Субин понимает, что медленно сходит с ума, потому что воображение тут же рисует извивающегося под ним омегу, пока сам Субин с упоением бы вылизывал его, наслаждаясь сладкой смазкой. Он уверен, омеге бы понравилось. — Дерьмо, — шепчет альфа, — я так чертовски пьян. Омега вдруг вздрагивает и быстро удаляется из гостиной, бормоча что-то о глупом пьяном альфе, который не умеет пить — Субин бы хотел объяснить, что опьянен он не дорогим вином, а самым дорогим омегой в своей жизни.

***

Субин приближается к кухне и слышит характерный грохот посуды, что приправлен тихим матом омеги — хочется только похихикать от неуклюжести старшего вот только ему сейчас явно не до смеха. Сказать честно, альфа очень боится, что все вчера испортил и Енджун не захочет его видеть или будет чувствовать неловкость и дискомфорт, но не попробуешь — не узнаешь, поэтому он смело шагает на кухню и прокашливается, привлекая внимание. Енджун сначала замирает со сковородой в руках, а после указывает ей на Субина и вдруг жалуется: — Я не понимаю, как ты делаешь эти тупые сырники. У меня все подгорело, хотя я уверен, что делал все строго по рецепту, — омега раздосадованно бросает посуду в раковину и дует губы. Субин считает это до невозможности милым. — Мы можем просто заказать доставку, ты знаешь, — альфа пожимает плечами и тянется к телефону. — Нет, Субин-и, — губы омеги все еще мило надуты, — я хотел именно эти сырники, почему у меня ничего не получается? Енджун откровенно капризничает и канючит, альфу все это до невозможности умиляет и он изо всех сил сдерживает себя от того, чтобы не сгрести в кучу хена и не задушить своими объятиями. — Окей, — Субин в защитном жесте поднимает руки, — Тогда давай просто приготовим их вместе. — Правда? — смущенно улыбается омега. — Правда, — дарит ответную улыбку альфа и протягивает ему фартук, но сталкивается с вопросом во взгляде, — Вперед, хен, это самое важное. С тех пор это стало их маленькой традицией — они скрашивали карантинные будни готовкой, а ещё они играли в игры, пробовали даже заниматься парной йогой, но быстро поняли, что занятие это для них слишком уж травматичное — Енджун не удержал Субина, поэтому у него на бедре сейчас красуется большой синяк; старший предложил подтянуть альфу в английском, но с удивлением обнаружил, что он и так владеет им практически совершенно — так же, как и еще двумя языками; они смотрели фильмы, пробовали провести генеральную уборку, от скуки начали изучать язык цветов и много разговаривали. Субин окончательно убедился в том, что Енджун отвратительно готовит, но отлично моет посуду; узнал, что он не любит убираться, зато с удовольствием занимается стиркой и глажкой; узнал, что его волосы отрастают с удивительной скоростью — предложил даже подстричь хена, на что тот только отмахнулся, заявив, что всегда хотел отпустить длину. Енджун узнал, что Субин, не смотря на достаточно юный возраст, посвящает много времени работе и саморазвитию, но все равно имеет кучу милых детских привычек — морщит нос, громко смеется, заваливаясь на пол; бывает неуклюжим и спит с открытым ртом; часто зависает в задумчивости, много занимается спортом и мечтает о путешествиях. Енджун в свои 25 имеет стабильный заработок, знает почти все танцы женских айдол-групп и совершенно не разбирается в алкоголе — последнее альфа считает действительно странным, ведь практически невозможно не знать ничего об алкоголе, когда ты буквально имеешь его запах. Субин же в свои 20 хочет открыть свое дизайн-агентство, отлично катается на сноуборде и в свободные дни подрабатывает барменом в клубе — это удивляет уже омегу, который полагал, что альфа предпочел бы скорее работу в тихой кофейне, чем в шумном и многолюдном клубе. Альфа вообще омегу поражает с каждым днем все больше и больше — слишком взрослый, слишком заботливый и слишком идеальный тип Енджуна. Конечно, он полагал, что альфа изменится за время их разлуки, но чтобы настолько..в голове все еще воспоминания о маленьком мальчике, который плакал из-за выпавшего зуба и не давал катать себя на спине, потому что: «я же альфа, хен, я не могу!». Омега раньше только хихикал с маленького ухажера, а вот сейчас совсем не до шуток. Влюбленностью все это назвать слишком сложно, но вот отрицать очевидное влечение — глупо. Енджун понимает, что действительно заинтересован в альфе и видит заинтересованность в ответ — очевидный флирт, забота и слишком долгие взгляды. Но он не может так, он помнит, как трепетно альфа относился к истинности, уверен, что относится так до сих пор — но сейчас нет ни единого шанса узнать даже то, чем Субин пахнет. Омега ругает себя за трусость, нерешительность и то, что так глупо умудрился заболеть — он мечтал, как при первой же встрече обнимет Субина и вдохнет, наконец, его природный запах — знает, он бы ему обязательно понравился, просто не мог не. Но рецепторы Енджуна заблокированы и он вдруг понимает, что все это время чувствовал альфа — в их мире очень сложно без обоняния и омега жалеет, что не был достаточно внимательным с Субином в этом вопросе. Ему правда жаль, что младшему приходится жить с этой проблемой, но внутренний голос гадко напоминает ему о приближающейся течке, призывая радоваться тому, что Субин не сможет ее почувствовать — иначе им обязательно бы пришлось столкнуться с последствиями. Но Субин чувствует. Слышит усиливающийся запах ликера и не находит себе места, прекрасно понимая, что его ждет — и самое время бы рассказать все Енджуну, но что-то его останавливает. Это что-то — темное, обволакивающее все его сознание, возбуждающее и интригующее, но абсолютно точно неправильное. Альфа слышит вдруг, как что-то с грохотом падает и бежит в ванную, кажется, звук был именно оттуда. Он не ошибается — в ворохе полотенец на гладкой плитке лежит его хен — раскрасневшийся, тяжело дышащий и совершенно точно полураздетый хен. Пахнет от него просто умопомрачительно и притягательно, но Субин от чего-то не теряет голову — конечно, чувствительные рецепторы раздражаются из-за сладкого запаха, а альфа внутри реагирует на феромоны течного омеги, только почему-то инстинкты кричат не наброситься и заклеймить его навсегда, а позаботиться и создать максимально комфортные для омеги условия. Субин понимает, что его запах альфы точно не поможет — старший его не почувствует. Парень паникует, не зная, за что ему взяться, голова идет кругом, но руки сами тянутся к дрожащему на полу Енджуну и бережно поднимают его — тот сразу же цепляется за шею Субина, ища опоры и поддержки, но это не то, что ему сейчас нужно, поэтому альфа, используя, кажется, всю свою силу воли, отцепляет от себя старшего и аккуратно сажая в ванную, тут же включая горячую воду. — Все хорошо, хен, — торопливо шепчет Субин, нежно гладя его по голове, — я рядом, все хорошо. Но все абсолютно точно не хорошо — Субин понятия не имеет, что должен сделать, чтобы хотя бы немного уменьшить боль Енджуна — старший плачет и Субин от бессилия скоро заплачет тоже, но он не может себе этого позволить. Нет никого другого, кто мог бы позаботиться сейчас о старшем и альфа прекрасно это понимает. — Субин-и, так холодно, — голос омеги тихий и надломленный, от чего у младшего сжимается сердце. Енджуну холодно, но все его тело горит в лихорадке — Субин пытается аккуратно раздеть его, чтобы обеспечить доступ свежего воздуха к телу, параллельно смачивая полотенце для прохладного компресса. Проходит еще по крайней мере десять минут, прежде чем альфа слышит вздох облегчения и, наконец, выдыхает сам. Ёнджнун лежит с закрытыми глазами и дышит уже более ровно — лицо все еще красное, но на нем хотя бы нет гримасы боли. — Хен, — аккуратно зовет он омегу, на что тот только вопросительно мычит, но этого Субину хватает, чтобы понять, что хен в относительном порядке, — Тебе нужно подниматься, вода становится совсем холодной. — Я не могу. Коротко и ясно. Альфа понимает, что омега действительно не сможет встать — может, первая вспышка боли и прошла, но сил, тем не менее, у него не прибавилось. Он кивает сам себе и осторожно поднимает хена на руки, тут же укутывая в большое полотенце. — Вот так, — успокаивающе шепчет Субин и несет несопротивляющегося омегу в его комнату. Аккуратно усаживает его на кровать и собирается уйти, чтобы поискать что-то из одежды, но его останавливает слабое прикосновение к руке и едва слышное «не уходи». — Все хорошо, хен, я рядом, но нам нужно тебя одеть, чтобы ты не простыл. — Нет, пожалуйста, — выходит все так же тихо и Субин сдается. Стягивает с себя промокшую толстовку, а затем и футболку — благословите его привычку одеваться многослойно — и бережно, стараясь не причинить дискомфорт, натягивает мягкую ткань на чужое тело, отбрасывая куда-то в сторону ненужную толстовку. После в тишине сушит чужие отросшие волосы и, когда с этим покончено, укладывает омегу на кровать, укрывая пушистым одеялом. Омега молчит, и, кажется, дремлет, поэтому Субин, не теряя времени, бежит на поиски телефона и набирает единственного человека, который может ему сейчас помочь. — Неужели кто-то вспомнил про лучшего дру.. — начинает возмущаться Тэхен, но Субин перебивает его. — Хен, пожалуйста, мне очень нужна помощь, — старается говорить тихо, чтобы не потревожить сон старшего. — Конечно, что случилось? — тон голоса Тэхена разу же меняется на серьезный и Субин очень ценит это в друге. — У Енджуна началась течка, Тэ, — Субин слышит тихое «пиздец» на том конце связи и мысленно с ним соглашается, — Именно, и я не знаю, что мне делать. Я в полной растерянности, я не понимаю, как мне себя вести и что сделать, чтобы ему стало легче. — Подожди..то есть, ты звонишь мне, чтобы узнать, как помочь Енджуну, а не чтобы я как-то помог тебе или привез презервативы? — О чем ты блять вообще говоришь?! — кричит альфа громким шепотом, — Конечно же нет! Я хотел бы, чтобы ты привез какие-нибудь подавители? Таблетки? Я не знаю, хоть что-то! — Я понимаю твои чувства, но и ты пойми — ты конечно мой друг, но я все равно считаю, что альфы в большинстве своем думают членом, так что.. — Ближе к делу, пожалуйста, — перебивает его Субин, — Позже мы обязательно вернемся к теме твоего предвзятого отношения к моему саб-гендеру, но, умоляю, сейчас просто замолчи и помоги мне. — Ты грубый говнюк, но на этот раз я прощаю тебя. Буду минут через двадцать, жди. И отключается. Субину чувствует вину перед другом, он не должен был так вести себя, но он понимает, что во многом виновато раздражение его альфы, которого он всеми силами старается сдерживать — альфа внутри возбужден и зол, Субин возбужден тоже — стояк неприятно трется о ткань белья и парень удивляется тому, что не заметил этого раньше. По-хорошему сейчас бы пойти и хотя бы подрочить, но он знает, что это бесполезно — вся квартира пропитана ароматом течного омеги, так что эффект от этого будет крайне не долгосрочным. Тэхен, как и обещал, приезжает уже через двадцать минут — отдает ему таблетки, дает какие-то наставления и тактично игнорирует возбуждение Субина — альфа ему по гроб жизни обязан. — Ты мой самый лучший друг. — Я знаю, — усмехается Кан и уходит, оставляя альфу с кучей лекарств, течным омегой в соседней комнате и хрупкой надеждой на то, что он сможет со всем этим справиться.

***

Омега просыпается к вечеру — вся его кожа липкая от пота и смазки, в голове туман, а низ живота сводит в спазмах возбуждения и боли. Енджун снимает со лба влажное и все еще прохладное полотенце — получается, альфа менял его совсем недавно, дальше взгляд падает на прикроватный столик, на котором стоит стакан воды и несколько пачек дорогих таблеток разных брендов — удивительно, что Субин учел даже то, что организм каждого омеги уникален и некоторые препараты могут просто не подойти. Енджун запивает таблетки и решает еще немного полежать, хотя ему бы сходить в душ и поменять постельное белье — оно все мокрое, противно липнущее и раздражающее такую чувствительную сейчас кожу омеги. Енджун досадливо стонет, мысленно ругая свою слабую омежью сущность и видит обеспокоенного младшего, который заходит в комнату — видимо, услышал его умирающие стоны. Становится стыдно за свое состояние, за то, что альфе приходится с ним возиться и наблюдать в таком непрезентабельном виде — у Енджуна, похоже, нет и шанса на то, что у него с Субином будут какие-то отношения после этого. Но младшего, по всей видимости, волнует совсем не это — он садится на край кровати и аккуратно прикасается к чужому лбу, проверяя температуру. Удовлетворенно кивает, и, наконец, тихо интересуется: — Как ты себя чувствуешь, хен? — Намного лучше после того, как поспал и принял таблетки, — Енджун решает не говорить о том, что, несмотря на это, чувствует себя невероятно грязным и противным, ему некомфортно и холодно от мокрых простыней, но альфа, видимо, телепат, поэтому в следующий момент произносит: — Не хочешь искупаться, хен? Я наберу теплую ванну, брошу туда какую-нибудь бомбочку и что-нибудь почитаю тебе? Енджун какое-то время молчит, ему все еще стыдно, но воображение уже рисует, как вода будет обволакивать его тело, а приятный голос Субина — сознание. Он несмело кивает и альфа молча выходит из комнаты — через минуту старший слышит шум воды и откидывает тяжелое одеяло, пытаясь встать, но его останавливает вернувшийся в комнату альфа: — Что ты делаешь? — Собираюсь встать и пойти в ванную? — удивленно отвечает Енджун, совершенно не понимая претензии. Субин лишь вздыхает и подходит к нему, бережно поднимая с кровати, и несет в направлении ванной комнаты. — Субин-и, я не больной или беременный, у меня не отказали ноги, все в порядке, я мог бы дойти сам. — Хен, — строго говорит младший, — просто помолчи и позволь мне позаботиться о тебе. Енджун позволяет — Субин сажает его на туалетный столик, снимает футболку, а после медленно усаживает его в горячую воду. Омега не чувствует ни стыда, ни смущения, он не думает о том, что полностью голый перед альфой или что у него абсолютно точно гнездо на голове — нет. Он чувствует, как вода принимает его в свои объятия, как Субин приятно массирует ему кожу головы, и, наконец, чувствует расслабление. — Я могу к этому привыкнуть, — умиротворенно мурлыкает он себе под нос, но альфа все равно его слышит. — Я очень хотел бы, чтобы так и было. Енджун не находит ответа, а Субин его и не требует — оставшееся время они проводят в комфортном для двоих молчании, слышен только редкий плеск воды и тихие смешки омеги, когда альфа с массажа головы переходит на чувствительную шею. Позже Субин меняет постельное белье на кровати омеги и притаскивает свое одеяло, сообщая, что у него оно намного уютнее, целует в лоб и уходит к себе, а Енджун этой ночью засыпает с мыслью о том, что с самим Субином под боком было бы намного уютнее.

***

Проходит еще несколько тяжелых для них обоих дней, пока омега не просыпается ранним утром, понимая, что течка, наконец, отпустила его — он открывает все окна в квартире на проветривание, а Субин немного грустно думает о том, что квартира вот-вот расстанется с насыщенным запахом красного вина. Проскальзывает мысль о том, что однажды Субин расстанется и с самим Енджуном — становится по-настоящему страшно и, должно быть, сейчас самое время рассказать о том, что альфа чувствует запахи, вот только боится, что сейчас хен обмана точно не простит — не тогда, когда подпустил так близко во время уязвимого течного состояния. Тем временем они заперты в одной квартире уже месяц — тест Субина оказывается отрицательным, а вот тест Енджуна показывает, что он все еще болеет, вот только Енджун альфу обманывает — тест у него отрицательный тоже, а обоняние вернулось сразу же после течки, ударив отвыкшие рецепторы ярким фруктовым запахом. Они истинные — ну, Енджун почти уверен, что они истинные, но не может настроить себя на важный разговор, поэтому трусливо отмалчивается, собираясь с мыслями. Уверяет себя, что разговор с Субином будет полностью безопасным и комфортным — альфа же влюблен в него тоже, правда? Енджун не мог придумать себе все эти долгие взгляды, нежные прикосновения и заботу — альфа как минимум заинтересован в нем, так что нечего бояться. Омега вспоминает все это с теплой улыбкой, набираясь уверенности для того, чтобы поговорить с Субином сразу же, как он вернется домой — альфа ушел несколько часов назад, сообщив, что ему срочно нужно к другу. Наконец, входная дверь хлопает и воодушевленный Енджун идет встречать альфу, намереваясь поговорить с ним тут же, прямо на пороге, потому что больше не в силах сдерживать свои чувства. Но он останавливается и замирает, улыбка медленно соскальзывает с его губ, а легкие наполняются ароматом другого омеги. Субин пахнет так сильно, что должен был иметь, по крайней мере, тесный физический контакт, это явно не простое рукопожатие или случайная встреча. Альфа замечает состояние старшего сразу же — кислый запах текилы ударяет ему прямо в нос, а в чужом взгляде плещется отвращение и неверие. — Хен, что ты..? — Субин пытается подойти ближе, но омега отшатывается от него, как от огня. — Не подходи ко мне, — звучит глухо, потому что он изо всех сил пытается не вдыхать смесь чужих ароматов, — Ты воняешь. Альфа в неверии смотрит на Енджуна, пытаясь понять, насколько он сейчас серьезен. Получается…омега уже некоторое время чувствовал запахи, но обманывал его, скрывая это? Значит ли это, что он понял, что они истинные, но хотел это от альфы скрыть, не зная, что тот чувствует это и сам? Получается, он не хочет, чтобы Субин знал, не хочет, чтобы он был его. Субина словно окатывает ледяной водой — он поверить не может, что все мечты, которые он лелеял годами, рушатся, так и не сумев стать реальностью. Но альфа понимает, что должен объяснить, даже если у него уже нет шансов. — Енджун, позволь мне.. — Ты сказал, что пойдешь на встречу с другом! — вдруг взрывается хен, — Отлично! Свалил, как только предоставилась возможность! Меня ты не захотел даже в течку, я настолько тебе противен, что тебе проще было купить мне таблеток и отвязаться? Я не понимаю. Субин, я просто не понимаю! Я настолько мерзкий для тебя, настолько тебя не достоин? — О ЧЕМ ТЫ БЛЯТЬ ВООБЩЕ ГОВОРИШЬ?!! — слышится третий голос и парни замирают, синхронно поворачиваясь на источник звука: на пороге стоят два омеги, один из которых выглядит невероятно злым, а второй, очевидно, пытается его успокоить. Конечно же, у него есть ключи от квартиры лучшего друга - они обменялись ими сразу же, понимая, что так им будет намного спокойнее, ведь ситуации бывают разные. Сейчас же омега воспользовался ключами, потому что Субин вечно копается, а Тэхену быстрее нужно было отдать телефон, который альфа в спешке забыл, когда побежал домой после их встречи. — Тэхен, какого.. — начинает Субин, но тот его перебивает. — Помолчи, Субин-и, хен должен разобраться с этим, — Кан захлопывает дверь и, игнорируя своего парня и лучшего друга, уверенным шагом идет к опешившему Енджуну. Тэхен выглядит злым, да и смотрит на него просто испепеляющим взглядом, вот только в росте уступает, что в других обстоятельствах смотрелось бы крайне комично, но сейчас совсем не до шуток. — Да что ты вообще знаешь! — не выдерживает Енджун, потому что узнает тот самый запах, который принес с собой Субин. — А что знаешь ты? Ты хотя бы представляешь, насколько тяжело ему было все это время? Он влюблен в тебя уже миллиард лет, он пытался смириться с тем, что никогда не будет с тобой, а ты в один момент свалился на него, как снег на голову. Субин описывал тебя лучшим человеком на планете, вот только ты неблагодарный, эгоистичный урод! Не провел с тобой течку? Ты хотя бы представляешь, что он испытывал, когда его истинный рядом… Закончить ему не дают, потому что альфа выдыхает усталое: — Пожалуйста, Тэхен. Замолчи и выйди из квартиры, я не нуждаюсь в заступниках. Кан психует и хочет, по всей видимости, друга ударить, вот только его вовремя останавливает Бомгю, с силой выпроваживая его из чужого дома. — Что значит истинные? — Енджун оседает на пол, и, кажется, уже ничего не понимает, — Ты..знал? Но как? Альфа вздыхает и садится рядом, рассказывая ему обо всем, что произошло с ним за последние три месяца — рассказывает про восстановление рецепторов, приезд Енджуна и карантин; рассказывает про истинность, страх и свою глупую влюбленность; рассказывает про течку, про лучшего друга Тэхена, что помог с лекарствами, рассказывает, как изо всех сил сдерживал себя и старался заботиться. — Прости, — шепчет Субин и всхлипывает, слыша аналогичный всхлип рядом. — Почему ты не сказал мне, — омега смотрит на него мутными от слез глазами и чувствует тяжелый груз вины, что жидкой сталью растекается по телу, — Я такой дурак, и..это я так виноват перед тобой, Субин-и, хен так виноват...твой друг прав, я просто чудовище. Енджун содрогается в рыданиях и чувствует надежные объятия — альфа прижимает его к своей груди и выпускает феромоны, стараясь успокоить чужую истерику. Молчат, позволяя друг другу отпустить напряжение и чувство вины, что превращаются в горячие соленые слезы. Они не знают, сколько сидят так — час, может, два — Субин замечает, что омега засыпает, и, найдя в себе последние силы, относит его в комнату, бережно укладывая на кровать, а после ложится рядом, погружаясь в тяжелый беспокойный сон.

***

Во всех этих сопливых романах героев будят нежные солнечные лучики, что ласково скользят по ресничкам, Енджуна же будит назойливое солнце и он нехотя открывает один глаз, готовясь уже раздосадовано простонать, но замечает на себе чужой взгляд. — Ты пялишься, — замечает он и сильнее кутается в одеяло. — А ты очень мило выглядишь по утрам, — голос Субина хриплый, настолько пропитан теплотой, что омега от этого тепла чуть ли не плавится, хотя не знает, насколько он вообще заслуживает все это. — Говоришь так, словно не видел меня таким все это время нашего совместного проживания, — может показаться, что Енджун специально язвит и держит дистанцию, но альфа знает, что тот просто боится. Поэтому в ответ на чужую реплику он просто посмеивается и аккуратно, пристально следя за чужой реакцией, притягивает замершего хена в свои объятия. — Расслабься, — шепчет Субин, мягко проводя по чужим волосам. — Мне ужасно жарко, мы еще даже не умывались, и я не знаю, насколько заслуживаю все это, Субин, — быстрым шепотом произносит старший, пряча лицо на чужой груди. Альфа вдыхает легкий запах джина и меняет положение их тел, укладывая Енджуна на свою грудь. — Ты и не должен что-то заслуживать, хен. Любовь - это не приз за тяжелое испытание или награда за хорошие оценки, она просто есть. Ты не всегда можешь принимать и хотеть ее, но .. — Енджун прерывает его. — Но я хочу, Субин-и, я хочу ее, — омега заглядывает в чужие глаза и, чуть приподнимаясь, позволяет себе оставить мягкий поцелуй чуть ниже подбородка альфы. Субину завороженно наблюдает за тем, каким волшебным и мягким выглядит сейчас парень в утреннем свете. «он словно светится изнутри» — проносится в голове и альфа с этим тут же соглашается, пытаясь запомнить этот удивительный момент навсегда. — Думаю, я действительно влюблен в тебя, — как-то пораженно выдыхает омега прежде, чем успевает подумать. — А я уверен в том, что люблю тебя, хен, — Субин поражается тому, как легко с губ слетают слова, которые он не мог произнести несколько лет. — Ты не понимаешь, Субин-и, — Енджун заламывает брови, — Я знаю, что причинил тебе много боли, я знаю, что совершенно не заслуживаю всего этого - я глупый, не умею готовить и чертовски ненавижу убираться; я живу чуть ли ни на другом конце света и, даже если захочу остаться, мне придется уехать чтобы уладить все дела в Канаде, а это очень длительный процесс, так что я не думаю, что ты будешь ждать меня после всего этого. — Ты прав, я не буду ждать тебя, — соглашается Субин. Сердце Енджуна замирает, готовое в ту же секунду разбиться, вот только младший притягивает его ближе и шепчет всего одну фразу, прежде чем вовлечь омегу в самый желанный и искренний поцелуй в его жизни: — Я просто поеду вместе с тобой.