***
Постепенно дети привыкли к устоям в новой семье и были рады, что правила были такие комфортные. Ведь никто не заставлял жить по режиму детского дома, по его устоям и правилам. Это хорошо сказывалось на их душевном состоянии, что нельзя было не заметить. Лёша больше всего проводил времени с Юлей, в удобные моменты прося побыть с ней и поговорить о различных вещах, событиях и прочих мелочах жизни. Конечно же, и с сестрой он проводил время, но теперь он мог пожить для себя и ему не придется 24/7 заботиться о всех потребностях Лизы, об этом заботились родителей. Лёшу никто не осуждал за такие решения, наоборот, мальчик получал одобрение и поддержку в своих начинаниях и умениях. Например, в монтаже. В очередной вечер, Юля застала сына в их спальне за кроватью, между кроватью и тумбочкой в наушниках, подаренных ею и что-то делал в ноутбуке, не реагируя на происходящее. Девушка подошла ближе и присела рядом, осторожно привлекая к себе внимание движениями в поле зрения мальчика. Тот дернулся, снимая наушники и поднимая взгляд от экрана. — мама... Ты меня напугала сейчас. Что-то случилось? — тебя немного потеряли. Тебе может в комнате уголок специальный сделать, чтобы потом ничего не болело после такого заседания? Что делаешь хоть? Юля улыбнулась, поправляя ему волосы и подсела ближе. Ей было понятно желание мальчика спрятаться в тихий уголок, где бы его не трогали: целый день Лиза вместе с Димой играли в гостиной и были очень шумными, от такого точно захочется отдохнуть. Тем более Лёше, который громкие звуки переносил плохо, как выяснилось. — да не надо... Мне итак удобно, тем более здесь меня из коридора не видно и Лиза не будет мне мешать монтировать. Я понимаю, что она хочет помочь, но... — но это наше с Димой упущение, что она так врывается к тебе и в твою работу. Как подрастёт, поймет это. А пока что, мы будем отвлекать её от тебя, когда ты занят. Много за сегодня сделал, зайка? – Пчёлкина не переставала улыбаться, видя что юноша ещё зажат в своих установках, хотя прогресс явно был. Он хватался за любую возможность построить границы, если это не вредило сестре. — очень много. Завтра немного сделаю и можно выпускать... Мам?.. а вы не всё вкусное съели, пока я монтировал? — твоя законная часть лежит нетронутая, зайка. Пойдём есть, ты умничка мой, спасибо тебе за помощь с работой. Макаров был очень смущён, когда Юля его крепко обняла и гладила по голове, давая понять искренность свои слов. Он постепенно привыкал к жизни в новой семье и к тому, что может получать столько внимания, сколько ему нужно и может его попросить, когда хочет. И ему давали всё, что ему требовалось. Даже если не сразу, то потом обязательно было. На кухне юноша устроился в своем облюбованном уголке и с удовольствием поглощал свою часть ужина, пока Юля наблюдала за ним. Она специально приготовила то, что точно дети съедят. Конечно без помощи Димы у неё бы всё сгорело, но мужчина оказался рядом и вовремя выключил огонь на плите и дальше продолжил готовить сам, отправив жену отдыхать. Вопреки стереотипам, лучше из них двоих готовил Дима и ему это нравилось, особенно когда домашние просыпались от вкусного запаха еды. Юля поначалу пыталась сделать также, однако так идеально у неё не получалось. — мам?.. можно спросить? – Лёша внимательно смотрел на***
В итоге, после нескольких минут препираний и споров, Игорь согласился на то, чтобы встретиться всей компанией и наконец-то познакомиться официально. Разумовского пришлось тащить силком, потому что на работе было много интересных дел, а главное - ответственных. Но, благодаря Грому в офисе соц.сети стало намного спокойнее. Для остальных работников Сергей, не спавший снова пару дней за ноутбуком, был как обезьяна с гранатой и наводил лишнюю суету. А домашняя встреча с друзьями Игоря, да и его тоже, вполне могла помочь отдохнуть и расслабиться, хотя бы на день. Тем более, что сам майор торчал эту встречу уже больше полугода точно, и надо было это дело исправлять. На удивление Сережи и остальной компании, Птица сразу узнал Макаровых, особенно Лизу. Тогда, на поджог Гречкина, да и планы других злодеяний, его подтолкнула новость об этих сиротках. Где-то в душе он увидел в них себя и Сережу в детстве: маленьких и беззащитных, без денег и связей. И ближе друг друга - никого на всем земном шаре. Теперь же брат с сестрой могли жить,учиться и радоваться каждому дню, как самые обычные дети. В любящей семье, со связями в некоторых областях. Поэтому, стоило Лешке попасться им на глаза, как Птица захватил тело, удивительно вежливо потом упрашивая Сережу оставить ему "руль" на пару минут, и затащил подростка в крепкие объятия, будучи абсолютно радостным за судьбу его и его сестры. Только когда обнимашки стали Леше немного дискомфортными Сережа вновь смог владеть телом, неловко извиняясь за свой резкий подход и необъяснимую тактильность при первой же встрече — « выпусти меня немедленно! Я хочу забрать этих детей себе, я их первым увидел! Мы им оплатили лечение и подарки, пусти, тряпка!» – Птица внутри головы рыжего бесновался, всячески пытаясь достучаться до основной личности чтобы получить желаемое. Для него было непонятно, почему юноша выставляет некоторые границы взаимодействия, ведь Разумовский его кумир. — " успокойся. Ты его пугаешь, для ребёнка итак уже очень много эмоций на сегодня. " Гром подошел ближе к Разумовскому, ведь неизвестно чего еще буйная птаха решится выдать при этих детях. Майор прекрасно слышал то, что говорил его соул своей второй личности, достраивая диалог уже сам. – Привет, Леш. Как вы? – Игоря Макаров видел, и не раз, так что более-менее легко отреагировал на его приветствие. И все же сам Сергей Разумовский стоял сейчас в их зале.. сердце перед кумиром определенно наворачивало уже десятый круг. Если с Громом они общались и сразу после суда, и потом иногда переписывались, то вот что делать в такой ситуации, не понимал. — здрасьте, дядя Игорь. Всё хорошо, а что? — выглядишь встревоженно. Испугался обнимашек или тебе было неудобно из-за этого? — мне нормально. Удивительно конечно, странновато, но.. нормально. Сережа мягко положил руку на плечо соулмейта, кивая ему и мысленно давая добро. – думаю, ему мы тоже можем рассказать. Я чувствую, что Леша надежный парень Лёшка же в небольших непонятках на них смотрел, все еще отчасти смущенный внезапными обнимашками от кумира. Игорь на предложение любимого качал головой, подзывая Юлю с Димой к ним – Заваривайте чай, господа-товарищи. Этот разговор будет долгим. Макаров все еще не понимал, что случилось и зачем чай, начиная суетиться – Все хорошо, Леш, хорошо. Но что бы понять, нужно выслушать дядю Игоря и дядю Сережу. Каким же откровением для него стало в этот момент, что, действительно, ему можно называть самого создатели социально сети ВМесте, Сергея Разумовского, просто «дядя Сережа» ...***
– То есть, в теле.. Сергея сидит еще один.. Сергей? Или у него есть другое имя? Парню и правда понадобилось немного времени что бы понять мысль и правильно сформулировать вопрос. А для этого очень своевременно пригодился чай. Очень много чая. И сидящие рядом Юля с Игорем, к которым Лешка точно привык, потому и сидел между ними более расслабленно. Разумовский слабо ему кивнул, держа свою кружку с горячим напитком обеими руками у колен. Ему все еще было непривычно рассказывать про Птицу кому-то из вне его "башни", не касающегося работы или любовной/дружеской близости. – в каком-то смысле.. да. Насчёт имени. Не уверен, что оно есть, скорее прозвище, ассоциация той личности с чем-то из материального мира. Прости, я наверное слишком сложно говорю, да? – Сергей снова сделал глубокий вдох и отпил немного чая из кружки – Нет, я.. понимаю. Тогда выходит, что именно та, вторая личность может брать контроль над вашим общим телом? Тогда кто из вас внезапно обнял меня..? если это не секрет Находиться рядом с кумиром и узнавать столь неожиданные вещи было волнительно. Макаров почти не смотрел в сторону Разумовского, вцепившись в кружку почти намертво. Хотя к середине их разговора Лешка начал мужаться и задавать интересующие его вопросы, чтобы открыть недостающие кусочки пазла в своем представлении ситуации и манерах поведения обоих Разумовских. Или обеих личностей Разумовского? Пока что он не определился с тем, как именно будет это считать, но обязательно подумает об этом позже. — Птица. Я вижу, что тебе нужно время, чтобы привыкнуть ко всему, переварить и нашу встречу, и новую информацию обо мне. А ему хочется делать всё по-своему. Он безбашенный, в большинстве случаев жестокий и опасный, однако почему-то вас он хочет забрать к себе. — ещё чего! Это мои дети, я ради них с опекой воевала, не отдам. Так своему второму и передай– Юля возмутилась такому заявлению, подходя к Лёше и положила руки ему на плечи, хмуро щурясь на Разумовского. Птица вновь отобрал бразды правления и ехидно сверкнул жёлтыми зрачками, наклоняясь вперёд. — я их первый заметил, ещё в детском доме. А ты вообще хотела взять интервью у них и только. — слышь, пернатый, это мои дети. И я их никому не отдам, понял? Ты и своих можешь завести, а мы с Димой нет. Мне других не надо, я люблю своих сына и дочь, так что, чтобы я больше не слышала о том, что ты хочешь забрать их. Иначе я пущу в ход компромат и мне неважно, что второй ты может пострадать. За детей могу и убить. Перепалку неожиданно прервал юноша, тихо шмыгая носом и поворачиваясь лицом к Пчёлкиной, обнимая её и пряча лицо в её кофте. — мама.. мам.. спасибо.. ма.. я.. Юля тут же переменилась в лице, обращая всё своё внимание на сына и обняла его в ответ, наклоняясь и целуя в вихрастую макушку, чувствуя как кофта слегка намокла. — всё хорошо, солнышко. Я поняла, что ты хотел сказать Птица же сидел в изумлении, смотрел на почему-то рыдающего, почти взрослого парня, и хлопал глазами. Для него такая реакция подростка была самой непонятной и необъяснимой из всех. Чего тут реветь-то?? Но мысленный упрёк от двоих сразу вернул его к реальности. Точно. Как он мог вообще начать такой спор, дети ведь теперь не совсем родные, но и не чужие уже вовсе. Аккуратнее надо. – Эй, пацан.. ну ты хватит реветь, а не то я тоже щас зареву. Рыжий сидел и в непонимании хмурил брови, сверкая золотыми глазами. – Хочешь.. расскажу побольше про костюм? Там огнемёты есть, броня трёхуровневая, правда жарко в нем было, но знаешь, каким величественным ты себя в нем ощущаешь.. мм, запах огня, бессилия и свободы. Только вот за такую своеобразную попытку успокоить юношу, Птица получил подзатыльник от Грома и настоятельную просьбу отдать управление телом Сереже, чтобы не расстраивать ребенка еще сильнее. Хмурый материнский взгляд Юли ничего хорошего бешеному рыжему не обещал, даже наоборот, только плохое. Уж она могла исполнить свои угрозы, так что бояться здесь стоило именно её. Юноша чуть развернулся в объятиях матери, лицом к собеседнику и довольно тихо произнес, благо что его услышали. – не надо... Костюмом всех проблем решить нельзя, особенно нынешнюю. Нельзя людей жечь, да и остальное тоже... Первое это убийство, а второе вред природе. — неужели правда тебе не хочется отомстить? Никому никому? – Птиц сражался за последние мгновения разговора с Лёшей, чувствуя что его начинают оттеснять от управления. — нет!.. это ведь неправильно, надо всё по-честному делать. И ловить тех, кто хочет помешать справедливости закона Птица от чего-то на мальчишку обиделся и больше ничего говорить не стал, спокойно уступая тело Сереже. Все же, теперь ему точно было о чем подумать, поэтому ни на какие слова остальных людей он не отвечал. Видимо засел куда-то в глубь сознания и притих. Из-за образовавшейся в голове тишины, Разумовский наконец спокойно выдохнул. Рука Игоря на его плече стала намного мягче и нежнее, давая наконец нужное ощущение спокойствия и комфорта, в отсутствие бешеной личности. – вот гаденыш, ну хоть больше не болтает. Как попугай, честное слово. Как ни захочу с Серёжей мысленно пообщаться, так на него натыкаюсь и только его слушаю. Прошу прощения за него, у него с понятиями этики и морали всё очень криво. – ну, тише, Игорь! он же слышит все.. даже если сел глубоко.. обидится ещё, мстить начнёт. Проблем потом не оберемся, я вон, с Киром до сих пор нормально поговорить не могу. — ладно-ладно, понял. Постараюсь говорить про него помягче. Насколько это будет получаться. * Дальше беседа прошла довольно спокойно и без происшествий, даже когда малышка Лиза проснулась на диване после незапланированного сна. Зачастую, она пару часов спала после возвращения из детского сада, где уматывалась по полной программе. Несмотря на то, что практически всё время гостей она проспала, с Серёжей она очень быстро познакомилась без стеснений и смущений. Девочка была восхищена им в большей степени из-за того, что Лёша много рассказывал про него. Если с юношей Разумовский смог найти общий язык и примерно понимал, как нужно вести беседу, то вот с малышкой аж сюсюкаться начал, чтобы выяснить что ей нравится в свою сторону, а что нет. Постепенно у гения получилось это выяснить и тот заметно расслабился, ведь теперь не навредит Лизе никак своими словами. По возвращению домой, соулмейты несколько раз успели повздорить на тему детей. — а я тебе говорю, я хочу мальчика! Рожать мне, значит и мне выбирать, кого хотеть. — родной, чем тебе девочка не угодила? Ей же можно платюшки выбирать, и цацки. Да и девочки лучше, они хитрее. — с мальчиком проще, там я хоть как-то понять смогу что-то, а вот с девочкой... Я сегодня так волновался, когда надо было с Лизой говорить, не заметил что-ли? — заметил. И это нормально, все постепенно учатся этому. Никто не родился сразу с нужными навыками, чтобы воспитывать детей. Мы со всем обязательно справимся, родной. Гром надёжно укрыл Серёжу в своих руках, утащив в уютное гнездо в спальне, которое оба старательно строили каждый раз и поправляли, если случайно пушистый ребёнок ломал что-нибудь в нём, когда устраивал ночные скачки. Сейчас же, чёрной пушистой жопки нигде не было слышно, что конечно потом будет проблемой. А сейчас главной проблемой была усталость обоих как от работы, так и от, сложной в эмоциональном плане, встречи. И эта проблема решалась одним прекрасным способом: долгим и полноценным сном, с последующим совместным выходным.***